Додразнилась

      Неделю спустя.        В течении восьми дней, Паркинсон избегала встреч с шрамоголовым. За это время, она успела придти в себя и найти более внятное объяснение своему странному поступку. «Я лишилась девственности прямо на столе в его кабинете.» — девушка в мыслях регулярно повторяла эту фразу, чувствуя жгучий стыд. На лопатках и копчике еще не успели зажить синяки. Так сильно на нее давил гриффиндорец, с одержимостью врезаясь в ее тело. Панси слышала много рассказов и сплетен об оргазме, но никогда не могла подумать, что испытает его с тем, кого терпеть не могла. Поттер не просто раздражал ее еще в школе. Он причинял неудобство разуму, путая мысли, повышал градус в крови от злости и слепых попытках продемонстрировать ему свою силу. «Ты подвел меня к запретному и безмерно восхитительному...»— Панси закрыла глаза, подставляя свое лицо потоку теплой воды. Она уже минут двадцать стояла под душем, собирая остатки своей растрескавшейся воли. Очкастый предстал перед ней в облике неизвестного зверя. Неудержимого, порочного хищника. Он не просто следил за ней тогда. Это было прямое, открытое, беспощадное поглощение ее сути и боли. Девушка раскрыла глаза и выключила воду. Она нахмурилась, прижав к груди полотенце. — Боль. — Паркинсон закусила губу, чувствуя мурашки на спине и плечах. — Он спросил меня и приказал смотреть...— разносторонние мысли выстраивались в одно, ошеломительное предположение. Гарри Поттер — общепризнанный герой магической Британии, победивший Темного Лорда и вечно улыбающийся образец добропорядочности на колдографиях «Ежедневного Пророка», был не тем, за кого выдавал себя. «Твою мать!» — она закрыла губы ладонью, понимая, что разгадка близка. Он не просто трахнул ее в тот день. Его не смутил факт ее нетронутости, наоборот, аврор стремился причинить ей боль. Не просто физическую. Сладкую, порочную, недоступную для начального понимания. Поттер наслаждался этим, вбирал в себя, пробовал и забирал, как какой-то извращенец. Панси знала и частично понимала природу таких людей. Ей не повезло случайно познакомиться с частью другого мира, где обитал порок и кровь. Они переплетались в плотные линии, образуя на шее ошейник, от которого уже нельзя было избавиться. Девушка помрачнела и внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале. Это объясняло поведение гриффиндорца и застывшую, безэмоциональную маску на геройском лице. Его отстраненность, немногословность и тяжелый, предупреждающий взгляд. «Моргана помоги мне...»— она опустила руку к промежности, ощутив неудобство где-то внизу живота и влагу между бедер. Ей понравилось это безумие, обман и унижение. Она помнит неприятное чувство засохшего семени, смешанного с кровью. Нечто...поистине животное. Поттер не был торопливым придурком, страдавшим неопытностью. Он точно знал, что сказать, как двигаться и подавить ее волю в наслаждении. «Теперь я знаю, кто ты...» У Паркинсон появилось преимущество. Она приоткрыла завесу тайны избранного, но наткнулась на целый поток новых вопросов. Еще более личных, темных и коварных. Ей следовало затаиться и отступить. Не провоцировать и не искать пути к губительным ответам. «Этот омут полон чертей и нырять в него не следует.»

***

      Панси стремилась держаться подальше от гриффиндорца и просто не приходила на ранее запланированные встречи. Она всячески использовала это время с пользой, решив опрашивать других авроров, в особенности тех, кто участвовал в операциях совместно с избранным. Слизеринка старалась реже оставаться в одиночестве, когда посещала министерство магии. Это было стандартной страховкой от неудобных столкновений с Поттером. Ее нельзя было назвать трусихой или нерешительной особой, но частые напоминания о физической связи с врагом, порождали где-то внутри комок неуверенности и страха. Мысли о гриффиндорце пугали, искушали и ранили девушку. Голова все чаще вжималась в плечи, а глаза смотрели вниз. Она и раньше ощущала мимолетные взгляды зеленых глаз на себе. Однако в течение двух последних дней, Панси не покидала тревога вместе с жжением на ушах и затылке. «Черт бы тебя побрал, Поттер!»       Слизеринка в очередной раз решила пойти в хранилище и именно сегодня, как назло, в этой нижней секции было безлюдно, как в склепе. Она уже подходила к высокой двери, когда заметила боковым зрением небольшую группу в аврорских мантиях. Впереди, двигаясь плавно, как в замедленной съемке, шел глава Аврората. — Блять...— Резко ускорив шаг, Панси влетела в проход, который оставили после себя две пожилые волшебницы. Они как раз выходили из хранилища и пропустили вперед поспешившую девушку. «Твою мать! Твою мать...» — Просто поставить быстрее эти две папки и забрать первую попавшуюся. — бормотала слизеринка, подойдя к стенду. Она еще больше разволновалась, когда поняла, что в огромном помещении никого не было. Только документы в папках с данными на преступников. Девушка с облегчением выдохнула, надеясь, что за эти минуты авроры покинули нижнюю секцию. Пока Панси перебирала бумаги задрожавшими пальцами, дверь хранилища беззвучно заблокировалась. Еще один гость медленно проходил через темный коридор. — Паркинсон, — раздался за ее спиной тихий голос героя. «Проклятье! Не оборачивайся!» — Чего тебе, Поттер?— Панси напряглась телом, продолжая рассматривать ячейки с буквами алфавита. — Ты, кажется, игнорируешь указание самого министра магии или мне еще твою работу делать нужно?— Гарри растягивал слова, вынуждая ее занервничать. — Если это намек на твою уникальность, то спешу заверить, что я сумела собрать довольно много информации от других волшебников, — она создавала некий вид усердной занятости и заинтересованности папкой с данными какого-то егеря. — Но отчетности он попросит у меня и его, мягко говоря, не обрадует писанина про мошенников и мелкосортных хулиганов, — голос аврора был все также спокоен. — У меня нет времени напоминать тебе о твоих обязанностях, а тем более бегать за тобой. «Ублюдок!» — Панси заскрипела зубами от злости. — «Он специально провоцирует меня.» — Слушай, Поттер! — слизеринка все еще стояла к нему спиной. — Если ты так печешься, то информирую тебя, что я приду завтра после 12 часов, как мы и договаривались ранее. — Надеюсь без опозданий, — утвердительно проговорил герой, делая несколько шагов вперед. — Без. — девушка была так сильно раздражена их вынужденным общением, что совсем не услышала его приближения. Она быстро поднялась и спустилась с лестницы, осторожно поставив несколько папок вниз для просмотра. «Пожалуйста, пусть он уйдет...» — Раз мы оговорили рабочие моменты... — мягкий голос избранного раздался совсем рядом. — То теперь можно перейти к...другому вопросу. — А у нас разве есть другие общие темы, кроме рабочей сферы? — холодно поинтересовалась Паркинсон. Даже сейчас, она не смогла упустить возможность проявить дерзость. «Я не боюсь тебя, придурок! Не боюсь!» — Я вскрыл тебя неделю назад...— произнес его голос над ее ухом. От этих слов из уст избранного, папки полетели вниз из задрожавших девичьих рук, а сердце на мгновение остановилось. — И судя по твоей реакции, тебе отнюдь не все равно, — Гарри опять провоцировал ее, желая вывести на неконтролируемые эмоции. «Великий Салазар.» — она собрала остатки своего терпения и гордости, чувствуя жар на щеках от стыда. — Знаешь что, Поттер, — Панси пыталась унять дрожь в коленях, а голосу придать сухости.— Это был простой секс, без обязательств и если ты трясешься за свои жалкие изливания, которые посмел оставить во мне, то могу утешить, я на маггловских таблетках, — она поморщила носик, решив ответить еще более грубо. — Хотя, если учесть твое общение с нескончаемым выводком рыжих нищебродов, ты вряд ли в курсе, что такое контрацепция... Сильные пальцы схватили ее за загривок и прижали голову к полкам. — Ты совсем спятил?! - девушка попыталась вырваться, но Поттер прижал ее к стенду корпусом своего тела. — Одна из твоих отрицательных черт, Паркинсон, это неумение лгать, — он говорил ровным голосом ей в затылок, обдавая горячим дыханием и ароматом своего парфюма. У нее получилось задеть его. Но вместо радости и триумфа, слизеринка начала бояться. Она хотела развернуться и оттолкнуть гриффиндорца, но ее тонкие запястья зафиксировали у нее перед лицом. Гарри сжал их одной рукой, обжигая затылок неровным дыханием. — Пусти, мать твою, или я закричу! — Тем хуже для тебя и твоей работы, — тихо проговорил аврор с ухмылкой. — Мерзавец! — Панси дернула плечом, надеясь избавиться от тяжести и тепла его тела. — А кончил я в тебя специально, потому что так захотел. — прошептал Гарри ей в ухо. Его большой палец специально погладил кожу запястья слизеринки. После этих слов, девушка замерла, перестав сопротивляться. «Что?!» — Ты отдала мне свою нетронутую щель, а я подарил тебе чистое семя. Равноценный обмен.— аврор стал сильнее давить на нее, пройдясь губами по внешней раковине маленького уха. — Ну ты и паскуда, Поттер. — Панси была обескуражена его вопиющей наглостью и порочными речами, от которых неудобно заныло, где-то в животе. Его другая рука невесомо заскользила вдоль ее тела и забралась под юбку. Слизеринка громко выдохнула, дернувшись телом. — Тише, Паркинсон, — голос Гарри понизился до шипения. — Я лишь хочу проверить, насколько все... серьезно.—Его гибкий палец проник под кружево намокших трусиков и плавно вошел во влагалище с неприличным звуком. При этом стенки стали туго обхватывать гостя, не желая выпускать из своих тисков. — Ты уже успела залечить свою щель? — Ах-х... — Панси не сдержала короткого стона и прогнулась телом, закрыв глаза. Он говорил ужасно грязные вещи своим мягким, невозмутимым голосом, а ее тело реагировало на это, словно было под зельем с афродизиаком Гарри сильнее прижался к ней и толкнулся бедрами. — Мерлин... — она чуть не подавилась воздухом, ощутив его жесткую, внушительную и позорно желанную эрекцию. Член целился ей в спину, а палец внутри плавно задвигался. Аврор хрипло выдохнул, зарываясь лицом в ее волосы, как кот и проговорил взволнованным голосом: — Паркинсон, у нас проблема, — он продолжал двигать пальцем в ней, удостоверяясь, насколько она была готова. — Чертовски большая проблема.— молодой мужчина слегка покачал головой, понимая всю сложность ситуации. Девушка мало что соображала, сосредоточившись на слабых ощущениях своего лона. Она покраснела и толкнулась тазом назад, чтобы сильнее чувствовать его внутри себя. Поэтому подтвердила факт коротким: — Да.— Ее тело стало неосознанно двигаться, создавая эффект фрикций. — П-пожалуйста...— впервые в жизни, Панси окончательно потеряла здравомыслие и стыд. Она робко умоляла очкастого продолжать, наслаждаясь их запретной близостью. «Безумие...» Гарри крепче сжал ее запястья и стал вытаскивать палец. — Нет...прошу тебя, Поттер, — прерывисто прошептала она, случайно прикоснувшись губами к его руке. «Я рехнулась...» Ей снесло крышу. Слизеринка хотела, чтобы гриффиндорец трахнул ее прямо здесь в хранилище, как последнюю потаскуху. Стало все равно, что кто-то мог зайти сюда в любую минуту и увидеть их. Аврор вытащил палец и грубо взял ее за волосы на затылке, откинув голову назад. — Хорошо, Паркинсон, я отымею тебя сейчас, но на тебе будет висеть должок, — проговорил он охрипшим голосом ей в ухо. Панси ничего не ответила, только шумно дышала через рот. Избранный отпустил ее и подвинул лестницу при помощи манящих чар. — Поднимись на две ступени, — указал ей Поттер на лестницу, а потом усилил блокирующие чары на большой двери, быстро взмахнув палочкой. Он никогда не приветствовал спонтанность в сексе, тем более с учетом тех увлечений, которые практиковал. Но слабая мольба этой наглой особы провоцировала и вдохновляла, как ничто ранее. Гарри смотрел, как слизеринка послушно встала на ступень лестницы и наклонилась корпусом тела. Их разница в росте сгладилась, но следовало сменить угол. — Прогнись и наклонись корпусом.— он приподнял мантию и расстегнул молнию брюк, освобождая каменный член. Панси держалась руками за перекладину, а ноги чуть согнула в коленях. Но он все равно поправил ее, заставив сильнее приподнять зад. Юбка задралась, а трусики спустились вниз. Член медленно продвигался вперед, растягивая ее. — Такая... тугая, — Поттер сжал челюсти и резко толкнулся, проникнув до основания. — О, Господи...— девушка замычала в свою руку, от легкого неудобства и натяжения. Фрикции были острыми и глубокими. Поттер не разгонялся до фанатизма, чтобы не сломать несчастную лестницу, но и медлить не хотел. Панси еле справлялась с собой, чтобы не закричать. Тугой комок напряжения стягивался, прогревая внутренности. — Мер-рлин... — Девушка укусила собственный кулак, чтобы не застонать во все горло, чувствуя падение в пропасть удовольствия. Ноги и руки дрожали. Мягкая волна поднималась из глубин, пока аврор особенно сильно толкался в нее, удерживая за бедра. Он остановился, не выходя из нее, дав возможность упругим стенкам лона заглатывать член. Мужская рука обхватила грудь, больно смяв плоть через рубашку, пока Паркинсон боролась со сладкими конвульсиями, шепча что-то себе под нос. Когда она пришла в себя и смогла отдышаться, то услышала шуршание одежды. Поттер молча застегивал молнию брюк, собираясь уходить. «Он не кончил, почему?»— Панси знала ответ, но предпочла молчать. Однако, когда гриффиндорец прошел в темный коридор, скрываясь в мягкой темноте, она быстро спустилась с лестницы. — Стой! — девушка поправила белье с юбкой и отбросила темные волосы назад за плечи. — Что еще? — холодно спросил Гарри. Он остановился, но не обернулся к ней, крепче сжав в руке палочку. — А ты...разве не хочешь...до конца. — неуверенно спросила слизеринка, смотря на его плечи и спину. «Боже, Панс, зачем это тебе?!» — Не в этот раз, — ответил он после минутного молчания и поспешил в сторону двери. — Это все потому, что мне не было больно?— она сделала два шага вперед, прижав кулачок к груди. Сердце застучало слишком громко, румянец сошел с щек, оставив легкую бледность от эмоциональных переживаний. Возбуждение и тревога слились воедино, покрывая ее плечи мурашками. Считаешь, что я не заметила твоих... наклонностей? Гарри медленно развернулся и пристально посмотрел на нее, поправив очки на переносице. — Боль? — переспросил он не своим голосом. — Твои наклонности...— Панси облизнула пересушенные губы. Его силуэт в темном коридоре смазывался, обретая больше объема и неясных линий, выделяя тот самый взгляд. — Я знаю о них. Ведь ты...спрашивал меня...тогда. — ей было одновременно страшно и неловко говорить об этом. — И ты посчитала, что тот секс...без обязательств, каким-то образом охарактеризовал мои...предпочтения? — все тем же ледяным тоном спросил Поттер, выйдя из темноты узкого пространства. Он приблизился к ней и остановился на расстоянии вытянутой руки. Девушка опустила руку и расправила плечи, вскинув подбородок. — Ты садист, Поттер. И ты хочешь...моей боли.— прошептала она еле слышно. Это была та самая черта, за которую Панси не должна была переходить. Его глаза в одно мгновение потемнели, а по лицу пробежала тень, делая из него незнакомца. Мрачного, одержимого и еще более притягательного. Поттер осторожно приблизился к ней на один шаг и выставил вперед волшебную палочку. Ему не составит труда использовать Обливиэйт или Империус, стереть из ее памяти моменты их неожиданной близости, которая обязательно повторится. «Неужели он убьет меня?» — Паркинсон смотрела на в упор на аврора, стараясь реже моргать глазами. — Десять баллов Слизерину. — пробормотал Гарри, приподняв уголок ровных губ вверх. Кончик его палочки раскачивался в разные стороны, перемешивая загустевший от напряжения воздух. — Можно было дать целых двадцать, но...ты все равно не выдержишь... Панси ахнула, почувствовав головокружение. Именно эти слова он произнес в своем кабинете, когда она позволила ему... «Позволила проверить?» — саму себя спросила девушка и скрестила руки впереди в жесте защиты. — А ты уверен в этом? — произнесли слизеринка прежде, чем успела обдумать этот вопрос. «О, боже! Почему я не могу успокоиться?!»— она проклинала свой острый, не сдержанный язык, который требовал реванша и нового вызова. То, как осмотрел ее тело Поттер, как быстро преодолел жалкое пространство, чтобы встать вплотную, как раскрыл губы для растянутого вдоха, держа в шаткой узде свое темное нутро, лишний раз доказывало правоту девушки. — Тебе известно понятие болевой порог?— проговорил Гарри, стараясь сдержать себя. Он уже давно обрисовал в мыслях целую программу по использованию ее рта и всего тела. — Ты...вроде, уже оценил его.— Панси покраснела и посмотрела вниз на его волшебную палочку. Она опустила руки, чтобы заполнить легкие воздухом. Неожиданно, Поттер обхватил ее подбородок пальцами и приподнял для продолжения связи их глаз. Молодой мужчина дышал слишком часто, прерывисто и возбужденно. Он провел большим пальцем по нижней губе девушки, а затем, опустился ниже к шее. Когда он стал быстро расстегивать пуговицы блузки, Панси вздрогнула, потому что все еще смотрела в потемневшую зелень его глаз. Она ощутила жаркий румянец, когда аврор распахнул блузку, открыв своему взору пышную грудь красивой формы в тонком кружеве белого цвета. Небрежными движениями палочки Гарри убрал мешавшую ткань, а потом, пальцы по очереди опустили лямки бюстгальтера, освобождая упругие полушария. — Люмос,— Он подсветил себе, чтобы лучше рассмотреть светлую плоть. Теплые ладони касались ее медленными, изучающими движениями, сжимая и растягивая розовые соски. Его волшебная палочка слегка покачивалась, паря в воздухе с ярким светом на кончике. — Ах-х...— Панси прикрыла глаза от удовольствия и сжала пальцами ткань его мантии. Она закусила губу, чувствуя сладкую, ноющую боль внизу живота. — Становись на лестницу, подними юбку и подставь ягодицы. — Это был не голос, а рычание зверя, слишком голодного и опасного. Панси медленно повиновалась и неуверенно поднялась на одну ступеньку. Ей хотелось обернуться и посмотреть на гриффиндорца, но стеснение и ожидание неизвестности почти парализовали ее волю. — Выше,— озвучил Поттер приказ и приблизился. Она поднялась на вторую и закрыла глаза руками. — Ложись аккуратно и не двигайся, иначе падение будет неизбежным, — предупредил властным голосом аврор. С помощью магии трансфигурации, он сделал лестницу немного выше, для удобства девушки. Когда Панси легла животом и грудью на лесенку, она почувствовала его руку, спустившую трусики. Поттер поднял юбку, любуясь ее светлой, упругой задницей. Она не была полной, но кожа в приглушенном свете сияла, как жемчуг. Его ладонь задрожала, сильно сжав нежную плоть. — Прогнись сильнее.— Гарри хотел увидеть больше, нырнув пальцами меж ягодиц. Паркинсон замычала и выдохнула через губы, когда он вновь проник в нее указательным и средним, проверяя готовность. Гриффиндорец слишком шумно дышал и уже не контролировал себя, как раньше. Сорвав мантию и расстегнув брюки, он достал свой кожаный ремень. Аврор сложил его вдвое и отошел назад на шаг. Панси лежала под небольшим наклоном и продолжала закрывать глаза руками, боясь произнести что-то лишнее. Ее сердце билось стучало часто и громко, отдавая в виски легкой болью. Она вновь почувствовала осторожное и даже ласковое касание к ягодице. — После этого...пути назад не будет.— пробормотал аврор ей в ухо. Рука с ремнем медленно погладила щеку и волосы девушки. — Ты уверена? Ему нужно было ее согласие. Добровольное и окончательное. Их связь перейдет на новый уровень или навсегда погубит ее. — Да...— прошептали в тишине губы девушки. — Помни одно мое условие, Паркинсон. Соблюдай тишину. — Гарри отошел назад и замахнулся. Удары ремня сотрясали мягкую плоть, задевая сложенные вместе половые губы. Боль была обжигающей, жалящей и странно возбуждающей. Возможно, очкастый специально подбирал интервал и силу ударов, чтобы агония проходила через кожу, задевая нервные окончания и воздействовала необъяснимым образом на мышцы ее матки. Панси чувствовала собственную влагу и набухший клитор. Она старалась сдерживать свои порывы обматерить Поттера, прижав ладонь ко рту. Вместе с резкими выдохами, слизеринка издавала протяжные низкие всхлипы, но потом, что-то с громким стуком упало на пол. Сильные руки молодого мужчины крепко схватили ее предплечья. Поттер рывком опустил ее на пол и раздвинул ноги. Одним резким движением, член проник в нее до основания. Гарри вбивался в нее, как сумасшедший, наклонившись к шее и держа одну грудь ладонью. Мокрые шлепки и еле слышные стоны девушки нарушали могильную тишину хранилища. — Поттер... Я… — Панси завертела головой, царапая ногтями его плечи. Ее тело выгнулось дугой, пока пальцы аврора сдерживали ее крик оргазма. Через содрогания и конвульсии, он перешел в слабый скулеж, когда долбежка сменилась резкими, глубокими фрикциями. Гриффиндорец зашипел, впиваясь пальцами в покрасневшие ягодицы. Струя семени брызнула под давлением в горячее, сокращающееся лоно. Из-за сдерживания своих желаний, освобождение тупой болью отдавало мужчине в мошонку. Казалось, что яйца выворачивались наизнанку. Гарри выгнулся и закрыл глаза. — Черт... Великолепно, — с неровным выдохом проговорил аврор. Он по-прежнему был в ней и не хотел выходить, рухнув сверху от усталости и чувства свободы. Оба лежали мокрые без сил, переводя дыхание. Ягодицы девушки немного онемели после жестокой порки. «Что я наделала...» — подумала Панси, чувствуя наступавшую необратимость.