Peony flowers

      —Хен, почему ты возишься со мной? — Тэхен откладывает телефон, вернее сказать, отшвыривает в сторону и поджимает губы в тонкую полоску. Прошло около двух месяцев с того дня, как Чимин забрал Тэхена к себе и буквально заставил жить заново. Тэхен набрал в весе, стирая с лица выпирающие скулы, придавая лицу ему живой вид. Чимин контролирует каждый прием пищи, распорядок дня и каждый вздох Тэхена. Чимин не позволяет другу впасть в отчаяние, не позволяет депрессии укутать в кокон. Чимин всегда рядом, он заражает своей улыбкой, глупыми шутками и заливистым смехом. Чимин строго следит за приемом нужных таблеток и витаминов. Самолично делает массаж ног, заставляя Тэхена немного поверить в себя и раскрыть то, что засело глубоко внутри, что не позволяет подняться на ноги. Чимин верит в Тэхена, а Тэхен верит Чимину.       — Ким Тэхен, я отключу тебе интернет. — Омега снимает очки в круглой оправе и отрывается от ноутбука. — Очередные сплетни? Нашел, кого слушать. Ты же знаешь, что ты у меня лучше всех, ТэТэ. Пак поднимается со стула и подходит к сидящему на диване другу, сразу же помогая ему пересесть в коляску.       — А ну, пошли есть печенье, оно уже остыло и хочет оказаться в наших животиках. — Чимин щекочет живот младшего, от чего тот совсем тихо смеется.       — Хен, пожалуйста, купи мне краски. — Тэхен вдруг серьезно смотрит в глаза своего друга. — Я хочу рисовать в твоем саду, хен. Там так хорошо сейчас, ты купишь? Чимин обхватывает маленькими ладонями лицо Кима и широко улыбается. Глядя в эти доверчивые глаза, хочется купить этой омеге не просто краски, а целый мир. Чимин мягко целует друга в макушку и отпускает.       — Конечно же, куплю, ТэТэ, завтра у тебя уже все будет, обещаю. Тэхен улыбается счастливо и по-детски, своей фирменной улыбкой вызывая у Чимина приступ счастливого писка. Видеть счастливого Тэхена становится настоящим чудом.

***

Чимин вышел с отпуска уже как пару недель. Он уверен, что Тэхен справится дома самостоятельно, ведь они оба приложили много усилий, чтобы обучиться всему. Чимину пришлось многое переделать в своем доме. Например, напрочь забыть о верхних полках, оставляя все необходимое на легкодоступных местах. Омега решительно настроен поднять своего друга на ноги, но для этого необходимо понять природу его проблемы.       —ТэТэ, а ты не помнишь, кто был твоим лечащим врачом? — Чимин красуется около зеркала, собираясь на работу после долгого отпуска.       —Ким Намджун, я никогда не забуду этих добрых людей, у него…— Договорить омеге не дает возглас друга.       —Подожди, Ким Намджун? Этот тот, у которого омега Ким Сокджин? — На свой вопрос Пак получает уверенные кивки. — Почему ты раньше не говорил? Мы же работаем в одной больнице, просто отделения разные.       —Потому что ты не спрашивал. — Тэхен тихо фыркает и сильнее кутается в плед, омегу клонит в сон после столь плотного завтрака от Чимина.       — Я заеду в магазин и куплю тебе краски, хорошо? Сразу же звони мне, если вдруг что-то случится. Ты же справишься, ТэТэ? — Чимин обеспокоенно смотрит на своего друга, он знает, что тот гораздо сильнее, чем кажется, знает, что обучил его всему, но все равно беспокоится.       —Я хочу акварель, хен. Не беспокойся обо мне, я не пропаду. — Тэхен смотрит с уверенностью, на что Чимин лишь улыбается.

***

Чимин всегда держит свои обещания, а потому, на работу он приезжает с полным пакетом из художественного магазина. Первым делом, омега решает, что ему необходимо заглянуть к Намджуну и посмотреть историю болезни Тэхена. Пак переодевается в белоснежный халат, по которому, сказать честно, успел соскучиться, и прикрепляет именной бейджик. Поправив волосы перед зеркалом, омега улыбается довольной улыбкой, берет со стола свою карту пропуск и уверенной походкой выходит из кабинета. Намджун встречает парня лучезарной теплой улыбкой и крепкими объятиями.       —Пак Чимин, я думал, что ты со своими научными проектами и конференциями больше не вернешься в родные стены. — Джун разливает по кружкам ароматный травяной чай и достает коробку с конфетами.       —Прости меня, хен. Я тоже очень скучал. Как Джин-хен, как ваш малыш? — Омега с благодарностью принимает кружку с чаем и делает глоток обжигающего напитка.       —С Джином все хорошо, а малыш растет как на дрожжах. — Альфа смеется, обнажая белоснежный ряд зубов и демонстрируя очаровательные ямочки.       —Это чудесно, хен. — Омега удовлетворенно кивает и отставляет чашку с чаем. — Но на самом деле я пришел немного с другим вопросом. Ты помнишь Ким Тэхена? Намджун чуть хмурится и кивает. Альфа встает из-за стола и надевает очки, подходя к шкафам и проводя пальцем по папкам в алфавитном порядке. Выудив нужную папку, Намджун возвращается на место.       —Не знаю, зачем ты интересуешься, но дело с этим парнем было сложное. — Намджун снимает очки и кладет их на стол.       —Он мой друг с самого детства. Это ради него я брал отпуск. Помоги мне поставить его на ноги, хен. — Омега берет папку из чужих рук и пролистывает ее, изучая результаты анализов и снимки с МРТ.       —Вот как. Все же мир тесен, не так ли? — Альфа по-доброму улыбается. — Видишь ли, Чимин. С самого начала было ясно, что под колеса он прыгнул намеренно, Джин настоял на том, чтобы не определять его в психиатрическое отделение и оказался прав. Тэхен не может встать не потому, что у него проблемы с отделами спинного или головного мозга, нет. Посмотри МРТ и убедись, что там все в порядке. Проблема в голове, в его психосоматике. Чимин поджимает губы и сравнивает анализы при поступлении и перед выпиской. В голове творится каша, а новость о случившемся выкидыше заставляет сердце болезненно сжиматься.       —Тот альфа, что был с ним все это время. Я думаю, что причина именно в нем. Джин рассказывал мне, что тот настоящий тиран, со слов самого Тэхена, но мы видели лишь любящего и заботливого человека. Он носил его на руках на процедуры, оберегал его. И ты знаешь, именно это и повлияло на такую динамику. Мы думали, что Тэхен встанет перед самой выпиской. Медицина бессильна в этом.       —Я забрал его в тот момент, когда жизненные силы почти покинули его. Он весил около сорока килограмм и был похож на живой труп, понимаешь, хен? — Голос Чимина предательски дрогнул, а к горлу подступил болезненный ком. — Этот изверг издевался над ним, изменил, а потом выгнал. Намджун устало массирует виски и откидывается на спинку своего кресла.       —Об этом я и говорю, Чимин-ни. Все дело в голове. Наш мозг это черный ящик, мы до конца не знаем, какие сложные химические процессы происходят там. Это все на ментальном уровне, это все простая химия. — Альфа тяжело выдыхает. — Я уверен, что ты найдешь способ.       —Спасибо, хен. — Чимин мягко улыбается и забирает папку с историей болезни, поднимаясь из-за стола. — Я позже верну ее. До встречи. Возвратившись в свой кабинет, Чимин садится за стол и изучает историю вновь и вновь, ища какие-то подсказки и ответы. От мыслей его отвлекает стук в дверь, в которую сразу же заходит блондинистый альфа с недовольным лицом.       —Эй, ты, Пак Чимин! Почему я узнаю от Намджуна, что ты приехал? — Альфа недовольно ворчит и складывает руки на груди. Чимин подрывается с места и с радостным писком несется в объятия альфы.       —Юнги-хен, прости, прости! Я так скучал, хеееен. — Пак виснет на чужой шее, крепко обнимая обожаемого друга.       —Скучал он, как же. Хоть бы раз позвонил или написал, маленький засранец. — Юнги снимает липучую омегу со своей шеи и треплет того по волосам. — Щеки какие отъел. Очарование, Пак Чимин. Мин звонко смеется, получая локтем в бок от обиженной омеги.       —Ты уже отработал, хен? Или просто так без халата разгуливаешь? — Чимин отходит от альфы, все еще строя из себя самого обиженного на свете человека.       —Да, я домой. А ты тут что, в бумажках копаешься? — Юнги кивает на заваленный бумагами стол.       —Я тут… — В голове Пака что-то щелкает, лицо озаряет яркая улыбка, а в глазах появляется блеск азарта. Юнги вскидывает бровь и смотрит на омегу с немым вопросом. Альфа давно привык, что этот Чимин не от мира сего, с кучей тараканов в голове.       —Хен, ты поможешь мне? Пожалуйста, хен. Нужно отвезти краски моему другу. Понимаешь, я сам не могу. Мне еще нужно разобраться с кипой бумажек, а ему они ну очень нужны. — Чимин строит щенячий взгляд и вручает Юнги пакет с художественными материалами. — Он живет у меня, завезешь? Юнги закатывает глаза и поджимает губу в тонкую полоску, забирая пакет из чужих рук.       —И почему я должен делать это, скажите мне на милость. — Юнги вновь ворчит, прожигая в омеге дырку. Тот умел уламывать своими щенячьими глазами, это всегда действовало на Мина.       —Потому что ты самый лучший хен на свете. Давай, не будь букой, помоги своему любимому тонсену. Я куплю тебе бутылку самого лучшего вина, только отвези эти краски на мой адрес. Тяжело вздохнув, альфа выходит из кабинета хирурга, направляясь на выход из здания. Чимин довольно улыбается и берет со стола телефон, набирая Тэхена. —ТэТэ? Милый, как ты? —Хен, что-то случилось? Я приготовил обед и очень жду тебя, ты купил мне краски? —Прости меня, ТэТэ, я приеду только к ужину, завал по работе. Но ты не расстраивайся, краски уже едут к тебе, обед тоже не пропадет. Его зовут Юнги, я тебе рассказывал как-то про него. Он любезно согласился привезти тебе краски, будь умничкой, Тэхен-а, он мой очень хороший друг. На другой стороне слышится грустный вздох. —Хорошо, хен. Я буду ждать тебя к ужину, хорошего дня. Чимин откладывает телефон и садится за стол. Раз дело в химии, значит, Мин Юнги станет тем, кто поможет Тэхену встать. Пак знает этого альфу еще с института. Тогда Юнги уже учился на последних курсах, а Чимин только пришел. Альфа курировал первый курс, а потому, им приходилось часто сталкиваться. Тогда-то Чимин и вытянул Юнги из серого мира, показав ему, что такое просыпаться по утрам и радоваться жизни. С тех пор прошло много лет, но Мин до сих пор с благодарностью вспоминает Паку то, что он не дал ему загнуться от депрессии. Юнги уже почти тридцать, в этой жизни он добился всего, чего хотел. Выучившись на психотерапевта, Мин получил хорошую должность в престижной клинике, куда позже пришел и Чимин. У альфы было все то, о чем можно мечтать, но не было самого главного, любящего человека и семьи. Альфа просто не умел, не знал, как вести себя с омегами, что говорить и делать, чтобы покорить чужое сердце и полюбить по-настоящему. У него были омеги, но все это было не больше недели. Хотелось настоящего и искреннего, того, кто не будет падок на его финансы. Того, кому будет важно внутреннее, а не статус в обществе. Подъехав к знакомому дому в пригороде, альфа припарковался и вышел из машины. Набрав код на воротах, зашел внутрь и, по каменной тропинке, дошел до самого дома, где постучал костяшками пальцев по двери. Юнги сжимал крепко пакет с красками в руках и отчего-то сильно волновался. Когда дверь открылась, сердце альфы ухнуло куда-то в желудок. Перед ним в инвалидной коляске сидел омега. Самый очаровательный омега, которого можно было только встретить. Миловидное лицо правильной формы с небольшим носиком, пухлыми губами, глубокими миндального цвета глазами и россыпью родинок на лице. Серебристые волосы слегка развевались из-за сквозняка, который создали открытые дверь и окна.       —Вы от Чимина? — Омега тихо спрашивает, а Юнги тонет второй раз за день. Глубокий низкий голос, вызывающий табуны мурашек по всему телу.       —Да, меня зовут Мин Юнги. Я краски принес. — Юнги старается держаться и не показать свои дрожащие от волнения руки.       —Ким Тэхен. — Омега мягко улыбается и кланяется одной головой. Отъехав немного назад, Тэхен позволяет альфе пройти внутрь дома. — Пожалуйста, проходите. Спасибо, что привезли мне краски. Я начал сходить здесь с ума от скуки. Юнги понимающе кивает и проходит в дом, закрывая за собой входную дверь.       —Могу ли я предложить Вам чай или кофе? У меня обед готов, я ждал Чимина, но…— Тэхен грустно вздыхает, он очень скучает, когда Чимина нет рядом. — Но он очень занят.       —Ты можешь называть меня просто хен, не нужно этих формальностей. — Юнги отдает пакет с красками и снимает обувь. — Я не откажусь от чая, я сегодня еще ничего не ел. В любое другое время Юнги бы отказался, но не сейчас. Несмотря на то, что альфа был не голоден, ему очень хотелось остаться еще на немного, побыть с этой омегой, познакомиться с ним поближе.       —Хорошо, хен. — Тэхен смущенно улыбается, не поднимая взгляд на симпатичного альфу рядом. Кажется, омега совсем разучился общаться с незнакомыми людьми. Этот альфа был смущающе красив. Высветленные волосы, обворожительная улыбка деснами и хитрые лисьи глаза. Юнги был красив по всем тэхеновским меркам. Отставив пакет с красками, Тэхен проехал на кухню, где заварил чай и положил в миску рис со свининой в соусе, подавая все на стол с приборами.       —Я только учусь готовить, не уверен, что будет вкусно. — Тэхен перебирает край пледа, которым укрыты ноги, явно нервничая. — Вы, то есть ты, хорошо знакомы с Чимином? Он рассказывал мне о вас, то есть о тебе. –Щеки пылают, Тэхен совершенно не может сосредоточиться. После того, как Юнги моет руки, он садится за стол и вдыхает аромат домашней еды. Он не ел очень давно что-то домашнее, перебиваясь доставками или полуфабрикатами. Мина умиляет то, как очаровательно краснеют щеки Тэхена, как нервно он сжимает и перебирает тонкими пальцами плед. Все это кажется таким правильным, таким уютным. Пробуя еду, что ему предложили, альфа мычит от удовольствия. Мясо тает во рту, приятно гармонируя с соусом и рисом.       —Это очень вкусно, правда. Я забыл, когда в последний раз ел что-то такое же вкусное. — Мин не врет, а омега перед ним безбожно краснеет, закрывая алеющие щеки пальцами. — Мы с Чимином учились вместе, я курировал его группу, а потом, вышло так, что мы оказались в одной больнице, и сейчас работаем вместе. А ты, давно знаком с ним?       —Чимин старше меня на два года, мы выросли вместе. — Тэхен мягко улыбается и убирает пустую тарелку со стола, заменяя ее на кружку с чаем. — Правда понравилось? У Тэхена в глазах надежда, а Юнги тонет, не пытаясь схватиться за спасательный круг. Тонет в Тэхене, словно в звездном бездонном небе. Проходит еще много времени, прежде чем Юнги уходит. Они говорят обо всем на свете, рассказывая различные истории из своего детства и юношества, много смеются. Тэхен показывает свои зарисовки, обещая Юнги нарисовать что-нибудь для него. Юнги видит в Тэхене свой дом, а Тэхен и не против.