Gin/Tonic

POV Джин Украдкой, Чарли постоянно разглядывал меня, но отводил глаза к учебнику по истории сразу, стоило мне поднять голову. Сначала, это напрягало и отвлекало меня от очередного задания, но потом я привыкла, и поведение младшего братца даже начало смешить. За эти, чуть больше, чем полгода без меня, он повзрослел, и это нельзя было не отметить. Я не знаю, как давно Чарли не стрижется, и по какой это вообще причине, но сейчас его прическа все больше начинала напоминать мне отращиваемый подростком хаер. Неформальные патлы. Это было утро воскресенья и мы, вдвоем устроившись на кухне, как в старые добрые времена, дожидались родителей с покупками из супермаркета. Только раньше я курила, сходила с ума, танцевала и вообще радовалась своей свободной крутой жизни, пока мамы с Джером не было дома, а Чарли просиживал жопу на сайтах с Бибером и голыми сиськами. Сейчас же, мы оба отдали все внимание учебникам по своим предметам. Вроде бы, и ничего не изменилось. А вроде бы, кардинально поменялось все. И он все еще отсчитывал «свои воскресенья». Даже не смотря на то, что я в «свои воскресенья» музыку вовсе и не слушаю, брат включал центр только в его дни, любезно оставляя мне выходной тишины, неделю через неделю. Я бы ничего не имела против, если б в «его воскресенья» из колонок лились бы старые и любимые песни Чарли. Даже не смотря на то, что некоторые его композиции вполне могли бы вскрыть мне раны. Я бы ничего не сказала, если бы в его наушниках или в эти воскресенья, мой брат вдруг не начал слушать 30 Second To Mars, Muse, Maroon 5, Metallica или The Offspring... Устав слушать свои старые песни и то, как тихо Чарли нашептывает слова себе под нос, я сдалась и отложила в сторону пособие по реконструкции объектов сложившейся застройки. Он заметил это, но не стал поднимать на меня глаза, даже когда я смотрела на него уже больше, чем минуту, и неотрывно. Чтобы привлечь его внимание, мне пришлось заговорить. -А где Бибер? –спросила я, и Чарли перестал делать вид, что вовсе меня на замечает. Брат посмотрел на меня ошалевшим взглядом, а потом сдвинул губы в бок и отвел глаза, начиная усердно над чем-то раздумывать. -В смысле?! –переспросил младший, и я негромко хихикнула, только сейчас осознав, как ломается его голос. –Мне загуглить, где он сейчас находится? Ты с ним общаешься? И, наверное, это был первый момент, после потери Тебя, когда я впервые иронично фыркнула. Вспомнилось, как Найл собирался «показать мне, какой отличный Джастин парень», когда их туры пересеклись в Рио. Мало того, что Хоран хотел меня с ним познакомить, так еще и планировал заставить провести вечер в одной компании, в баре, чтобы я смогла узнать старого кумира брата получше. Я вцепилась в ногу Лиама мертвой хваткой (именно Лиама, потому что он тогда сидел всех ближе), и не отпускала бедного Пейно весь вечер, ползая за ним по всем комнатам. Все смеялись. А я готова была отправиться с Ли даже в туалет, лишь бы не достаться в лапы Нандосу. Тебе тогда тоже было очень весело. -Я про музыку, –братцу пришлось пояснить. –Где он, Майли, Деми, Гомез и все-все эти...? Чарли, с веселым смешком, захлопнул свою книгу по истории Второй Мировой и нашему «вкладу» в это. -Чудно тебе промыли мозги, раз ты уже зовешь всех их по именам, –сказал он, и весь мой настрой и желание разговаривать сразу куда-то улетучились. Просто мгновенно. Засунув язык подальше за зубы, я опять наклонилась лицом к своему учебнику. Я не знаю, что это за человек сидел напротив меня, но мой младший просто бы зашелся мыльными пузырями изо рта, если бы я в такой спокойной интонации хоть раз упомянула его кумиров. Чарли долго смотрел на меня, но теперь была моя очередь делать вид, что я этого не замечаю. От мысли, что я, своим поведением, раздавила и его, во рту становилось горько. Он пристально глядел на меня минут пять, и мне пришлось снова отложить книжку. Прочитанное, все равно, даже на пару секунд не застревало в сознании. Я смотрела на младшего брата и понимала, что разговора не избежать. А мне ужасно не хотелось разговаривать. -Почему ты перестал слушать их? –спросила я, и Чарли, как-то слишком взросло, повел бровью, отводя глаза всего на пару секунд. -Потому что я им больше не верю, –ответил он, и я подавилась комком пустоты, застрявшей в горле. Да, и с ним, это тоже сделала я. А Чарли решил объяснять. -Я верил им, их текстам и тому, что в мире еще есть настоящие чувства и дружба. Я верил тому, что они – хорошие, что они умеют ценить человека по внутренней красоте, умеют верить и прощать, Джин, –от тяжелого взгляда того парнишки, который сейчас сидел напротив, мне хотелось сжаться в маленький комочек и захныкать, словно это я здесь глупая и младшая. –Я верил им. И каков итог?! Он хмыкнул и открыл свой учебник, утыкаясь взглядом в строчки. -Все, что они говорили – пустые слова, –закончил Чарли, и мне стало так больно и обидно за него, такого еще маленького, ничего, на самом деле, не понимающего, не прочувствовавшего самому. Совершенно того не желая, я сломала и младшего брата, закрыв в нем веру в людей. Он не должен был так все это воспринимать. Заиграли The Rasmus, и Чарли стал так естественно покачивать ногой в такт песне, что мне на секунду показалось, что он должен был быть таким всегда. -Послушай, это все не так! –начала я, и потянулась к его руке через стол, хватаясь за пальцы брата. Раньше, он тянулся ко мне, а я одергивала руку. Я была такой отвратительной всегда, только тогда я просто отталкивала его, а сейчас с силой игнорировала, слоняясь по комнатам, как привидение. Сливаясь со стенками. –Ты просто ничего не знаешь, милый. Чарли иронично посмеялся, поднимая лицо к потолку. Он не убирал от меня руку, но мне казалось, что он делает это только потому, что считает, что мне это нужно. -Скажешь сейчас, что они – отличные ребята? –с насмешкой, спросил меня он. Мы оба уже говорили не обо всех этих его прошлых любимых американских исполнителях. Думаю, совершенно не нужно было подчеркивать, что тема нашего разговора поменяла свое географическое положение. -Они все очень хорошие люди, Чарли! –попыталась заверить его я, потому что сама в это безоговорочно верила. Единственная тварь во всей этой ситуации – я сама. -Не смеши меня, сис! –потребовал он, опять поднимая лицо к потолку. Я зажевала губы и почувствовала, что в переносице начало колоть. Гарри и ребята вообще ни в чем не виноваты. -Где они, все эти твои хорошие люди, Джин?! –почти закричал Чарли и вырвал свои пальцы из моей ладошки, «обхватывая» двумя руками все помещение. Он даже начал оборачиваться, наглядно пытаясь показать мне, что рядом больше совсем никого нет. –Где?! Его слова новыми царапинами отпечатывались на изнаночной стороне грудной клетки, и эти порезы не были связаны с моей слепой любовью к одному парню из Британии. -Ты вернулась домой в состоянии хуже, чем когда наш отец избил тебя так, что ты две недели провалялась в коме, –уже тише, сказал младший, и я громко всхлипнула, потому что чувствовала, что начала задыхаться. Это вышло случайно. Я не осознавала, что уже начала плакать. Вот, как все это, со стороны, выглядело для него. –Я помню тебя тогда, и разница лишь в том, что сейчас ты моргаешь и двигаешься. -Чарли, все совсем не так... –прикрыв глаза, пробормотала я, вытирая щеки длинными рукавами свитера. Свитера Луи. Как объяснить ему все и дать понять, что не все в этом мире такое дерьмо, как ему теперь кажется?! Он вспомнил даже нашего папашу. Я искренне верила в то, что он все это давным-давно забыл. -Все именно так, Джинни, –сказал мой младший, и мне страшно было убрать руки от лица, чтобы посмотреть ему в глаза. В том, каким тяжелым стал теперь его взгляд, не виноват никто, кроме меня. –Ты орешь по ночам, словно тебя убивают, бьешь ногами спинку кровати так, что не можешь ходить, не хромая, и дышишь через раз, конечно же, только его вспоминая. Думаешь, раз завалила себя всеми этими книжками и чертежами, никто ничего не понимает?! Я вижу, как моя сестра слабеет на глазах, а он скачет по сцене, как сайгак и ржет, будто ничего не случилось! Это вся их хваленая любовь?! Это твои хорошие люди, sister?! Истерика полностью охватила сознание, и я начала тихо выть, уже рыдая в голос. Не было ни одной мысли в голове, как можно объяснить Чарли то, что во всем только я одна виновата. И что единственное, что я хочу, - это чтобы Ты улыбался. -Твои песни не врут и говорят, как с таким бороться. Никто не сочиняет, что люди могут быть лучше. Они только учат, как бороться с болью. Я так громко ревела, что даже не слышала, как Броснон зашел в квартиру. -Что ты сделал? –заорал он на Чарли, а через секунду я почувствовала теплые руки на своих плечах, и только тогда решилась открыть глаза. -Я ничего не делал! –тут же начал защищаться младший. -Черт бы тебя побрал, Чарли! –крикнул мой лучший, и я успела вцепиться в его плечи ладонями прежде, чем Макс подхватил меня под коленки и поднял со стула. В пятницу, мама слишком долго не могла меня разбудить и, в итоге, слишком сильно треснула кожа на левой пятке. Я не смогла пойти на занятия в субботу. Я пока не могу наступать на ногу. Мой младший, все же, был ярким и настоящим представителем нашей семьи. Ему мало было сказанного. -Да потому что это не дело, Джин, когда у тебя к нему чувства, размером с пятый этаж, а у него на спине следы царапин! –прокричал он нам вслед, когда мой лучший друг уже тащил меня в сторону моей спальни. –Это и есть их сраное more than this, не так ли?! Я вырубилась у Макса на руках, только когда уже совсем не осталось сил на истерику. POV Гарри -Потрахайся! –снова сказал Луи, и я фыркнул, отводя глаза к небу. Достал. Вот серьезно. Зейн хихикнул, продолжая листать журнал. Найл хмурился, залипая в свой телефон, все это время, что Томмо доводил меня. Лиаму вообще на все было красноречиво пофиг. Ему не до меня сейчас. Они снова начали ругаться с Дани. Энди сказал нам, что они собираются расстаться. -А я говорю, потрахайся! –опять начал Лу, не прекращая так хитро улыбаться. Меня бесило, каким назойливым он начал иногда становиться. Особенно, с этой темой. -Отвянь, Бу, –в который раз, попросил я. –Если тебе помогает, то я рад за тебя! -Ты не пробовал, чтобы утверждать, что тебе не поможет, –вставил Зейн, не отрывая взгляда от журнала со статьей о Little Mix, и меня заставил нахмуриться тот взгляд, которым его одарил Хоран. Что за хуйня?! -Нас всех бесит то, как ты киснешь! –начал давить Луи, получая от всех моральную поддержку. –Скоро уже три месяца, Хазз! -Я вовсе не кисну... –начал я, а потом подавился желчным комом, что вылетел из грудной клетки в глотку, от одной только фразы. –О, спасибо, что напомнил о сроках. Томлинсона даже мой саркастичный взгляд не тронул. Ему вообще, по-ходу, фиолетово. -Я от тебя не отстану, –улыбнулся Луи, показывая ровный ряд отбеленных зубов. Мне было совсем не весело. –Потрахайся! -Кто вообще чем будет заниматься на эти выходные, кроме того, что Гарри собирается трахаться? –спросил Лиам, поднимая со своего лица точно такой же журнал, который был сейчас в руках у Малика. Только Пейно вот не читал, а прикрывался им от солнца. Нам дали целых три выходных перед последним рывком THMT. Я вообще не знал, куда мне податься. Даже семью не хотелось видеть. Три сраных месяца. Мне было дико тошно и от всего воротило. Ничего не могло помочь вернуть способность выдыхать. -Ну, Хазз будет трахаться, -начал Луи, кидая на меня веселый взгляд, а я лишь выдал недовольное «О», отводя от него глаза. Кое-кто на букву G скакал бы и прыгал от того, как Томмо «пытается развести меня на секс». –Мы с Бредфордом смотаемся в Лондон, к семьям, а Найл... А Найл начал вставать со своего кресла уже тогда, когда Луи сказал о Зейне. Прочистив горло, он, не отрывая взгляда от экрана мобильника, пошел к стеклянной двери в номер Лимо. Мы развалились на его балконе, отдыхая с энергетическими коктейлями перед концертом. Зейн обернулся на него, наконец, переставая пялиться на Перри в короткой юбке. -Найл? –позвал он, и Хоран остановился, поворачиваясь к нам, отчего-то недовольно сдвигая губы в бок. -Ты чем будешь занят? –спросил Лиам, а малой зачем-то глянул в помещение номера, прежде, чем нам ответить. Он как-то слишком странно себя вел, последнее время. Я решил не лезть. Быть может, какие-то проблемы с Бредбери... Нам почти всем на баб не везет. -Мне нужно съездить с Дэни в Калифорнию, –признался Найл, и Луи нахмурил брови. Не я один не понимал, какого чизбургера он там забыл. Лимо сел ровно, прекращая вальяжно разваливаться на своем шезлонге. -Нахера? –спросил он. Найл неопределенно пожал плечами. -Дела. Я точно так же пожал плечами, пока Луи провожал малого недоверчивым взглядом. И, только я решил, что тема со мной забыта, как... -Потрахайся! –на лице у моего самого лучшего друга снова уже цвела улыбка. Лиам тихо прыснул. -Хазз, он не отстанет от тебя, –сделал заключение он, а потом тоже ушел в номер. Лу кивнул, довольный собой, а я тяжело выдохнул, впутываясь пальцами в волосы. Блеать, это что, обязательно?! -Давай, давай, Гарри, –подбадривал Томмо, и чуть не подпрыгнул на месте, когда я взял в руки телефон «для друзей и знакомых». –Ты увидишь, насколько станет легче! Меня нисколько не мучила неудовлетворенность. За всем тем дерьмом, в котором я ежедневно тону, не в состоянии забыть о прикосновениях Ее пальцев в коже, мне тупо некогда думать о том, что телу нужна разрядка. -Почему бы просто взять и не отвалить от меня? –спросил я у Луи, но мне никто не ответил. Пролистывая контакты, я глазами зацепился за имя Кары. Там должен быть какой-то показ сейчас, в Лондоне...