Шепот или назови меня тихо по имени

      -Я знаю пароль, я вижу ориентир, я верю только в это, любовь спасет мир, - напевает Цзян Чен стоя перед зеркалом. Он задумчиво смотрит на свое отражение, надевая одежду цветов ордена Юнмэн Цзян. Привычным движением зачесывает волосы наверх, собирает в пучок, закалывая шпилькой. Этот ежедневный ритуал успокаивает, дает ощущение незыблемости и постоянства вещей в его жизни. Он даже мысленно подпевает, потому, как песню вслух пою именно я. А подпевает он потому, что уже выучил практически наизусть. Да и как можно не запомнить - я мурлыкаю ее по утрам уже довольно долгое время.       Прошло уже три месяца с того дня, как я попала в мир Магистра. Страшно подумать – три месяца! За это время, чего только мы не пережили. Я имею ввиду меня, Ваньиня и Вэй У Сяня. Я привыкла к тому, что у меня мужское тело, а Цзян Чен смирился (но не навсегда, он еще надеется избавиться от меня при удобном случае, наивный) делить это самое тело со мной.       После неудачной попытки с Дзыдянем, Цзян Чен рвал и метал. Мысленно и только на словах, конечно. Воплотить свои слова в реальность он, конечно, не мог и его это сильно кхм... «расстраивало». Неделю он хандрил, а потом эксперимент повторился. Раз десять, не меньше. Меня на этот раз никто не спрашивал. Но ничего опять не вышло. Наследник Юнмэна бушевал снова. А потом, наконец – то взялся за ум. Они с Вэй Ином перерыли всю библиотеку в резиденции, но ничего о переселении душ не нашли, никакого упоминания. Но унывать не стали, снова и снова тщательно осматривая книги, шкафы, полки. Так был найден забытый отдел с запретными книгами, спрятанный предками Цзян Фэнмяня. Глава ордена Юнмэн Цзян был приятно удивлен находчивостью подростков. Он еще долго хвалил их за усердие в учебе, чего не скажешь о его жене. Юй Цзыюань же считает, что мужчина должен больше времени уделять полигону и тренировкам, совершенствованию тела и духа. Поэтому нас ждал выговор, но мы уже привыкли к этому.       Да, то, что особое внимание уделяет Ваньинь именно полигону, я убедилась вскоре. После неудачных попыток с кнутом, он пошел выпустить пар куда? На тренировочный плац! Он тренировался до изнеможения, пот лился с него в три ручья. А так, как у нас с ним одно тело на двоих…я все это прочувствовала на себе. В первый раз я впала в истерику, пока не устала. Во второй раз я ныла, а в десятый… поняла, что пощады не будет. В двадцатый я абстрагировалась от боли и …стала запоминать все движения. Плюс У Сянь, хоть и редко, но занимался вместе с нами и служил живым пособием.       А еще мы ходили на ночную охоту. Для меня это было…незабываемо. В прямом смысле. До сих пор помню темноту леса, непонятные шорохи и мертвецы..было, мягко говоря, страшно. Это мычание ходячих зомби, отвратительный запах гниющей плоти, кусочки кожи, оторванные от свежих тел, копошение трупных червей..на старых же виднелись кости. Увидев таких «красавцев», я в первый раз тупо отрубилась, моя нервная система не выдержала. Цзян Чен до сих пор злорадствует. В следующую ночную охоту, я не упала в обморок, нет. Я дождалась, когда парни всех замочат мертвяков. А потом меня рвало нещадно. Блевала дальше, чем видела. Теперь настала очередь Вэй Ина подкалывать Цзян Чена. Ну а в последний раз, лицо Ваньиня было просто серо – зеленого цвета. Моя маленькая победа над страхом, ага. Ну, хоть не рассталась с ужином. -Пошли будить У Сяня, - говорит парень вслух. У него уже вошло в привычку разговаривать с самим собой, то есть со мной. Мы даже относительно мирно сосуществуем, но время от времени бесим друг друга. Меня раздражает его занудство, его – мое веселье. Как – то даже сказал, что мы с Вэй Усянем сильно похожи своей безалаберностью. Стоит ли говорить, что мы обиделись? На следующее утро мой сотельник, матерясь, на чем свет стоит, расплетал десятки косичек, украшающих его голову. А взглянув в зеркало, схватился за голову, ибо был похож на Шакиру. Цзян Чен с прической аля 80-е, крушил все вокруг. Зато мы ржали.       Мы выходим из комнаты Цзян Чена. Уже время мао-ши (5: 00-7: 00), а сегодня еще так много нужно сделать. Хоть прибытие людей из четырех великих орденов ожидается ко времени у-ши(11:00-13:00), но уже сейчас нужно как минимум разбудить Вэй Ина! Кругом суетятся слуги, развешивая бумажные фонари,плавающие фонарики в форме лотоса, вечером в них зажгут свечи. Повсюду слышен звон колокольчиков. Да и вообще, несмотря на суету, обстановка в резиденции чувствуется праздничная. А как иначе ведь с сегодняшнего дня начинаются празднования в честь Начала Лета. Сегодня прибудут главы других орденов, их лучшие ученики, наследники. Сегодня я увижу ледяного красавчика Лань Ванцзи, его брата Первого Нефрита – Лань Хуаня. Знаю точно будет Цзинь Цзысюань, Янли уже неделю ходит счастливая и раскрасневшаяся. С тоской думаю о том, что счастье их было коротким.       Так!! Я же здесь! Поэтому никто не умрет!! Хотя, как выяснилось, рассказать о будущем моих друзей( Янли, Цзян Чена, Вэй Ина я уже давно считаю своими друзьями) не могу. Как- будто активируется какая-то блокировка, если я пытаюсь рассказать именно это, на все остальное блок не распространяется. Я спокойно рассказала ребятам о своем мире, технологиях и многом другом. Но когда хотела предупредить о грядущих трагических событиях - не смогла и рта раскрыть. Страшно, но еще куда больше – печально. Но факт остается фактом. -Вэй Ин, вставай!- мы заходим в комнату. Повсюду валяется одежда Вэй У Сяня. У меня чешутся руки поднять ее и сложить на полку. Но своих рук у меня нет, а Ваньинь свои не даст, поэтому мужественно подавляю порыв. Вэй Ин разметавшись по кровати, сладко сопит. Его длинные черные волосы свисают и падают на пол. Он продолжает крепко спать, не обращая на нас внимания. - Вэй Ин, солнышко мое, - нависаем над спящим, шепча ему на ушко, - просыпайся или Цзян Чен снова окатит тебя холодной водичкой.       Парень, наконец, зашевелился. Он сонно моргает, стараясь сфокусировать взгляд. - Это ты сестричка Юи, - он морщится, вставая с кровати позевывая, - не делайте больше так. Эти ласковые слова никак не вяжутся с твоим лицом Ваньинь. Можно напугаться до усрачки.       Он встает, накидывая на себя одежду, шагая умываться. Слышно позвякивание одежды,плескание воды -Вэй Ин приводит себя в порядок. Юи назвал меня У Сянь. Выговорить «Аня» парни не смогли, поэтому дали другое имя. Хотя почему именно это, я так и не поняла ( Юи- бледная луна). - Пошли - этот праздник без нас будет слишком скучным!- хихикает Вэй Ин, выходя из-за ширмы полностью одетый. -Только попробуй что-нибудь учудить, засранец! – восклицает Цзян Чен.        И до обеда мы носимся из зала в зал, от полигона, где устанавливают новые мишени для соревнований и до ворот резиденции. Госпожа Юй не дремлет, гоняя нас из одного места в другое для проверки всех приготовлений к празднованию. В итоге к прибытию гостей мы выжаты, как лимон и мокрые, как мыши. Увидев нас, Янли сжалилась, отправив по быстрому освежиться и переодеться.       Мы опоздали.       Появились среди учеников ордена, когда гости уже прибывали. Судя по всему нашего отсутствия никто не заметил. Как выяснилось, глав орденов приветствует сам Цзян Фэнмянь и мадам Юй. Присутствие Ваньиня и сестрицы Янли сейчас не нужно. Я во все глаза всматриваюсь в лица проходящих мимо людей, пытаясь угадать кто, есть кто. Вижу много молодых парней в золотых одеждах с пионом на груди….Орден Ланлин Цзинь – поняла я. Они ходят, подняв высоко голову и презрительно смотрят на остальных. Тьфу, на вас, какого спрашивается так нос задирать? Вы всего лишь члены ордена, а не его глава. Но спеси им не занимать, это да.       И возглавляет вереницу учеников Ланлин Цзинь красивый подросток. Он то и дело бросает недовольные взгляды на окружающих. О, я знаю кто это!-мысленно хлопаю в ладоши, отчего наследник Юнмэна морщится, делая и без того недружелюбное выражение, совсем хмурым, - это же Цзинь Цзысюань! да?да?да?я ведь права?- канючу я. Не понял, откуда ты знаешь Цзысюаня? – удивился Ваньинь. Знаю и все, - отрубила я.       Цзинь Цзысюань медленно прохаживается по саду среди озера с лотосами, где собственно накрыты столы для гостей, а чуть поодаль на возвышении стоят столики для глав орденов. Тень деревьев дарит прохладу, а журчание воды успокаивает, принося умиротворение. Замечаю вдалеке Цзян Янли, разговаривающую с женщиной из Ланлин Цзинь. Она улыбается, то и дело, косясь на жениха, но тот равнодушно прошелся по ней взглядом и продолжил свой путь. -Нет, вы посмотрите - ка, какой самоуверенный! –в один голос возмущаемся мы. Вслух. - Да как он смеет…- вскипает Вэй Ин рядом, готовый кинуться на обидчика шицзе.       Наследник Ланлин Цзинь оборачивается. Он ухмыляется, сузив глаза, направляется к нам. Медленно приближаясь, так что полы его одеяний красиво обвиваются вокруг ног, он продолжает высокомерно улыбаться. Красив, зараза, - невольно восхищаюсь я. Подойдя ближе Цзинь Цзысюань останавливается, окидывая наследника ордена Цзян и Вэй У Сяня недовольным взглядом. - Ты что-то сказал? – поднимает бровь парень в одеждах цвета золота.       Мы с Вэй Инам синхронно сложили руки на груди. Аналогично просканировали собеседника. Ему это не понравилось. Видимо он ожидал увидеть испуг на наших лицах или думал, начнем лебезить, но просчитался. Он явно никак не ожидал, что его самого будут оценивать. - Не достоин, - констатирую я. Цзян Чен со мной полностью согласен. - Я тоже так думаю,- кивает головой Вэй Ин, - и как мы можем отдать такому невоспитанному, высокомерному засранцу шицзе? - Что ты сказал!!! – заорал Цзысюань. Затевавшуюся драку прервал звук гонга. Мимо адептов великих орденов шли выдающиеся люди современности. Непосредственно их главы.       Быстрым, широким шагом, в белом ханьфу с красным узором на рукавах и подолу, идет высокий мужчина. Властное лицо внушает одну только мысль: « Я есть власть». Он быстро проходит, но мы невольно замираем по стойке смирно. Вэнь Жохань. - Вот это аура, - шепчу У Сяню. - Неа..выскочка, - презрительно скривился Вэй Ин, - он такой же глава ордена, как дядя Цзян и остальные. Но так себя ведет,…не нравится мне это.. И не зря. Ведь не за горами «та самая заварушка», после которой твоя жизнь пойдет под откос.       После главы ордена Вэнь, идет Цзинь Гуаньшань. Как я узнала, что это именно он? Легко. Ну кто из глав орденов мог масляно улыбаться молоденьким адепткам. У меня сложилось впечатление, что глава ордена Цзин тр@хает все, что движется. А то, что не двигается–расшевеливает. И тоже тр@хает. Взойдя на возвышение, где его приветствовал Цзян Фэнмянь и леди Юй, Гуаньшань слащаво улыбается Юй Цзыюань. На женщину его обаяние никак не действует. Она, не отвечая на улыбку, холодно приветствует его. На мгновение он теряется, но быстро совладав с собой, коротко поздравляет хозяев Пристани Лотоса и отходит к своему столу.       Следом поднимается Лань Цижень. Это мне сказал Цзян Чен. Хотя, я сразу догадалась кто это. Да, кто может носить белые траурные одежды и лобную ленту с плывущими облаками с таким видом, словно земные заботы его не касаются. Плюс у старейшины Гу Су Лань действительно оказалась смешная бородка. Почему – то, глядя на нее, не смогла удержаться от улыбки.       Впрочем, она пропала через несколько секунд, потому, что шел Он.       Тяжелая поступь просто огромных сапог, от которой казалось, дрожала земля. Выше всех присутствующих, уже своим одним ростом внушал страх. Нахмуренные брови и прищуренные глаза, внимательно осматривающие присутствующих. Плотно сжатые губы. Весь его вид вызывал невольную дрожь, когда этот внимательный взгляд скользил по окружающим. Он прошел мимо, твердо ступая, чеканя шаг, а я затаила дыхание. Кажется..я влюбилась..- тихо шепчу. Что?! В Не Минцзюе? – офигел Ваньинь. Угу..благоговейно- отвечаю. - Что такое? – забеспокоился У Сянь, склоняясь к уху Цзян Чена.       Тот, не обратил внимание, до сих пор переваривая информацию и на автомате ответил. - Юи влюбилась в Чифэнь - зуня….- шепчет в прострации. - А?! – вытаращился Вэй Ин. Я обиделась. Правда. Ну чего спрашивается так удивляться? Ведь Минцзюе воплощение мужественности! Этот широкий разворот плеч, высокий рост. Да что там рост! Даже свободное ханьфу не скрывало рельефную мускулатуру главы Цинхэ Не. В голове само собой вспомнились слова «О Боже, какой мужчина! Я хочу от тебя сына!» . Так мне срочно нужно собственное тело и первым делом я пойду признаваться в любви Не Минцзюе. -Тебе нравятся такие..кх..свирепые мужчины? – не унимается Вэй У Сянь. - Да что ты понимаешь, - поджимаю губы, - ты посмотри, на нем же крупными иероглифами написано – Ходячий секс! Да он же живое пособие по настоящим мужчинам! Вэй Ин недоверчиво косится, явно не согласный со мной.       Нашу полемику прерывает Цзинь Цзысюань. Видя, что мы шепотом разговариваем, не обращая внимание на приветственную речь, Цзян Фэньмяня, он решает снова на нас «наехать». - Так что ты там сказал?! – он наступает на У Сяня. Цзян Чен, под моим руководством, встает перед Вэй У Сянем заслоняя его собой. - Он сказал – что ты невоспитанный деревенщина, а не наследник прославленного ордена, не умеющий ухаживать за девушками. Цзысюань ухмыляется глядя на «нас». Он наклоняется шепча. - А ты значит знаешь? - Да уж получше некоторых! – складываю руки на груди. Стой, прекрати, - засуетился Цзян Чен, - он тебя провоцирует. Я не поняла?! Ты хочешь спустить на тормозах оскорбление сестры? Расслабься, я просто его проучу. - Докажи, - широко улыбается наследник ордена Ланлин Цзинь. - Легко! Но ты извинишься перед моей сестрой – это раз. Будешь ухаживать за ней весь праздник – два. - Договорились, - приосанился мой собеседник, - первый человек, что войдет через арку в сад. Именно на нем ты покажешь, как же именно нужно вести себя с девушкой.       Пожала плечами. Внутри же наследник Юнмэна, материл меня на все лады, с обреченностью глядя на вход. Вэй Ин взяв чашу с вином, пригубил, так же с интересом наблюдая за всем.       Из – за деревьев неспешно шагая, вышел…парень. Молодой человек в траурных одеждах, с развивающейся лобной лентой, добрым взглядом и чарующей улыбкой. Весь его вид внушал спокойствие и уверенность. Он с кем- то кивком здоровался, подходя то к одной группе заклинателей, то к другой. Цзинь Цзысюань коротко хохотнул. Вэй Ин тоже. - Ну? – жених Янли явно издевается. - Пффф… учись, пока я жив!!! – поправив пучок на голове, откинув челку назад (она тут же опять вернулась на место), шагаю в сторону незнакомца в белом.       Нет, не надо! НЕ СМЕЙ!!! – внутри беснуется Ваньинь, все тише и тише, обреченно схватившись за голову. Надо, Ченя, надо!       Моя потенциальная жертва удаляется, понимаю, что догнать не могу и решаю идти ва-банк.

-Постой, затаи дыхание и загляни в эти глаза,

Смотри, я уже за гранью, я не могу жить без тебя*,

- громко пою, вернее сказать поет Цзян Чен, походкой от бедра направляясь к молодому заклинателю из клана Лань. Подойдя ближе, он берет того под локоть, проникновенно заглядывая тому в глаза, продолжая петь. Вижу как Вэй У Сянь, только начавший пить, выплюнул от неожиданности. Красные капли вина стекают по его подбородку, падая на черное ханьфу. Цзянь Фэнмянь застыл, удивленно хлопая ресницами. А леди Юй…леди Юй с силой сжимает свою чашу. В ее волосах то и дело вспыхивают электрические разряды.       Молодой мужчина, на удивление, не отталкивает наследника Юнмэн Цзян, немного ошарашенно глядя на «нас». Вдохновившись тем, что меня не гонят, продолжаю:

-Зажигай сердце, обжигай душу

Ты мне так важен, ты мне так нужен

Забирай сердце, обнимай душу

Ты самый нежный, ты самый лучший.

      В саду повисла тишина. Слышно как поют птицы, плещется рыба в озере. На задворках сознания, истерически воет Цзян Чен. Перевожу взгляд на молодого человека. Он несмело мне улыбается. - Прошу прощения…но мне нравятся девушки, - извиняющее говорит это чудо. Божечки ты мой! Откуда ж ты такой честный! - Мысленно умилилась я. Громкий стук кулака о стол, прерывает мое восхищение. - Цзян Ваньинь!!!! Что ты творишь! Как ты посмел оскорбить своим поведением наследника дружественного клана, Первого Нефрита ордена Гу Су Лань!!! Медленно перевожу взгляд с Юй Цзыюань на молодого человека в белых одеждах. - Вы Цзеу- цзюнь? – мои глаза размером с блюдца.        Вот этот красивый, добрый молодой мужчина – Лань Хуань?! Как же до меня раньше - то не дошло?!       Кажется, я готова присоединится к Цзян Чену, который в данный момент, воет на одной ноте, как потревоженный призрак.