Часть 3. Шагая по тонкому льду
1 марта 2019 г., 12:14
Мои планы игнорировать Теда рассыпались уже на третьей неделе его настойчивых попыток добиться моего расположения. Причём, его не пугало ни присутствие рядом других слизеринцев, ни мои тактичные намеки, что нам лучше больше не общаться. Возможно, он воспринял происходящее как новый вызов. Насколько я поняла Тонкса, он любил соревнования и мог бы играть за охотника в квиддиче, но был слишком неловким для этого. Хотя, его все же взяли в команду запасных, видимо, из-за того же барсучьего упорства.
Как я и ожидала, попытки ухаживаний Теда не остались незамеченными, на меня то и дело кидали заинтересованные взгляды. В большей степени свои, Слизерин осуждал сильнее всех, причем, их нелюбовь к Тонксу можно было учуять за милю. Девчонки теперь обсуждали его в духе «он конечно милый и смешной, ах, как жаль, что магглорожденный», а вот парни, наоборот, ходили, как злобные садовые гномы, задирая всех вокруг. Конечно же, ведь теперь им практически не доставалось внимания. Все внимание уходило на какого-то там Тонкса. Вот уж свезло мне.
Видя мой отстраненный вид и всяческие попытки избежать встреч на протяжении практически целого месяца, Тед потихоньку стал сбавлять обороты. Если в начале меня ожидали бесчисленные заколдованные птички, фейерверки, стайки бабочек, всевозможные цветы и прочая живность, то со временем он перешел лишь на попытки заговорить, передать письмо или милую безделушку. Финалом ухаживаний стало живое дерево в горшке, что он передал через Терезу прямо в гостиную Слизерина. Я знала этот сорт — миниатюрная вечноцветущая вишня, каждый месяц она опадала и выпускала бутоны вновь. Видела такую в одном магазине, но купить тогда не смогла.
Дерево я таки утащила в спальню, под неодобрительные взгляды окружающих, но они все знали мою тягу к живому, и проигнорировать такой подарок было выше моих сил. Уже потом я нашла в горшке записку, как раз за день до похода в Хогсмид, иначе, она бы оказалась бесполезной.
«Меда! Учитывая то, с каким усердием ты избегаешь встреч и разговоров со мной, я решил наконец-то расставить все точки над «і». Я очень хочу поговорить с тобой, и если ты так боишься прилюдных встреч, предлагаю тебе маленькое приключение, что скажешь? В день похода в Хогсмид я буду ждать тебя на астрономической башне в полдень. Скажи соседкам, что тебе нездоровится, и оставайся в Хогвартсе. Это моя последняя попытка, Меда. Если ты не придешь, я обещаю, что больше никогда не потревожу тебя ни своим обществом, ни письмами.
Тед»
Весь следующий день я ходила на нервах, раза три меняя свое решение. Аппетита не было, а моя концентрация настолько снизилась, что на зельеварении я пролила на себя какой-то сок ядовитого растения и заработала ожог на руке. Стоит ли говорить что спала я в последнюю ночь ужасно и смогла отключиться только под утро? Так что, проснувшись в десять и проспав завтрак, я вправду выглядела больной и уставшей. Тереза и Алисия ничуть не удивились тому, что я предпочла остаться в постели. Пожелав им повеселиться, я забралась под одеяло, но стоило шагам в коридоре утихнуть, как я тут же вылезла из постели. Предстояло делать выбор. С одной стороны я не хотела давать Теду ложной надежды, ведь шансы, что у нас выйдут хоть какие-то мало-мальские отношения, были невелики. С другой, и это было самым важным, он мне действительно нравился. Было в Тонксе что-то живое, что-то настоящее, чего я давно ни в ком не встречала. Возможно, все дело в его живости и открытости, отсутствии маски, которую все мы привыкли носить каждый день. Ему не нужно было быть идеальным, не нужно было никому ничего доказывать. Он просто был собой. И мне казалось, что с ним я тоже могу быть собой. Довольно долго я топталась у ступенек, ведущих на астрономическую башню, подумывая, не стоит ли уйти прямо сейчас. Пока еще можно было поставить точку, забыть все, оставить в прошлом. Мимолетные увлечения. Такие бывают с каждым. Я уже было развернулась, чтобы уйти, но решила, что это будет нечестно. Нужно было хотя бы попрощаться. Сказать, что мне жаль, но мы не можем быть вместе. Он заслуживал этого. Определенно заслуживал. На верхушке астрономической башни Тед стоял ко мне спиной, опершись на каменный парапет у самого края башни. Здесь было ветрено и кое-где даже виднелись хлопья снега. Башня была защищена специальным куполом, чтобы ее не заметало, но кое-нигде снежинки все же просачивались. Под моей ногой что-то хрустнуло, и он обернулся, на губах медленно появилась улыбка. Ему очень шли эти ямочки на щеках, в комплекте с веснушками и растрепанными волосами он выглядел очаровательно. — Ты пришла, — Тед сделал шаг вперед и протянул ко мне руку. Я, помедлив, вложила свою ладонь в его, и позволила ему притянуть меня ближе к краю башни. Порыв ветра растрепал мои собственные волосы, и пряди налипли на лицо, даже юбка вздыбилась. Я пригладила ее рукой, а Тонкс, как делал уже раньше, снова коснулся моего лица. В этот раз я не отпрянула, позволив ему задержать руку. — Не стоит, Тед, ничего не выйдет. Ты совершаешь ошибку, выбрав меня, я не смогу сделать тебя счастливым, — я пыталась быть безэмоциональной и твердой, как всегда учила меня мама, но в груди все сжалось в тугой комок. Мне не хотелось его отпускать, хотя я определенно должна была. — Чушь. Я выбрал тебя, почему ты считаешь себя какой-то проклятой? Для меня ты особенная. Какой же девушке неприятно будет слышать, что она особенная? Но для меня это было больше похоже на напоминание о том, кто я. Я Блэк, из древнейшего и благороднейшего дома Блэков, а он Тонкс, просто какой-то магглорожденный волшебник без рода и племени. Он хотел видеть во мне что-то светлое, что-то яркое среди всей тьмы, что меня окружала. Он хотел, чтобы я не была собой… или, может, наоборот, чтобы я наконец-то стала собой? — Тед, ничего не выйдет. Мы не подходит друг другу. Все что мы можем — это сходить на свидание, целоваться по углам украдкой, прятаться ото всех. А что в итоге? Мы окажемся изгоями. Я не смогу быть с тобой. Никто не одобрит этот союз. Тед, ты только мучаешь меня и себя. Давай закончим это сейчас. Он молчит, приглаживает рукой растрепавшиеся волосы. Наверное нервничает, хотя за его улыбкой и непонятно. Почему он улыбается, когда я говорю ему такие очевидные вещи? Вещи, которые должны его ранить. Пускай он уже наконец-то расстроится и поймет, что ничего не выйдет, что все кончено. Я не могу больше делать ему больно. И себе тоже. Отпусти меня. — Нет. Я не хочу это заканчивать. Я влюблен. А влюбленные всегда слишком наивны и преисполнены надежд. Ты пришла, значит тебе не все равно. Если бы ты хотела просто попрощаться, то не пришла бы. Я хотела возразить, что «не думать головой это не слишком умно», хотела обозвать его идиотом, разозлиться на него и уйти, чтобы никогда не вернуться. Хотела наорать, обвинив его в слишком простом отношении к жизни. Для него все было так легко. Я же знала насколько это будет сложно. Пока я думала над этим, нервно покусывая губы, он просто наклонился и поцеловал меня. Это не было моим первым поцелуем, но, пожалуй, этот поцелуй был самым искренним. Его рука придерживала мою шею, и теплые пальцы щекотали затылок, он целовал меня долго, с нежностью прикасаясь к моим губам, словно это самое ценное, что есть для него в этом мире. А потом все закончилось, и я стала жадно ловить ртом ледяной воздух. — Дай нам шанс, Андромеда Блэк, не позволяй другим решать твою судьбу. В конце-концов, это твоя жизнь. Так ведь? Одним этим поступком он выбил почву у меня из-под ног. Я никогда не была влюблена и никогда не позволяла своим эмоциям брать верх, но с ним все пошло под откос. Тед будто выворачивал меня наружу, заставлял чувствовать, заставлял быть собой. Делать выбор, который меня пугал. По спине ползли мурашки, было ужасно холодно. Будто ощущая это, он обнял меня и я уткнулась носом в его шею. Что ж, пуская меня трижды проклянут, будь, что будет, но я хочу попробовать. Это моя жизнь. И я заслуживаю любви. Что ты со мной делаешь, Тед Тонкс? Мы оба пожалеем об этом, ты ведь знаешь? Но вдруг эта игра стоит свеч?***
Мне не стоило позволять ему втянуть меня в это, но я позволила. В этой войне я проиграла еще задолго до того поцелуя, просто сама боялась признаться себе в этом. Я ощущала себя в совершенно дурацком положении, потому что все время мне казалось, что «все знают». Конечно, что-то могли и замечать, но это были сущие мелочи. Мы с Тедом практически не общались прилюдно, иногда украдкой обмениваясь взглядами или улыбками. Все уже успели подзабыть его активные ухаживания и вздохнули с облегчением. «Блэк сохранила лицо». Наверное, именно так думали они. А мне было стыдно признаться, что я оказалась до ужаса слабой и не смогла сказать ему «нет». Не смогла управлять своими желаниями, контролировать их, как это делала Белла, или выбирать «правильные желания», как это делала Цисси. Я была слишком слабой и безвольной сестрой. Или, возможно, достаточно сильной, чтобы быть самой собой? Я пока не знала, какой ответ правильный. Наши с Тедом встречи в библиотеке стали приятной традицией, там, за стеллажами в самом дальнем углу, можно было не переживать, что нас кто-то побеспокоит. Мы вместе готовились к занятиям, а затем болтали обо всем на свете. Оказалось, Тед довольно много знает про трансфигурацию и чары, прекрасно владеет заклинаниями и даже сложными формулами, а еще он отлично разбирается в растениях и вообще прирожденный герболог. В детстве он много работал руками, у его родителей была своя ферма на природе, а отец еще и работал столяром. Слушать про родителей Теда, их жизнь в маггловском мире было настолько интересно, что я порой сама не замечала, как сижу с открытым ртом. Все, что он рассказывал настолько отличалось от написанного в учебнике по маггловедению, который уже явно устарел на несколько десятков лет. Мне, казалось, что он рассказывает сказки, а ему, видимо, казалось, что это я живу в сказке. Мы были из разных миров, этого нельзя было отрицать. Просто наши миры нашли точку соприкосновения, в которой нам обоим было комфортно. Это казалось тогда самым главным. Прошло практически два месяца, настала весна, прорываясь первой теплой капелью, оставляя позади тяжелые мысли о прошлом. Я начала снова дышать, перестала дергаться и бояться, что кто-то застукает нас или увидит обнимающимися. Конечно, никого было не удивить целующимися или гуляющими за ручку парочками, даже аристократы вплоть до своей помолвки, а иногда даже и после, гуляли направо и налево, соблюдая лишь видимость норм приличия. Я знала множество парней, у которых был целый рейтинг девушек, и они выбирали, какая же сегодня им по душе и кому они уделят внимание. Знала, как прогулки в Хогсмид заканчивались не просто чашкой кофе и поцелуями взасос. Мы все понимали это, но никто бы никогда не решился озвучить вслух. Между тем, Тед был очень учтивым и заботливым, не давил на меня и не требовал чего-то большего. Я была слишком зажатой и не привыкшей к мужскому вниманию, так что у нас все складывалось очень медленно. Больше всего меня беспокоил вопрос «и что дальше?», но когда я пыталась задать его Теду, он только улыбался и целовал меня. Я решила действовать по обстоятельствам и не морочить себе голову лишними вопросами, к тому же, забот и так хватало. В конце марта пришло приглашение на свадьбу Рудо и Беллы, они решили делать ее на весенних каникулах, чтобы все могли посетить церемонию и не пришлось просить отпустить из школы половину Слизерина. Кроме прочего, от Беллы все это время приходили рваные короткие письма. Она рассказывала, как идет подготовка к свадьбе, потом перескакивала на воспоминания о нашем детстве, затем часто говорила, что у нее появился отличный учитель, наставник, которых нет в Хогвартсе, и равных ему, наверное, нет во всей Британии. Во всем этом потоке информации не было практически ни слова о Рудольфусе, меня начинало это беспокоить. В школе, когда я еще могла видеть их, они казались счастливыми и гармоничными. Никто не сомневался, что это будет удачный брак. Но, честно признаться, я никогда не спрашивала Беллу напрямую: что же думает она. А может, стоило бы? — Середина апреля. Совсем скоро, да? Нарцисса подошла очень тихо, так что я даже вздрогнула, когда ее голос раздался над моим ухом. Быстро свернув письмо от Беллы, которое пришло мне вместе с приглашением на свадьбу, я повернулась к ней лицом, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо. В последнее время я была немного нервной, к тому же, Белла делилась со мной личным, сомневаюсь, что малышка Цисси уже доросла до этого. — Да, уже скоро. Подготовка идет полным ходом. Готова поспорить, мама уже заказала нам «особые платья». Надеюсь, их выберет Белла, иначе, не ручаюсь, что надену это. — Куда ж ты денешься, — Цисси засмеялась, и поправила уложенные в тугой пучок волосы. Мы практически не общались за эти месяцы, и я чувствовала себя неловко. Столь увлеченная Тедом, я забыла про собственную сестру. — У тебя все в порядке? Как с Люциусом? — Да все так же, — Нарси сморщила носик и элегантно присела на боковушку кресла напротив, поправив подол школьной юбки. Она всегда была такой аккуратисткой. — Вроде бы, он не бегает от меня, но и внимания от него не дождешься. Пока не скажешь «Люциус, я хочу это», он даже не двинется с места. — Ну это уже что-то. Никто не обязан тебя любить за просто так, Цисси, к тому же, он даже не твой жених. А тебе он действительно нравится? — я не знала, занялись ли родители планированием брака для моей младшей сестры, но Люциус мог бы стать неплохой партией. К тому же, она явно испытывала к нему симпатию, а его отец уже давно ходит кругами около дома Блэков, все нам на руку. — Возможно. Я еще не решила, — Цисси отвела взгляд, но я то знала, что она прибедняется. У нее краснели уши, что выдавало ее в полной мере. Моя младшая сестренка тоже влюбилась. Жаль, что я не умею выбирать партии так хорошо, как она. Ведь будь на месте Теда любой чистокровный, я бы смогла даже обсудить возможность нашего брака, а так — пиши пропало. — А ты? — прервала мои мысли Нарцисса. — Ты встречаешься с кем-то? В последнее время ты стала укладывать волосы по-новому и даже взялась за помаду. Тебе идет. Я сильнее сжала в руках конверт с приглашением и улыбнулась. Было приятно, что моя сестра столь внимательна. Жаль, что я не могла ответить на ее вопрос, врать не хотелось, а говорить правду… Ну, она бы не поняла. А еще чего хуже — сказала бы Беллатрикс. Я не боялась ничьего осуждения так, как ее. Почему-то именно Белла всегда была моим гарантом, человеком, на которого я ориентировалась и теперь, казалось, что я подвожу ее. — Нет, не то чтобы, — попыталась отнекаться я, но Нарцисса уже уцепилась за мой неуверенный тон. Нужно было просто сменить тему, знала же, что для сестры этот вопрос принципиальный. — Как это «не то чтобы»? Ты или встречаешься с кем-то или нет. Меда, я же вижу, ты очень изменилась. У тебя явно кто-то есть. Ну кто это? Скажи мне, я же твоя сестра! Мне хотелось провалиться сквозь землю, но вместо этого я решительно встала, собрала пергаменты и подумывала удрать в библиотеку. Лишь бы скрыться от навязчивых вопросов Нарси, еще, не дай Мерлин, таки проболтаюсь. Моя сестра — настоящий разведчик в делах любовных. Потом я вспомнила, что в библиотеке мы встречаемся с Тедом, а Нарцисса может увязаться следом, и решила пойти пока в свою спальню. — Андромеда Блэк, ты явно избегаешь ответа! Я все равно узнаю, кто это! Вот увидишь! — прокричала мне вслед младшая сестра, и я еще раз обругала себя за неосмотрительность. Нужно было лучше держать язык за зубами, но это было не самым страшным. Намного больше меня пугала мысль, что уже через месяц я увижусь с Беллатрикс и, если она захочет поговорить об этом, если она узнает… в общем, я не знала что ей сказать. Я была не готова к этому разговору. Моя сестра самолично выжгла из древа мою тетушку в раннем детстве. За чистоту крови она готова была перегрызть горло. Новость о том, что я увлечена магглорожденным, просто убьет ее… или меня.***
Вечеринка в честь пасхальных праздников у Слагхорна была важным событием. Он звал всех перспективных студентов, которых мы между собой называли «одаренными». Наш декан был из тех, кто во всем ищет пользу для себя, что, впрочем, было неудивительно — он был слизеринцем до мозга костей. Проигнорировать приглашение в клуб Слизней было верхом неучтивости. Мало кто решался на этот жест, так что отказаться я не могла. Слишком много вопросов бы возникло, да и ссориться со Слагхорном мне было не на руку. Пришлось подтвердить свое присутствие. — Ты пойдешь одна? — спросил между прочим Тед, когда мы снова укрылись в библиотеке. Я уже фактически беззастенчиво лежала на его плече, лениво перелистывая страницы книги по зельеварению, нас здесь ни разу никто не застал. Что-то в его тоне меня насторожило, так что я медлила с ответом. — Наверное, да. Слагхорн настаивает, чтобы мы приводили себе спутников, видимо, хочет понимать, какие семьи будут родниться, чтобы лучше рассчитывать силы и перспективы. Зачем обхаживать двух студентов, если они скоро станут семьей? Достаточно уцепиться за одного, — я пожала плечами, будто бы это была совершенно будничная тема. Я правда не хотела идти на эту вечеринку, но отказываться было поздно, да и правила хорошего тона никто не отменял, поэтому вопрос Теда меня скорее удивил. Он ведь знал, что я не люблю показушничество и вряд ли позову с собой кого-то для галочки. — Ты могла бы пойти со мной, — осторожно заметил Тед, и я слегка напряглась. Мы не говорили об этом с той самой встречи на башне, обоюдно решив, что лучше сохранять наши отношения втайне, так что его предложение меня озадачило. — То есть, ты могла бы пригласить меня сопровождать тебя, и я бы, конечно же, согласился. К тому же, Слагхорн, кажется, ко мне благосклонен. Я молчала, вцепившись пальцами в книгу. Это был очень милый жест, и думаю, Слагхорн правда был бы не против. Против были бы все остальные. Заявиться туда в компании Теда означало начать прилюдно размахивать красным флагом перед стаей разъяренных змей. Уверена, многие воспримут этот жест вполне однозначно. Особенно, учитывая, что там будет добрая половина Слизерина, если не весь он в полном составе. Все может закончиться очень плохо. От волнения у меня вспотели ладони. — Я не уверена, что это хорошая идея, Тед, — медленно начала я, прокладывая путь к отступлению. — Там будет довольно скучно, да и я не собираюсь задерживаться надолго. Ничего страшного не случится, если я пойду одна. — Ага, — фыркнул он, осторожно выпутываясь из объятий, так что я оказалась в одиночестве сидеть на низком пуфе, а он теперь стоял ко мне спиной, старательно изучая книжную полку рядом с собой. Это его «ага» звучало весьма претенциозно, но я решила не говорить ему об этом, молча ожидая, пока он выговорится. Жаль, что я не могла видеть его лица. — А если бы тебя позвал кто из «своих», ты бы пошла с ним? Они ведь все чистокровные аристократы, с ними можно не бояться показаться на публике. Не бояться очернить свое имя и репутацию. — Тед, — начала я, но он выставил вбок руку, перебивая все мои аргументы и оправдания. Я начинала злиться, он не понимал и половины того, в каком положении я окажусь, выбивая почву у меня из-под ног, снова сотрясая мой карточный замок и заставляя меня выбирать. Выбирать из того, из чего я никогда не могла выбрать — между собой и ним. Между моим прошлым и нашим будущим. Между семьей и свободой. — Просто ответь, ты бы пошла с кем-то из «своих»? — он резко обернулся, и я увидела его лицо. Он был не просто расстроен, кажется, он даже злился. Хотя я решительно не понимал на что, это я должна была злиться, что он ведет себя, как сущий ребенок, при этом еще и давит на меня. — Я не боюсь показать им свое лицо, Меда. Я считаю, что мы должны заявить о себе. Старые устои пора уничтожить. Зачем держаться за прошлое, если за нами будущее? Нельзя быть настолько консервативными. Они должны будут принять нас. Иногда он говорил вещи, которые меня немного пугали. Я была далеко не идиоткой и понимала, о чем он. Видела и слышала, что происходит вокруг, все газеты твердили о странных нападениях на магглорожденных волшебников. Одиночные случаи исчезновений, необычайные происшествия, так и не закончившиеся расследования, которые зашли в тупик. За последние несколько лет количество столкновений между аристократами и магглолюбцами все увеличивалось. Стоило бы сказать «грядет что-то масштабное», но я отгоняла от себя эти мысли. И в свете происходящего заявить о нас было бы вызовом всей системе. Девушка из древнейшего и благородного рода Блэк и какой-то магглорожденный парень. Спасибо, что не маггл. — Я не уверена, что сейчас самое время… — А когда, Меда? Когда будет время? После того, как мы выпустимся? После того, как начнется война? После того, как таких, как я, сожгут на кострах, и ты сможешь вздохнуть с облегчением? — Тед, прекрати! Ты знаешь, что я не это имею ввиду. Ты будто специально пытаешься заглянуть в пасть к волку, зачем это тебе?! — Я не лезу в ничью пасть. Просто я не хочу выглядеть трусом, я хочу, чтобы все увидели нас. Увидели что так бывает, что статус крови не должен играть столь решающую роль. Мы живой пример этому. Меда, я ждал достаточно долго, чтобы ты успокоилась, чтобы ты убедилась в правильности своего решения. Убедилась, что я люблю тебя. Я готов заявить о нас. Это хорошая возможность. — Тед, ты не понимаешь, все намного сложнее. Они не готовы принять это, — я решительно встала и сделала шаг навстречу, меня начинало трясти. Он действительно не понимал, и я не знала как ему объяснить. Возможно единственным выходом будет показать ему, показать, что его ждет, если он шагнет за рамки устоев. Что система не терпит тех, кто нарушает ее законы. Я знала, это может закончится для нас плохо, но раз он так хочет этого… Что ж, в мае мне уже будет семнадцать, и они не смогут управлять моей жизнью, как раньше. Можно и рискнуть. — Как бы ты не пожалел об этом своем решении, Тед. — Поверь, я не пожалею. Я очень хочу этого. Так ты согласна, я буду твоим плюс один на вечеринке Слагхорна? — Тед улыбнулся, и с его лица сошла гримаса злости и негодования, и таким он мне нравился куда больше. Я старалась запомнить каждую его грань, чтобы всегда держать его образ в своем сердце. У меня было нехорошее предчувствие, но я решила не говорить ему об этом. Пока что можно было просто насладиться моментом. — Да, пусть так. Ты будешь моим плюс один на вечеринке. Стиль одежды официальный, приходить вовремя. Надеюсь, все пройдет спокойно. В конце концов, это вечеринка, там будет куча народу. Все обойдется. Я сделала вдох, пытаясь прогнать от себя ощущение тугого комка в груди. Говорят, ведьм рода Блэк никогда не обманывает предчувствие. Я до ужаса хотела, чтобы в этот раз оно меня обмануло.
