Кроличья лапка

Он зациклился. Непозволительная роскошь и глупость, считал Волдеморт, но все равно продолжал с мазохистским удовольствием крутить в голове эту мысль. Он кролик. Маленький, пушистый, белый с забавными глазами-бусинками (что плюс, ведь так непросто было прочитать его эмоции) и нелепыми лапками. Уши, торчащие вверх, бодро дергались от любой резкой мысли. Рост – отдельный разговор. Из-за него хотелось огромный трон, чтобы компенсировать размеры. С зеркала на него смотрело прошлое: высокий статный мужчина, с черными, завивавшимися на концах, волосами. Взгляд темных глаз приковывал к земле: почувствуй-себя-ничтожеством такой вот. Он тренировал его долго, избавляясь от наивности, от доверчивости. Он тренировался всю жизнь. Чтобы в какой-то миг стать… Этим. — Я – кролик, — упрямо и зло втолковывал себе лорд. — Гребаный кролик, чертово травоядное. И теперь ты, — он ткнул лапкой в свое отражение из прошлого, — не существуешь. Смирись. Отражение снисходительно улыбнулось и растаяло. Волдеморт вновь видел себя настоящего. Ритуал показал, что душа повреждена. Два осколка были уничтожены до слияния. И больше они не нашли никакой информации о том, как бы вернуть человеческое тело повелителю. Это – расстраивало. Конечно, лорд уже давно принял (вроде как), что он останется в этом облике навсегда. Но когда последняя ниточка оборвалась, оставляя его на этом берегу безнадежности, не давая и шанса пройти пропасть – пришло окончательное осознание реальности. Поэтому вот уже третий день он убеждал себя забыть о внешности и включиться в реальные проблемы. Получалось скверно. — Повелитель? — в дверь поскреблись. Тихо-тихо, так, что если бы не чувствительный слух лорда, он бы и не услышал. — Входи, Белла. Она впорхнула, счастливая, схватила несопротивляющегося лорда на ручки и куда-то унесла. Это еще одна причина, по которой он был недоволен телом. Конечно, такой привилегией пользовалась только верная Лестрейндж, как единственная шибанутая на голову женщина. У Кэрроу-то мозги были поставлены как надо. Тем более, она вся увлечена медовым месяцем (предмедовым? Свадьбу не сыграли еще) с женихом. — Куда ты меня несешь? — устало выдохнул лорд, готовый принять любой ответ. — Мы приготовили сюрприз, — загадочно улыбаясь, ответила Белла. — Думаю, вы сразу вспомните. О чем он должен вспоминать? Сегодня было двадцать девятое июля девяносто пятого, суббота. Прошло чуть больше месяца с его воскрешения, и он успел так мало сделать! Зацепившись за эту мысль, лорд задумался. А ведь действительно – что он успел-то. Из масштабного: освободить последователей из Азкабана. Из мелочного: проверить схроны с крестражами. Из важного: ничего. Так и проигрывают войны, забивая на существенные проблемы, отвлекаясь на несущественные. Ведь что есть внешность? Набор черт, которые помогают в общении. Они в мире магии и, если постараться, то можно построить выборную компанию на том, что истинно светлое создание никогда не предаст веру народа. Лорд ободрился. — Белла… — Пришли! Она торжественно распахнула двери в сад и замерла, в ожидании. Лорд даже потерялся, во все глаза, смотря на костер - о чем хотел сообщить-то? А ведь и правда. Он совсем забыл, как они в прошлом собирались каждую последнюю субботу месяца и праздновали. Не важно - что. Важно – вместе. У него не было слов, только голые чувства благодарности, которые лорд решил показать. Соскочив с рук Беллы, лорд принялся колдовать. Без палочки и словестной формулы – полагаясь только на магию, зная, что она примет нужную форму. Вокруг костра появились фигуры – по одной на каждого отсутствующего: и мертвые, и не приглашенные. Небо словно упало: звезды закружились по поляне, прыгая и сверкая в зачарованном танце. Присоединился и Долохов, запуская музыку, создавая из ничего инструменты. Амикус пустил в ход стихийную магию, творя снежинки, они кружили по кругу, ограждая их от всего остального мира. Осталась только поляна с кострищем. Люди, не предавшие друг друга. И магия, которой щедро делился лорд. Сегодня они будут гулять до утра.

***

— Томыч, вот скажи мне, — изрядно выпивший Долохов пристал к лорду, — схер-р-рали ты вообще имя изменил? Не, — тут же возразил Тони, допуская, что мог задеть чувства повелителя, — Влдеморт – звучит круто и авторитетно. Спору нет, но слишком… выебисто, — последнее вырвалось на русском. — Вы.. что? — не понял его лорд. — Тони, ты – пьян, ик. И только по этму я тебе ничего не сдлаю, — он поднял лапку вверх. Они составляли занятную композицию на полянке. Единственные не вырубились к рассвету и сейчас сидели на поваленном кем-то бревне. И допивали бочонок рома. Его притащил довольный Руди, где-то между танцем Беллы с Алекто и фейерверком от Барти. Или после того как Снейп стал показывать свою татуировку? — Когда Руди притщил ром? — не зная, почему для него это важно, спросил лорд. — Когда Басти вызвал на дуэль Белку, — уверенно заявил Тони. И тут же задумчиво: — Или уже после, когда проигрл в карты на желание? — Не, когда мы игрли, ром уже был, — не согласился лорд. — А имя я смнил, чтоб никто не мог мое пршлое отследить, — все же раскрыл «секрет» Волдеморт. Не рассказывать же ему, что он стыдился отца-магла и не мог принять выбор матери-дуры. Русский не поймет, они там все за семью горой встанут. И до последнего сквиба будут защищать родню. Но где-то в душе мелькала мысль – обиды уже нет, пора отпустить. — Красота-а-а, — довольно протянул Долохов, махая рукой в сторону восходящего солнца. И, допив стопку, заявил: — Жить стоит рди тких моментов. Лорд слабо кивнул, не находя в себе сил соглашаться, его неумолимо клонило в сон. Все же Долохов победил в битве «кто больше выпьет», но он, странное дело, не чувствовать себя проигравшим. Было легко и хорошо.

***

Проснувшись к утру следующего дня, лорд чувствовал себя отдохнувшим и восстановленным. Сутки сна! Когда он последний раз так долго позволял себе расслабляться? Разум сразу же начал просчитывать возможные ходы в предстоящей войне. В конечном итоге: не так важно кто победит, главное – как. И этим он и собирался заняться. Пустив немного магии в метку, Волдеморт дал понять всем, что он планирует собрание. Но прежде – приготовиться. Вызвать домовика – для легкого завтрака на всех. Ополоснуться и сжевать морковку – для бодрости. Погладить Нагини, а то совсем забросил своего фамильяра в последнее время - для удовольствия. Опохмелиться. Для тонуса и только! В зал он буквально влетел, настолько предвкушающее настроение охватило лорда. И Снейп вернулся с новостями, и у Розье есть информация по Малфоям, и Долохов что-то там придумал. Всю вечеринку жужжал о плане, который обманет всех и каждого. У Волдеморта тоже имелись мыслишки, но для начала – выслушать рыцарей. Успокоив сердце и приняв максимально невозмутимый вид, лорд устроился во главе стола, ожидая. Народ подтянулся быстро. Закончив с завтраком, они традиционно не обсуждали дела на голодный желудок, Волдеморт понял: пора. — Итак, — в предвкушении потирая лапки, начал лорд, — кто первый? Северус? Отложив столовые приборы, Снейп аккуратно вытер платочком губы и начал рассказывать. Его низкий голос звучал уверенно и ровно: он умело делал паузы, акцентируя внимание на важных моментах. — Навестил Поттера. Тот рассказал о вашем возрождении, — позволил себе легкий хмык, — естественно друзьям – Уизли и Грейнджер. — Заметив немой вопрос лорда, добавил: — Маглокровка, ничего интересного. Они обсудили все в поезде, где и решили, что лучше заранее договориться на счет возможного «пакта о ненападении», — он язвительно выделил название договора тоном, показывая все свое отношение к глубине мысли подростков. Где они – несовершеннолетние недоучки и где лорд? Только с юношеским максимализмом можно рассчитывать на согласие со стороны опытного и взрослого мага. — Этих друзей проверил? — вмешалась Белла, не желая упускать участия в разговоре. — Нет смысла, — отмахнулся Снейп. — Директор собрал орден сразу после выхода газеты и довольно бурно обсуждал статью. Если бы Уизли что-то и рассказал в «Пророк», то непременно хвастанул. Маглокровку никто не стал бы и слушать. — А второй мальчишка? — это уже Барти, знающий о том, что за кубок схватилось два чемпиона от Хогвартса. — С ним не известно: Поттер утверждает, что Диггори ничего не помнит. — Легилементил? — подал голос лорд, оценив все, что сказал Северус до этого. — Частично, — улыбнувшись краешком рта, ответил Снейп, — он показал мне воспоминание двух разговоров. Но вот то, где он наблюдал ваше воскрешение, — пауза, — заблокировано. Он поэтому и не мог никому ничего доказать. Помнить – помнит, но вытащить на свет событие, как доказательство – не может. — Случайная клятва? — предположил Барти. — Вы сказали, что отпустили его с условием - он будет молчать. — Возможно, — напрягая память, растерянно заметил лорд. Он запамятовал, что было в тот день. Могла ли магия защитить воспоминание, поддерживая устную договоренность между магами? Если да, то Диггори тоже включен в «договор»? Или нет? Вопросы, один вопросы. — А надо ли выяснять, кто источник? — вмешался Руквуд. — Есть несколько вариантов развития событий. И в любом случае провокация приведет к правде. — Да, — согласился лорд, думающий в том же направлении, — пока оставим этот вопрос. Еще что-то, Северус? — Поттер, — скривившись, произнося фамилию, продолжил доклад Снейп, — просил передать, что он готов к конструктивному диалогу. Он так же пытался выяснить у меня, есть ли в этом смысл. — И ты, конечно же… — не договорил лорд, провоцируя на ответ. — Конечно же, сказал, что смысл есть, — кивнул Снейп и развернул мысль: — Он уже встречался с вашими воплощениями. На первом и втором курсе. Но тогда - не смог прийти к консенсусу в некоторых вопросах. — А пытался? — изумился лорд. — Невероятно, но – да. — Заметив недоверие на лицах всех присутствующих, уточнил: — Я тоже удивлен. Дамблдору не докладывал об этой части нашего разговора, но прощупал почву, — поправив криво лежащий нож, признал Снейп, чтобы как-то занять руки, — он тоже не был в курсе. — Мальчишка – лжец? — протянула Белла. — Это может быть на руку. Но почему он?.. — она рассеянно махнула рукой, не сумев подобрать слов. — Я тоже спросил, — поняв ее не озвученный вопрос, сказал Снейп. Это заявление привлекло внимания каждого. Все прислушивались к разговору, но сейчас он принял достаточно интересный поворот, чтобы хотелось услышать продолжение. Выдержав паузу, Снейп подвел итог: — Если вкратце – он ставил под сомнение всю историю со своим героизмом. И жаждал узнать правду из, скажем, первых уст, — размеренно начал Снейп. — К директору тоже приставал с вопросами, но тот каждый раз отмахивался, уповая на то, что Поттер слишком юн для всей правды. — Какая же там правда, в его представлении, — раздраженно пробурчала Белла. — Северус? — соглашаясь с замечанием Беллы, не дал уйти от темы лорд. — Такая же, как и в любых источниках: вы пришли к Поттерам, чтобы убить помешавшую вам семью. После убийства обоих родителей – отправились к младенцу, но из-за кровной защиты матери, Авада отскочила ото лба ребенка и убила вас. Над столом повисла тишина. Снейп невозмутимо смочил горло. Домовики наполнили пустующие тарелки десертом, подали чай и кофе. К еде никто не торопился притрагиваться. — Непонятно, — первым нарушил молчание Руквуд, — смысл скрывать это от Поттера? — Вопросы, — впервые вмешалась Алекто, — вся проблема в них. Мальчишка начал бы спрашивать о том: почему именно к ним, почему в эту ночь, а не другую, что за защита, когда маглокровка наложила ее, как она это сделала… И это только малая часть из возможных. — Очевидно, Алекто права, — кивнув женщине, согласился Снейп. — Нас мало заботит «почему», так как мы знаем ответы. — И Поттер хочет узнать правду у меня, так? — покачал головой лорд. — Невероятно. Его наивность и слепая вера в успех меня поражает. — Но ведь вы расскажете, — проницательно заметила Белла, — и даже будь вы все еще не в себе – рассказали бы. — Ты права, Белла, — подарив женщине мягкую улыбку, не стал отрицать лорд. — Кстати, Северус, — вспомнив одну незначительную деталь начал лорд, — то пророчество? — Хоть сейчас можете прослушать его, — не давая и слова сказать, предложил вдруг Руквуд. — В Отделе Тайн есть секция с ними. На днях прошелся вдоль стеллажей, увидел один шарик, подписанный вашим именем и Поттера. Забрал, оформив все сопутствующие бумаги. Теперь все уставились на Августа. Такой способ решения проблемы им и не пришел в голову. Белла, знающая о причине смерти лорда, уже думала, как бы выкрасть пророчество. Барти прикидывал, как отвлечь внимание повелителя, ведь погубив однажды, оно может погубить и во второй раз. А терять Волдеморта опять ни он, ни любой из рыцарей готовы не были. — Ну нихрена себе, — некультурно озвучил мнение каждого Долохов. — Август, чего же молчал? Тот пожал плечами, не торопясь объяснять, что просто забыл. Он хотел рассказать во время огненной субботы, но все так славно началось – не решился рушить момент, а после – вылетело из головы. Лорд боролся с навязчивым желанием прослушать полный текст пророчества. В итоге, обдумав - понял, Поттер имеет право узнать все одновременно с ним. Вот и повод пригласить на встречу появился. — Потом, — сказал лорд. — Теперь мне интересно услышать ваши предложения на счет предстоящей войны. И вот тут-то на него хлынул поток чужих мыслей. Сначала – перебивая друг друга, они представляли собой чистый хаос, но после, определив очередность, - идеи культурно озвучивались друг за другом. Слушая своих последователей, Волдеморт все больше убеждался: победить не составит труда.