Кроличья лапка

Поттер нервничал. Он с удовольствием позвал бы с собой Гермиону. Потому что она умная, рациональная и не имеет предрассудков на счет темных лордов. Идеальный вариант, исключая ее магическую родословную, которой нет. Но рисковать подругой и вести ее на встречу с теми, кто борется за чистоту крови – не хотелось. Снейп, который сопровождал свою личную головную боль, героическую задницу всея маг.мира, был удовлетворен. Во-первых, мальчишка молчал. Во-вторых, явно волновался. В-третьих, любая гадость радует душу куда больше приятной шалости. — Поттер, вы сейчас ногти сгрызете, — беззлобно поддел подростка Снейп. — Не сгрызу, — отрицал Гарри. Ногти он обычно не трогал. От этой дурной привычки его сначала отучила тетя Петуния, а потом добила Гермиона. И то, что сейчас большой палец оказался во рту, лишь подтверждал его уровень нервозности. Он зашкаливал. Аппарировали они к симпатичному особняку. Нетипично светлому для места, где живут пожиратели смерти, наводившие ужас на людей в прошлом. Кремового цвета стены, покрытые цветущим плющом, дико смотрелись на фоне заброшенного сада. Гарри нечитаемым взглядом оценил масштабы кострища, недавно, видимо, полыхавшего тут. В душе поскребся злобный зверь – зависть, кто бы его позвал на гулянку. — Поттер, не отвлекайтесь, — поторопил его Снейп. Кинув тоскливый взгляд на следы чужого праздника, Гарри тяжело вздохнул, перед тем как зайти в приветливо открытую дверь. Переступая чужой порог, он готовился ко всему: от возможности услышать правду до смерти. И хороший вопрос: что предпочтительней. Внутри особняка было, в противовес приветливому фасаду, мрачно. Настенные канделябры освещали помещение тусклым огоньком. Это убивало Гарри – как огонь может давать такой крохотный радиус света? Без магии не обошлось. И тут пришла мысль – его запугивают. Вот он дурак! Настроился на… на что, собственно? Когда он писал письмо Волдеморту, то ожидал отказа. И статья в чертовой газетенке даже не испугала его, а расстроила, ведь подумают в первую очередь на него. И Гарри, из чувства справедливости отправил вслед второе. Встретить через несколько дней Снейпа с расспросами он не ожидал. Как и визита профессора во второй раз, с приглашением. — Устраивайтесь, — размеренно предложил Снейп, жестом предлагая садиться в одно из кресел. Гарри и не заметил, как его привели в гостиную. В комнате было по-своему уютно: бордовые гардины закрывали окна, массивные шкафы стояли вдоль одной из стен. В углу притаился доспех рыцаря, а вычурная люстра освещала достаточно хорошо, чтобы не осталось темных мест. Пара кресел и низкий столик дополняли картину. Снейп оставил Гарри в одиночестве, наедине с мыслями о возможной беседе и результате. Ну а Поттер… Он думал о том, что когда станет свободным магом, то однозначно купит (если в наследство не осталось) огромный замок. И чтобы внешне – мрачная темница злого колдуна. Он так увлекся этой мыслью, продумывая детали будущего дома, что не заметил хозяина дома с фамильяром. — Поттер, — весомо уронил лорд, запрыгивая в кресло напротив гостя. — Привет, — непочтительно, немного нервно улыбаясь, поздоровался Гарри. — А ничего так у тебя дом. Симпатичненький. — Благодарю, — сказал лорд, думая, при этом, какой же Поттер – идиот. Ни дать, ни взять - бесстрашный мальчишка, сам не знающий чего хочет. Мысли Поттера были у Волдеморта на ладони: он видел, как они прыгали от одной темы к другой, выдавая нервозность. Почти слышал, как мысленно он пытался успокоиться. И в тоже время – не верил. То, что рассказывал Снейп – расходилось с тем, что лорд видел сейчас. — Поттер, — начал лорд, — у меня нет желания плести с тобой кружево беседы, тем более ты не сможешь в должной мере поддержать его. Как бы говоря: хватит тупить, вываливай, что хотел и вали на все четыре стороны. Говорить не завуалированно лорд не умел. Разучился за долгие годы в кругах аристократии. — Кхем, — кашлянул Гарри, — да я в общем… Ну, хм, Снейп сказал, ты знаешь что случилось тридцать первого октября? И глупо улыбнулся, привычным жестом растрепывая волосы на затылке. — О, Мерлин, — ущипнув себя за переносицу, лорд понял, что дело бесперспективное. Но все же решил в последний раз взглянуть внутрь чужого сознания, давая тем самым шанс Поттеру. И не прогадал. Там явно была более глубокая мысль, чем простое придуривание внешне. Волдеморт захотел подыграть. Немного. Любопытство свойственно не только кошкам. — Несмотря на то, что ты задал вопрос там, где не следовало, — настроившись на волну, заметил лорд, — я отвечу. Ты прав – я знаю, что случилось в день моей первой, — иронично, — смерти. — Расскажешь? Или покажешь? — нетерпеливо ерзая в кресле, пылал энтузиазмом Гарри. — Нет, — злорадствовал лорд. И, насладившись видом растерянности на лице подростка, пояснил: — Ты захочешь мести, а мне это не нужно. — Н-но… А взгляд-то! Взгляд! Проницательный, с мелькающими искорками стали и жаждой знания. Такой и убьет за знание. Было в этом Поттере что-то одновременно неправильное и притягательное. Лорд ценил двуличность, но предпочитал знать обе стороны собеседника. И, если в дальнейшем они будут сотрудничать – хотел заполучить доверие мальчишки. — Поттер, — жестко произнес лорд, прерывая игру. Что с его кроличью внешностью смотрелось бы комично, если бы не аура власти, окружившая Волдеморта. Ненадолго хватило его терпения. Гарри сглотнул и решал для себя: играть дальше или отнестись серьезно. Лорд мог и блефовать, проверяя его выдержку. Мог же? — Я спрошу один раз: что ты на самом деле хочешь узнать у меня? Нет, подумал обреченно Поттер, так не блефуют. В сказку, что Поттер рассказал Снейпу, лорд верил лишь отчасти. Да, скорее всего мальчишка хотел подтверждения или опровержения той правды, что описывается в учебниках истории и рассказывает из уст в уста. Но было что-то еще. Мысль эта мелькала в чужом сознании, но не выплывала на поверхность, не давала себя схватить и развернуть, прочитать. Волдеморт не торопил. Он понимал: тот, кто все время лжет, не может так просто взять и довериться врагу. А они друзьями никогда не были и не будут. — Мои родители живы, — выдавил из себя Поттер, понимаю, что он загнан в угол. — Я не знаю, почему и где они, но в документах Гринготса – не числятся мертвыми. Вот это поворот, - подумал лорд. Он точно помнил, что в ночь, придя в дом в Годриковой впадине, сражался с Джеймсом Поттером и Лили Эванс. Эта рыжая сука дала ему хороший бой, под конец, закрыв собой люльку с младенцем. Но и Поттер не лжет. Зачем бы ему это? — Дикси, — щелкнул пальцами лорд, вызывая домовика. — Омут Памяти сюда. Низко поклонившись эльфийка исчезла, чтобы тут же появиться с чашей. Установив артефакт на столе, она выжидающе уставилась на хозяина. — Позови Снейпа и Беллу, — отдал приказ лорд. И развернул мысль для Гарри: — Эти двое лучше всех из моего окружения знали твоих родителей. Снейп, как тебе известно, учился с ними, а Белла не упускала шанса сразиться с рыжей бестией. Гарри сдержанно кивнул на это. У него тоже была мысль, что в ту ночь умерли те, кто был под личиной Поттеров. Это рушило сразу несколько аспектов прочной теории «победы». Но сам Гарри ничего не помнил, так как был слишком мал, а больше и не у кого узнать правду, кроме как у Волдеморта. Беллатриса и Снейп пришли быстро, выслушали Волдеморта и приготовились наблюдать. Лорд в одно касание вытащил нужное воспоминание, погружая его в Омут.

***

Волдеморт аппарировал отдельно от Питера, по координатам, что ему любезно предоставили. На клочке бумаги криво был выведен адрес. Дом, скидывая с себя заклинание фиделиуса, появлялся постепенно. Лорду всегда нравилось смотреть на красоту магии. Хлипкий заборчик и уютный домик не вызвали никакого отклика у лорда. Возможно, немного брезгливости, что ему приходится решать проблемы в таком районе. Эта деревня, вмещающая в себе и магов, и немагов его неимоверно раздражала. Но уничтожать поселение сейчас было не выгодно. Взломав замок заклинанием, он прошел внутрь. — Простая алахомора? — нахмурилась Белла, следя за действиями повелителя. Сейчас они искали подвох во всем. — Хм, — вторил ей Снейп, рассматривая вблизи дверь и не находя там даже самой простой рунной вязи. Волдеморт с Поттером остались безмолвны. Первый следил за поведением себя-прошлого, стараясь оценивать непредвзято. Второй же жадно осматривался вокруг, впитывая в себя атмосферу того дня. Весь первый этаж был темный. Шторы на окнах задернуты, а мебель расставлена так, чтобы освободить больше пространства для маневрирования. Волдеморт не обратил на это никакого внимания. Использовал чары, определяя, есть ли вообще хоть кто-то в этом доме. И обнаружил троих людей и одного кота. Убив кота, мирно спящего на подоконнике, лорд двинулся вглубь. Его явно не ждали, потому что с кухни доносилась примитивная мелодия. Напевал Джеймс Поттер, готовя поздний ужин. — Этот… — женщина кинула странный взгляд на Гарри и решила не обзывать его отца, — умеет петь? Никогда не слышала. Обычно этим страдал Сири, но не Поттер. — Я с ними не дружил, — раздраженно ответил Снейп на вопрос Лестрейндж. — Так что не знаю, как они вели себя в мирное время. — Крестный не рассказывал ничего о вокальных данных отца, — подхватил волну подозрений Гарри. — Я напишу ему… Потом. Лорд молча смотрел. Вот его прошлое воплощение хищно скалится, нападая сзади, но встречает не удивление, а отпор. Поттер выхватил палочку с наручного крепления и, отскочив в сторону, сам напал, перехватывая инициативу в бое. Они кружат в опасном танце, ломая на своем пути все. Поттер сражался профессионально, отметил лорд. На каждое проклятье - контрзаклятье или блок. Уходил в перекате, использовал мебель как укрытие. И трансфигурировал. Много, со вкусом и изюминкой, превращая столовые приборы в сотни видов холодного оружия, а соль с сахаром – в камни или тонкие иголки. Волдеморт перехватывал контроль над трансфигурацией, прямо в процессе трансформации, меняя не форму – цель. Поттер держался уверено, вел его в сторону большой комнаты. — Поттер был хорош в трансфигурации? — внимательно следя за боем, напряженно спросила Белла. — У него был дар артефактора, но… — Он был хорош во всем, — отрезал Снейп, с неудовольствием вспоминая неприятные моменты своего прошлого. — Но такой страсти к кинжалам и ножам я у него не наблюдал. — Круцио, — с наслаждением пытал Волдеморт. Поттер молчал. Стискивал до крови губы, но не ронял ни слова. Увлекшись битвой, лорд и не думал о том, что кто-то рискнет напасть на него со спины. О лестнице он совсем забыл, упуская ее, скрытую в тени второго этажа. Выждав момента, Лили шустро скатилась по перилам, в движении колдуя смертельное проклятье. Лорд ушел от него, выпуская из-под контроля Джеймса. Чем тот и воспользовался, откатываясь под стол, чтобы там быстро достать какое-то зелье и выпить его залпом. — Она никогда не использовала Аваду, — прикусив губу, прокомментировала действия Лили, Белла. — Даже когда я провоцировала ее и раззадоривала – никогда. До последнего хотела схватить меня живой, наверное. — Жест отчаянья? — допустил лорд, не смотря ни на кого. Он следил за развивающимся сражением. Вот Джеймс вскочил, превращая пол под Волдемортом-прошлым в каток. Но это не имело результата: враг просто воспарил на несколько сантиметров. — Лили не могла использовать Аваду, — тихо сказал Снейп. — Как и Круцио. Ей не хватало ненависти. — Либо она прекрасно притворялась, либо это все же не Поттеры, — рассеяно высказалась Белла. Эта Лили Эванс сражалась совсем по-другому: отчаянно, с болью и каким-то надрывом. И они были отличной боевой парой с Джеймсом. Лестрейндж не могла такого сказать о своем опыте: та Лили не была командным игроком. Волдеморта зажали с двух сторон, закидывая заклинаниями. Азарт. Вот что его пьянило: он не пожалел что пошел к Поттерам, а не Лонгботамам. Они не тратили время на слова оскорблений или слов о сдачи. Когда Поттер атаковал по ногам, Лили – не давала уйти в бок. Ему блокировали верх – потолком, укрепляя его во время боя, не давая разрушить сжатое пространство. Ему не давали маневрировать – кружа по радиусу, как пара шакалов над добычей. Чета Поттеров контролировала свои ментальные блоки, не давая и шанса на поверхностную легилименцию. Волдеморт все больше хотел схватить эту пару живьем, чтобы после – склонить на свою сторону. — Убил, — вскрикнула Белла, наблюдая, как падает тело Джеймса. — А Эванс отступает на второй этаж. Они отправились вслед за лордом и Лили. Там произошла именно та сцена, что является Гарри близ дементоров: мольба не убивать, крик, зеленая вспышка. Развоплощение. — Мой дух тут не задержался, — задумчиво заметил лорд. — Выходим, обсудим.

***

Закончив с просмотром воспоминаний, все участники отошли от омута и устроились вокруг него. Гарри с ногами забрался в кресле, игнорируя скривившихся Снейпа с Беллой. Волдеморт продолжал вдумчиво смотрел перед собой, ни на что не обращая внимания. — Воспоминания ничего не доказывают, — покачала головой Белла. — В обоих попало смертельное проклятье. Если они были под обороткой, то смерть оставила последний облик. — Поттер, — вмешался Снейп, — вы пробовали найти по крови? — Угу, — вновь начиная грызть палец, согласился Гарри, — они в Англии, в защищенном чарами месте. Более точную настройку гоблины не смогли сделать. — Белла, — вдруг вмешался лорд, — покажи-ка воспоминания с Лонгботтомами. Нахмурившись, женщина не стала спорить или спрашивать зачем, она просто выполнила указ. Нить памяти была тусклой, еле светящейся в полумраке комнаты. Это указывало на то, что в воспоминании присутствуют дыры или проседающие моменты. — Белла, Поттер – вы остаетесь здесь, — остановил их лорд, — а ты, Снейп – со мной. Оставшись наедине, смерив друг друга подозрительным взглядом, ни Гарри, ни Белла не проронили и слова.

***

Алиса выгибалась, скребла ногтями пол, кусала губы, но не кричала. За нее звуком боли наполнял стены Фрэнк – вот кто не сдерживался и рвал глотку воем. Мужчина хватался за горло, сжимал его, видимо, чтобы попытаться замолкнуть-удушить, но не мог преодолеть тока пытки. Руки каждый раз отбрасывало в стороны. — Где Темный Лорд, вы, отребье, — шипела рассерженной змеей Лестрейндж. И, не давай сказать и слова, тут же насылала повторное Круцио. — Белла, солнышко, — положил ей руку на плечо муж, — дай ты им ответить, а то сойдут с ума раньше. С недовольством, Белла отменила пытку Алисе, решив, что женщина с большим удовольствием будет рассказывать. На Фрэнке она поддерживала слабый уровень проклятья, чтобы его крики не мешали. — Ты никогда не умела выбирать правильно цель, — сплюнула кровь Алиса. — Думаешь, я тебе хоть слово скажу, сучка? — Это странно. — Ругательства, да? — согласился лорд. — На моей памяти аристократки не позволяют себе сквернословить. — Это ничего не доказывает, — качнул головой Снейп, кривясь от криков находящихся под пытками людей. — Эванс – материлась? Снейп хотел было сказать, что – нет, никогда, но остановился. Порой у нее срывалось с губ крепкое словцо. — Найдите ребенка! — проорала Белла, когда устала слушать Алису. Та успешно послала ее раз пять, прошлась по ее боевым способностям и даже упомянула Тони. — Ты думаешь, Невилл тут? — хрипло смеясь, спросила Алиса. — Какой бы я была матерью, если бы не спрятала малыша, а? Тебе, пожирательское отродье, даже волосинки с его головы не срезать. Лестрейндж, переполненная злобой, хотела было наслать очередное пыточное, как оба Лонгботтома вдруг взвыли, выгнулись дугой. По комнате прошлась волна сырой магии, а с телами Алисы и Фрэнка происходило что-то странное. Снейпа с Волдемортом выбросило из воспоминания

***

— Северус, — сходу начал лорд, — что происходит с теми, кто выпил оборотное, и маг, чья частица добавлена в зелье, вдруг умер? Это вызвало интерес всех присутствующих. Снейп задумался, но не смог сразу ответить на этот вопрос, как и остальные. Всем известно, что после смерти облик не меняется, но действует ли это в другую сторону? — Чего гадать, можно провести эксперимент, — влез Гарри, наблюдая задумчивые лица темных магов. — Петтигрю же еще жив? — И в кого его превратить? — язвительно спросил лорд. — Он слишком бесполезен, чтобы допустить смену его облика навсегда… И настолько же бесполезен, чтобы кто-то принял его облик. — Вам же все равно кого убивать, — скривился Гарри. — Просто найдите в лютом переулке кого не жалко. И убейте потом обоих. Предложение нашло отклик. Волдеморт тут же засуетился, отдавая приказы. На охоту пошел Долохов, как самый восстановившийся и неусидчивый. А Петтигрю связала Белла. Она слишком давно жаждала его смерти, чтобы упустить такой шанс на убийство. Спейп в запасниках нашел несколько банок с оборотным. Опыт они ставили на следующий день, когда все приготовления были завершены. Поттер принял приглашение остаться на ночь. Смысла мотаться в дом Дурслей, чтобы потом утром вернуться, он не видел. А родственники были предупреждены о возможном «загуле» на несколько дней. О Дамблдоре Гарри тоже не беспокоился – тот стойко игнорировал его уже месяц, а Гермиона не сочла за труд позвонить и предупредить. Ему решили не писать, чтобы воскресший темный лорд не смог обнаружить месторасположение избранного. Находясь прям под носом своего же «врага» Гарри находил ситуацию ироничной. Петтигрю, мерзкий предатель, понимал – его судьба предрешена. Учитывая события, что случились с ним за всю немалую жизнь, это было ожидаемо. Свою смерть он был готов принять, в этом мире его ничего не держало: последняя ниточка, мистер Дарси, скончался на рассвете, после долгой агонии. — Так, — деловито устраиваясь на столе, сказал лорд, — начинаем. Они были в одной из лабораторий. В темнице – не удобно, да и холодно. В гостиной или любом другом помещении – лишь портить комнату воспоминаниями и ассоциациями. Снейп привел в сознание обоих пленников. Срезал пару волосинок с Питера, кинул ее в приготовленный бокал с оборотным, и протянул варево второму подопытному. Это был больной, на грани смерти мужчина, он с радостью согласился послужить делу лорда, даже если это означает его смерть. И где только, думал Снейп, Долохов находит таких кадров? Результат дал ответы сразу на несколько вопросов: да, после смерти, в любом случае, облик остается измененный. И, после трансформации, магия выжигает мозги. Или сводит с ума. На первый взгляд определить сложно. — Зато мы теперь знаем, что Лонгботтомы сошли с ума не из-за Круцио, — подвел итог лорд. — Северус, не убивай пока, надо бы проверить возможность вернуть разум. Гарри встрепенулся. Он был рад узнать, что его родители живы. И то, что лорд решил озаботиться восстановлением своих врагов – смешалось в прочный узел непередаваемых эмоций. Тут были и надежда, и недоверие, и злость, и наполняющее его душу счастье. Но все же, Поттер взял себя в руки, успокаиваясь. Еще ничего не известно наверняка. Может вместо живых родителей он получит – пару овощей, а Невилл узнает, что его – мертвы. — А теперь о насущном, — обратился к нему лорд, когда они переместились в ту же комнату, что и вчера. — Поттер, у меня есть к тебе деловое предложение. И коль мы прояснили некоторые моменты твоей и моей биографии, думаю, что ты должен, по меньшей мере, выслушать меня. — Всенепременно, — шутливо отдал честь Гарри, но тут же настроился на серьезный лад, глядя в непроницаемые глаза-бусинки лорда-кролика. — Значит так, — начал Волдеморт, прикидывая, как прочнее заинтриговать подростка, — оценив обстановку в магической Британии, мы разработали план. И его кульминационная часть начинает с того, что ты должен будешь меня убить. Поттер заинтересованно склонил голову набок, не прерывая рассказа лорда.