про домик на озере и каноны

Тихий лес встречает невиданной ранее серостью листвы, поглощая тёплые оттенки природы и нагнетая без того неприятную обстановку до предела. Серая машина останавливается на проезжей части, немного отъезжая в правую сторону дороги. Шины неприятно скользят по грунтовке, оповещая об окончании трёхчасовой поездки, когда в салоне разносятся хриплые вздохи счастья. - Я никогда больше не соглашусь на водителя в лице Уджина, - устало проговаривает Чанбин, прикрывая рот рукой и сдерживая рвотные позывы. - Эй! - старший открывает дверь, впуская в салон свежий воздух. - Во-первых, все из-за ебучей грунтовки, - ноги вытягивает, теребя носком потрепанных кроссовок глину. - Во-вторых, имей уважение. Я только недавно права получил, - дуется. - Так ты мог нас угробить! - в спор врывается Феликс, ранее сладко посапывавший на плече Чанбина. - Я ответственность за Уджина на себя беру! - Хенджин расположился на переднем сидении, рядом с водителем, нарочно кладя длинные ноги, обтянутые чёрными джинсами, на бардачок. - Лучше него никто не водит! - руки складывает. - Эй, слышь, ты, наездник, - Минхо подаёт голос, обнимая одной рукой бочонок пива, а другой - выпившего Джисона. - Может, на его члене тебе скакать и круто, но нам на грунтовке в ржавом жигуле не особо. Так что завались. - Ты че, блять, такой злой? - вскакивает Джисон. - Держи себя в руках, а то меня твоя ярость заебала. - Не ври, - подмигивает. - При особых обстоятельствах тебя очень даже все устраивает. - И твои пошлые шутки меня тоже заебали, - фыркает, руку чужую от себя убирая. - Так не шутки же, - снова своими объятиями лезет, за что по голове с замахом от Джисона получает. - Да блять! Истеричка! - ушибленное место потирает. - Можете, черт возьми, успокоиться? - Феликс толкает локтем Минхо. - Тут тесно вообще-то, - пальцем на себя тыкает. - Вчетвером то на заднем сидении. И это твоя, блять, вина, что ты в чики-брики проиграл, ясно? - Кстати, об оставшихся, - Уджин голос подаёт, закуривая. - Они уже скоро подъедут. ~ - Ебучая грунтовка, - Чан выкручивает руль, трясясь всем телом. - За что мы только, блять, налоги платим? - Чтобы вас, - Сынмин, развалившись на заднем сидении, тыкает в Чонина и Криса пальцем. - Пидоров, когда в переулке изобьют до полусмерти, в больнице подлатать смогли. - Да че ты опять свою шарманку завёл! - Чан чуть ли не визжит на всю машину, благо, звук дороги заглушает крики. - Не гей я! - руль сжимает. - Не гей? - по слогам. - Ну бля, я тоже, - красноволосый в потолок салона смотрит. - Раз мы оба натурала, то го замутим, а то вокруг этой гейщины не очень как-то, - смеётся. - Сынмин, - серьезно. - Я тебе сейчас въебу, честное слово. - Въебешь или выебешь? - младший делает вид, что не слышит, руку к уху прикладывая. - Блять! - Крис руль выворачивает, губы от ярости кусая. - Ты труп, Ким Сынмин. - Эй... - маленькая ручка ложится на плечо Чана. - Следи за дорогой, пожалуйста, - голос тихий, смущенный. - Чонин, не лезь, - со всем холодом в голосе отвечает. - Мелкий ещё. - Да какой я тебе, блять мелкий! - нахохливается. - Вы заебали все! - к окну отворачивается. - Слышь, - Сынмин даёт подзатыльник. - Материться будешь - никогда себе никого не найдёшь! Никто не любит, когда маленькие, - за щеки с заднего сидения тянет. - Миленькие мальчики матерятся как зэки какие-нибудь. - Но вон Джисон с Минхо...или Феликс с Чанбином... - Так-так, - недоумевает красноволосый, - Стоп. Ты че, хочешь связать свою жизнь с кем-то таким же ебанутым, как наша компашка? - в ответ молчание. -Влюбляйся в шикарных мужиков, а потом разводи их на бабло, - палец вверх показывает. А Чонин все в окно поглядывает. «Я уже оплошал», - думает, на задумавшегося Чана боковым зрением поглядывая. ~ - Извиняйте, ребят, - Сынмин затылок чешет. - Нам заправиться ещё пришлось, а там как всегда Чан облажался. Разборки всякие, - с ноги на ногу переминается. - Ну вы сами знаете. - Да, мы знаем, что вы нас наебываете, - Джисон, все ещё кидая ненавистные взгляды в сторону Минхо, сидит на холодном асфальте, подминая под себя тощие ноги. - Ой ну че вы, - на уставшие лица своих друзей смотрит. - Ну Чонин там опять со шмотками заманивался. Я ему говорю, - тараторит. - Нахуя, мол, тебе джинсы такие да рубашка? Типа...возьми штаны спортивные да футболку... - Блять! Сынмин! - договорить не даёт. - Ты че меня палишь, а? - расстроенно. - А че вы все оправдания на меня свалили. Они мне не верят, - на толпу показывает, хныкает театрально. - Хватит вам, - Крис сумки из багажника в двух руках тащит. - Куда это нести? - к Уджину обращается. - Нам ещё идти надо километра три, - оповещает. - Вы че, серьезно? - Блять это минут тридцать пиздехать. - Как мы все это потащим? - Ебучий случай, знал, что не надо ехать, - с разных сторон разносится гул, на что старший просто опускает голову, предотвращая желание ударить здесь всех и каждого. Только покоящаяся на плече рука Хенджина немного успокаивает. - Да че вы разорались, - Чонин вмешивается, обращаясь к Феликсу с Джисоном. - За вас все равно все шмотки ваши мужики потащат, - фыркает. - С хуя ли? - голоса Чанбина и Минхо сливаются в один недоумевающий возглас. - Но...как же... - младший заикается. - Мой истеричка, так что пусть сам несет, - на Джисона кивает. - Я на себе весь груз наших отношений несу и твои извращения, так что официально заявляю, что Ли Минхо та ещё сука неблагодарная, - отворачивается. - Пусть, блин, Чонин сам все это тащит, раз умный такой. - А у нас в паре равноправие, - Чанбин плечами пожимает. - Так что все поровну. - Какого... - Феликс глаза выпучивает, на своего парня в недоумении глядя. - Когда вообще... - Ну а так да, - перебивает. - Пусть Чонин все это, - пальцем обводит. - Несет. ~ Младший хватает сумки, стараясь не потерять равновесие, когда сумку из его правой руки неожиданно выхватывают. - Мелкий ещё такие тяжести таскать, - Крис проходит вперёд с тяжелым пакетом, который только недавно нёс на себе Чонин. «Я не мелкий», - так сказать и норовит, но в ответ лишь: «Спасибо», что Чан не услышал. ~ Уджин получает ключи от владельца небольшого загородного дома и трясёт ими перед лицами остальных. - Ну что, ребят, тусим? Они входят в гостиную, восхищаясь приятным интерьером и, сразу же сообразив, бегут в спальни занимать кровати. - Чур эта моя! - Сынмин, я не буду с тобой спать! Уйди! - Ну уступи мне пожалуйста! Громкие голоса заполнили комнату, не давая разобрать и единого слова. Лишь Чонин с Чаном так и остались в прихожей, разбирая пакеты с едой и разуваясь. - И зачем они так бушуют по этому поводу? - риторический вопрос от Чонина, ответом на который, как и всегда, послужил игнор Чана. - О, ребят, - Феликс вбегает к двум оставшимся. - А кроватей то всего семь, - язык показывает. - Но тут вот прекрасная штука есть, - из-за спины руки достает. - Та-да! - Палатка? - в один голос спрашивают Чан и Чонин. - Ага, - дьявольская улыбка. ~ - Сынмин, - Хенджин по-дружески улыбается, обнимая. - А ты не хочешь в другую какую-нибудь комнату пойти? - А че такого? - громко спрашивает, глядя то на Уджина, то на Хенджина. - А-аа, - кивает. - Ебаться тут собрались, да? - на диван плюхается. - Ребята! - орет. - Сос! Тут ебля будет! Еб-ля, - по слогам. Уджин ему рот затыкает, искренне прося заткнуться. - Завались, блять! - голос Минхо со второго этажа. - У самого никого нет, дай хоть другим пожить нормально, - на что Сынмин в смехе заливается. - Ээх, люблю я в гостиной спать, - вытирает слезы. - Так что вам от меня не избавиться, - под одеяло прыгает. - Я люблю посередине, кстати. Трое тел расположились на двухместном раскладном диване, намереваясь отдохнуть после долгой поездки. Но есть одно «но». Одно очень большое «но». Сынмин. - А тут приставки есть? - Давайте пожрем, а? - Как вы думаете, сколько раз за этот вечер этот дом осквернят спермой? - А сложно, когда твой парень твой же начальник? - Пипец, знали бы вы как я ненавижу рыбные котлеты. Уджин уже засыпать начал, будто совсем не монотонная речь Сынмина - новая колыбельная, в то время, как Хенджин ворочался, намереваясь каждый раз ударить красноволосого. - Да заткнись ты! - брюнет вырывает у Сынмина одеяло, перетягивая на себя. - Да ладно-ладно, - смеётся. В тишине пару минут сидят, но буквально сразу же из уст вырывается. - А давайте страшные истории? - Сынмин, я же просил завалиться... - Хенджин уже на другой бок переворачивается. - Стой, - перебивают. - К слову, - Уджин приподнимается на локтях. - Мне хозяин сказал, что тут нечисть какая-то водится. Мол семью в этом доме убили, истязали прям мощно, - под фыркание своего парня и счастливые вздохи Сынмина продолжает. - И теперь шаги всякие слышны, голоса. Стремно, короче. - Да ты че! - красноволосый вспрыгивает. - Ничего стремного! Круто же! Тащите спиритическую доску! - Ее нету блять, - Хенджин снова возмущается. - Уджин, ну вот нахуя. Он же теперь не успокоится... - Ну надо же нам с вами, голубки, как-то развлекаться. ~ - Ну и какого хрена ты занял ту же комнату, что и я, - Джисон руки в боки кладёт. - Я же истеричка. - Да, истеричка, - Минхо на кровати одноместной лежит, в телефон пялясь. - Слышь, - младший гаджет из чужих рук вырывает. - Тут связи нет, так что хватит делать вид, что ты занят, лишь бы не говорить со мной. - Я и не делаю вид, - плечами пожимает. - Я в темпл ран играл, - Джисон пару секунд в ступоре стоит, в глаза чужие глядя. Не найдя в них ответа, включает телефон в своей руке, где включена, режущая текстурами глаза, игра. - Ты че..меня на игру променял? - истерика заново накатывает. - Блять, Минхо, мы расстаёмся. Прямо сейчас! - уже вовсю орет. Минхо только глаза закатывает, ловя летящий в него телефон, вскакивает с кровати, как только Джисон хватает свои вещи, направляясь к двери. - Да остановись ты, черт возьми, - за руку хватает, к стене грудью прижимая. - Зачем мне, блять, останавливаться? - Потому что если продолжишь, то тут я уже остановиться не смогу, - чужую мочку обдаёт горячим дыханием. - Ты знаешь как сильно я тебя хочу. Всегда. Так что не нарывайся, солнце, - губами по тонкой шее скользит, оставляя влажные следы. - Я не хочу брать тебя без твоего согласия, но сейчас ты меня вынуждаешь. - Кто сказал, что я не согласен? Для Минхо это сигналом служит. Он валит младшего на кровать, тут же раздвигая сжатые колени. Хриплый стон Джисона разносится по комнате, приглушая скрип кровати под двумя телами. Старший оглаживает чужой плоский живот, выводя известные только ему узоры на мягкой коже. Второй рукой тянется к тощему бедру, впивая через плотную ткань джинс ногти. Джисон мечется на кровати, требуя большего и ловя незначительные поцелуи в лоб и шею. В губы недостоин. Наказание. Минхо тянет футболку младшего наверх, оголяя стройное тело, выцеловывает дорожку от ключиц к пряжке ремня, оставляя влажные следы на теле. Джисон сжимает пальцами свежую простынь под ним, когда Минхо касается тазобедренных косточек губами, все так же поглаживая чужие бёдра. Возбуждение обоих давит, требуя разрядки, так что старший резко дергает джинсы Джисона вниз, оттягивая зубами край боксеров. Хриплые стоны разносятся по комнате, оставляя после себя легкое эхо. Скрип кровати неприятно отдаёт в ушах. Минхо ловит взгляды парня под ним, заставляя своей властью над младшим смотреть прямо в глаза. Каждый раз, вскидывая голову, Джисон получает резкий толчок. Минхо не просит. Он требует. Джисон роняет голову на подушку, стараясь отдышаться, когда старший над ним ещё вдалбливает его в кровать. Боковым взглядом младший ловит темную тень, несильно дергаясь и все так же впиваясь в чужую спину ногтями. Он лениво поворачивает голову и встречается с темным силуэтом. Небольшое пятно, больше напоминавшее человека вводит Джисона в ступор. Ему начинает казаться, что он поехал головой, когда понимает, что это. Девочка. Маленькая, в платье, с завязанными косами. Смотрит, а глаза выколоты. У младшего сердце в пятки уходит, а в легкие автоматически воздух для крика набирается, когда двери шкафа, стоящего в комнате, начинают нещадно хлопать, оглушая комнату диким грохотом. Два полуголых парня выбегают из комнаты, сбивая все на своём пути, пока перепрыгивают через лестницу, спускаясь на первый этаж. Страх окутывает, а ноги, как назло, передвигаются все медленней. Когда Минхо и Джисон достигают гостиной, то настигают картину из сидящих втроём на старом диване парней со спиритической доской и рюмкой из под водки. Они прыгают на диван, сбивая все вещи на пол и пытаясь отдышаться. - Вы че ебанутые? - орет Сынмин, хватаясь за голову, пока смотрит на разбившуюся рюмку, - Как мы без неё с призраками разговаривать будем? - Призраки? - Джисон взвизгивает. - Нам конец, - на Минхо виснет. - Мы сдохнем. Младший во всех тонкостях о его встрече с, его слов, настоящим призраком, наблюдая за насмешливым выражением лица его слушателей. Но когда Минхо выходит из ступора и начинает добавлять деталей, которые и не видел вовсе, то стеб на лице остальных сменяется недоумеванием. Когда Уджин рассказывает историю, которую рассказал хозяин дома, то для Джисона все становится на свои места. Он выдаёт простое: - Съебываем отсюда, быстро! - Минхо за руку тянет, прикрывая свою наготу длинной футболкой. - Да вы че, куда домой? - Сынмин тянет их обратно, усаживая на диван. - Это же охуенно! - взвизгивает. - Нам нужно провести расследование! А ну-ка, - прокашливается. - Если тут кто-то есть, дай нам знать! Молчание виснет в комнате, напрягая все больше. Хенджин, повиснувший на Уджине, прерывает ее глубокими вдохами, не давая неловкости заполонить комнату. - Да ну нахуй, мы сваливаем, - Минхо направляется к входной двери, застегивая на ходу пряжку ремня. Звук захлопнувшейся двери заставляет всех в комнате подпрыгнуть на месте, забираясь с ногами на диван. Шок окутывает каждого и способность говорить, как и думать, пропадает напрочь. Они сидят в тишине, боясь сказать и слово. - Надо за Феликсом с Чанбином сходить, - Уджин подаёт голос, поглаживая по голове трясущегося Хенджина. - Ты ебанутый? - Сынмин шёпчет. - Мы же умрем. - Куда, блять, твоя смелость подевалась? - Хенджин голову с чужих колен поднимает. - Давай, веди своё расследование, - раздраженно. - Блять, Минхо! - Что? - Ты в меня кончил!