Honky-tonk Queen

Засыпай, на руках у меня засыпай. Засыпай, под пенье дождя.

　

***

Какой-то фарфор. Столик у ветрового окна прямо между колоннами. 　 Безмятежно развалившись в кресле, Дейдара смотрел в окно кофейни сквозь темные очки, плавно покачивал ногой и постукивал пальцами по столешнице. В голове утихала похмельная дурнота, глаза рассредоточено следили за редкими прохожими. 　 Ржавчина. Сальса. Лужа в форме черепахи. Воронка, бывшая зеленого цвета, он это хорошо помнил. 　 Напротив сидел Итачи и, склонившись над толстой тетрадью, усердно и сосредоточенно писал. Его чашка с едва ли тронутым кофе стояла почти у края. Еще не опасно, но двигать лишний раз локтем не стоило. Цифры-цифры-цифры. Указательный палец периодически, на автомате пододвигал очки вверх по переносице. 　 - Посмотреть, так не очень-то и паршиво выходит, - саркастично вынес вердикт он, выпрямив спину и придирчиво оглядев исписанный расчетами разворот. - Если мы сохраним расходы в прежних рамках.. - он недовольно скривился, цокнул, и снова самозабвенно склонился над тетрадью. 　 Дей продолжал качать ногой и витать в облаках. Из списка дел на сегодня оставались разве что какая-то автограф-сессия и поход по магазинам (Ино прострелили последнюю белую рубашку на днях), но последнее было делом совершенно добровольным. Если что, Ино поносит и его рубашки, когда плечо заживет. 　 Атмосферу гармонии и умиротворения нарушил мобильник Инуи, на который секунд за десять скопом пришла куча смсок. 　 Дейдара лениво выдохнул, медленно переводя взгляд с улицы на телефон, лежавший на столе. До него вообще-то надо было тянуться: спину там отрывать от кресла, вперед на несколько градусов наклоняться... Итачи механически переложил телефон на самый край стола ближе к Дею и даже не оторвал голову и ручку от тетради. 　 - Ага-а, - протянул тот, дотягиваясь до смартфона и отстраненно на него глядя. 　 Густые брови сошлись к переносице, взгляд сконцентрировался на тексте. 　 Итачи позволил себе оторваться от очередных вычислений и, сдувая в сторону челку, посмотрел из-под очков на Инуи. 　 - Что там? - поинтересовался он, давая себе перерыв в неблагодарной бухгалтерской работе. 　 Дей поджал губы, отвлеченно набирая ответное сообщение. 　 - М... Сасори... Сасори-и.. ругается. 　 - Из-за записи?.. Или из-за сегодняшней конференции? - На выдохе спросил Итачи, подпирая щеку кулаком. Он с интересом наблюдал за будничными действиями Дейдары: тот больше был поглощен перепиской, но многозначно кивать головой для Итачи тоже кое-как успевал. 　 - Ну такое, рыба моя. Сасори, во-первых, уже начинает меня раскатывать за опоздание, которого еще не произошло... А во-вторых... Хм. Етить- Да, Сасори наконец посмотрел примерное расписание ваших репетиций. Ну.. Помнишь, я говорил, что там есть полтора дня, где оно накладывается на наше?.. 　 Учиха покивал, хотя не очень помнил, и снова наклонился к писанине. Писаниной заниматься не хотелось, а молчать впустую: приятно, конечно, и удивительно неотягощающе, но как-то настроение было не то. Хотя, например, погода (лирическая: классически осенняя, с депрессивной моросью и редкими просветами утреннего солнца) располагала. 　 Пока Дей шипел под нос и письменно припирался с другом, Итачи старательно дописал последнюю колонку дебета квартета. Подвел ровную черту и, устало выдыхая, положил ручку на тетрадь. Инуи бегло взглянул на стол и в который раз потянулся к стакану с мохито. 　 - Тц, да чтоб тебя, - запальчиво выдал он, грубо опуская стакан на место. Переписка перерастала в обмен колкостями на скорость, а Дейдаре было невмоготу шевелить пальцами так быстро. Итачи аристократично выпрямил спину и опер подбородок на переплетенные пальцы, устремляя взгляд напротив. Он просто смотрел на Инуи, без хитрецы, вызова, даже, в общем, без любопытства. Просто Дейдара радовал глаз. 　 Итачи отныне считал, что ему все моря по колено, но пытаться укрощать стихию он не собирался. Он был рационалистом, а не идиотом. Тем более, дела складывались сами и без каких-то умственных усилий или душевных метаний. 　 - Ну как? - спросил он, когда Дейдара вернул мобильник на стол и со страдальческим стоном откинул голову назад. 　 Его сейчас, конечно, огорчить было сложно - даже практически невозможно - но хотелось лениться, а не решать какие-то мировые проблемы. 　 Дейдара взмахнул рукой и изобразил на лице негодование. - Да, блять, просто, - вздохнул и, наконец, уставился в лицо Итачи. - Придется до встречи заехать на склад, ну там... Оборудование какое-то забрать. Данна решил, что я обязан ему нарушением миропорядка. Тоже мне. 　 Учихе едва ли сделалось неловко, потому что краем сознания он понимал, что, вроде как, в сложившейся ситуации виноваты он, Яхико, Кисаме и Конан. Или те рабочие, которые уже полнедели не могут закончить ремонт на их будущей студии. 　 - А знаешь, что самое главное? - Дей сощурил глаза, водрузил на стол локти и воровато огляделся, понижая голос до заговорщицкого шепота. 　 "Ага. Что наша студия - это соседняя дверь с твоей", - пафосно пронеслось в сознании Итачи и он тоже наклонился ближе. - Ну? 　 - Что вот спускать тех же собак на ту же Конан, он, разумеется, не станет, - в высшей степени разоблачающим тоном произнес Дейдара. 　 - Кто бы говорил. - Итачи многозначительно приподнял брови. - Вы оба к Конан слишком неровно дышите- 　 - Пф-ф, и что? - с вызовом резко рассмеялся Дей. - Это не зазорно. Ты вообще слышал, ЧТО она вытворяет своим ртом, хн? Слышал, а? Слышал ведь! И хватит быть таким догадливым, - цокнул он, вызывая на тонких губах горделивую ухмылку с оттенками всепрощения и понимания. - И убери это бляцкое выражение лица, милочка. Я тебе открою страшную тайну, но вас с Кисаме ждет та же участь. 　 - Да ты что-о? - протянул Учиха на последних остатках серьезности, поскольку перспектива пасть жертвой обаяния Конан его как-то особенно не напрягала после спонтанного секса с Инуи. 　 - Угу. Посмотри только на Яхико. На Сасори, на м- - заметив откровенно смеющиеся губы, Дей умолк и, распрямившись, придвинулся вплотную к столику. - Прекращай. 　 Итачи неторопливо распрямил пальцы и, игнорируя предупреждающие интонации, инфантильно наклонил голову набок, опираясь на ладонь. - Прекратить что? 　 Дейдара сузил глаза и точным движением продвинул под столом ногу дальше чем нужно. - Ходить по супер-тонкому льду, например, - проинформировал он, околозаигрывающим тоном. А потом моментально вернулся в прежнее состояние и угрюмо выдохнул, облокачиваясь на край столешницы. - Данна просто сильно волнуется за Ино. 　 Вот слишком быструю смену настроений и интонаций Инуи Итачи было выносить сложно. Натура неконфликтная здесь была даже готова попросить прямым текстом, чтобы Дей катался по своей синусоиде состояний не так быстро. 　 - Тогда просил бы, может, его с ней посидеть, а не Конан? - заметил Итачи, наконец придвигая к себе чашку с остывшим кофе. 　 - Не-е... - Дей неровно вдохнул, устремляя глаза куда-то в потолок. - Ответы Конан в такие моменты просто бесценны. Меня вдохновляет ее бездушность. 　 - "Могу ли я посидеть с Ино? Чтобы она меня изнасиловала? Ну-у нет"? - одним тоном вопросительно произнес Итачи, восстанавливая недавний диалог вокалистки с Инуи. 　 Дейдара решительно кивнул. - Не виноват я, что у Ино есть такое пристрастие… 　 - Приставать к людям? Тогда это у вас семейное. 　 - Ой, да что ты понимаешь, - все еще мечтательным и вдохновленным голосом риторически произнес Дейдара, опуская висок на раскрытые прямые пальцы. 　 - Что, например, Сасори ценит Ино, - более спокойно проговорил Учиха, еще раз прокручивая всю цепочку, позволившую ему сделать такой вывод. 　 Инуи помрачнел. - Ну да, - серьезно и безрадостно. - Это еще мягко сказано. - Теперь Итачи немного удивился: видно было, конечно, что Акасуна проявляет внимание, но... Разве стоило настолько же трагично из-за этого выдыхать? 　 От слов "Сасори Ино любит, а не просто ценит" Дейдару оторвало легкое любопытство, которое еще и обещало перевести тему с "малоприятной" на хотя бы "познавательную". 　 - А у тебя есть своя семья? - прямо спросил он. Итачи заторможено изменился в лице, и перестукнул пальцами по столу, продолжая смотреть в глаза Инуи. 　 - Я по первому образованию семейный психолог, у меня никогда не будет семьи, - сардонически и более чем твердо произнес он, стараясь вложить в голос полный ответ на возможный вопрос "почему". 　 - Психолог?.. Какого?! - Дей шокировано всплеснул руками и гневно воззрился на Учиху. - Погоди, серьезно? Психолог?! Пф-ф-ф. Зайка, ты бредишь? Ну не-ет, не-ет… Нет! А как же консерватория? Инструменталка или хотя бы курсы длинною в семь лет? Ох, только не говори мне, что этого ничего не было- 　 Пока Дейдара искренне-вспыльчиво защищал сложившейся у себя в голове образы и догадки, лицо Итачи успело вытянуться, успокоиться и наполниться благоговейной нежностью. 　 - Пойдем... - решительно перебил он на восторженной ноте отрицания. - Пойдем, и ты меня снова трахнешь, можно даже в ближайшей подворотне. 　 - Ч-чего? Ты охренел?.. - Латы непринятия треснули и улетучились. Дей остудил свой пыл. 　 - Знаешь, - доверительно начал Учиха, - ты первый человек, который после "я семейный психолог", не сказал так: "проконсультируешь?". Даже в шутку. 　 Дейдара изумленно и недоверчиво посмотрел Итачи прямо в глаза. Но быстро пришел в себя снова. Если поразмыслить, этот факт с лихвой объяснял его дурацкую проницательность. 　 - Нахуй ты мне нужен, - отмахнулся Инуи. 　 - На хуй, - деланно невинно опуская глаза, похабно повторил Итачи, вызывая у Дея приступ слабого хохота и вяжущей истомы по всему телу. 　 Сам Итачи тоже продолжал улыбаться, теперь гораздо шире и бодрее. В целом, его предложение было в силе, поскольку голова на место вставать не хотела. Хотела - просто. А потом он все же подумал, и былая дотошность в учебе все же взяла свое. - Но если серьезно, у тебя с- 　 - Ой не начинай, - отсмеявшись, осадил Дейдара, лелея в глазах лицо напротив. - Ино - наркоманка, с ней все ясно. У меня неправильно выстроены ценности, и я веду беспорядочную жизнь, и с этим тоже все ясно. К мозгоправам ходят, когда нужно признание. Мне, и Ино тем более, признание к херам не нужно. 　 Итачи только согласно кивнул, не желая лезть в это болото глубже. Ему нравилось положение, в котором он застрял в этом болоте на данный момент, и это радикально влияло на восприятие окружающего мира. Им вдвоем, вдвоем было легко. 　 - ..Тем более, Ино тоже зарабатывает. Нет, конечно, на сраную фееву пыльцу мы тратим, в основном, мои деньги, но... - Дейдара снова умолк, пожал плечами, а потом решил, что интересное сейчас в другом. - Лучше действительно пойдем отсюда. 　 - Ага, попроси счет, - начиная методично складывать в сумку тетрадь, ручку, карандаш, ластик и инженерный калькулятор, кивнул Итачи. - Я могу подвезти тебя до склада. Но потом мне надо будет смотаться в Туман: мы выступаем там послезавтра. Надо обсудить что-то с хозяином, а Яхико не успевает. 　 - Хм. Стоит проведать его: Яхико всегда успевает в десять раз больше, чем запланировано, - задумчиво протянул Инуи, расплачиваясь с официанткой. 　 - Годы никого не щадят... - предположил Итачи, думая, правда, почему-то про Конан. - На самом деле, я думаю, что он, скорее всего, репетирует с Кисаме тот их жуткий.. Господи, не могу. - От воспоминания он даже глаза зажмурил. 　 - Тогда перед складом отвезешь меня к ним. Я образумлю этого придурка, потому что, если он собирается играть что-то жуткое, будучи в группе с Конан ..и с тобой, я его убью. Но сперва... 　 Дейдара остановился, только выйдя из кофейни, и развернулся на сто восемьдесят прямо к Учихе. - Для тебя, рыбка, я согласен на любую подворотню. 　 Итачи мягко улыбнулся, смотря поверх макушки Инуи. - Ну да, - тягуче добавил он, хотя перед глазами мигала надпись: "что, вот прям так, серьезно". 　 - Только теперь, Твое Величество, ты вернешься оттуда в побрякушках сомнительного назначения, - едва ли не мстительно проговорил он, потирая запястья. 　 Дейдара подавил идиотский смех и многообещающе повел бровями. - Я найду столько всяких побрякушек, что ты начнешь от шока играть ногами. - По идее, хорошо было бы остановиться, но впервые за долгое время, во-первых, он был обезоружен обаянием противника, во-вторых, либо Итачи слишком умело провоцировал, либо Дейдара действительно продал душу его таланту: останавливать себя он даже не собирался. 　 Учиха терпеливо и напряженно просканировал его взгляд и сверкнул дерзкой ухмылкой. - Если ты достанешь королевский наряд викторианской эпохи, я ради тебя сыграю двумя руками партию, рассчитанную на четыре и оркестр. 　

***

Гладкость зубов. Дейдара не видел перед собой очередных поклонников с собственным недавним альбомом в руках, а тонул в недавнем ощущении гладкости зубов. И привкусе сладкого кофе. Учиха Итачи - подонок. А Акасуна Сасори - бездушная скотина. 　 Автограф-сессия подходила к концу неохотно. Фанаты прибывали волнами: то много, то мало, то снова очередь, то вообще никого. Сасори даже по-деловому отвечал на вопросы, а Итачи, с которым Дей успел смотаться везде, где нужно (и не трахнуться прямо в машине, что удержало - до сих пор не ясно), сидел рядом и ассистировал. И оба они старательно и убедительно игнорировали нежелание Дейдары здесь находиться. Намного лучше бы он себя чувствовал сейчас на студии с гитарой в руках. И он встал бы и ушел, однако Итачи сказал, что надо досидеть до закрытия павильона, потому что потом вроде приедет Кисаме с Яхико и можно будет пуститься в приключения по ночному городу. 　 Дейдара был не настроен на приключения. Он был настроен хорошенько отсосать Учихе за словесные подстегивания с утра. И похер было на автограф-сессию и на Сасори, который, как только их увидел, закатив глаза, сразу сказал, чтобы сексом они шли заниматься в другое место. (Слабый румянец, взыгравший на лице Итачи, правда, это окупил). 　 Инуи винил во всем свою проклятую излишнюю эмоциональность. Нельзя принимать все так близко к сердцу, так ярко реагировать и так распаляться от одного, прости господи, изгиба губы. Его начинало мелко колотить, когда Итачи нажимал одну единственную клавишу на фоно. Впрочем, он себе позволял все, так в чем было дело сейчас? 　 Вероятно, в том, что в голове играла та самая мелодия, а руки нехорошо чесались повторить. Вероятно, в том, что звонок на телефоне Дея - звонок Ино - с заявлением "don't go wasting your emotion, lay all your love on me", Итачи воспринял слишком буквально (возможно, потому что Дейдара чересчур многозначительно покивал, прежде чем ответить). Вероятно, дело было в том, что нынешняя "оппозиция" не надоедала и не была утомительна. Сасори занимал Инуи как друг, но занудствовал, Конан гениально пела, но доводила до белой горячки своей заумностью в реальной жизни, а вот Итачи... 　 Дейдара всегда верил - и знал - что музыканта, особенно музыканта такого полета, как Учиха, намного красноречивее описывает его игра и ее манера. И в его случае гипотеза доказывалась слишком красиво: Итачи и его пианино производили практически диаметрально противоположное впечатление. Дей снова убеждался, что верить стоит последнему. 　 Учиха быстро понял, как и что надо делать, потому что ум и смекалку никуда не денешь, а тут еще разные химические реакции организма провоцируют на действия. Порой слишком откровенные. 　 Пока Дейдара подписывал диски и буклеты, они мусолили песни Битлз, случайно, но тем не менее назло Сасори, который их не любил. Поэтому Акасуна предпочел отодвинуть стул. Потом толпа снова схлынула и разговор как-то так закрутился, что Дей опять ощутил неуместный прилив возбуждения. 　 - Это все-таки не самое пошлое, что может быть в песне, - скептически заявил Итачи, от скуки мотая по столешнице ручку. 　 - А что тогда, рыба моя? - Дей развернулся к нему всем телом. - Что может быть хуже, че- 　 - Майкл Джексон, - Инуи скрипнул мозгом, Итачи же продолжал аргументировать. - У него тексты... Такие тексты! Вот это я понимаю. Сексуальная революция Битлов и рядом не стояла, - он оставил в покое ручку и вполне серьезно воззрился на Дея. 　 - "One thing in life you must understand The truth of lust woman to man So open the door, and you will see There are no secrets Make your move, set me free". 　[Одну вещь в жизни ты должен понять: истину похоти женщины к мужчине. Так открой дверь и ты увидишь: здесь нет секретов. Сделай свой ход, освободи меня] - Во-от это явно было лишнее, - Дейдара кашлянул, а голос сделался тише и ниже на пол-октавы. Ладони взмокли, а ногти вцепились в персиковую скатерть, которой по-барски был накрыт стол. - Ты явно не принцесса Стефания.. 　 - Оу, серьезно? 　 Инуи был близок к тому, чтобы впиться в губы Итачи прямо сейчас, и близок, в целом, не только по своей инициативе, но Учиха хозяйским жестом отодвинул его лицо от своего и изогнул бровь. Нехорошо изогнул. - Я сыграю тебе Листа завтра, если ты перестанешь так реагировать. 　 У Итачи всегда были проблемы с отключением внутренних аппаратов постоянного анализа и планирования. А сейчас ему было слишком хорошо, чтобы обращать внимание на общий диссонанс происходящего. 　 Чужие идеи - лучшие идеи. Особенно, когда это идеи гения Дейдары. Пусть и несколько приземленные - Итачи было не жалко. Под столом оказалось вполне комфортно, а Инуи перестал сопротивляться и посыпать проклятиями сквозь зубы, уже когда его член оказался у Итачи во рту целиком. 　 Музыкальный маньяк, брат кокаиновой феи и сам же ярый противник наркоты, затащил Итачи в мир "без планов на завтра": происходит, и хер бы с ним. Учиха даже решил, что такое мировоззрение передается воздушно-капельным путем. А может, кто-то из Инуи покусал его, будучи заразным. Оба, вероятнее всего. 　 Дейдара держал трясущуюся изнутри ладонь у Итачи на виске и проявлял чудеса выдержки. Итачи издевался, хоть с непривычки горло часто сокращалось, а в глазах рябило. От рвотного позыва отвлекали, во-первых, тягостно и изнеможенно сжимающиеся пальцы. Удивительно нежные: не стискивающие и не оттягивающие волосы. Просто держащиеся хоть за что-то. Итачи в итоге протянул Дею руку, сам уцепился за него, чтобы чувствовать еще больше и лучше. Во-вторых, надо было выбрать что-нибудь из Листа. Не банальное, разумеется: публика слишком придирчивая. "Публика" же с каждым новым движением языка ерзала ногами, крепче стискивала пальцы и старательно напряженно молчала. 　 Итачи тоже старался. Горячая возбужденная плоть упиралась ему в нёбо, глаза слезились, нервы щекотало любое движение "извне", а тело сладко горячило то, что Дейдаре было хорошо. Веки блаженно опустились, Учиха начал помогать себе рукой, давая перерыв им обоим: своему горлу и Инуи. Дей стучал пальцами о пальцы, стискивал зубы и бледнел, теряясь в пространстве. 　 Возбуждение вспыхнуло и разгорелось как Лондон во время Великого Пожара. Дейдара грезил. И грезил о чем? О гребаной классике в исполнении Итачи. Он прикрывал ресницы, тяжело втягивал носом воздух и желал сконцентрироваться сейчас на единственном ощущении внизу. Влажный язык оглаживал головку и весь ствол, нос мазал по лобку и обжигал щекотными неровными выдохами, длинные холеные пальцы сжимали у основания и давили с разной силой, обводя массирующими движениями вены. 　 У Дейдары поджались колени, мышцы пресса свело. Он чувствовал, как упругие стенки щек и горла обволокли его, втянули, задевая зубами пульсирующие вены. И Дей запрокинул голову, сопя громче, дыша тяжелее и кончая настолько ярко, что голова закружилась, а перед глазами взорвался фейерверк из мерцающих точек и желания немедленно спуститься под стол к Учихе. Предельной фантазией оказалась та самая гребаная классика. Дей откровенно желал - настолько сильно, что ради этого он бы даже воскрес - узреть это своими глазами и услышать своими ушами. Итачи еще не играл при нем классику. Он в изнеможении опустил вспотевший лоб на руку, пряча глаза за челкой. Итачи коротко вдохнул, сглатывая и считая круги перед глазами, и уперся лбом в худую подрагивающую коленку Инуи. Он точно знал, что еще ни разу ему не было настолько феерично хорошо от чужого оргазма. По виску мазнули трясущиеся пальцы Дея, привлекая внимания. Взгляд Итачи уперся в любезно зажатую между указательным и средним пальцем салфетку. Сердце совершило небывалый для себя ритмический скачок, а голова закружилась. Дейдара кое-как восстановил дыхание и, чуть ли не мурча, решил, что самое время завязывать шнурки. И никто его уже не остановит. - Лучше сыграй то, что тебе нравится из классики? - тихо проговорил он, на что Учиха только усмехнулся, деликатно вытирая еще горячие губы. - Лист, конечно, вдохновляюще звучит, даже очень- - Тогда Дебюсси.              

You can dance! You can jive! Having the time of your life!