Белые розы

Быстро печатаю: «Нет, я приболела, сегодня дома» Снова пиликает телефон: «У тебя есть справка?» – Поднимаю глаза и смотрю на мамку. Она осуждает моё это увлечение гаджетами. – Ма-а-ам, мне справка нужна, чтобы в институте отметили… – И снова кашляю какой же у меня глубокий кашель, только бы не довести до воспаления лёгких. Я в детстве им переболела, такие больные уколы мне тогда делали; с тех пор я вообще шприцев боюсь. – А разрешения матери тебе не хватит? – говорит. – Да-да, – отвечаю ей и сразу пишу Катьке. «Записка от мамки пойдёт?» Несколько секунд жду ответа. «Да, сейчас скину шаблон». Мне в контакт прилетает файл, я открываю его, а там всего две строчки. «Я, такая-то такая-то, прошу отпустить мою дочь (сына), такого-то такого-то, в связи с семейными обстоятельствами». «Семейными обстоятельствами?» – пишу. «Да, – отвечает Катька. – Только так, и никак иначе» Понимаю: у нас в институте с этим строго. – Ма-ам, – снова зову я её. – Ну что ещё? – спрашивает мама. – Напишешь мне записку, чтобы меня в институте не отмечали. – Давай листочек и ручку. Достаю свою сумочку, вырываю из конспекта страничку и протягиваю ей. – Ручку, – напоминает она. Даю её свою ручку с блёстками. – Что писать? Открываю на телефоне файл и диктую: – «Я, Саваш Ирина Леонидовна, прошу отпустить мою дочь, Саваш Юлию, с занятий в связи с семейными обстоятельствами». Сегодняшняя дата и подпись. – Это ты Саваш, у тебя фамилия нашего папки, а у меня другая фамилия, – поправляет меня мамка. – Ну-у-у, это ты будешь потом в институте объяснять, а сейчас надо, чтобы фамилии совпадали, иначе мне очень долго придётся потом доказывать декану, что у нас с тобой фамилии разные. – Ох, – вздыхает мамаша, – на что только не пойдёшь ради любимой доченьки! Даже снова возьмёшь фамилию твоего непутёвого папашки. – Она улыбается и протягивает мне листок со своей подписью. – Спасибо, мамочка, ты у меня самая лучшая! – сюсюкаю с ней, как маленькая. Мне кажется, только с ней я по–прежнему чувствую себя ребёнком. Хотя с тех пор, как отец ушёл, мне пришлось очень рано стать взрослой. – Ладно тебе, – говорит она. – Колись, что за Сашка. Парень твой? – Да, – стыдливо улыбаюсь и опускаю глаза. – Я же не в монастырь поступила, а в институт. – А как же Димка? Вы же так хорошо дружили. Он же с седьмого класса портфель за тобой носил. – Ну, ма–а-ам, с Димкой мы просто друзья. – Но я–то думала… – Нет, ты же знаешь меня, если я уже что решила – не отступлюсь. –говорю шепотом, чтобы нас никто не подслушал. Хотя кто может подслушивать в моей собственной комнате? – Он приятный, милый и хороший, но… ты бы видела Сашку! Достаю смартфон и показываю ей его страничку ВКонтакте. – Ну-у, этот вообще красавчик! – соглашается мать, листая его фотки. – Как и твой отец, который нас бросил. – Ну, ма–ам, не надо примерять на меня все свои старые вещи. – По-моему так звучит эта пословица, если вообще есть такая пословица, а не просто фразочка из тупого сериальчика. – Сашка не такой, он не собирается меня бросать. – Мечтательно закрываю глаза. – Ой, и отец твой был не таким… таким хорошим мне поначалу казался! – вздыхает мать. Нет, она не любительница поныть и попричитать. Она отлично держится. И скорее с улыбкой вспоминает моего сбежавшего папашку. Они даже неплохо общаются. Мамка знакома с его другой женой и сыном. А вот я наотрез оказалась общаться с ними – нет, и всё! Их в моей жизни никогда не будет, и точка! Я принципиальнее, чем мать. – А если Сашка решит всё-таки меня бросить, я себе лучшего найду. Он что, один в институте красавчик? Да со мной каждый день ребята знакомятся. И где он тогда найдёт себе такую красоточку? – Потягиваюсь на диване и встаю. Краем глаза смотрю на смартфон, пролистываю сообщения от Сашки. «Люблю…», «Юлечка…», «Любовь всей моей жизни»... ну реально, куда он от меня денется? Даже звучит смешно. – Есть будешь? – Мать встаёт с кровати. – Наверное. А что у нас сегодня? – Так сразу я никогда не соглашаюсь. – Макароны с сыром и с сосисками. То, что ты любишь. – Тогда – да, – соглашаюсь я. Это реально моя любимая еда. Надеваю меховые тапочки, накидываю старую драную футболку в каких-то пятнах. Мне ещё только бигудей не хватает для полноты картины. Я по дому хожу не так, как по улице, меня, наверное, кто встретит и не узнает. Невыспавшаяся, ненакрашенная, мешки под глазами и в рванье. Но мне так приятно в этом ходить! Чувствуется какое–то тепло и домашнесть. Сашка будет в шоке, когда меня такой увидит. Главное – чтобы он до этого момента влюбился в меня окончательно и бесповоротно. От мыслей о Сашке меня отвлекает завтрак. Дымящийся чай из пакетиков в фарфоровых кружечках, полторы ложки сахара (я люблю сладкое), вермишель с сыром и одна толстенная сосиска. Внимательно смотрю на сосиску, и мне становится смешно. Это напоминает мне то, чего я пока ещё не видела. Вживую не видела, в интернете этого добра, сколько захочешь, на любой вкус. Но реально интересно, как это в жизни. – Чо лыбишься? – улыбается мне мать. – Сашку вспомнила. Она смотрит на меня, а я кручу пред лицом сосиску, и мы вместе начинаем смеяться. – Как же ты у меня быстро выросла, доченька! – Только не надо сейчас рассказывать, как ты меня рожала: я же всё-таки кушаю. – Кушай, Юлечка, кушай! – улыбается мать, целует меня в лоб, будто температуру проверяет, и выходит из кухни. А я опять в своём телефоне. На все сообщения нужно ответить, всем друзьям лайки поставить. Узнать, кто ещё мне звонил и писал. Вот на фотке, где я снизу снята в коротенькой юбочке, кто-то лайк влепил, очередной, их там уже пару тысяч и каждый день добавляются. Наверное, надо будет убрать эти фото из контакта, когда мы с Сашкой вместе жить начнём. Или пускай все смотрят. Всё-таки не хочу, чтобы на меня другие парни пялились. Или хочу? Не могу определиться со своими мыслями. Одна сторона меня тянет в разврат, другая одёргивает. Думаю про свою маму. Говорят все девочки, так или иначе, на свою мать похожи. Что-то в этом есть. Мама всю жизнь одинока – вот в этом мы как минимум отличаемся. У меня всегда была куча друзей, одногруппники меня любят, даже девчонки ко мне хорошо относятся. Не завидуют. Ну, может, самую малость. Честно говоря, я иногда сама себе завидую, какая я получилась идеальная. Если бы папка знал, что у него такая дочурка вымахает, никогда бы из семьи не ушёл. Но про его родню я даже думать не хочу. Сводный братик... я даже не знаю, как его зовут. Хоть папка со мной и не общается, но с матерью частенько в скайпе зависает. Даже денег выслал мне на институт. Конечно! Десять лет мною не интересовался, а теперь вдруг нужна стала! Не удивлюсь, если этот… не знаю, как его ещё назвать... на свадьбу нашу с Сашкой заявится. Нет, его там не будет. Я – против. Про свадьбу я пока Сашке не говорю. Я всё в себе держу, шифрую, так сказать. Просто заговори я про свадьбу на второй неделе отношений, он решит, что я какая-то странная. Ещё имена детям предложила бы выбрать. Лично мне имя Артур нравится. Всё – никаких имён детям, никакой свадьбы, пусть он предлагает, пусть сам меня добивается, как во всех нормальных парах. Просто мне иногда кажется, что я слишком легко ему досталась, без борьбы совсем. Мы с ним вообще забавно сошлись. Нас только по группам разделили, и я его в аудитории заметила. «Симпатичный», – подумала я и решила не заморачиваться. Я ещё тогда не знала, что я самая красивая девчонка на всём потоке, а может, и во всём институте. Просто я других тогда ещё не видела. А на следующий день, он проходил мимо и сказал: «Привет», а я не ответила – просто стояла и глазами хлопала, как дура. Это вслух я себя красавицей считаю, а про себя я знаю, что я та ещё дура, и стервой могу быть, и вообще характер у меня невыносимый. Посуду бить обязательно буду. И вены резать, хотя до этого, надеюсь, не дойдёт. А когда мы на третий день с ним увиделись, я поздоровалась первой и снова почувствовала себя дурой (я, наверное, рождена так себя чувствовать – всё это дурная наследственность). Ничего не хочу сказать про своих папу и маму, но откуда у меня всё это? Откуда? В общем, я не помню, что он тогда ответил, но с уроков мы уже шли рядом, а на следующий день – под ручку, а потом оказалось, что мы встречаемся. Я о таком красавчике даже мечтать не смела… как и он о такой красотке. На следующей неделе был конкурс поцелуев, и нас назвали самой красивой парой в институте. Хотя конкурс проходил только среди первокурсников. Мне ещё семнадцать, а ему уже почти 19 – он в школу поздно пошёл, учился долго, готовился и непонятно как в этот институт попал, хотя его старшая сестра за границей учится. И он должен был за границей, только не срослось, вот и поступил в наш городской институт, даже в Москву не поехал. Звонок; быстро дожёвываю сосиску и хватаю трубку. – Юль, у тебя что там? – звучит взволнованный голос Катюхи. – Всё в порядке, – говорю. – Я сейчас дома, простудилась. – Хух, слава Богу! А я уже себе подумала, с тобой случилось что. – Волновалась? – спрашиваю. – Да меня Димка настроил, он ещё не хотел тебя с этим Сашкой отпускать. – С Сашкой, – едва давлюсь от смеха. – Со мной вчера такая история случилась! Расскажу – не поверишь. – Что там было? – Слышу на заднем фоне шум аудитории на перемене. – Короче, мы к нему дом запёрлись, и стали в карты на раздевание играть… ну, ты понимаешь. – Продолжай, – не без интереса говорит Катюха. – Я всего две вещи снять успела – тапочки, но как я их снимала! Он обнимал мои ножки и поочерёдно их стягивал. – Я, как это рассказываю, от удовольствия даже губу закусила, и улыбочка на лице такая многозначительная. Я знаю, как я в таких случаях улыбаюсь. Поэтому мне лучше такие истории рассказывать по телефону. А то вживую я от стыда сгорю, зато по телефону могу во всех подробностях. – И что? – спрашивает подруга. – Что было дальше? – Дальше ему друзья позвонили. Какие-то странные друзья, на хачей похожие, и мы с ним в бильярдный клуб поехали. – Два короля? – говорит Катюха. – Да-да, «Два короля». А откуда ты знаешь? – Пару раз там бывала. Там куча бильярдных столов и обслуживание неплохое. – Ну да, короче, – продолжаю. – Мне этот его друг сказал, что я бутылку шампусика выиграла. А Сашка пить не стал, ну он же за рулём. Кстати, он мне даже порулить дал. – У него есть машина? Я не знала. – Да у него много чего есть, а машина не его, а отцовская. Но он меня за руль пустил. Представляешь, я всю дорогу за рулём была… там, правда, ничего сложно, передача какая-то и две педали. А он мне руку на коленку положил и говорил, какую педаль нажимать. – Ну-у-у, не тяни, уже перемена заканчивается, – подгоняет Катюха. – Выйди пока, ты ещё самого интересного не знаешь.