Волшебный Ривердейл.

      Смерть министра магии привела магический мир в ужас. Все понимали, что ее убил кто-то из ее ближайшего окружения, ведь по-другому быть не могло. Первый заместитель министра мистер Джекинс был назначен исполняющим обязанности до выборов нового министра. Сразу же после похорон Гермионы Лодж был экстренно созван Совет Волшебников, на котором было принято решение освободить от должности главного мракоборца Форсайта Пендлтона Джонса, в связи с утратой доверия. ЭфПи знал, что так случится, потому сидел абсолютно спокойно и услышав вердикт, сдал значок и покинул здание министерства. Он знал, что скоро здесь будут исключительно последователи Того-Кого-не-Ждали.       Когда кончились каникулы, и все вернулись в Хогвартс, Чарльз и сам ЭфПи тоже прибыли туда, ведь школа нуждалась в защите. Страшные предположения о собственной жене все больше занимали мысли Джонса. Вечером первого учебного дня он заглянул в спальню к сыну. — Чарльз. Нужно поговорить. — Я слушаю. — Нет. Поговорить со всеми вами. — Пояснил ЭфПи. — Я знаю, что у вас тайные встречи, и вы тренируетесь. Я хочу, чтобы сейчас все были заодно. Чарльз кивнул и повел отца к месту встречи. — Папа?! — Одновременно воскликнули ДжейБи и Джаг. — Я тоже рад вас видеть. — Почему ты здесь? — Спросила Джелли. Остальные явно задавались тем же вопросом. — Мы на пороге войны. — Сказал он. — Министр убит, а значит уже скоро все будет захвачено. Но мы победим. Или погибнем. — Вам что, что-то известно? — Спросила Вероника, которая все еще носила траур по матери: Она была одета в черное, а на голове была черная ленточка.       ЭфПи посмотрел на Арчи и Чарльза. Арчи тяжело вздохнул и напомнил всем о своем рассказе о ритуале с копиями. А ЭфПи рассказал о письме из России. Джелли вскрикнула и зажала рот ладонью, услышав имя матери. Джаг схватил сестру за руку, хотя сам был в ужасе. — Миссис Джонс?! — Воскликнула Вероника. — Не могу поверить! Она убила маму?! — Думаю, нет, Ронни. — Сказал Арчи. — Я думаю, это… твой отец. — Что?! Девушка больше не могла сдерживать слез. Она вспомнила, что именно отец был с матерью, когда она последний раз видела ее живой. Слизеринка рыдала в голос. — Я должна сказать кое-что. — Тихо произнесла Шерил, и взгляды остальных устремились на нее. — Это миссис Джонс велела мне убить Арчи.       Шерил рассказала, как они с матерью прятались и как их нашел Эдгар Эверневер. Как в школе их встретила Глэдис Джонс и применила к ней Империо, а также угрожала им с матерью жизнями друг друга. Мисс Блоссом высказала предположение, что Глэдис хочет истребить всех, кто подходит на волшебника, указанного в пророчестве. И она не остановится, пока точно не узнает, кто он и не избавится. — Я должна была сказать раньше, но поймите. Жизнь мамы под угрозой. — Рыжеволосая смахнула слезу с лица. — Конечно, мы любим друг друга, хоть и не показываем этого так уж явно. И, Бетти. Это она убила твоего отца… — Шерил подняла глаза на подругу. — Видимо, чем-то не угодил. Бетти закрыла лицо ладонями. — Не переживай, Шер. — Приободрил ее Кевин. — Главное, что ты сказала нам все сейчас. — Что же мы будем теперь делать? — Поинтересовалась Джози. — Прежде всего, нужно узнать о ком пророчество. — Сказал ЭфПи. — Этого человека придется защищать. — И как мы узнаем это? Старший Джонс задумался, а спустя мгновение лицо его как будто озарило. — Я сам все сделаю. Есть идея. — Он посмотрел на всех, кто присутствовал рядом. — Я знаю, всем тяжело. Среди вас те, кто уже потерял близких. Те, кто узнали о близких горькую правду. Но важно оставаться сильными, иначе пути дальше нет. — Он посмотрел на Бетти и Чарльза, стоящих рядом. — Только маме Вашей не говорите, пожалуйста. Я не хочу умереть от ее рук. Брат и сестра кивнули. Когда все стали уходить, ЭфПи задержал Джелли и Джага. — Я знаю, она ваша мама… — Почему она так поступила, папа? — Заплакала Джелли, прижавшись к отцу. — Я не знаю, милая. — Отец прижал ее к себе крепко. — Но я обещаю, что я буду с вами. Ты, Джаг и Чарльз — моя семья. Я никогда вас не оставлю. Джагхед обнял отца и сестру и по лицу его потекли слезы.

***

— Ты уверен, что это он, а не кто-то другой? — Спросила Глэдис, испытующе смотря на Эдгара. — Абсолютно. Я изучил все возможные и невозможные документы. — Сказал он. — Перерыл весь Отдел тайн. Я никогда не применял Империо в таких количествах. — И что ты узнал? — На самой дальней полке был еще один хрустальный шар. — Стал объяснять блондин. — В нем ты и говорилось о волшебнике, способном победить Величайшего волшебника. Знаешь, его как будто составили на манер того, о Гарри Поттере. — Он протянул брюнетке пергамент. «Придет тот, кто способен победить. Рождённый холодной зимней ночью… Юная храбрая кровь… Показав всю храбрость, достойную льва. Победит и погибнет. Или падет мир». Миссис Джонс несколько раз прочитала текст и вновь подняла глаза на Эдгара. — Да уж. Гриффиндорец и родился в январе. Помню я ту ночь. Мэри не успевала добраться до больницы Святого Мунго. Арчи Эндрюса первой на руки взяла я. — Женщина усмехнулась. — Символично.       Она подошла к окну больничного крыла. На улице как и тогда была холодная январская ночь. Снег валил крупными хлопьями. Женщина бросила взгляд на койку, где лежала Этель. Видимо, новое усыпляющее снадобье вышло убойным, раз девушка спала уже почти сутки и почти не дышала. — Вы сможете прямо сегодня его убить? Он же близко. — Сказал Эдгар. — Нет. Это же неинтересно. — Заулыбалась женщина. — Они и сами готовятся к войне. И мой муж, кажется, уже догадывается обо мне. Поэтому сегодня я покину Хогвартс. Мы обоснуемся в твоем имении. И нанесем удар по Хогвартсу. В лучших традициях магических войн. — Глэдис! Но зачем?! — Да пойми ты, Эд! — Вскрикнула она. — В Гостиной Гриффиндор куча учеников с палочками. Семикурсники и их декан. Я не могу рисковать основным своим телом. А остальные шесть пока заняты на других континентах: Австралия, Африка, обе Америки, Азия, Россия такая большая, что пришлось выделить ее отдельно. Эдгар улыбнулся и подошел ближе к брюнетке. Он прильнул к ее губам и крепко обнял. — Мы будем брать с собой твои игрушки? — Он указал на Этель и на дверь в подвал. — Эту оставим. А Топаз возьмем. Она пригодится, если не захотят по хорошему.       Когда они ушли из больничного крыла, забрав с собой Тони, Этель Маггс резко открыла глаза. Она не спала уже около часа. Просто лежала тихо и слушала их разговоры. С глаз девочки лились слезы. За дни, что Глэдис издевалась над ней, она уже не чувствовала физической боли. Разве что моральная не проходила. Но она знала, что медлить сейчас нельзя. Она поднялась с кровати, чуть не упала, но смогла удержаться. Ей нужно было идти куда-то, чтобы рассказать, что происходит. Но куда? Кому еще нельзя доверять в этой школе? Она шла по темным коридорам замка, но все спали, ведь была глубокая ночь. И Этель на ум пришла лишь одна разумная мысль. — Хагрид! — Она добилась в хижину к великану даже ногами. Наконец дверь открыл заспанный лесничий и с удивлением посмотрел на девочку. — Этель?! Мерлин! Ты нашлась! Где ты была? — Сейчас не время! Хагрид, нужно срочно идти к мистеру Джонсу! Будет беда! Видимо говорила она настолько убедительно, что Хагрид подхватил ее на руки и своими семимильными шагами в два счета доставил их к профессорскому этажу. Дверь в комнату ЭфПи он чуть не выбил, она слава богу осталась в петлях. — ЭфПи! — Воскликнул Хагрид. И увидел две склоненных над столом с рунами головы. Голову Форсайта Джонса и Элис Купер. — Здравствуй Элис. — Смущенно произнес Хагрид. — Этель?! — Сказали оба в один голос. — У нее что-то важное. Этель подошла к ЭфПи и как на духу выдала: — Темный волшебник — Ваша жена. С ней отец Эвелин Эверневер. Они уехали к нему в поместье и забрали Тони. Но самое главное! Пророчество говорит об Арчи Эндрюсе! Все трое волшебников переглянулись и с недоверием посмотрел на мисс Маггс. Та испуганно смотрела на них. — Я сама слышала! Все это время она мучила меня своими опытами! — Девочка заплакала, и Элис, не выдержав, прижала ее к себе. — Она будет нападать! Как тогда во второй магической войне! Только хочет, чтобы в этот раз Хогвартс пал!       Джонс схватился за голову и перевел взгляд на руны. Они с Элис почти смогли разгадать чье имя скрывает пророчество, но Этель пришла раньше. Мужчина стал судорожно думать, что делать. — Будите всех. — Сказал он наконец. — Мы будем готовиться к нападению.