Лица с обратной стороны зеркала

Сколько энергии и страсти было в её глазах. Столько холода излучали её пальчики. Всё в ней умерло, только-только зачавшись, а жизнь вокруг неё цвела и разрывала её на кусочки. Мы познакомились в сентябре. Без утайки и скромности она излила на меня свою философскую любовь. Заворожила, как ведьма, тайной своих шрамов — до сих пор не могу очнуться. Она поцеловала меня пьяной. Я умер на месте, да, именно в тот самый момент, когда её влажные жаждущие губы коснулись моих. Наутро, глядя на себя в зеркало, я видел черноту. А в её душе была пустота. И, пытаясь ухватиться за её скользкую кожу зубами, вдыхая запах её волос и тела, сжимая её в тиски своих объятий, вкушая каждый её отрывистый вздох, я упивался, сходил с ума и не мог понять, когда я проснусь и снова встану на рельсы своей неинтересной, абсолютно беспечной жизни. Она шагнула в окно, коснулась ступнями лунной дорожки и ушла прямо с седьмого этажа. А я кричал, вопил от того, что так и не смог заполнить её пустоту, разглядеть что-то в её темноте, решиться понять её. Была ли жизнь после неё? Да. А какая она была, эта жизнь: светлая, безмятежная, свободная. Чух-чух, чух-чух… А её я боялся. Боюсь до сих пор. Она навещает меня каждую лунную ночь, приходя через окно на седьмом этаже.