Без комплексов

Чимин опять стоит в центре своей комнаты, уставившись в высокое зеркало в полный рост. И, к слову, совсем не красуется. Пусть и на нем надеты кожаные чёрные джинсы, облегающие до неприличия, белая оверсайз-рубашка из блузочной, слегка прозрачной ткани с какими-то стразами, свободно и совсем не специально расстёгнутая на первые две пуговицы (так сказал сделать Тэхен, чтоб все девчонки и мальчишки попадали), лаковые мартинсы на подошве, без преувеличения высотой в три сантиметра. Мало того, что комплекс коротышки не прошёл с подросткового возраста и остался до студенческой поры, так ещё и появились новые. Да, он совсем не красуется. Как тут красоваться, если щёки огромные, глаза слишком узкие, даже для азиата, сколько не подводи, ручки совсем детские, приходится их кучей колец завешивать, и бедра просто ужасные, не мешало бы в спортзал сходить. А ноги он даже комментировать не хочет, просто смотрит пристально и обиженно, словно ребенок, лишившийся конфеты, закатывает глаза и, скрестив руки на груди, хнычет. Вот зачем он купил это несчастное зеркало? Хорошо ведь было, когда стекляшка доходила ровно до пояса и проблем меньше. А теперь и сам не знает зачем. Зеркало то совсем не несчастное. Но отражение всем видом показывает, что несчастный тут только Пак. И то правда - несчастный. Ещё и этот дурацкий придурок Тэхён заставил пойти на дурацкую вечеринку, в дурацкий клуб, в дурацком прикиде. Никогда Чимин не надевал нечто настолько вызывающее. В очередной раз пришлось окинуть взглядом эту пошлятину и понять, что даже не сможет выйти вот так из дома. Он набрал номер друга и совершенно спокойно, без капли истерических ноток и неуверенности в голосе (как ему показалось), сказал, что никуда не пойдет. На это Ким глубоко вздохнул и ответил своим низким бархатным голосом, стараясь не сорваться: — Чимин-а, не вынуждай меня сердиться. Во-первых, ты поклялся, что пойдешь. Во-вторых, я уверен, что эти шмотки выглядят на тебе потрясающе. А в-третьих, ПАК, ТВОЮ МАТЬ, ЧИМИН, ЧТО ЗА СОПЛИ? Старший и шмыгал носом в трубку, потупив взгляд в пол ещё несколько секунд, и все же решился протянуть заветное для Тэ "ла-адно".

***

Перед входом в клуб стояли два амбала в обычном для секьюрити дурацком чёрно-белом костюме, ростом, как показалась Чимину, в два таких зеркала, что стоит у него в комнате. Это немного настораживало и пугало. Вдруг не пропустят? Как объяснял Ким, вечеринка эта закрытая, только для самых сливок музыкальной индустрии рэпа в городе, и для их мажористых друзей. Но к глубокому разочарованию, закадычные подружки Пак и Ким не являлись ни тем, ни другим. На вопрос, откуда Тэхен достал приглашения, внятного ответа добиться так и не удалось, лишь быстро брошенное "Кое-кто задарил". Хотя старший прекрасно понимал, что Тэхен та ещё вертихвостка, и особого труда они, судя по всему, не стоили. Но вот из-за того, что вечеринка only for "VIP", выглядеть нужно было соответствующие. Тэхен выглядит соответствующе, в общем-то, всегда. Пусть он и студент, но, как истинная модница на кафедре современного искусства, последние деньги спустит на шмотки. А Чимин совершенно не привык к подобному гардеробу, поэтому сегодня Ким одолжил пару вещей своему хёну, правда, на нём эти джинсы смотрелись совсем не так, как на донсёне. Этот мальчишка слишком закомплексован и зажат в себе для облегающей или слегка откровенной одежды. Он, громоздкие худи, и маска неразлучны. А тут такой стресс.

***

В помещении, как ни странно, оказалось чуть меньше народу, чем в самом обычном клубе. Музыка играла не так громко, что вполне терпимо, а в воздухе витала атмосфера то ли роскошной жизни, то ли чего-то агрессивного, как рэп, что здесь зачитывают. Было не очень комфортно из-за мысли о том, что ты должен подыгрывать этому месту, чтоб не выделяться, выглядеть не хуже чем каждый из тех, кто сидит за столиком или выходит на танцпол. Пак Чимин совершенно не понимал, что он здесь делает, ведь это все совсем не для него, а вот дурацкий Тэхен с его дурацкой прической, судя по всему, был в своей тарелке. Он потянул хёна за руку сразу же к барной стойке и заказал пару алкогольных коктейлей, чтобы помочь другу войти во вкус. — Чиминни, рассказываю все как есть. Я на днях познакомился с одним парнем... Уже на этой фразе собеседник смачно закатил глаза и вот уже хотел что-то ответить, но по-злому обиженный взгляд не дал этого сделать, поэтому Тэхён продолжил: — Давай без этого, ты просто завидуешь, — дразнил он друга. — В общем, он предложил мне сходить сюда потусоваться, дал приглашения и сказал, что сам позже подойдет. Ты моя группа поддержки сегодня, — с ехидной и совершенно дурацкой ухмылкой отвечал парень, параллельно потягивая какой-то ядерно-голубой коктейль с кусочками то ли лайма, то ли лимона. Чимин, завороженный цветом, смотрел на эту морскую смесь с отчаянием и проблесками пустоты в отражениях зрачка. Душу терзало что-то непонятное, скомканное и ужасно противное, может быть, страх провала. Дурацкое чувство. — Мне кажется, эта группа поддержки станет для тебя бременем сегодня, вы же явно не в футбол играть будете, — совсем недвусмысленно намекал хён о кое-чем не совсем приличном. — Ой, даже не начинай, это пинок под зад для тебя, чтоб развеялся и наконец нашел себе кого-нибудь. На тебе сейчас такие крутые шмотки, Чим, они прекрасно смотрятся на такой принцессе, как ты. — Найти себе "Кого-нибудь" в клубе, на мой взгляд, не лучшее решение, и я не... Тем временем, сквозь толпу танцующих зомби, разгорячённых очередным хитом и может быть ещё чем-то запрещенным законом в пределах Южной Кореи и некоторого ряда стран, пробирался длинный, худощавый и немного несуразный в своём объемном бомбере парень, чью рыжую макушку Ким узнал издалека. Вообще, он был похож на персонажа какого-то комикса, чем на сурового столичного рэпера. Лицо его светилось счастливой и яркой улыбкой, а в глазах горел явный интерес и, по-видимому, несколько уже выпитых стаканов виски с колой. — Приветствую снова. Оу, точнее вас, ты же Чимин, да? — В этот момент рыжий парень перенаправил свой взгляд чуть правее, — Чон Хосок, — Больно галантно, будто не в клубе, а в театре. Новый знакомый протянул руку для рукопожатия, на что Чимин ответил тем же дружеским и слегка неловким для данной ситуации жестом. — Я Пак, Пак Чимин, да… — Стеснительная принцесса, как любил называть хёна Тэ, немного затушевался и попытался отвлечься на... Трудно было не заметить тот огонь во взгляде друга, с каким он смотрел на лучезарную улыбку нового приятеля. Этот парень едва не облизывался весь оставшийся вечер на внезапно слишком жизнерадостного Чона и, кажется, впоследствии это заметил не один Чимин. Хотя не то чтобы эти двое пытались скрывать свой интерес друг к другу. Хосок предложил пройти с ним в VIP-зону, где он расположился вовсе не один, а с просто невероятно веселой и интересной компанией в составе всего двух человек. Это Намджун. А это Мин Юнги. Мин Юнги. И тут Чимина накрывает. Сносит голову, ультразвуковая волна проходится по всем органам, переезжает КАМАЗ, что угодно происходит у него внутри, но с губ срывается только робкое "Привет" и совершенно дурацкая улыбка проявляется на лице. В ответ Юнги лишь едва видно ухмыльнулся, запивая виски, смешанные с кока-колой. Брюнет проигнорировал приветствие Кима, стоящего чуть правее довольно-таки привлекательного парнишки. Тэхен надул губы, но быстро переключился на RM-а, как странно внезапно назвал его Хосок. — Это псевдоним. Мы же тут не просто гости, зачитываем на сцене временами, — отвечал Намджун, потягивая очередную сигарету. — Юнги вот у нас Шуга. — Шуга? Это «сахар» что ли с английского? — Смеялся уже подвыпивший донсён. Этот самый "Шуга" сидел, развалившись на доброй половине диванчика, и выжигал взглядом бедного Тэхёна, будто охотник, загнавший в угол свою жертву. Но с этим взглядом он мог быть только охотником на сердца всяких Чиминов, теряющих дар речи рядом с этим похитителем. — Не бойся, он не кусается, — широко улыбнулся Хосок, как обычно он умел это делать, к месту и непринужденно. — Может быть только немного. Чимину как раз по счастливому, или же несчастному случаю (вдруг укусит?) пришлось сесть рядом с Шугой, так как Намджун отлично смотрелся на одиночном кресле, а новоиспечённая парочка голубков, во всех правильных и неправильных смыслах, чуть ли не в обнимку красовалась на первом диванчике, поставленным углом ко второму. Поэтому вид у Юнги был такой, как будто этот несчастный второй диванчик являлся личным креслом у него в кабинете, в размерах и комфортабельности покруче, чем у Намджуна уж точно. Чимин же, как совершенно вежливый, и пока ещё трезвый молодой человек, расположился чуть поодаль объекта своего внезапного прилива краски к лицу. Не то чтобы ему было неловко, но, да так и было, что уж тут скрывать, и вот кожаные штаны тоже не особо скрывают. Он сидел, кусая губы и натянув рукава рубашки на пальцы, скрестил руки на груди, делая вид, что слушает и иногда даже вставлял пару слов в бурную беседу. Чтоб развеять эту напряженность в теле и в мыслях в дело подключился алкоголь, что правда помогло разрядить обстановку между ним и парнями. Всеми парнями, кроме Юнги.

***

Знакомьтесь: это Тэхён, а это Чимин, — тараторил Хосок. Чимин. Юнги мысленно пробует это имя на вкус. Оглядывает юношу с ног до головы, внимательно изучая каждую деталь. Светлые блондинистые волосы, обрамляющие лицо и спадающая челка, вид на выступающие ключицы с россыпью родинок на шее, открывался благодаря растёгнутой рубашке, что слегка подсвечивалась против клубных софитов. Спуская взгляд, любой другой отвел бы его также быстро. Любой другой, но не Юнги. Юнги просто буранил мысленно эти ноги, бедра, и нет, он не завидовал. На самом деле мог бы, несмотря на то, что сам славится чуть ли не самыми "изящными" ногами во всем Сеуле, но он просто пялился. Однако, лицо мальчишки было не менее симпатичным. Может быть, Мин и хотел рассмотреть его поближе, но вовремя остановился и начал хлестать виски. Кому там Хосок заливал про то, что такого парня закадрил, чтоб никто и пальцем не трогал. Не того кадрил, тут вон какая барби вырисовывается, на фоне этого Тэхёна просто эталон. Хотя, для Юнги оно и лучше. Да, Мин конечно знал, что он выглядит ничуть не хуже в этой своей кожаной чёрной косухе, массивных берцах, джинсах с прорезями на коленях, россыпью сережек в ухе и по-вампирски белоснежной кожей, но на фоне мальчишки, возможно, немного терялся. Смотря на эту картину в виде Чимина, зажатого в углу, словно стеснительная школьница из средних классов, и внешностью самого сексуального парня в этом клубе, стало откровенно смешно и интересно одновременно. Он продолжал рассматривать уже чуть ближе, если честно, не особо скрывая свою заинтересованность, т.к. по словам Намджуна, из всего списка немногочисленных друзей и его мамы, чувство стыда и совести у него напрочь отсутствовало. Юнги подметил, что у Чимина невероятные губы, такие, что не только он, но и любая девчонка позавидует и может даже согласится душу продать, пышные персиково-розовые, а Пак периодически их кусал, ещё больше подогревая возбуждение от одного этого вида. Всё стеснение улетучилось. Уже после второго стакана крыша отправилась в путь не только у Тэхена, теперь и Чимин по-детски звонко смеялся с глупых шуток Хосока, скручиваясь пополам. А сам Хосок, больно довольный своим удивительным чувством юмора, закинул руку на плечо Кима совершенно непринужденно, будто так было и должно быть. Темы для разговоров плавно перетекали из одной в другую, но Мин как всегда был не особо общителен. За весь вечер он, кажется, вытянул из себя не более пяти предложений. Зато несколько раз пересекался взглядом с блондином, что сидел в полуметре от него, а тот как обычно лишь неловко улыбался. Юнги раздражала такая ангельская невинность посреди пекла разврата ночного клуба, но и круто заводила одновременно. Не то, чтобы Мин озабоченный или не пропускает ни одной юбки (а в общем-то и пропускает, т.к. не по юбкам), или ему чего-то не хватает, он просто хочет этого парня здесь и сейчас.

***

Чимин разгорелся, оживлённо болтал о том и о сём, а эта шутка Хосока про Тэхена была правда смешной, пусть тот и больно ткнул Чона локтем в бок. Юнги было совсем не смешно, ему было не до каламбуров. Только вот Пак по наивности и вправду не замечал этого чрезмерного интереса, пока Шуга не напомнил о своем присутствии. Шею обожгло горячим дыханием, и едва ощутимое прикосновение к уху заставило вздрогнуть длинную свисающую сережку и его самого. Судя по всему, Мин сказал нечто не столь приличное, из-за чего блондин замолк, глаза его непривычно округлились, а лицо в один момент залилось пунцовой краской. Надежда о том, что это никто не увидит, медленно умирала, так как Юнги не просто шептал что-то своим низким, шепелявым и просто невероятным голосом, но и сам придвинулся ближе. Намного ближе. Запустил руку в светлые волосы и невесомо перебирал пряди, по случайности касаясь шеи кончиками пальцев. Возбуждённому парню и так было сложно управлять собой, поэтому, сам того не замечая, одной ногой начал стучать по полу. Юнги же, как истинный джентльмен, желал помочь избавиться от нервного тика, скользнув от шеи по спине ниже и накрыв своей рукой бедро парня, начиная выводить произвольные узоры, известные лишь ему одному. Крупный стол, разделявший диванчики и кресло, позволял остаться незамеченными. По крайне мере Юнги так хотелось думать, а Пак видимо был ментально согласен с этим предположением. Пальцы поглаживали чувствительную кожу, что ощущалось жаркими отпечатками даже через, не то чтобы плотную, ткань джинс. Возбуждение наступало приливами, и через какое-то время, когда парень уже не мог собой управлять, пришлось удержать своей рукой, чужие пальцы, легонько сжав их в ладони, пока Мин не сплёл их между собой. Брюнета забавляла эта тяга к блестящему и украшениям в образе Чимина, ведь на коротких пальцах младшего поочерёдно красовались громоздкие кольца, что смотрелось нелепо и мило одновременно. Вторая "лапка" Чимина, как уже успел назвать её мысленно Юнги, подпирала подбородок, одновременно закрывая нижнюю часть лица, скрывая смущение, искусанные губы и красноту на щеках. На самом деле в этом полумраке и клубных огнях, отливающих со всех сторон разными цветами, сложно было различить, какой там конкретно сейчас оттенок розового на лице Пака, но свойственная его характеру параноичность давала о себе знать.

***

Тэхен сразу все понял только по первым взглядам, что химия между этими двумя уже началась. Именно поэтому, когда Намждун отошёл по какому-то очень срочному телефонному звонку, он, как самый лучший друг во всей вселенной, начал приводить свой план в действие. — Ах, простите, мне нужно отойти ненадолго, — поспешно трепетал Тэ. — Хоби, не покажешь, где тут туалет? — Да ты там сразу увидишь. — Собеседник остался крайне недоволен таким ответом и многозначительно наступил тому на ярко-красные кроссовки. — А, кхм, пойдем со мной, — проходя мимо сладкой парочки, Чон язвительно подмигнул Юнги мол "действуй" и поспешно скрылся вместе с Тэхёном за пределами VIP-зоны. Неловкая пауза продолжалась не так долго, после чего отглотнув в очередной раз из стакана со льдом, Мин лениво и будто бы непринужденно уткнулся носом в шею младшего, прерывисто вдыхая запах и невесомо скользя губами. — Ты такой красивый, словно с обложки журнала. Пак сжал руку ещё сильнее, впиваясь металлическими украшениями в бледную кожу. _ Хё-ён... — cкулил жалобно парень. Именно его это "Хё-ён" свело Мин Юнги с ума окончательно и бесповоротно, выпустило животные инстинкты, и сущность "охотника", как тогда мелькнуло у Пака в голове, вырвалась наружу. Одним резким движением он впился в желанные вот уже несколько часов губы и, разошедшись, практически рычал. Поцелуй получался размытым и пьяным, но таким тягуче-сладким и приторным. Хён крепко держал Чимина за бока, пробираясь под шёлковую рубашку и давил с новым напором, практически вжимая младшего в диван. Кожа под его пальцами горела, и, казалось, вот-вот и она бы расплавилась. В помещении стало очень душно, будто бы пустынный разгоревшийся зной заполнял лёгкие, было невозможно вздохнуть. — Поехали ко мне, — c одышкой шептал Мин куда-то в ключицы младшего. — Нет, Тэхен и Хосок скоро... — Юнги не дал закончить, заткнув губы, возобновляя прерванный поцелуй. — Плевать, — «Рэпер из Тэгу» мгновенно встал с места, потянув парня на себя, и стремительно вывел его из помещения, не расцепляя крепкую хватку пальцев ни на секунду.

***

Все происходит как в тумане или каком-то странном сне, когда Юнги толкает Чимина к своей огромной двуспальной кровати, попутно скидывая с себя кожанку и обтирая все стены по пути в спальню. Он держит бедра Пака на себе, подсаживая руками, а тот в свою очередь пытается крепче скрестить ноги за спиной, чтобы вес тела ощущался не так явно. Может Мин обычно и кажется хлипким во всех этих огромных рэперских толстовках, но таковым отнюдь не являлся. Дурацкий Мин Юнги. Дурацкое и неправильное это все. Но так цепляет и дурманит запах, стоящий в этой квартире и веющий от её хозяина. Так хорошо быть здесь, и сейчас, цепляясь пальцами за тёмно-смольные волосы, вглядываться в эти чёрные мутные глаза с проблесками кошачьего нахальства. Расплывчатые, бесформенные багряные пятна одно за другим покрывали разгорячённые тела друг друга. Звонкие стоны вырывались из пухлых губ в мокрый французский поцелуй и этот вызывающий томный взгляд, что выглядел уже совсем не таким невинным, как могло показаться раньше, заводили Юнги с большим напором сильнее и сильнее. И всё это ярко отпечатывалось в памяти, выжигало картинку, словно на плёнке или карточке от полароида. Потом Чимин ещё ни один раз, вздыхая, будет прокручивать это кино у себя в голове.