Вчетвером в дурдом

*** — Придержите лифт, пожалуйста! — А вот хрен тебе! — Кит скалится, слыша знакомый голос и нажимает кнопку своего этажа. В закрывающиеся двери влезает настырная нога и парень, обречённо вздыхая, пропускает опоздавшего. Он демонстративно отворачивается от вошедшего, вернее будет сказано, влезшего в лифт и вглядывается в наручные часы. — Вредная зараза! – Бим бубнит про себя, но всё же кажется, что – ему. — Что ты сказал? – Кит изумляется не сколько услышанному, а сколько самому виду друга. Нахохлившийся, как индюк, надул губы, словно впал в детство. — Говорю, милым мальчикам, что в твоём вкусе, нужен настоящий мужчина. И в тот момент, когда милаш будет ему не нужен, настанет твой звездный час. — Моё нежелание ехать с тобой в одном лифте не делает из меня «фальшивого» мужчину, — прыскает Интохар, и добавляет, как будто про себя, — И милые мальчики совсем не в моём вкусе, у меня на них вообще аллергия, — припечатывает он, чувствуя, как поднимается настроение. Видно, Бим тоже это почувствовал и решил-таки добить. — А что на часики смотришь? А то и так не знаешь, что время уходит? Ты вон, лучше в зеркало посмотри, оно точнее время покажет. А ещё лучше в календарь. — Смотрел уже, — шипит Интохар, а после уточняет, — В календарь. — Ну так как отметим? Тридцатник всё-таки! – тут же оживляется Бим, позабыв обиду. — 28, если быть точным. И – никак. Я тебя не приглашал, кажется. — О, а это ты зря. Я такой подарок приготовил… Тебе понравится. Как раз для одиночки вроде тебя, не всё ж нам с Фортом выгуливать тебя. — Как будто я когда-нибудь просил вас с Фортом о подобном, — насупился Интохар и дёрнул головой, стряхивая с себя раздражение. — Вот же маленькая язва, — рассмеялся Барами, выходя из лифта за Китом и хватая того за пояс пальто, — Зайдёшь к нам на ужин? — Ох, Бимми, ты вот всё обо мне заботишься и заботишься, а ведь как бы сам с носом не остался. Форт то твой ничего, мне нравится даже, вот хожу я к вам каждый день и всё чаще об этом думаю, — напуская серьёзный вид, парировал Кит. Бим побледнел, ноздри раздулись, кулаки сжались. Словно перед носом быка помахали красной тряпкой. А Киту только в радость позлить старого друга. — Шут ты гороховый, кто на тебя-то зазнобу позарится, уж явно не мой Форт, — пробурчал Бим, увидев в глазах напротив озорной блеск. Интохар просто шутил и доводил его. И на счастье этого самого Интохара, Бим слишком хорошо разбирается в людях, чтобы понять, когда они лгут. Иначе, Киту косточки свои по всем этажам собирать – да не собрать. *** Планировал ли Кит праздновать свой день рождения? Сейчас даже одна мысль об этом причиняла ему головную боль. После бутылки вина, купленной пару часов назад в магазинчике рядом с домом, он смутно припоминал, что всё-таки собирался пригласить и хама Бима и его горячего любовника Форта, но уже после самого события, на выходных. Его день рождения выпадал на будний день, когда он после тяжёлой смены в больнице будет способен только осушить дорогую бутылку красного в одиночестве и завалиться спать до следующей смены, с чем он сейчас и прекрасно справлялся. Его сладкую дремоту потревожил противный звук, который, судя по настойчивости, раздался уже не в первый раз. — Нет. Только не они, — проныл парень и твёрдой походкой, насколько это было возможно, поплёлся к двери. Кит, живя по соседству с парой психов, уже не раз приходил к выводу, что чем меньше вы жаждете видеть гостя, тем он пунктуальнее. Сделав как можно уставшее лицо, которое, по его мнению, обязательно отпугнёт непрошенных гостей, мужчина открывает дверь. На пороге стоит и сияет как начищенный поднос парень под два метра в какой-то странной форме. — Чем обязан? – Кит решает не церемониться и сразу переходит к делу. — Ваши друзья приготовили Вам подарок, — под суровым взглядом Интохара парень улыбается во все 32, и вероятно, из-за непреодолимого желания продемонстрировать свою белоснежную улыбку даже забывает представиться. Кит оценивающим взглядом проходится по парню, словно бы спрашивая «и что, мой подарок это ты?». Шутливая мысль почему-то перестаёт быть таковой, когда гость, ничуть не смутившись пристального взгляда Кита, сам впивается в него смоляными глазами, кажется уже мысленно раздевая и так и норовя как-то сократить расстояние, разделявшее их. Чрезмерно развязное поведение парня обретает для Кита какой-то новый смысл и в голове доктора беспорядочным стадом роются догадки о его незнакомце. Мозг отрабатывает свой хлеб, выдавая сотни вариантов того, кем может быть настойчиво ломящийся в его квартиру парень. Вспоминаются подколы известных друзей, прозвавших его за глаза и в глаза тоже – монахом, по также известным причинам. Где-то в отголосках сознания сидит мысль о его собственном дне рождении, подарок на который от «любимых» друзей он так и не получил, но вспоминается фраза самого «горячо любимого» друга Бима о том, что подарок Киту понравится… «Бим, вот ублюдок!» — единственная здравая мысль, за которую сразу цепляется Кит и уже пляшет от неё дальше со всеми вытекающими. «Вот же подонок, говнюк, извращенец, скотина, помешанная на сексе», — подбирает синонимы к слову «друг» Кит, успевая пресечь тот момент, когда юнец вздумал толкнуть речь. — Я Мингкван Дейчапанья из… — Лучше молчи. И мне всё равно как тебя зовут и как называется место, где работают, такие, как ты — шипит он, пытаясь остудить пыл. Злоба потихоньку стихает, подкрепляясь тем фактом, что парень собственно ни в чём не виноват. Это всё идиотские проделки Бима, у которого вся голова забита постелью и Фортом. Фортом в постели, мысленно поправляется он. Биму Барами, озабоченному придурку средних лет — невдомёк, что, если люди ведут нормальный образ жизни, занимаясь не только всякими непотребствами в постели – они не идиоты. По логике того же Бима и полностью разделявшим его мнение Форта — эти люди просто несчастны. Интересно, а Форт в курсе выходки своего ненаглядного? Это предположение показалось Киту диким. Форт вряд ли знал об этой затее. У него-то голова ясно работает, что эскорт – это явно не лучший способ наглядно показать надобность отношений. Можно не напрягаться по поводу чувств и при этом всегда иметь регулярный секс. Маловероятно, что верящий только в чистую и незапятнанную любовь, Форт желал донести до Кита подобный посыл. Но если всё же и он приложил свою руку к этому делу, то Кит покарает обоих...после… А пока…он не мог не оценить стараний Бима. Парень, стоящий на его пороге, был более чем в его вкусе. Интохар оглядел этого Аполлона с ног до головы и как бы не хотел этого признавать, остался доволен. Большие раскосые смоляные омуты смотрели прямо на него, губы то и дело складывались в соблазнительную улыбку, обнажая белоснежные зубы, а накаченные руки то и дело норовили уцепиться за дверь и наконец проникнуть внутрь – вероятно их «там» одними стероидами кормят, - подумалось Киту, как всегда, думавшему совсем не о том, о чём нужно бы. «Ни разу не милаш. Аллергии не будет» - Интохар вздохнул и мысленно воспел похоронный марш своему благоразумию, затаскивая парня вглубь квартиры и запирая за ним дверь. «Как там говорил этот святой Августин «Господи, ниспошли мне целомудрие...но не сейчас. А, к чёрту! В конце концов, от подарков невежливо отказываться». Без лишних предисловий поднявшись на носочки и впиваясь в губы парня, он однако же не пропускает мимо ушей звук чего-то грохнувшегося. Парень у него в руках, вроде стоит на ногах, ну как стоит – легонько прижат к стене маленькими ладонями Кита и вроде не падает, хотя собственные коленки Рыжика отчего-то подрагивают, подгибаясь, чему этот новоявленный красавчик довольно улыбается в поцелуй. Пока тщетные попытки Кита удержать себя на ногах терпят крах, парень успевает вывернуться из-под него и через мгновение уже Кит оказывается прижатым к стенке. Явно не ожидавший от парня такого манёвра, он от смущения выпускает наружу свою цундерову сущность, не преминув высказаться о том, что прихожая не место для таких дел, как бы намекая, что имеется вполне приличная кровать. — Намёк понят, принцесса, — уверил знакомец, подхватив его на руки словно пёрышко и осведомился в каком направлении спальня с той самой кроватью. — Я тебе не принцесса и двигай свой зад налево! — Должен сказать, Пи, что это не совсем привычное для меня направление. Я верный парень! — Да заткнись ты... Кит как будто бы со стороны наблюдал, как парень с внешностью бога, только сошедшего с небес уложил его на постель, нависая над ним. Оказавшись словно в третьем измерении и не имея возможности хоть как-то вмешаться в реальный мир, где его прямо сейчас разложат так, что компания его психов-соседей ещё покажется ему лучшим на свете времяпрепровождением, он лицезрел свои жалкие попытки что-то промычать, но видимо язык незнакомца, завладевший его ртом совсем не способствовал разговору. — Ты хотел что-то сказать, моя прелесть? — парень заглянул в глаза Кита, стараясь всё-таки умерить пыл и сфокусировать внимание на его словах, что было невероятно сложно. Алые пухлые губы так и призывали завладеть ими и наслаждаться чудесным вкусом. — Там, в коридоре у тебя что-то упало. Какие-то игрушки? Послушай, я догадываюсь, что тебе могли обо мне рассказать, но это все откровенная ложь. Я не извращенец. — Да? А так сразу и не скажешь, — ухмыльнулся юноша, замечая, как розовый цвет окрашивает щёки парня под ним. — Извини за то, что набросился прямо в прихожей, — Кит прикусывает нижнюю губу и Минг соврет, если скажет, что не находит это зрелище ужасно милым и чертовски соблазнительным одновременно. — Ну если только за это, то конечно, без проблем. — Что ты имеешь в виду? — несколько обескураженный ответом, Кит только было хотел продолжить увлекательную беседу, как в его губы впились с той же страстью, увлекая в глубокий поцелуй. Пуговицы легко сдаются под тонкими пальцами. Визитёр стягивает рукава, и рубашка Кита с шуршанием сминается и падает на пол. Грубая ткань джинсов неприятным ощущением отзывается под кожей и Минг, быстро расправившись с молнией, отправляет штаны вместе с бельём в компанию рубашки. Кит ощущает пристальный взгляд на себе, что явно его нервирует больше, чем само осознание того, чем они сейчас собираются заняться. Глаза парня, нависшего над ним, не оставляли без внимания ни единый изгиб его тела. Даже владея всем богатством литературного языка, Минг не смог выразить всё, что пронеслось у него в мыслях при виде обнажённого рыжеволосого мужчины под ним. Тонкая шея, маленькие, острые, выступающие ребра, впалый подтянутый живот и…ноги, милые короткие ноги. Незнакомец медленно стягивал с себя рубашку, демонстрируя своё накаченное тело и вздох, слетевший с губ Кита явно прибавил ему уверенности в себе, хотя куда уж больше. Минг оседлал парня, зафиксировал руки у того над головой, пресекая все попытки того как-то прикрыться от его пытливых глаз. Кит, в отличие от Минга почему-то не испытывал должного удовлетворения, демонстрируя то, чем его наградила природа. И очень даже зря, по мнению Мингквана. — Ты даже не представляешь какой ты красивый, — прошептал он ему в покрасневшее ушко, — такой сладкий, вкусный, — его губы прикусили мочку уха Кита, выбив из его горла шумный вздох. — Отчего же? Но я как-то не думал, что ты будешь меня рассматривать как экспонат в музее. Так и будем пялиться или всё-таки продолжим экскурсию по мне? — Значит, джентльмены у тебя не в почёте. Плохишей любишь? — Я непритязателен, не псих и ладно. — Ну...с этим могут возникнуть некоторые проблемы. Вздернутая бровь доктора ни в коем разе не смутила парня, сбрасывающегося с себя последние оковы одежды. Если изначально Киту казалось, что знакомец старался быть максимально аккуратен, то теперь же от нежности не осталось и следа. Видимо, последние барьеры были преодолены после китовой исповеди относительно предпочтений в постели. И похоже, новый знакомый задался целью во что бы то ни стало, исполнить желания Кита в трёхкратном размере. Страсть парня рисковала перехлестнуть через край, но он всё же пытался контролировать себя. Получалось плохо, судя по несколькими минутами ранее белоснежной шее Кита, на которой теперь яркими сливами расцветал засос. Уловив изменения в дыхании партнёра, которое участилось в разы, Минг отпустил его запястья, тут же находя своим рукам более приятное применение. Шёлковая кожа вспыхивала под чувствительными пальцами, ощупывающими ребра и выступающие лопатки, скользнув с которых они легли на стройную талию и обхватили соблазнительные бедра, требовательно сжимая и вырывая вздох с приоткрытых пухлых губ. Минг чуть привстаёт с мужчины лишь за тем, чтобы ещё сильнее притянуть его, укладывая маленькие руки к себе на плечи. Он прочерчивает влажную дорожку поцелуев вдоль груди и от этого влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг сосков, у Кита перехватывает дыхание, а ногти инстинктивно впиваются в плечи парня, что вызывает в нём самом бурю эмоций. Губы Минга спускаются ниже и по мышцам плоского живота парня пробегает стадо мурашек. Тёплое скользящее дыхание, обжигая фарфоровую кожу, поднимает жгучие волны возбуждения, которому они оба отдаются без остатка. «Мингван… Наверное, это даже не его настоящее имя". Это была последняя мысль, промелькнувшая в голове Кита перед тем как его окутала волна удовольствия и в голове образовалась полнейшая пустота. Минг всё никак не мог опустить глаз с измотанного мужчины, прижавшегося к нему и поддаться сну. Голову не хотели покидать мысли о новом знакомом, который сейчас тихо сопел, уткнувшись в его шею. "Знакомому" пожалуй, было слишком громко сказано, он отдаёт себе отчёт и не строит иллюзий насчёт мужчины. Но он слишком хорошо знаком с самим собой и на свой счёт тоже сомнений не имеет – он сделает всё, чтобы держать этого когтистого котёнка с рыжим окрасом в своих объятьях каждое утро. Взяв с себя обещание постараться не упустить этого рыжика, парень всё же отправляется в края Морфея, руки смыкаются на тонкой талии лежащего на нем коротышки. Для надежности.