***
— Паш, давай поговорим, — звонкий голос Кушнир нарушил планы Мишина просто попить чайку и расслабиться. — Сашка, ну вот что ты ещё хочешь от меня услышать? — отодвинув дымящуюся чашку, спросил начальник. — Даже не знаю, может: «Извини, Саша, я был не прав», — утащила из вазочки печенюшку и изучающе уставилась на мужчину. — Я не буду этого говорить, так будет лучше. Мэру нужен быстрый результат. Юрков справится не хуже тебя. — Ой, Пашка, ты сам-то в это веришь? — склонила голову набок, продолжая сверлить Мишина взглядом. — Верю, неверю, какая разница. Администрация требует раскрытия, и наша задача его обеспечить, — Павел сложил руки на груди, показывая, что не намерен больше обсуждать этот вопрос. — Какой содержательный разговор, может, тебе в дипломаты податься, а?! Не думал об этом? — Александра хитро прищурилась. — Опять твои шуточки, — Мишин покачал головой. — Я всё сказал, этот вопрос закрыт. Дело будет вести Юрков. — Эх, товарищ полковник, смотрите не пожалейте потом со своим Юрковым, — свистнув на прощание ещё одну печенюшку, Кушнир удалилась из кабинета. В коридоре столкнулась с Юрковым, который сегодня стал чуть ли не центром вселенной. Мужчина победно ухмыльнулся и смерил её надменным взглядом. На это Саша хмыкнула и, высоко задрав голову, постаралась как можно скорее и спокойнее пройти мимо подполковника. День окончательно испорчен. Хотя она почти на сто процентов уверена, что они придут к ней за помощью, слишком уж самоуверенно ведёт себя этот Юрков.***
Поднимаясь в свой кабинет, Кушнир невольно оглянулась и окинула взглядом рабочие места своих сотрудников. Задержалась на столе Юркова. Вспомнила один из первых разговоров с ним и его фразу: «Не место вам в полиции с вашей-то никчёмной нервной системой». Вдруг стало как-то даже обидно, не ему решать, место ей в органах или нет. Да, она чувствительная, да переживает за людей, иногда и до слёз, но в этом что, есть какой-то криминал?! В сознании словно щёлкнуло что-то. Александра прикинула в уме, что оперативники вернутся примерно через час, а значит, у неё есть время осуществить задуманное. Поднялась в кабинет и, подхватив сумку, направилась в ближайший продуктовый магазин. Через полчаса Саша вернулась в свой отдел, подошла к столу Юркова, осторожно открыла нижний ящик стола, где, как она пару раз видела, у него хранится чай, какое-то печенье и кофе. Последнее как раз стало орудием её мести. Как можно аккуратнее сняла крышку с баночки, затем достала из сумки купленную соль (самую мелкую, что была в магазине выбрала) и высыпала немного в кофе. Взяла со стола какой-то карандаш и перемешала, закрутила крышку, на всякий случай стерев салфеткой отпечатки, и убрала банку в стол. Ещё раз проверила, чтобы всё было на своих местах, как до её прихода, и поднялась к себе. Оказавшись в кабинете, Сашка вдруг громко засмеялась и покачала головой. — Докатилась, вот каким бредом я занимаюсь?! — произнесла она сквозь смех. Возможно, в этой её маленькой мести было что-то детское, даже глупое, но справиться с появившимся желанием в прямом смысле насолить Юркову, она не смогла. Оставалось только подождать и наслаждаться результатом. Время как раз приближалось к обеду, ребята проголодались, а так как дел было много, решили перекусить в офисе. Валентина, как самого молодого и полного сил, послали в магазин купить хотя бы каких-нибудь пирожков. Пока Широков выполнял ответственное поручение коллег, оперативники заваривают себе кто чай, а кто кофе. Саше повезло, Юркову захотелось «кофейку макнуть». Взяв с тарелки яблоко (нужно всё-таки привыкать к здоровой пище), Кушнир спустилась вниз и стала незаметно наблюдать за последствиями своей маленькой мести. Юрков поднёс чашку к губам и немного отпил горячего напитка. Несколько секунд на его лице не было заметно никакой реакции, потом подполковник скривился и, пробормотав что-то явно не относящееся к цензурным словам, буквально выплюнул кофе на так некстати подошедшего Абашева. — Дим, ты не охренел ли часом?! — капитан не очень обрадовался внезапному душу. — Сань, извини, просто кофе какого-то хрена солёный, — попытался оправдаться Юрков, протягивая пострадавшему товарищу салфетку. — У тебя вкусовые рецепторы отказали, что ты сахар с солью путаешь? — Абашев без особых успехов пытался оттереть свою светлую рубашку. Саша, до этого момента старательно сохранявшая строгое выражение лица, ухмыльнулась, стараясь не засмеяться. Это не укрылось от внимательных глаз Юркова. — Что вы смеётесь, госпожа подполковник, это так весело?! — взвился мужчина. — Кто смеётся? Я? Да боже упаси, разве ж можно над вами смеяться, — Кушнир постаралась вернуть себе максимально спокойный и безразличный вид. Тем временем капитан Абашев продолжал попытки спасти рубашку, сверля Юркова недобрым взглядом. — Да я вообще без сахара и чай, и кофе пью, ты ведь знаешь, — как-то растерянно произнёс подполковник. — Хочешь сказать, что сам кофе тебе подсолили? Не перегрелся, когда на место преступления ездили? — Не знаю, по-другому никак не получается. Ты вот видел, чтобы я вообще сыпал что-нибудь в этот грёбаный кофе, а? Этот оправдательный аттракцион мог продолжаться ещё очень долго, но вошедший Валентин с долгожданным обедом отвлёк внимание оперов.***
Уже вечером, сидя в гостиной перед телевизором Александра Ивановна мыслями была далека от того, что говорил ведущий. Она была рада, что ей удалось таким довольно безобидным образом проучить Юркова. А с другой стороны, произошедший инцидент, растерянное лицо Дмитрия, пытавшегося оправдаться перед коллегой, произвели на неё сильное впечатление. Кушнир впервые за всё время работы в этом отделе увидела, что Юрков может смотреть на людей без надменности и превосходства во взгляде. Хм, а у него красивые глаза… Стоп, Саш, тебя куда-то не туда понесло! Похоже, пора спать, а то мозг уже отказывается работать, и мысли всякие странные лезут в голову. Александра тряхнула головой, прогоняя эти непонятные мысли и надеясь, что больше они не посетят её сознание.