Разрушитель Альтернативных Вселенных — Омега

— У меня… начался гон… — еле слышимо сказал альфа, взглянув на Оши. Зрачки Художника начали беспорядочно бегать, но чаще всего там мерцали сердечки. В этот промежуток времени Радужный не мог контролировать свои чувства. В его эмоциях начинался полный хаос и предугадать что-то было очень сложно, хотя одно было точно ясно: всегда доминировала розовая краска.       «Почему сейчас?! Ещё же не время! Неужели из-за… его феромонов? — Инк сглотнул, напряжённо смотря на Глючного. — И почему он стал настолько притягательно красивым? Так и хочется прижать к себе и поцеловать шейные позвонки…»       А в некоторые моменты, пробегала мысль присвоить омегу себе, оставить метку на его чёрных шейных позвонках, чтобы ни одна тварь не захотела тронуть его омегу или ещё хуже — подмять под себя. Иногда в зрачках пробегал красный череп, но тот быстро исчезал. Инку казалось, что он вот-вот сорвётся, но он продолжал цепляться за ниточки своего уходящего в небытие разума, чтобы не поддаться инстинктам.       Эррор вздрогнул и взглянул на его бёдра, увидев радужное свечение, а после посмотрел обратно на череп, обнаружив тяжёлое дыхание скелета и появившиеся сердечки в глазах. Оши ничего не оставалось, как подскочить на месте и испугано взглянуть на Художника. — Ааа, Радужный мудак, отъебись! — у него сразу началась истерика, потом паника, на что не двусмысленно намекал залаганный голос. Укутавшись сразу посильнее в покрывало, он вжался в угол и начал дрожать. — Прости… — виновато произнёс Инк, он дал себе мысленно пощёчину, потому что посмел перепугать самого дорогого для него монстра.       Глюк немного сдвинул одеяло, образовав отверстие в покрывалах, и взглянул на Защитника АУ. Тот сильно покраснел и явно сдерживал себя, чтобы не набросится на столь привлекательную омежку перед ним, но, в отличие от Фрэша, его взгляд был не безумно-похотливый, а грустно-смиренный. — Я… пойду. — образовал портал из чернил и запрыгнул в него.       Теперь Глюк мог вдохнуть с облегчением, начав обдумывать ситуацию, а потом почувствовал новую волну жара.       Ему нужна ласка и забота… — Дурак. Глупая чернильная ошибка! — взвыл он, как израненный волчонок. Он так невольно звал его, надеясь на возвращение. — Тварь…       Эррор так и пролежал на кровати полдня, изредка зовя Инка. А потом вроде стало легче, он услышал звук открывшегося портала и наблюдал, как Инк притащил его вещи, ещё покрывал и… — Шоколад… — выдохнул Глюк, облизнувшись, но решил не поддаваться на искушение, а наблюдать за действиями его сожителя. Тот поставил всё в другом конце комнаты. После полез в тумбочку и выпил какой-то препарат, но тот отличался от того, что он дал вчера Эррору.       Инк недолго глядя на коробку, с низу до верху набитую шоколадом, осознал, что питаться одними сладостями, да ещё во время течки, не сильно-то и полезно. Шоколад шоколадом, но «желудок» должен быть заполнен вкусной и полезной едой. Так как он не знал вкусовых предпочтений омеги, лежащей на кровати и укутанной с ног до головы одеялом, Инк придумал оптимальный вариант:       «Думаю, ещё никто не отказывался от блинчиков с вареньем, а как дополнение можно сделать салат из овощей, может ещё что-нибудь мясное с гарниром на обед… Да, так и поступлю!» — подметил для себя Художник и ушёл на кухню готовить, оставляя Эррора в комнате. Эррор недоумевающе смотрел вслед уходящему Инку, который даже ни проронил не слова, погружённый в свои размышления, которыми не удосужился поделиться с Глюком. Но раз тот ушёл, чёрнокостный подошёл к своей прелести, стащил из коробки несколько штук, после вернулся к кровати. Поудобнее устроившись, и начал ухомячивать залпом.       Художник вернулся спустя некоторое время с подносом на руках, аромат вкусной еды сразу разнёсся по всей комнате. Оши отреагировал на запах вкусной еды и немного вылез из своего убежища из-за любопытства. Защитник АУ сел на кровать возле Разрушителя, ставя поднос на кровать, взглянув на Оши. — Я не знал твоих вкусовых предпочтений, поэтому… — скелет поставил на прикроватный столик сразу три баночки: ярко-красную, бардовую и тёмно-фиолетовую. — Тут клубничное, вишнёвое и черничное. Мне одолжил Санс из одной вселенной, где процветает хозяйство в подземелье.       Оши кивнул, взял небольшую ложечку и попробовал каждое, по очереди макая и доставая немного содержимого. У каждого был свой интересный и неповторимый вкус, но одно понравилось больше всего. Выбрав клубничное варенье, а потом он потянулся за порцией вкусной еды, но остановился и убрал руку от подноса, немного задумавшись. В его голову пришла странная мысль, он хотел, чтобы Инк покормил его. Он и сам, наверное, не поймёт зачем и будет в шоке от своего странного желания, после того как пройдёт течка. Но сейчас, не обращая внимания на свой возраст, и в какой неловкой ситуации они оба будут находиться, он до головной боли и до нервного покусывания одного из кончиков языка хотел, чтобы этот сидящий перед ним скелет накормил его.       Эррор сжал простынь в руке и посмотрел на Инка, который не мог понять, почему Оши не хотел поесть, ведь есть один шоколад вредно для здоровья даже для скелета. Да и ему вроде как не было противно от вкуса. — Эррор… Всё хорошо? Может тебе не здоро… — но его перебили с необычной просьбой, от которой даже Инк впал в недолгий ступор и непонимание: — Инк, покорми меня… — негромкая просьба эхом отразилась о стены полупустой комнаты. Защитник быстро понял слова Разрушителя, на скулах которого был лёгкий ультрамариновый румянец от своих же слов. Но он и подумать не мог, что омега говорила их на полном серьёзе. — Ох, Эррор, ну ты же не маленький у меня, я ведь прав? — слегка улыбнулся Инк, всё же в надежде, что его милая омега пошутила, решив повредничать из-за того, что не хочет есть что-то, кроме своей любимой еды, лежащей в коробке. — Лучше не вредничай — а кушай, сейчас для тебя это полезно и необходимо.       Оши недовольно пробубнил что-то себе под нос, обиженно посмотрев на альфу, но отступать он явно не собирался, он был намерен сделать всё, чтобы его покормили! Даже если за это надо будет побороться.       «Да как эта Чернильница смеет отказать мне!» — Оши был зол, что предложение сразу же отклонили, думая, что он решил попакостить или что-то подобное. — А ну корми меня! — возразил Глюк на слова Инка, наклоняясь вперёд и приоткрывая рот, доказывая ему всю серьёзность сказанных им слов ранее.       Защитник засуетился, а на скулах вспыхнул радужный румянец, он ещё какое-то время пытался отнекиваться или отшутиться. Но, увидев злой и в какой-то степени грустный взгляд Оши, который был полон надежды, что он его покормит, Инк сдался. Взяв нож, он намазал блин выбранным омегой вареньем и сложил его пополам, а после нарезал на несколько частей. Насадив на вилку небольшой кусочек тёплого блина, он положил его в рот омеги, а тот с удовлетворением съел его. И так одним за другим всё было с радостью съедено.       Инк отметил, что ему самому это понравилось: вот так кормить своего омегу. Когда же дошла очередь до салата, вот тогда-то Оши и начал вредничать, но Инк решил проблему по-своему… Он взял чуть-чуть салата, наклонился к нему и поцеловал в щеку. Ласково спросив: — Ну что, Оши, будем кушать? — Мгхх, угу, — Оши посинел и ему ничего не оставалось как согласиться. Почему-то ему было сейчас настолько хорошо, и он с радостью сделал бы всё, лишь бы это прекрасное время не прекращалось.       Так прошло около десяти минут, Эррор смущался, а Инк был рад, смотря с довольным лицом на своего омегу. Вздохнув, Инк взял поднос, поставив на него баночки с вареньем и уже открыл дверь, чтобы выйти, но тут его остановил тихий проглюченный голос. — Не уходи… — Инк остановился на пару секунд, чтобы всё обдумать, сжав напряжённо кисти в кулаки, Эррор наблюдал, а душа тем временем трепетно билась в желании, чтобы альфа остался. — Ладно, но ненадолго. — он поставил на тумбочку поднос и встал у двери, оперевшись об стенку и наблюдая внимательно за Оши.       «Это что такое? А где мои обнимашки и поглаживания?» — возмущался про себя чёрнокостный, насупившись. Он был очень недоволен, что его так обделили. — Эй, подойди сюда… — Эррор? — Инк неожиданно обрадовался, готовый рвануть к нему, но резко остановил себя, помотав головой. — Нет! Если я подойду, то уже не смогу сдерживается из-за запаха! Ты ведь не хочешь… — Глючный наклонил голову и тихо взвыл, а по его скуле покаталась слезинка. — Что и требовалось доказ…       «Думаю, я и так слишком долго был возле него и еле сдерживал себя, нужно быть аккуратнее впредь иначе мы наворотим слишком много бед…» — Я не против… — практически прошептал Разрушитель АУ, а после, осмелев, произнёс громче. — Дотронься до меня!       Инк явно опешил от такого смелого заявления со стороны омеги. Да он был просто в шоке! Совсем недавно Эррора изнасиловал собственный брат, а он и не против повторить? Конечно, Инк гораздо спокойнее и сдержаннее, но это не отменяет факта!       Возмущение и непонимание уже лезло из всех щелей, но в глубине своего сознания, он уже давно повалил своего истинного, даруя так нужную ему сейчас ласку и разрядку… А после ощущения лёгкого жара в штанах, понял, что она нужна не только Глюку… — Нет, ты не знаешь, что творишь! — отрезал Радужный, пытаясь успокоить себя и перебить это возбуждение. — Это всё течка и мои феромоны, — они затуманили твой разум. Я подожду до её конца. — и вышел, оставляя Глюка выть от бессилия.       Эррор недовольно фыркнул, когда художник вышел из комнаты. Он слышал, как тот пошёл в сторону ванной, неужели решил снять своё возбуждение под холодным душем? Но сейчас не до этого, в голову лезли мысли с Инком, как он стоит на плитке в душе, обнажённый, ох, лучше бы даже не представлял. Скулы вспыхнули синим румянцем, внизу живота начало пульсировать. Оши уткнулся в подушку от безнадёжности, недовольство само брало верх и всё лучше он представлял, что бы было, если бы Инк не ушёл — а остался. Каждое прикосновение к своему телу будоражило и заставляло вздрогнуть, он представлял, что его касается Инк, а не он сам себя. Вцепился свободной рукой в подушку и завыл, зовя тихо Инка к себе. Он не знает почему, но его тянуло к этому Радужному засранцу, может это из-за течки и его гона?.. Или чего-то другого, но мыслить здраво он не мог, разум был затуманен, а тело желало ласки.       Наверное, уже прошёл не один час, а возбуждение так и не прошло. Полежав так ещё немного, Оши приподнялся и осмотрелся. Встав на пол, по телу пробежала мелкая дрожь от касания стопы с холодной поверхности пола. Встав с кровати, немного шатающейся походкой и с затуманенным взглядом, пошёл в сторону выхода из комнаты. Он не знал уже и не помнил, как спустился с лестницы, не свернув себе шею, однако на его небольшое удивление все прошло без падений и травм. Зайдя в гостиную, уже хотел было зайти на кухню и попить водички, но повернулся на крик Инка, который говорил, что тот не должен ходить. Эррор недолго слушал, что говорил ему художник, Оши не громко произнёс фразу: — Мне мало обычных объятий… — Глюк притянул его к себе нитями, и сразу втянул в поцелуй. — Непфх, Эвор… гмх. Мы не должны! — разорвал поцелуй Художник, смотря в затуманенные от возбуждения глаза омеги. Но Глючный не слушал того, его ноги подкосились, и они вместе упали. Эррор быстро переместился на ноги Инка и начал задаривать его нежными поцелуями, а после и вовсе потёрся об его щёку. На любые действия попытаться отцепить от себя слышалось недовольное рычание. Инк не мог не признать, что ему нравится эта ласка, да и возбуждение потихоньку начало возвращаться, но решил попытаться ещё раз вразумить Разрушителя АУ, который неожиданно стал таким любвеобильным. — Ты понимаешь, что нам лучше этого не делать? — И кто из нас здесь альфа, а? — рассвирепел Глюк, не сильно кусая за шейный позвонок. — Заткнись и отдайся наслаждению!       Тут неожиданно они переместились обратно в комнату, а Глюк был повален на спину. Он уже был готов запаниковать, но заметил в глазницах Инка розовые сердечки, и усмешка сама появилась на лице. — Я сдерживался… Но ты сам напросился!