Lupi

Удивительно, что его визит в логово стаи должен состояться намного раньше, чем он предполагал. Тэхён, бегавший до этого по делам в деревню, сейчас прохлаждался во дворе, когда из леса неожиданно появился Чимин. Он, конечно же, был не один. Чонгук был с ним в своей естественной форме. — В своей голове я продолжаю называть эту форму — «формой волчьей собаки», — признаётся Тэхён, опираясь на изгородь, дожидаясь, когда пара пересечёт поле. Чимин хихикает, и чонгуковы ушки немного опускаются, словно не удивлён его словам. — Ты сюда пешком ходил? — спрашивает Тэхён, указывая на ноги Чимина. — Или ты обращался? Чимин качает головой. — Расстояние не такое уж и большое для любой из форм, и не тогда, когда ты привык к таким дистанциям, — говорит Чимин, слегка пожимая плечами. Тэхён наблюдает, как люпи садится на изгородь рядом с ним, а Чонгук перед ним, прячась в его тени. — Так что же привело вас сюда? — спрашивает он, когда Чимин устраивается поудобней. — Хотели узнать, когда ты сможешь посетить логово. — Так скоро? — удивляется Тэхён. — Прошёл только день с тех пор, как я виделся с ними. — Я уже говорил об этом, они больше нервничали из-за встречи с тобой, и теперь, когда вы познакомились, они хотят узнать тебя получше, — говорит Чимин, качая ногами. Чонгук подползает ближе к Тэхёну, а после ложится возле него, слегка обнюхивая носом. — Ты серьёзно хочешь походить на домашнее животное? — смущённо спрашивает Тэхён. — Разве это, я не знаю, не оскорбительно? — Ты шутишь? — произносит Чимин, наблюдая, как Чонгук садится обратно, лениво двигая хвостом. — Будет обидно, если ты этого не сделаешь. — Ох? — говорит Тэхён, перелезая через перегородку, чтобы дотянуться до люпи, и улыбается, когда тот сильнее прижимается головой к его руке. — Это привязанность, — сообщает Чимин, наблюдая за ними. — Мило, когда показывают это таким образом, особенно, в этой форме, поскольку это больше, чем мы можем или хотим показать. — Но такое ощущение, что я просто обращаюсь с вами, как с домашней собакой, — отмечает Тэхён. — Это не так, — мягко заверяет его парень. — Не волнуйся, чем больше ты будешь находиться рядом с нами, тем лучше будешь узнавать нас. Чонгук глубоко вдыхает запах с внутренней стороны его запястья, издав тихое урчание. — Что такое? — спрашивает Тэхён, ожидая перевода. Впрочем, Чимин не изменяется в лице, наблюдая за Чонгуком, когда тот обнюхивает Тэхёна: — Он слишком любопытный. Игнорируй его. Чонгук скалит зубы на Чимина, но не издаёт ни звука, показывая, что это угроза. А после скулит, когда Тэхён хлопает по его мордочке. — Это невежливо, — ругает он люпи. — Он старше тебя. Чимин начинает смеяться над его замечанием, а Чонгук смотрит на него ошарашенно. — Боже мой, Тэ, спасибо тебе, — выпаливает Чимин, задыхаясь сквозь смех. Тэхён удивлённо смотрит на них обоих: — За что? — За свою очаровательность. Парень толкает люпи, не чувствуя вину, когда тот спотыкается. — Просто запомни этот момент, — говорит Чимин, разминая руками плечи. — Зачем? — Поверь мне, просто убедись, что запомнил. Скоро ты поймешь, почему я так отреагировал, — уклончиво произносит Чимин с широкой улыбкой на лице. Тэхён смотрит вниз на Чонгука, и видит, что ушки люпи прижаты к голове, когда тот не сводит глаз с Чимина, глядя на него с явным раздражением, и просто пытается понять, что он, чёрт возьми, пропустил. — Итак, когда ты свободен? — спрашивает Чимин, напоминая ему, почему он здесь. — Я всегда свободен по вечерам, — отвечает Тэхён, жестом показывая вокруг себя. — Я ничем не занят, за исключением Её Величества, да и то, ей нравится своя собственная компания. — Только не говори об этом Намджуну, он найдёт для тебя работу, — фыркает Чимин. — Не хочешь прийти завтра? Я заеду за тобой? Тэхён кивает, уже взволнованный: — Похоже на свидание. Они оба вздрагивают, когда Чонгук внезапно воет, вставая на ноги и пристально смотря на них. Чимин пихает люпи своей ногой: — Да я с радостью сводил бы, идиот. — Что я на этот раз пропустил? — вздыхает Тэхён, как всегда, потерянно. — Просто Чонгук ведёт себя как ребёнок, так что ничего нового. Тэхён никогда не был так рад своим рефлексам, как сейчас, когда Чонгук бросается на них, точнее на Чимина. Чимин визжит, натыкаясь спиной о забор, а после кричит на люпи, когда Чон останавливается, не собираясь по-настоящему прыгать на него. Хвост люпи виляет — он доволен собой — а Тэхён не может перестать смеяться, поскольку Чимин продолжает жаловаться. Он может только представить, что ждёт его завтра вечером.

***

Он не знает, чего ожидал на самом деле. Когда слышишь слово «логово», то думаешь, что это что-то либо находящееся под землёй, либо воображаешь каморку с подушками и одеялом. Однако, логово стаи представляло собой отремонтированный амбар. Они жили на окраине города, как и Тэхён, потому что это давало им уединённости и больше пространства. — Не думаю, что я прежде видел переделанный амбар, — говорит Тэхён, когда Чимин въезжает на грузовике на открытую площадку перед домом. — Ты ещё не видел его изнутри, — произносит Чимин, едва ли не выпячивая грудь с гордостью. — Юнги, Хосок-хён и Джин-хён работали вместе, чтобы оживить это место. Тэхён может видеть это — то, что раньше было основанием амбара и две его версии поменьше, которые были пристроены к нему с обеих сторон, чтобы расширить пространство. Вероятно, так и должно было быть, учитывая природу тех, кто живёт внутри. Когда Чимин глушит мотор, Тэхёну требуется пару секунд, чтобы оценить здание, прежде чем выйти из машины. Хлопнув дверью, Чимин указывает на правую сторону сарая — туда, где больше всего стекла. — Вон там мы едим и отдыхаем. Джин был решительно настроен, он хотел иметь как можно больше вида из окна, а так как это расширенная постройка, то это нетрудно было сделать реальным, чем касаться главного здания. Чимин показывает на левую сторону. — Видишь, эта сторона более изолированная и больше похоже на подсобное помещение? Тэхён хмыкает на описание: — Подсобное помещение? Мило. — Простите, я не шарю в этом, — говорит Чимин, слегка пихая его. — Это расширенный жилой блок. Комнаты Хосока и Чонгука находятся в этой стороне. — Насколько он расширен? — спрашивает Тэхён, когда они перешагивают три ступеньки, прежде чем оказаться на фундаменте перед домом. — Это первоначальная постройка? — Он не настолько глубокий, но эти трое — гении, потому что им, так или иначе, удалось добавить как можно больше пространства. Мне кажется, — Чимин топает ногой, — что это было осуществимо, ведь Хосок волновался о чём-то, что было связано с фундаментом. Понятия не имею. — Ясно. — Я просто ищейка, не строитель и не дизайнер, — вздыхает Чимин. — Я просто привёз своё барахло и не спрашивал о деталях, лишь бы моя комната была подальше от комнаты Намджуна. — Почему? — Это не так уж и плохо в нашей естественной форме, но в этой, — Чимин показывает на своё тело, — он звучит как грёбаный машинный двигатель, то и дело увеличивающий число оборотов, пока спит. Он из тех, кто ужасно храпит. Тэхён только и качает головой: — Не может быть всё так плохо. Чимин встаёт перед ним, лицо серьёзное: — Останешься с ночёвкой, вот и узнаешь правду. Тэхён не обращает внимание на то, как его сердце замирает при упоминании о ночлеге в логове Люпес. — Посмотрим, теперь мы можем войти внутрь? — Тэхён возвращается к первоначальной теме разговора. — Хочу, чтоб ты удивил меня. Чимин тянет его вперёд с взволнованной улыбкой. — Добро пожаловать в логово, — произносит Чимин, когда отодвигает одну из двух дверей дома в сторону. — Вау, — говорит Тэхён, взгляд сразу же устремляется к брёвнам и огромному пространству под крышей. — Теперь они кажутся невероятными. — Специалисты по дереву, — Чимин напоминает ему с лёгкой усмешкой, закрывая дверь за ними. — Пескоструйная обработка была кошмаром, даже не буду лгать. Думаю, что кашлял из-за пыли несколько недель. Тэхён щурится, показывая рукой. — Там волк? — спрашивает он, рассматривая мелкую резьбу на некоторых балках. — Это мы, — гудит Чимин, улыбаясь. — Идея Хосока. Он хотел придать логову маленькую изюминку. Тэхён вынужден опустить взгляд, он всегда может поискать больше резьбы, но чуть позже, и вступает на открытое пространство, которое, по всей видимости, является жилой зоной. В конце амбара была ещё одна дверь, прокладывающий путь в задний двор. Слева от себя, Тэхён увидел открытый дверной проём, ведущий, предположительно, в спальни, о которых упомянул Чимин, через расширенный коридор, а прямо возле этого дверного проёма находилась лестница, спускающаяся вниз. — Она спускается? — Ким удивлён. — Идея Юнги, — трепетно произносит Чимин. — Ему очень сильно полюбились балки с крышей, и чтобы не рисковать свободным пространством сверху для дополнительного места, он сделал подвал. — Это объясняет фундамент перед домом, — говорит Тэхён, следуя за парнем, когда тот ведёт его вправо, в расширенное помещение. — Также это делает амбар зрительно меньше, чем он есть на самом деле, — продолжает Чимин, и Ким останавливается, любуясь видом, что дают ему стеклянные стены. — Да, это по-прежнему застаёт и меня врасплох. — Это лишь деревья и фермерские поля вдалеке, но то, как они выглядят из окна, просто просит тебя остановиться и посмотреть на это, — говорит Тэхён, направляясь к окну. — Это может быть не самый ошеломляющий вид, но он позволяет тебе помнить, что ты находишься на пороге природы, — соглашается Чимин. — Вот почему Джин так упорно боролся за этот вид. Он хотел этого, чтобы помнить. — Почему? — с интересом спрашивает Ким. — Он живёт в Сеуле, — делится парень. — Он и Намджун, на самом деле. Они живут в этой форме намного дольше, чем в своей естественной. Полагаю, хён хотел бы помнить. Тэхён не знает что и сказать, тем более, он уловил что-то в словах люпи. И судя по тому, о чём тот говорил, решение Джина и Намджуна не было распространено у них. — Пойдём, я покажу тебе подвал, пока Джин не вернулся и не прогнал нас с его драгоценной кухни. Парень следует за люпи, пытаясь не пускать слюни на готовящуюся еду. — Это где все спят? — спрашивает Тэхён, когда они спускаются по лестнице. — Только Намджун и Джин, также здесь находится главный офис и дополнительная ванная комната, — Чимин показывает на двери, когда они спускаются по лестнице. — В основном, мы используем эту комнату для наших развлечений. Тэхён, по правде говоря, должен был ожидать нечто подобное. Переоборудованные подвалы, как правило, являются комнатами для игр. — Волчий народ по своей природе игрив, — говорит ему Чимин, падая на кресло-мешок, в то время как Тэхён устраивается на угловом диванчике. — В любом случае, нам следует веселиться, а это помогает созданию и сохранению связей. В нашей естественной форме это проще — ты просто надоедаешь кому-либо, пока этот кто-то не поиграет с тобой. В этой же форме мы не можем бегать друг за другом, не выглядя при этом немного странно. Тэхён с интересом разглядывает огромный телевизор и стеллаж с играми и фильмами.  — У вас даже есть настольные игры, — замечает парень, увидев кучу коробок в углу. — Никогда не играй в «Монополию» с Юнги, он беспощаден, — советует Чимин, расслабившись на своём сидении. — На самом деле, никогда не играй в эту игру, она разрушает дружбу. Давай сожжём её, пока у нас есть шанс. Ким смеётся над этим и позволяет своему телу расслабиться, всё ещё осматривая логово. — Итак, где ты живёшь? — спрашивает он, заметив ранее, что Чимин упустил эту деталь. Чимин кивает: — На заднем дворе с Юнги, типа, в хижине-ангаре. Именно там он делает большинство своих работ и когда он работает над проектом, то забывает функционировать, пока дело не будет сделано, поэтому он работает там, чтобы не отставать от других. Парень смеётся над выражением лица Тэхёна: — Я не имел в виду настоящую хижину, так что не нужно выглядеть таким шокированным. — Почитай толковый словарь или нечто подобное, расширь свой словарный запас, Иисусе-е, — шипит Тэхён, бросая в люпи первую попавшуюся подушку. Чимин закидывает подушку за голову, успокоившись: — Я покажу тебе после ужина. Юнги работает над туалетным столиком заказчика, и он потрясающий, скажу я тебе. — Ты предвзят. — Да, и мне не стыдно за это. Тэхён улыбается, наслаждаясь тем, как легко и просто разговаривать с Чимином, несмотря на то, что, знаете ли, он взаимодействовал с ним только в его естественной волчьей форме. — А вообще, где все? — спрашивает он, заметив, что в логове пусто. Звук открывающейся двери заставляет их оглянуться, и Джин улыбается им, заканчивая вытирать свои руки. — Тэхён! Тебе понравилось логово? — спрашивает он, подходя. — Мы приверженцы рустикально-современного стиля. — У меня снесло крышу в ту же секунду, когда понял, что это перестроенный амбар, — говорит ему Тэхён, и люпи смеются над этим. — Где все? — спрашивает Чимин, пиная старшего, чтобы привлечь его внимание. Джин замахивается кухонным полотенцем, которое висело у него на фартуке, обвязанном вокруг талии люпи. — Намджун занят электронной почтой, Хосок и Чонгук на стройплощадке, получают поставку для склада, и я думаю, ты знаешь, где твоя вторая половинка. Чимин стонет, откидывая голову назад: — Перед самым отъездом я велел ему остановиться и принять душ перед ужином. Джин перекидывает полотенце через плечо: — Ну что ж, удачи вам, она вам потребуется, чтобы вытащить парня из мастерской. Пойду, проверю, как там ужин. Чимин вздыхает и протягивает руку Тэхёну. Ким смотрит на него: — Как бы не так. — Ох, да блин, — ноет Чимин, тряся рукой. — Ты сам выбрал это «гибельное местечко», так что выбирайся самостоятельно. — Жестоко, — скулит Пак, скатываясь с кресла-мешка. Тэхён улыбается ему, следуя за люпи и избегая его толчка. — Давай же спасём моего приятеля, который работает до изнеможения. — Через это проходят пары? — спрашивает Тэхён, найдя, наконец, причину обсудить этот тему. — Только если между ними есть связь, наподобие ношения друг на друге метки или запаха, — говорит Чимин и ждёт, когда парень поднимется по лестнице. — У Люпес есть причинно-следственные отношения, но это только для серьезных отношений, если вы относитесь друг к другу таким образом. — Как вступления в брак? — резюмирует Тэхён. — Вместо «жены/мужа» вы называете друг друга «приятелями»? — Да, да, именно это я и хотел сказать, — кивает люпи, обдумав это. — Кому нужно кольцо, когда на тебе запах или метка твоего приятеля? При этом лицо Тэхёна скривилось: — Звучит по-собственнически. — А кольцо нет? — Чимин ухмыляется. Ким засчитывает ему очко за это. — Итак, ты пахнешь как Юнги? — задает он следующий вопрос, желая знать больше, чем знает сейчас. Люпи тянется, чтобы открыть одну из задних дверей амбара, которую Тэхён видел ранее: — Только для других Люпес. Друг для друга мы пахнем как мы сами. — У Люпес обоняние работает лучше, и узнаём мы больше, чем делаем это визуально, — объясняет Чимин, дожидаясь Тэхёна, когда тот пройдёт через дверь, чтобы закрыть её за собой. — И запах человека может сказать больше, чем его слова. Парень игнорирует желание понюхать себя, малость понимая, как от него может пахнуть. — Так вот почему ты постоянно нюхаешь меня? — спрашивает Тэхён, вспоминая Чимина в его естественной форме. Чимин показывает ему именно то, что ранее описывал, на их с Юнги домик. Тэхён останавливается: — Он крошечный. — Мы крошечные. — Нет, но это выглядит так, словно там недостаточно места для одного человека, не говоря уже о двух! Люпи пожимает плечами, но выражение его лица остаётся чрезмерно нежным: — Только когда Юнги слишком занят, у нас всё ещё есть комната в главном ангаре. — Кроме того, — продолжает парень, потянув Тэхёна за собой, чтобы тот вновь следовал за ним, — нас с Юнги не шибко волнует место, уж не тогда, когда вы живете в помещении только два сезона в году. Тэхён мельком глядит на люпи: — Значит, вы используете эту форму, когда встречаетесь со стаей? Чимин кивает: — Мы с Юнги занимаемся своими собственными делами отдельно от стаи, в оставшуюся часть года в нашей естественной форме. Тэхён прокручивает эти слова у себя в голове, пока следует за Чимином, обходя хижину-ангар-или-типа-того, идя на мягкий звук шлифовки. Завернув за угол, они находят чиминова приятеля, сидящего на каменном полу спиной к ним и шлифующего наждачной бумагой ножки туалетного столика. — Вау, — произносит Тэхён, задерживая дыхание от потрясающе выглядевшего столика, что был даже не закончен. Юнги оглядывается через плечо, услышав его восхищение, и застенчиво поворачивается к ним корпусом, заметив Чимина со скрещенными руками: — Ах, это было быстро. — Мин Юнги, ты сказал- — Знаю, я знаю! — перебивает Юнги, быстро поднимаясь на ноги, чтобы как следует стоять перед ними. — Я уже закончил, обещаю. Тэхён прикусывает губу изнутри, замечая другие использованные лоскуты наждачной бумаги у ног люпи, в то время как Чимин сверлит взглядом своего парня. — Детка, взгляни, я закончил, — произносит Юнги, выходя из рабочего пространства, и начинает запирать широкие створки дверей. — Видишь? Ким отводит взгляд, не зная, намерено ли Чимин молчит, чтобы Юнги понервничал или был действительно зол. Он слышит бормочущее «детка?» от Юнги и радуется, что не смотрит на них, потому что внезапно кажется, что ситуация стала более интимного характера. Тэхёну слышится тихий чиминов смешок, а после легкое шипение, и затем поцелуй. Парень считает, что самое время осмотреться… где они иной раз жили. Место похоже на амбар, но оно слишком длинное, а также здесь не хватало ширины, чтобы называться хижиной. — Нравится? — спрашивает Юнги его, пугая парня, когда они присоединились к нему у двери этого… домика. Руки Юнги обвивают чиминовы бёдра, также как Чимин — его, словно это в порядке вещей. — Что это? Потому что он полный отстой в описании чего-либо, — спрашивает Тэхён. Юнги пялится на него, как на тупицу, что, возможно, так и есть: — Это деревянный гараж. Ох. Ну, да, люпи имеет полное право считать Тэхёна таковым. — Так вот, это прославленный амбар, — говорит Чимин, и Юнги, по привычке, закатывает глаза на это. — Здесь я могу отдохнуть от остальных, а также это место легко вычистить, — защищает свой рабочий гараж Юнги. — Плюс его строить было дешевле, так что беспроигрышный вариант. — Как бы то ни было, просто тащи свою задницу внутрь и готовься к предстоящему ужину, — произносит Чимин, подталкивая своего приятеля к амбару. Тэхён притворяется, что не видел пылкого взгляда, брошенного на люпи. Когда Юнги направляется внутрь — после быстрого чмока от Чимина — последний ведёт его за амбар, демонстрируя небольшой клочок земли, принадлежащий стае.  — Я удивлён, что сельсовет не попытался выкупить его у вас, — говорит Тэхён, когда они присаживаются на ступеньках перед домом. — Кажется, здесь только и стоят, что новостройки. — Не-а, этот участок земли раньше являлся частью фермы, которая когда-то была единым полем, но была продана на аукционе по кусочкам, так что эта земля всегда находилась в частной собственности. — Смотрителей? — предполагает Тэхён, и Чимин ухмыляется. — Ты схватываешь налету, — хвалит он, толкая парня плечом. — Да, город, через который мы проходили, когда-то был большой общиной Смотрителей, то есть ещё до начала Восстания. Тэхён пялится на него: — Восстания? — Хмм, — произносит Чимин, не отрывая взгляда от дороги. — Вот почему я перестал приходить. — Почему Чимин не приходит? — спрашивает мальчик снова, после ещё одного дня, как не видел собаку. — Он нужен фермеру, — говорит ему бабушка вновь. — Он уже достаточно большой сейчас и нужнее дома. — Это нечестно по отношению к нему. Ему тоже должны разрешить играть. — Чимин больше не щенок, Тэ. Теперь у него есть обязанности. — Он просто собака, — бормочет Тэхён, надувая губы. — У него нет обязанностей. Вспомнив, Тэхён сглатывает. Его бабушка знала и пыталась его отгородить от этого. Вот почему она вбила ему в голову запирать двери на ночь? Неужели она волновалась из-за этого «Восстания»? — Можно спросить? — осторожно произносит Тэхён. — Хмм? О Восстании? Парень кивает. — Волчий народ всегда жил в дикой природе, никогда не менял своей естественной формы, потому что это то, что мы есть — мы больше животные, чем Мирные, — начинает Чимин мягким тоном, продолжая смотреть на дорогу. — Некоторые хотели большего для нашего вида, думали, что мы имеем право на большее, чем просто на матушку-природу. — Эта форма, — Чимин показывает на своё тело, — использовалась только, как средство выживания до Восстания. В нашем социуме, каждое лето и зиму, как только ты достигаешь определённого возраста, что считался подходящим для стаи, в которой ты родился, тебя высылали из неё для того, чтобы научиться выживать самостоятельно. Это должно было заставить тебя вырасти, стать способным Люпес, чтобы ты мог налаживать связь с другими. В худшем же случае, если бы тебя ранили или ты отчаянно нуждался в помощи, и рядом с тобой не было бы другого Люпес, который мог бы тебе помочь, именно тогда использовалась эта форма. Тэхён даже не смеет произнести ни слова, потому что слишком поглощён рассказом, а также личным представлением о волчьем обществе, чтобы задавать вопросы. — Использование этой формы считалось позором, слабостью, — продолжает Чимин. — По крайней мере, до Восстания. Когда это началось, волчий народ хотел большего — больше земель, ресурсов, свободы, и поскольку всё так быстро развивалось в мирском мире, некоторые общины начали утверждать, что они словно узники, им было тесно в своих телах, в лесу, в горах; они считали, что наша другая форма должна быть использована для получения этой свободы. — Вот почему Люпес видели всё меньше и меньше, — бормочет Тэхён, вспоминая слова Дак-Хо. — На какое-то время вся иерархия нашего общества была вывернута, потому что Люпес противостояли друг другу за нашу собственную природу, — говорит Чимин, откидываясь на руки. — Я не покидал Пусан около двух лет во время Восстания, и когда сделал это, мир выглядел другим. Тэхён смотрит на дорогу, когда слышит приближение грузовика. — Это должно быть Хосок с Чонгуком, — говорит Чимин и его лицо озаряется улыбкой. Они оба ждут, когда машина явится их взору, и оба же качают головой, когда Хосок несколько раз сигналит им в знак приветствия. — Он всегда полон энергии, — замечает Тэхён. — Ты должен увидеть его в естественной форме — если захочешь поиграть, то он всегда за. — Вы рано! — кричит Хосок, припарковав машину и захлопнув дверцу за собой. — Я же говорил тебе, что привезу его к этому времени! — кричит в ответ Чимин. Тэхён встаёт вместе с парнем. — Ты принёс свой скетчбук? — спрашивает радостный Хосок. — Он там, — Тэхён кивает на машину, на которой приехал с Чимином. — Могу- — Вы двое, переодевайтесь, ужин почти готов, — голос Джина пугает Тэхёна, но не других, парень оглядывается и видит мужчину в окне правой пристройки. — Лучше прислушаться к словам лидера, — шутливо шепчет Хосок, проходя мимо Тэхёна, тем самым веселя его. Чимин хватает его под руку, чтобы он следовал за ним, оставляя Чонгука закрыть за ними двери ангара. — Просто чувствуй себя как дома, — говорит Чимин, кивая на стол. — Пойду, проверю Юнги… и, возможно, Намджуна, просто убедиться, что Джин не задушит его, если он опоздает. Тэхён сглатывает внезапный комок нервов, когда понимает, что остаётся один, но кивает и наблюдает, как люпи спускается по ступенькам. Ким поворачивается, когда Чонгук потягивает дверь к себе, чтобы закрыть её, улыбаясь юноше.  — Трудный день? — спрашивает он, обмениваясь любезностями, чтобы понять, разговорчив ли люпи, находясь в своём собственном доме. Чонгук качает головой: — Просто обычный. Прежде чем Тэхён придумает следующий вопрос, который повлечёт за собой более длинный ответ, парень делает это за него. — Что думаешь о логове? Тэхён практически загорается: — Удивительно то, что они сотворили с таким маленьким амбаром. — Чимин всё тебе показал? — Немного. — Держу пари, он не показывал тебе окно на крыше. — Что? Юноша широко улыбается и отходит от двери, приближаясь к Тэхёну: — Хочешь посмотреть? Ким подаёт знак люпи, позволяя взять на себя инициативу: — Веди. Спина Чонгука выпрямляется в ту же секунду, как он оказывается перед Тэхёном, и парень давит смешок, следуя за молодым люпи. — Это комната для гостей, — Чонгук указывает на первую дверь, когда они входят в левую пристройку амбара; Тэхён был прав насчёт коридора. — Та, что в конце, комната Хосок-хёна, не знаю, слышишь ли ты его. Тэхён слышит что-то, но неясно, и в основном биты музыки: — Не совсем, а что? Чонгук кивает, словно отмечает про себя неидеальный слух парня по сравнению с его: — Он любит петь, что и делает сейчас. Он всегда увлекался музыкой. Парень замечает дверь посередине: — Эта твоя? Когда он оборачивается к люпи, то тот смотрит прямо на него. — Посмотри наверх, Тэхён. Парень медленно поднимает взгляд вверх и чувствует, как его брови приподнимаются от удивления, когда видит наклонный стеклянный потолок на весь коридор. — Вот теперь это круто, — выдыхает Тэхён, обходя Чонгука. — Могу поспорить, что это выглядит потрясающе зимой, когда идёт снег. Тэхён оборачивается через плечо, смотря на люпи: — Ты помнишь, как мы играли зимой в лесу? Я, ты и Чимин? Чонгук — чьи глаза, казалось, не отрывались от Тэхёна вообще — мягко улыбается ему: — Это была моя первая зима вдали от стаи. — Правда? — удивляется парень. — Но… тебе, наверное, было лет семь-восемь? Ты всё ещё был щенком. Щёки Чонгука слегка краснеют при слове «щенок». — Я пошёл за Чимином, хотя он и не хотел, чтобы я вновь последовал за ним, находясь далеко от Пусана. — Тогда почему ты это сделал? — Потому что хотел. Тэхён морщится на это: — Раньше я то и делал, что жаловался на небольшие походы зимой, и думаю, мне потребовалось больше мотивации, чем «потому что я хочу» для того, чтобы пересечь мили по стране. Чонгук пожимает плечами: — Оно того стоило. Мне было весело в тот день. Джин до усрачки пугает Тэхёна, когда появляется из-за угла, держа лопаточку в руках. — Чонгук, — произносит старший люпи с подчёркнутой медлительностью, и Тэхён видит, как чонгуково лицо забавно вытягивается из-за тона мужчины, потому что тот стоял спиной к Джину. — Вижу, что ты всё ещё не переоделся. Парень, наконец, отводит взгляд от Тэхёна: — Я был- — О, ну, я прекрасно знаю, что ты делаешь, — произносит Джин, ухмыляясь, и Тэхён с удивлением замечает, что Чонгук краснеет. — Ты можешь продолжить своё ухажи- — Окей, я сейчас соберусь, пока, хён, — громко говорит Чонгук, перебивая Джина, чуть ли не забаррикадировавшись в комнате, которая, как Тэхён и предполагал ранее, была его.  — Его всегда так легко взволновать? — спрашивает парень, присоединяясь к Джину. — Только в определённые моменты. — Например? Джин одаривает его загадочной улыбкой и тянет его на кухню: — Не волнуйся, скоро ты всё поймёшь. — Неужели это так очевидно? — говорит Тэхён, когда помогает парню с тарелками с вкусно-пахнущей едой. Загадочная улыбка по-прежнему украшает лицо мужчины: — Очень. Как только тарелки и сервировочные миски расставлены на столе, Джин усаживает Тэхёна на стул, в то время как Чимин с Юнги поднимаются по лестнице. — Возможно, ты и вправду поймёшь это сегодня вечером, — говорит Джин, укладывая свой фартук на кухонный столик. — Поймёт что? — спрашивает Юнги, когда Чимин садится напротив Тэхёна, практически излучая счастье, и улыбка сама собой появляется на его лице. — Почему Чонгука так легко взволновать, — отвечает Тэхён, наливая им всем воды. Юнги фырчит, заставая тем самым Тэхёна врасплох. — О да, думаю, это станет более заметно сегодня вечером, — с нотками веселья говорит люпи. — Учитывая, что он преуспевает, — произносит Джин, садясь за стол. Чимин отмахивается на потерянное лицо Тэхёна: — Не слушай их, они несут чушь. — Эй, — смеётся Джин. — Просто потому что ты пока что не хочешь делиться, — тихо поддразнивает Юнги, а Тэхён просто внимает произнесённым словам. Чимин бросает озлобленный взгляд на свою пару: — Скажи это ещё громче, почему бы и нет. — Просто- Тэхён смеётся вместе с Джином, когда Чимин закрывает рот Юнги рукой, крича на его, чтобы тот вёл себя хорошо. — Что на этот раз сказал Юнги, чтобы смутить его? — спрашивает Намджун, подходя к ним. — Правду? — произносит Джин и смеётся, видя, каким взглядом смотрит на него Чимин. — О Чонгуке? — уточняет Намджун, садясь рядом с Джином, и тот кивает. — Серьёзно, мы можем не? — скулит Чимин, всё ещё прикрывая ладонью рот хихикающего парня. — Я об этом ничего не знаю, так что я не при делах, — говорит Тэхён, прежде чем сделать глоток воды. — Хорошо, — отвечает Чимин, медленно убирая руку со рта Юнги, пристально следя за ним. — Чем дольше ты будешь в неведении, тем лучше. Чимин издаёт чрезвычайно громкий писк, когда Юнги хватает его за макушку и тянет вперёд, чтобы уткнуться носом в шею мужчины. Парень вяло хлопает его по плечу, бормоча слишком тихо, Тэхён не мог его услышать. Тэхён видит, как Намджун с Джином нежно улыбаются паре, нисколько не ощущая неловкости на ласковые прикосновения между этими двумя. Хосок появляется вместе с Чонгуком, который плетётся позади него, и первый шутливо закатывает глаза на пару, когда садится на той же стороне, что и Тэхён, но не рядом с ним. Тэхён приподнимает бровь, понимая, что Чонгук тормозит у входа, когда видит, где сидит парень: — Я- — Нет, всё в порядке, — спокойно перебивает Тэхёна Джин, и мимолётный взгляд на старшего люпи говорит парню, что мужчина выглядит крайне довольным собой, когда тот наблюдает, как Чонгук обходит стол, чтобы присоединиться к Тэхёну, который сидит прямо посередине. Тэхён дарит люпи маленькую улыбку, когда юноша садится рядом с ним. — Я не мог остановиться на одном блюде, поэтому сделал несколько, Тэхён, — говорит Джин, пока они все ждут Наджуна, отошедшего за салфетками. — Так что ешь хорошо, тут на всех хватит. Тэхён глядит на разнообразие гарниров, а также на четыре основных блюда. — Думаю, ты метишь в моё сердечко, — делает комплимент Тэхён, заставляя люпи сиять. — Я обожаю манду [1]. — За манду Джина можно умереть, — соглашается Намджун, садясь за стол. — Начнём? Тэхён радуется, что помнит о системе, кто первый ест, которую он подсмотрел, когда устраивал свой собственный званый ужин, иначе бы он чувствовал себя неловко из-за своего невежества. Когда Чонгук и Юнги начинают трапезу, то оба тянутся к разным блюдам, пока Тэхён наливает воду в стаканы Хосока и Чонгука, в ожидании. Прежде чем он смог наполнить стакан Чонгука, увидел два манду на своей тарелке. Тэхён слышит слегка приглушённое фырканье и, осмотревшись, видит, что Юнги прячет своё лицо, когда кладёт немного лапши на чиминову тарелку, а затем Тэхён замечает, что Чимин пристально смотрит на Чонгука. Когда наступает очередь Намджуна и Джина, Тэхён медленно наполняет стакан Чонгука, игнорируя попытки люпи отобрать у него кувшин. — Могу я спросить, почему ты сначала положил еду на мою тарелку? — как бы невзначай спрашивает Тэхён, встречаясь со взглядом Гука. Чонгук сглатывает: — Ты сказал, что тебе нравятся манду. — Это был не намёк, — говорит Тэхён, ставя кувшин обратно на стол, не обращая внимания на их зрителей, когда же наступает очередь Хосока; Чимин слишком занят, пристально смотря на них. — Ты… ты не хочешь, чтобы я это делал? — спрашивает Чонгук, и Тэхён слегка хмурится, видя, как неуверенно люпи произносит эти слова, как будто не хочет. Тэхён понимает, что он что-то упускает. Он отворачивается, когда слышит, что Юнги что-то бормочет Чимину, и видит, как люпи, не глядя, берёт манду и кладёт его на тарелку своего приятеля, а его взгляд сосредоточен на Тэхёне. Тэхён на секунду забыл о том, что парам естественно кормить друг друга. И внезапно он думает, что знает, чего ему не хватает. Ни один из люпи не использовал свой первый укус, — в принципе, — чтобы накормить его первым, только Чонгук. — Твоя очередь, — говорит Тэхёну Джин. Тэхён отводит взгляд от застывшего Чонгука, пока берёт в руки свои палочки для еды и тянется к тарелке с манду. Прежде чем он сможет ухватить хоть один из них, палочки Чимина останавливают его.  — Ты должен попробовать лапшу! — предлагает Чимин, но его глаза настаивают. Тэхён краем глаза замечает, как напрягается Чонгук, и видит, каким взглядом Юнги смотрит на свою пару. Почему никто даже не издаёт ни звука? Почему вдруг тихо так стало? Тэхён хватает палочками лапшу, подложив под неё ладонь, чтобы она не упала на стол, и подносит её к своей тарелке, при этом Чимин выдыхает с облегчением. Парень поворачивается и кладёт лапшу на тарелку Чонгука, игнорируя едва скрытый вздох Чимина. — Сначала ты должен поесть, ты самый младший, — говорит Тэхён люпи, который в данный момент просто пялится на лапшу в своей тарелке. Когда Тэхён кладёт в рот один из манду, что дал ему Чонгук, с одобрением смотря на Джина, из-за чего люпи улыбается, чувствуя гордость. — Вкусно, правда? — произносит Намджун, когда атмосфера за столом начинает меняться. — Очень вкусно, — стонет Тэхён с полным ртом. Когда он мельком смотрит на Чимина, то видит, как люпи, грубо говоря, заталкивает лапшу в рот. — Так почему ты и Чонгук начинаете есть первыми? — с любопытством спрашивает Тэхён, глупо улыбаясь, когда Чимин давится едой из-за его вполне своевременного вопроса. — Никаких идей? — спрашивает Юнги, пока его рука лениво растирает чиминову спину. — Ну, я думал, что это связано с возрастом, но это не так, потому что ты старше, — размышляет Тэхён. — Так это связанно с ролями в стае? Вы двое никогда не упоминали о своих. Губы Юнги растягиваются в довольной улыбке: — Отлично. — Если бы я знал, что сегодня вечером мы всё свалим на него, то вообще бы просил не приходить, — ворчит Чимин. — Я большой парень и могу справиться с этим, — уверяет Пака Тэхён, хотя и тронут, что люпи хотел отсрочить его, возможное, потрясение. — К тому же разве так не будет лучше? Если я не буду полной невеждой. — Может быть, тебе стоит остаться невеждой для некоторых вещей, — бормочет Чимин. — Итак, хорошо, — начинает Тэхён, игнорируя комментарий и откусывая маленький кусочек от второго манду. — Какие ещё роли есть в стае? — Как думаешь, чего не хватает? — охотно присоединяется к разговору Хосок. — Что ты знаешь о стаях животных? — Я бы сказал «альфа», но это в основном роли Намджуна с Джином, правильно? Они лидеры стаи, — задумчиво проговаривает Тэхён, но по тому, как меняется лицо Хосока, он уже не так уверен. Он оглядывается на Намджуна и Джина, которые довольно ухмыляются, наслаждаясь игрой в «угадайку». — Подождите, вы двое — вы же называетесь альфами, верно ведь? Оба качают головой: — Просто нормальными люпи. Чимин встречается с ним взглядом, не желая того: — Помнишь вчера? Чонгук скалит зубы на Чимина, но не издаёт ни звука, показывая, что это угроза. А после скулит, когда Тэхён хлопает по его мордочке. — Это невежливо, — ругает он люпи. — Он старше тебя. Чимин начинает смеяться над его замечанием, а Чонгук смотрит на него ошарашенно. — Боже мой, Тэ, спасибо тебе, — выпаливает Чимин, задыхаясь сквозь смех. Тэхён удивлённо смотрит на них обоих: — За что? — За свою очаровательность. Парень толкает люпи, не чувствуя вину, когда тот спотыкается. — Просто запомни этот момент, — говорит Чимин, разминая руками плечи. — Зачем? — Поверь мне, просто убедись, что запомнил. Скоро ты поймешь, почему я так отреагировал, — уклончиво произносит Чимин с широкой улыбкой на лице. Краем глаза он видит, как Чонгук тянется к своему стакану с водой. Тэхён медленно поворачивается к юноше, наблюдая, как тот пьёт. Когда Чонгук встречает его взгляд, Тэхён, наконец-то, понимает, почему всегда видел естественную уверенность в этом мужчине и его заботу о других, что и у Юнги. — Ты альфа, — заявляет потрясённый парень. Он резко переводит взгляд на очень веселого Юнги: — И ты… вау, окей теперь это имеет больше смысла. — Под «альфой» подразумевается нечто иное, не то, о чём ты мог подумать, — замечает вскользь Хосок, и Тэхён оборачивается к люпи. — Они не те, кем их часто изображают в мирских книгах и фильмах. — Не напоминай мне об этой ерунде, — бледнеет Юнги. — Откуда у вашего вида появилась идея, что альфы — это властные придурки, у которых, честно говоря, имеются проблемы с управлением гневом? Тэхён слабо пожимает плечами: — Плохое воображение? — Вот это верно, — соглашается Намджун с полным ртом. — Итак, что же значит «альфа» у Люпес? — Тот, кто обладает высоким уровнем доминирования и способен контролировать это доминирование, — цитирует Хосок. — Люпес, который может влиять и управлять своим доминированием, чтобы обеспечить защиту, — переводит Джин. — Все Люпес рождаются в диапазоне своего доминирования, — говорит Намджун Тэхёну. — В нашем социуме, если ты не умеешь контролировать своё доминирование и собственнически используешь его, чтобы повлиять на других, то тебя изгоняют из общины до тех пор, пока ты не научишься контролю. Это все потому что вы не можете доверять Люпес, который склонен к этому. — В этом и проявляется иерархия, — объясняет Джин. — Не каждый Люпес рождается с чрезвычайно высоким уровнем доминирования, но есть различные уровни. Таким образом, есть альфы, нейтральные и сабмиссивы. Нейтральные находятся посередине — они могут поддаваться воздействию, но не в значительной степени, большинство Люпес относятся к нейтральным. Сабмиссивы — это те, кто родился с невысоким уровнем доминирования, и поэтому наиболее почитаемы в общинах и стаях. — Сабмиссивы никоим образом не слабые, они просто являются сильным магнитом для альф, — сразу же вмешивается Хосок, — альфы могут сказать по запаху, кто есть кто, и если они рядом с кем-то, у кого низкий уровень доминирования- — Это притягивает наш защитный инстинкт, — наконец присоединяется Чонгук. — Хорошая альфа — это та альфа, которая может защитить и создать индивидуальную связь с тем, кто ниже по уровню. — Так… вы скорее защитники, чем лидеры? — говорит Тэхён, постепенно осмысливая это, хотя и с трудом, учитывая бесчисленное количество беллетристики об оборотнях, которой он прочитал, чтобы узнать, что «альфы» совершенно противоположны тому, о чём ему было известно… — Мы можем вести, но быть альфой не всегда значит, что мы должны вести, — поправляет Юнги. — И чем больше альф в стае, тем стабильнее эта стая, — добавляет Джин. — У них есть своя собственная иерархия — касательно друг друга — но их влияние на стаю, пожалуй, является ключом к успеху. — Ошеломлён? — спрашивает Хосок, слегка обеспокоенный морщинкой на лбу Тэхёна. — Немного, но я понял, — признаётся парень, заставляя люпи захихикать. — Видите, вот почему я хотел отсрочить это, — бурчит Чимин. — Мы его спугнём. Тэхён тянет оскорблённое лицо: — Я не сделан из стекла, мне на лбу написать, чтобы напоминать вам всем об этом? Просто скажите прямо, какой смысл затягивать с этим? Тэхён отвлекается, наблюдая за реакцией Чимина, когда Чонгук пополняет его тарелку манду. Он переводит взгляд на молодого люпи: — Если бы я не знал наверняка, то подумал бы, что ты пытаешься ухаживать за мной, Чонгук. Намджун — который пил до этого — вовсе давится водой и брызжет слюной, устраивая беспорядок, из-за чего Джин тяжело вздыхает, схватив горсть салфеток, и прижимает их к лицу люпи. Чонгуковы глаза отказываются выпускать его из виду, и та проницательность, которую парень ожидал от молодого люпи всё ещё присутствовала в его взгляде. Он слышит, как Чимин бурчит что-то, и это нарушает зрительный контакт между ними. Лёгкие Тэхёна вновь начинают работать. Парень осматривается и видит, как Юнги невозмутимо пьёт, в то время как Чимин крепко сжимает в кулаке металлические палочки. — Ты, — низко проговаривает люпи, смотря прямо на Чонгука, — успокойся немного, окей? — Он не говорил мне останавливаться, — Чонгук спокойно возражает ему в ответ. Свирепый взгляд Чимина концентрируется на парне рядом с Чонгуком. — Хэй, мне нравится быть любимым, — признаётся Тэхён, запихивая один из манду в рот, из-за чего чиминово лицо искажается. — Мне также нравится привязанность. — Меня сейчас инфаркт хватит, — заявляет Чимин, глубоко дыша. Юнги просто потирает его спину, продолжая пить. — Думаю, что тебе самому нужно успокоиться, — говорит Тэхён с полным ртом. — Ты не против привязанности? Наподобие тактильного контакта? — спрашивает Хосок, и Тэхён может видеть ответ, который мужчина надеется получить, в его ожидающих глазах. Тэхён тычет в одну из милых ямочек мужчины, желая сделать это с той самой секунды, как увидел их, они появляются на лице Хосока, когда тот улыбается. — У тебя милые ямочки, — делает комплимент ему парень, проглотив свою еду, видя, что они становятся ещё явнее, когда Хосок смеётся. — У Чимина милее, — утверждает Юнги, заставляя всех за столом смеяться над вопиющим фаворитизмом, в то время как Чимин чуть ли не расцветает из-за комплимента, его настроение полностью меняется. — У Намджуна смешные, — добавляет Джин, заставляя парней смеяться сильнее, а Намджун таращится на Джина из-за внезапного оскорбления. — Да ладно, твоё лицо выглядит так, словно не может решить: хочет ли оно повзрослеть или же остаться в возрасте ребёнка. Тэхён смеётся так сильно, что ему приходиться ухватиться за Хосока в качестве опоры, в то время как Намджун пялится на Джина, его лицо выражает всеобщее предательство. Он замечает, как Чонгук делает глоток воды, и немного успокаивается, увидев, что люпи на самом деле не находит это настолько забавным, в отличие от них, тем не менее он улыбается. — У Чонгука лицо, которое не соответствует остальным частям тела, — подмечает Тэхён, и парень давится водой из-за неожиданного комплимента. — Видел бы ты его год или два назад — он был похож на эмбрион, — говорит ему Хосок, когда тянется за добавкой, — с лицом ребёнка и ростом же с него. — Ты просто завидуешь, потому что сейчас я выше тебя, хён, — возражает Чонгук, его голос хрипловат из-за того что подавился недавно. — Встань, — требует Тэхён. Чонгук изумлённо таращится на него: — За-зачем? — О… — он слышит шёпот Юнги. — Теперь я понимаю, что ты имеешь в виду. — Я же говорил тебе, что в этой форме он безнадёжен, — неохотно признаётся Чимин, его тон нисколько не приглушён. — Вы двое — тише, — присмиряет их Тэхён, потому что это ещё больше заставило Чонгука напрячься. Тэхён встаёт из-за стола. — Давай посмотрим, выше ли ты этого хёна, — говорит он игриво. Заканчивается тем, что Чонгук в спешке ударяется коленями об стол, чтобы встать по требованию Тэхёна, тем самым вызывая несколько смешков, но они оба — и Тэхён, и Чонгук, — игнорируют их. — Хорошо, — произносит Тэхён и с поднятой рукой приближается к люпи, — смотри прямо на меня. Тэхён даже не договорил фразу, Чонгук уже поедал его своим взглядом, и глаза его практически прожигали в нём дыру. Парень тихонько сглатывает, всё ещё не привыкший к тому, каким образом время от времени смотрит на него Чонгук, и измеряет высоту своей рукой. Первая мысль — это что тёмные волосы Чонгука немного напоминают его волчий мех — мягкие, но преимущественно жёсткие. Вторая — чёрт, он хорошо пахнет. Из того типа хорошо, что заставляет тебя следовать за человеком, вдыхая запах до боли в носу, потому что тебе нужно узнать, что это за аромат, и помимо этого он ещё и застревает в твоём носу и это похоже на сладкую пытку. Тэхён немного вздрагивает, поймав себя на том, что слегка наклоняется к парню, в то время как его легкие стараются незаметно втянуть как можно больше запаха. Глаза Чонгука замечают это. — Эм… — бормочет Тэхён, а после напоминает своей руке двигаться, чтобы сравнить их рост. — О, я выше, — удивлённо произносит Тэхён, и его рука отодвигается назад, чтобы подтвердить их небольшую разницу. Чонгук протягивает свою руку для измерения, невзначай касаясь тыльной стороны тэхёновой руки. — Думаю, что я, — тихо говорит Чонгук, и Тэхён не может избавиться от щекотки, пробегающей по его спине, когда рука люпи нежно касается его волос на макушке. Тэхён опускает глаза вниз, на плечи парня, стараясь не смотреть на выделяющуюся мускулатуру мужского тела, и измеряет рукой там, где их плечи сталкиваются друг с другом. — Не-а, я выше, — не соглашается Тэхён, ухмыляясь, и касается плеча парня, чтобы доказать это. — Хоть ты и близок. — Хорошо, прекрасно! А теперь вы можете оба сесть? — с нажимом произносит Чимин, в его голосе слышится неодобрение, и когда Тэхён оборачивается, чтобы понять почему: люпи сидит неподвижно. Тэхён хмурится: — Да что с тобой? — Ничего. Возражение Тэхёна умирает, когда Чонгук мягко проводит кончиком своего пальца по одному из пирсингов в его ухе. — Нравится такое? — спрашивает Тэхён, поймав его взгляд. Чонгук кивает. — Тебе бы они тоже подошли, — говорит Тэхён, глядя на его «голые» уши, прежде чем сесть, Чонгук же повторяет за ним. — У тебя такое лицо, на которое можно нацепить пару нетрадиционных пирсингов на уши. — Они будут раздирать мне уши каждый раз, когда я буду перевоплощаться, — произносит Чонгук, и Тэхён бледнеет из-за этого. — О, чёрт, йа, — произносит он, стараясь не представлять его окровавленный облик. — Предположим, что они не делали бы этого, то какого типа проколы ты хотел бы? — спрашивает он Чонгука, довольный, что они, кажется, нашли общий интерес. — Один простой бар [2], — Чонгук подносит руку к уху. — Тот, что идёт по диагонали. — Индастриал [3], — говорит ему Тэхён, беря для себя больше еды. — Моя кузина делала такой прокол, и на ней это выглядело здорово, но его заживление занимает целую вечность. — У меня нет с этим проблем, — говорит Чонгук с ухмылкой, когда начинает есть лапшу, что положил для него Тэхён. — У Люпес ускоренный процесс заживления. Тэхён недовольно выпячивает губы, держа палочки у рта: — Это нечестно. — Думаю, что мог бы попробовать все виды, — признаётся Чонгук. — И если бы мне что-то не понравилось, я всегда мог бы снять их и попробовать новые. — Один из самых больших плюсов пирсинга, — охотно соглашается Тэхён. — Я предпочёл бы сделать пирсинг, чем тату. — Не-е, я не прочь сделать татуировку, — говорит Чонгук. — Ты можешь их сделать? — спрашивает Тэхён, ему интересно. — Разве они не испортятся из-за смены сущности? Чонгук смотрит на Намджуна, разрушая их маленький личный пузырь: — У хёна есть одна. Тэхён лучезарно улыбается, и Намджун ухмыляется. — Правда? — Секрет в том, чтобы подобрать место, где она будет меньше всего растягиваться, — говорит люпи, игнорируя взгляд Джина, — но это также зависит от твоего телосложения. — Хён довольно стройный, поэтому когда он обращается, то его кожа так сильно не растягивается. — Ты опять забиваешь ему голову всякими идеями, — ругает Намджуна Джин, и Тэхён видит, как Намджун с Чонгуком обмениваются одинаковыми улыбками, — он только забыл об этом.  — Я сделаю одну, когда-нибудь… — произносит Чонгук, замолкая мгновенно, когда возвращает своё внимание на Тэхёна, потому что последний накладывал на его тарелку ещё больше еды, поскольку люпи не съел бы так много. — Ты должен позволить Тэхёну сделать эскиз, — комментирует лукаво Хосок, а Чимин практически кричит на мужчину. Между тем, Чонгук смотрит на Тэхёна, словно задумавшись. — Окей, моя работа хороша, но не настолько, чтобы быть на чьей-то коже, — отмахивается Тэхён. — Моя специализация — фотографии, а не рисование. — Может быть, я хочу. Тэхён удивлённо смотрит на люпи: — Ты ещё не видел мои эскизы. — Неважно, — говорит Чонгук. Прежде чем Тэхён смог спросить: «почему», Чимин переключает его внимание на себя, склонившись над столом, с палочками в руках и протянутой едой. — Тебе нужно больше есть и меньше болтать, — вмешивается люпи. Тэхён закатывает глаза, когда Чимин вываливает еду на его тарелку. — Ты слишком много слоняешься без дела по деревне и только, это всё, что я слышу. — Тебе не помешало бы нарастить немного мускулов, — комментирует Хосок, тихонько ущипнув Тэхёна за руку, из-за чего парень вытаращился на него. — Я мог бы помочь тебе с этим, просто глянь на Чонгука. Тэхён старался не делать этого, с тех самых пор, как люпи вошёл сюда в этой свободной футболке, что только и подчёркивала верхнюю часть тела. — Я неспроста потерпел неудачу в зале, — парирует Тэхён, даже не смотря на Чонгука. — Я и физические упражнения — несовместимые вещи. — А что, по-твоему, пешие прогулки? — спрашивает Чимин невозмутимым тоном, и Тэхён показывает ему язык. — Тебе нужно просто найти правильный подход, — говорит Хосок. — Ты должен присоседиться к нашей охоте! — внезапно восклицает он, широко раскрыв глаза при этой идее. — Это почти как пешая прогулка! Тэхён не знает, как реагировать на это предложение, отчасти ожидая, что остальные выскажутся против, но когда он тянется за водой, то замечает выражения их лиц. — Разве охота для вас, ну знаете, не для кормёжки? — неуверенно произносит Тэхён, стараясь не смотреть на Чимина. — Может быть, — говорит Джин, привлекая его внимание. — Но для стаи охота — это лучшее время для игр и проверки друг друга. — Это безопасно, — перебивает Чимин, в который раз читая Тэхёна. — Мы не превращаемся в бешеных собак. Мы просто бегаем и играем. — Ты способен это сделать, — присоединяется к разговору Хосок. — Нет нужды в четырех ногах, чтобы поиграть с Люпес. — Меня уже преследовали, — ровным голосом говорит Тэхён, вспоминая три случая связанные с Чимином, Чонгуком и неизвестным Люпес, следовавшим за ним в лесу. — Это больше напоминало приманку. — Мы наденем колокольчики, — улыбается Чимин, и это заставляет Тэхёна смеяться, поскольку то же самое он сказал ему несколько ночей назад. — Чтобы ты тоже смог бегать за нами и не ограничиваться своими жалкими мирскими способностями. — Окей — во-первых, ой, не всем из нас посчастливилось родиться с вашими способностями, и, во-вторых, бьюсь об заклад, что я мог бы поймать как минимум двоих из вас без проблем. — Звучит как вызов, — посмеивается Намджун, и поскольку Тэхён стал лучше понимать люпи, он знает, что комментарий был добродушный. Тэхён выпрямляется, слегка выпячивая грудь: — Может и так. Чимин выглядит так, словно едва может сдержать своё волнение, тогда как Хосок уже сыплет идеями. Пока стая увлеченно обсуждает возможные места, где Тэхён мог бы справиться — он недовольно бурчит, заставляя всех смеяться — последний счастливо продолжает набивать за обе щёки еду, наслаждаясь приятным времяпровождением. Когда Чонгук подсовывает ему последний манду, игнорируя скуление Намджуна, Тэхён не может не взъерошить его волосы в знак благодарности. Он запихивает кусочек в рот, словно свинья, которой он стал из-за изумительной еды. Чонгук улыбается ему слегка, почти что нежно. — В этот раз пообещай, что не позволишь мне упасть лицом вниз, — мягко поддразнивает его Тэхён, придвигаясь ближе к люпи, чтобы остальные не перебили его из-за шумной болтовни. Глаза Чонгука без сомнения уже обещают. И непосредственно, перед тем как Тэхён подключается к общему разговору о том, где они должны провести охоту, он слышит что-то вроде: «у меня есть другие способы, чтобы заставить тебя упасть», — от Чонгука. Вскоре парень забывает об этом так же как и о собственной реакции, на едва различимые слова, которые звучали, как обещание. Тэхён — не слепой, а Чонгук привлекательный и невероятно очаровательный парень, и они также близки по возрасту, но у него при этом есть та таинственность из-за его тихой натуры. Это и притягивает Тэхёна, но это притяжение настолько сильное, что он изо всех сил пытается сопротивляться. Позже, тем же вечером, Тэхён был невероятно смущен хосоковым восхищением его эскизами, а также добрыми словами стаи, и он не должен был так сильно радоваться осторожной оценке Чонгука, когда настала его очередь просматривать альбом, бережно обращаясь с ним и уделяя время каждому его наброску. Как раз перед тем как уехать домой, к Тэхёну подходят два люпи в разное время. Юнги приближается к нему, когда Чимин спускается вниз, чтобы облегчиться, и вежливо интересуется, хотел бы тот расстаться с одним из его эскизов, тем самым удивляя Тэхёна. — С каким именно? — хлопая глазами, спрашивает всё ещё удивленный парень, и тогда Юнги берёт у него альбом, чтобы показать ему. Тэхёново сердечко практически превращается в лужицу, когда Юнги останавливается на наброске Чимина в окружении природы. Эта была его не совсем удачная попытка запечатлеть люпи, которого он видел всякий раз, когда выходил из леса. — Этот? — шепчет Тэхён, и Юнги кивает. — Всё же он не так хорош. Детализация- — Точно этот, — обрывает его Юнги, и его лицо вновь заставило Тэхёна усомниться в себе. — Здесь Чимин, и он отлично нарисован. Тэхён может чувствовать, как горят его щеки, и опускает голову, избегая смотреть мужчине в глаза: — Хорошо. — Сколько ты… Тэхён, что ты- Парень плавно отрывает страницу от корешка альбома и с улыбкой протягивает её Юнги: — Держи. Юнги пристально смотрит на него: — Йа, я не хочу это за бесплатно, ты заслуживаешь- — Когда я стану знаменитым, ты сможешь купить мои картины, — произносит Тэхён с мягкой улыбкой, перебивая альфу. Юнги, похоже, хочет поспорить, но смех Чимина, доносящийся с нижнего этажа, сигнализирует о его возвращении. Тэхён прижимает рисунок к груди люпи. — Иди уже, пока он не увидел его и не застеснялся, — дразнит его парень, мягко подталкивая своего собеседника. Взгляд Юнги говорит, что он не оставит это не оплаченным, как этого хочет Тэхён, и парень делает себе пометку: не упускать из виду альфу, чтобы убедиться, что люпи не воспользуется случаем и не отплатит ему каким-нибудь иным способом. Тэхёну нравится делиться своей работой, ему всё же это приносит удовольствие. Юнги благодарит Тэхёна, и последний слегка съёживается, когда слышит в его тоне нотки признательности. После же парень наблюдает, как люпи в спешке ретирует в направлении заднего дворика амбара. — Юнги-хён не оставит это просто так. Тэхён вздрагивает, когда слышит голос Чонгука, и поворачивается, увидев мужчину, приближающегося к нему с левой пристройки. — Ты не должен был подслушивать, — парирует Тэхён, улыбаясь. — Итак, как же мне это предотвратить? Чонгук прислоняется к одной из дверей амбара, составив компанию Тэхёну: — Никак. Тэхён спрашивает, надув губы бантиком: — Почему это? — Потому что это не в характере Юнги — оставить такой подарок без какой-либо благодарности. — Ты не помогаешь, — фыркает Тэхён, засовывая альбом подмышку. Оба наблюдают за тем, как Хосок с Джином дурачатся у правой пристройки, и Тэхён не может перестать улыбаться, когда видит, что Хосок прилипает к старшему, крепко обнимая его, из-за чего Джин громко смеётся, отвечая ему взаимностью. — Хосок был прав, — приглушённым голосом произносит Чонгук, привлекая внимание Тэхёна. — Насчёт чего? Чимин бежит вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступени. Тэхён напрягается, чувствуя тёплое дыхание у своего уха. — Твои эскизы достойны быть на чьей-либо коже, — шепчет комплимент люпи, и Тэхён ощущает, как горит его ухо, реагируя на слова мужчины.  — Ты готов? — вмешивается Чимин, и парень чувствует как уходит тепло. Тэхён качает головой, слова подводят его, а Чонгук тянется открыть амбар. Когда Чимин направляется к грузовику, Тэхён обнаруживает, что задерживается на пороге двери. И когда он поднимает глаза от пола, то Чонгук уже здесь, напротив него, а его взгляд, как и всегда, устремлён прямо на него. — Ещё увидимся, — тянет слова Тэхён, пытаясь понять атмосферу вокруг них, которая потихоньку складывалась после ужина. — Увидимся на охоте, — отвечает Чонгук, слегка прислоняясь к двери. — Если ты всё ещё хочешь этого. Тэхён шутливо толкает люпи в плечо: — А что? Боишься, что я поймаю тебя? От того, как чонгуковы веки слегка опускаются, у Тэхёна перехватывает дыхание. Чимин с раздражением сигналит им. — Чонгук! — кричит мужчина, а в голосе слышится предупреждение. — Он против того, чтобы ты находился рядом со мной? Почему? — удивляется Тэхён, оборачиваясь к люпи. Чонгук даже не удосуживается посмотреть на Чимина. — Ты был весь для него, а теперь ему приходится делиться тобой, — приходит удивительно честный ответ. — Это, в самом деле, очень мило, — говорит Тэхён, тронутый и удивлённый, и отходит от Чонгука. — Мне придётся помочь ему: научить, как делиться. Тэхён спрыгивает вниз на землю, махая на прощанье, и направляется к грузовику, когда Чимин в последний раз давит на гудок. — Окей, я тут, — смеётся парень, залезая внутрь и захлопывая за собой дверь. — Ты не должен поощрять этого ребёнка, — фыркает Чимин, разворачиваясь, а Тэхён вновь машет рукой, видя, что Чонгук всё ещё стоит у двери и наблюдает за ними. — Я строю дружбу, — спокойно поправляет его Тэхён, пристёгиваясь. — Я едва помню, как играл с ним в детстве. Я даже не уверен, что делал это. — Играл, но не так часто, как со мной, — говорит ему Чимин, подтверждая его подозрения. — Альфы нашей стаи водились с ним, с Чонгуком, круглогодично, обучая его альфа-вещам, всякий раз, когда он следовал за мной без разрешения старших. — Почему вы, парни, оставили стаю? — спрашивает Тэхён, любопытствуя. — Это не редкость, многие оставляют свою родную стаю, — объясняет Чимин, с лёгкостью проезжая в темноте по грунтовой дороге. — У нас с Чонгуком были схожие мысли, мы считали, что если останемся, то не сможем расти и развиваться. Эта была старая стая с множеством старых Люпес. — И вы ушли. — Это было постепенно, но да, Чонгук последовал за мной, чтобы провести время с Юнги и Хосоком, а после мы встретили Намджуна, а за тем и Джина. — Тогда как же появилась стая? — спрашивает Тэхён, поворачиваясь так, чтобы было легче смотреть Чимину в лицо. — Независимо от обстоятельств мы встречались каждое лето и зиму, так что это как-то само собой получилось, — говорит Чимин с улыбкой. — Так было до тех пор, пока у нас не появилось своё собственное логово, а роли не закрепились за каждым членом стаи. — И как долго это продолжалось? — Хмм… три года? Время иногда трудно отследить, — со смехом признаётся Чимин. — Но Хосока я встретил первым, много лет назад, в одну из моих зим, до Восстания. — С тех самых пор вы поддерживаете связь? — произносит впечатлённый парень. — Это очень долго. — Потребовалось время, чтобы найти его после Восстания, — признаётся Чимин, замедляясь, когда они подъезжают к городу. — К тому моменту он уже был знаком с Юнги, и когда мне удалось встретиться с ним, Юнги представил нас Намджуну и Джину. — Вы все вместе сошлись, — тихо говорит Тэхён. — Всё, как и должно было быть. — Я бы на твоём месте не стал заходить так далеко, — смеётся Чимин. Тэхён наблюдает за тем, как они проезжают город, который готовился ко сну. — Ты уверен, что хочешь пойти на охоту? — спрашивает люпи, после нескольких минут уютного молчания. — Я имею в виду, что буду очень счастлив, если ты пойдёшь, но тебя никто не заставляет или что-то вроде того. Тэхён сжимает маленькую ручку Чимина. — Я уверен, — заверяет он парня с улыбкой. — Я, возможно, буду выглядеть уморительно, бегая за вами, но зато это будет весело. Чимин фыркает на это: — Я обязательно принесу колокольчики — на всякий случай. Тэхён щиплет парня за руку, заставляя того смеяться. Пока они въезжают на частную дорогу, ведущую в имение его бабушки, Тэхён зевает, когда фермерский дом освещается фарами грузовика. — Тэ? — тихо зовёт Чимин, когда Тэхён расстёгивает ремни. Тэхён оборачивается к нему и ждёт, когда тот продолжит. — Юнги убьёт меня, — слышит он бормотание люпи, не отрывающего взгляда от руля. — Чимин? — обеспокоено произносит он, видя, что мужчина начинает жевать свою пухлую нижнюю губу. — Что ты думаешь о Чонгуке? — внезапно спрашивает Чимин, поражая его. Тэхён поднимает бровь на непонятный вопрос: — С ним всё в порядке? Что это за вопрос такой? — Ты… ты воспринимаешь его только как детское воспоминание? Парень таращится на мужчину: — Что? — Я имею в виду, ты видишь в нём только щенка, которому как-то помог? — невнятно говорит Чимин, словно старается избежать определённых слов. В полумраке Тэхён пытается понять выражения лица люпи и его внезапное беспокойство. — Чимин, ты так болезненно реагируешь на моё общение с Чонгуком, потому что боишься, что я делаю это только из вежливости? — медленно произносит Тэхён спокойным голосом. — Ты боишься, что я только притворяюсь милым из-за тебя? — Н-Нет! — отрицает потрясённый Чимин. — Я знаю, что ты не такой. Мне просто… Мне просто нужно знать, каким ты сейчас видишь Чонгука. — Окей, я действительно не знаю его, — Тэхён напоминает Чимину об отсутствии их взаимодействий в отличии от его с Чимином, — и да, и возможно поначалу я видел в нём щенка, которого помнил. Но после ужина у меня и сегодняшнего вечера я понял, что, в самом деле, не имею представления о нём. Как будто бы я встречаюсь с ним впервые. Чимин, кажется, немного оседает на его объяснение, и Тэхён не видит его достаточно хорошо, чтобы определить это из-за облегчения или нет. — Это… хорошо, — бормочет Чимин, а Тэхён открывает дверцу, чтобы осветить салон, что позволяет ему, наконец, правильно истолковать поведение парня. — Меня восхищает, как ты защищаешь его, — с нежностью проговаривает парень, пока люпи моргает из-за внезапного яркого света. — Теперь это имеет смысл. Чимин по-прежнему продолжает жевать губу, из-за чего та становится красной. — Я тебя тоже защищаю, — слышит он приглушённый высокий голос. Тэхён улыбается, вылезая из грузовика, всё ещё держа дверь открытой. — У нас всё хорошо? — спрашивает он для верности после столь неожиданного и нелёгкого вопроса. Чимин кивает, и его улыбка успокаивает парня, зная, что между ними всё в порядке; теперь люпи уверен в этом, чтобы его там ни волновало. — Дай мне знать, когда начнётся охота! — говорит Тэхён, желая парню спокойной ночи, захлопывает дверцу машины, а после направляется в темноте к дому. Люпи ждёт, пока не включится боковой фонарь, реагирующий на приближение парня, когда последний обходит дом, и трогается с места, забирая с собой дополнительное освещение. Тэхён проверяет кобылу и слышит её фырканье, когда та ощущает на нём различные запахи; парень закатывает глаза и запирает её конюшню обратно. Закрывая заднюю дверь, он теперь понимает, почему его бабушка настоятельно велела ему запирать все двери на ночь. Тэхён задаётся вопросом: приходилось ли ей когда-нибудь сталкиваться с Восстанием или её роль как Смотрителя заставляла её всё это видеть своими глазам. Чем больше он узнаёт о волчьем народе, тем больше у него появляется вопросов к женщине, которая являлась частью этого уклада жизни, но её больше не было рядом, чтобы ответить на них. Бросив скетчбук поверх журнала на свой мини-столик, Тэхён устало вздыхает и падает на кровать. У него осталось чуть больше месяца лета, после же он должен будет вернуться в Сеул. У него есть семь недель, чтобы решить: что он будет делать с этим местом. Осталось семь недель. Тэхён проваливается в сон в своей одежде, с той же тревогой, с которой засыпал в последнее время. Стоит ли ему так сильно привязываться к стае, если даже он понятия не имеет, где будет через семь недель?

*********

Определения Мирные-Вид/народ: Люди, нормальный люд. Волчий (Люпес) Вид/народ: Наполовину волк, наполовину мирный. Их происхождение не совсем ясно, но они однозначно жили в своей волчьей форме, поскольку их пассивное состояние — мирская форма, использовалась только в виде формы выживания, в крайнем случае. Стая-рожденный: Стая, в которой Люпес рождается. Не все остаются со стая-рожденными. Родившиеся в стае братья и сестры не связаны биологически, но относятся друг другу как к родным братьям и сёстрам. Смотритель: Это может быть группа людей или один человек. Смотрители — это те, кто столкнулся с видом Люпес. Чаще всего Смотрителями являются в основном фермеры; люди, которые владеют или живут на земле вблизи границ территории Люпес. Смотрители просто следят за волчьим народом, которые оказываются слишком далеко от дома и могут оказаться в беде — в любом смысле. Смотрители не представляют угрозы. Люпес уважает Смотрителей, и большинство стай содействуют каким-либо отношениям с сообществом Смотрителей, тем более теперь, потому что Мирные приезжают из городов на природу на отдых и тому подобное. Восстание: Последнее восстание произошло примерно 10 лет назад. Восстание было на почве того, что Мирные стали более развитыми, им нужно было больше земель и ресурсов, и из-за этого волчий народ чувствовал себя запертым на своей же территории и в своих телах. Восстание стало началом того, что Люпес начали отказываться от своих традиции, общин и изменения культуры. В связи с этим это относительно ново для Люпес, и всё ещё неправильно для некоторых их общин. Спектр доминирования: Это система классификаций, используемая для волчьего народа, в основном для того, чтобы понять, кто есть альфа. Это не то, чему нужно следовать в строгом порядке, это просто как некие пределы (правила), в которых Люпес находятся со своим уровнем доминирования. Для волчьего народа спектр/иерархия составлен (а) так, чтобы те, кто обладал доминированием, могли защищать тех, кто нет; это не говорит о том, что Вы должны быть большим и сильным Люпес, речь идёт, насколько хорошо Вы можете контролировать и воздействовать на кого-то, чтобы защитить его. Типы Люпес: 1) Альфа — они обладают высоким уровнем доминирования и контроля, они предлагают защиту тем, кто нуждается в ней. Им не нужно быть во главе стаи, они рассматриваются как защитники для волчьего народа. 2) Тренер стаи — они обучают чему-либо стаю, потому что обладают природной терпеливостью и способностью быстро осваивать навыки — навыки выживания, управления контроля и т.п. 3) Лидер стаи и логова — они могут быть альфами, но чаще всего — это самый старший Люпес в логове. 4) Вождь стаи и логова — разделяет роль вместе с лидером стаи, однако его слово является законом для стаи. 5) Ищейки — те, кто собирает информацию либо о территориях, либо о других стаях и Люпес. 6) Щенки — те, кто моложе 10 лет, также такое обращение чаще всего используется для проявления/выражения нежности. Общие поведенческие черты для волчьего народа — запах: Люпес ориентируется по запаху, одни могут сказать о социальном положении другого Люпес (каким уровнем доминирования тот обладает или нет), где и с кем он был, и состоят ли они в стае или нет. Запахи играют огромную роль в их культуре и взаимоотношениях.