Мой прекрасный парень-учитель

— Да не может этого быть! — восклицает Юнги, находясь в кабинете Сокджина и составляя списки детей из своего класса, которые получат диплом об окончании старшей школы с отличием. — Чон Чонгук? — Я сам был удивлён. Парень взялся за ум в самый последний момент, — закивал Ким, явно радостный оттого, что появилась возможность с кем-то поделиться своими мыслями по этому поводу. — Не думал, что у пацана такой потенциал и учёба настолько легко ему дастся. Будто второе дыхание открылось. Интересно, что на него так повлияло, что мотивировало. Как думаете, Юнги? Мужчине многих усилий стоит не заорать «жопа моя». Вместо этого историк деликатно начинает что-то бормотать про взросление, ответственность и серьёзность, хотя и сам понимает, что ни за что бы в это не поверил на месте Сокджина. Тем не менее факт остаётся фактом. Чон Чонгук, как и обещал, закончил школу с отличием. Вот же блять. Нет, разумеется Юнги очень рад за Чонгука. Только вот перспектива быть оттраханным своим собственным учеником, пусть и бывшим, кажется Мину не самой прельщающей. Тот факт, что Чонгук его парень ничего не меняет. Пацан по-прежнему остаётся младше Юнги на пять лет. Неужели этот малолетка действительно собирается засунуть свою мышку в его норку, загнать паровозик в туннельчик? От своих же собственных мыслей Юнги всего передёрнуло. Молодой мужчина мысленно сам себя похвалил за самые глупые сравнения, но легче ему от этого не стало. Не готов он прогибаться под мелким. Совершенно не важно, что этот мелкий на голову выше, гораздо крепче и сильнее, а если надо, то может выглядеть и старше самого Юнги. — Ну всё, меня посадят, — врывается в спортзал к Хосоку и с порога начинает жаловаться Мин. — Запомни меня таким, дружище. — А что случилось? Ты всё-таки убил ту продавщицу из маленького магазинчика на углу нашего дворика? Тогда знай, что ты спас целый район. Мне никогда не нравились её зелёные тени, — заговорщицки закивал Хоуп. — Что? Никого я не убивал, — возмущается Юнги и тут же честно признаётся. — Но хотел. — Хорошо, я понял. В чём тогда дело? За что тебя посадят? — За совращение малолетних, — тяжело вздыхает Мин и плюхается на маты. — Я уже говорил, что Чонгук поставил условия, на которых собирался закончить старшую школу с отличием. — Говорил, — соглашается Хосок, присев рядом. — Ну и что? У него же так много пропусков. Физкультура, наверно, единственный предмет, с которым у него всё отлично всегда. О чём ты тогда переживаешь? — Да о том, что он сделал это. Я подавал сегодня Сокджину списки учеников и там его имя. Я не знаю как он это сделал, но начинаю думать о том, что для этого парня нет ничего невозможного. — А я не знал, что кто-то тебя настолько хочет, — хмыкает Чон, но заметив укоризненный взгляд старшего, тут же поправляется. — Вернее я хотел сказать, что не знал, что у парня такой потенциал. Юнги на это только хмыкает. Он тоже думал, что Чонгук не сможет провернуть того, что задумал. Смутно Мин подозревает, что парень попросил помощи у своего старшего брата, а Намджун не отказал в просьбе. Других объяснений историк просто не видит. Он, конечно, не сомневается в том, что Чонгук действительно уже довольно давно его хочет и это движет подростком во многих его стремлениях, но зная характер парня и тот факт, что времени у него было мало, помощь Намджуна кажется единственным разумным объяснением всему. Хитрожопый старшеклассник просто решил обвести всех вокруг пальца и убить двух зайцев одним выстрелом: получить наконец-то Мин Юнги и хороший аттестат, который лишним никогда не станет. Юнги ему мысленно аплодирует. Неплохой ход, засранец. Мужчина настолько задумался, что если бы Хосок не толкнул его локтем под бок, то даже не заметил бы того, что ему пришло сообщение. Юн недовольно заворчал, но достал руку из-под головы и взял телефон. Наглый мелкий 15:42 Мой сладкий хён, во сколько ты сегодня заканчиваешь? Вы 15:44 В 6. Наглый мелкий 15:45 Отлично. Тогда я тебя заберу. Вы 15:47 Нет. Чонгук, сиди дома и занимайся своими делами. То, что у тебя завтра выпускной ещё не значит, что нужно караулить меня под школой. Наглый мелкий 15:48 Юни, я сам решу, что мне делать. Я решил, что я хочу тебя…увидеть:)) Наглый мелкий 15:49 И желательно голым. Наглый мелкий 15:49 А ещё лучше подо мной. Вы 15:52 ЗАТКНИСЬ. СО МНОЙ РЯДОМ ХОСОК. Наглый мелкий 15:53 Хоби-хёну привет:))

***

Чонгук своё слово держит. Как обычно. Выйдя из школы, Юнги видит парня, сидящего на скамейке и ждущего его. Вначале мужчине очень хотелось подойти и надавать пиздюлей за такие наглые подкаты, которые ещё и спалил Хосок, а потом орал умирающей чайкой на весь спортзал. Юнги готов был провалиться сквозь землю от смущения. Провалиться прямо на голову Сокджина, ведь его кабинет как раз находится под спортзалом И Мин уж не знает к счастью или к сожалению, но он всё-таки не провалился. К своему сожалению, наверно, и к великому счастью Сокджина. — Привет, — бурчит Юнги, всё-таки сдержав себя в руках и не дав Чону подзатыльник. — О, хён, — радостно улыбается парень, быстро поднявшись. Как только брюнет поднялся и расправил плечи, Юнги сразу же почувствовал себя маленьким. Чонгук и правда выше на целую голову. Причём парню это максимально нравится. Он обожает укладывать подбородок на макушку своего хёна и так обниматься. Любит зарываться носом в шелковистые волосы старшего, приятно пахнущие шампунем. Любит брать Юнги на руки и поднимать над землёй, чтобы старший отчаянно дрыгал ногами, стараясь дотянуться до ровной поверхности, но смирившись с неизбежностью, дарил Гуку мягкие поцелуйчики-бабочки в щёки, нос и подбородок. Чонгук выше и сильнее, а ещё он прекрасно всё это знает и пользуется этим. Вот и сейчас. Чонгук сразу же потянулся за поцелуйчиком от любимого хёна, по которому скучал целый день, но Юнги остановил его рукой. — Не здесь, Чонгук. Мне Сокджин голову оторвёт если увидит. — Ох, Юнги, ты до сих пор об этом беспокоишься? Я уже практически выпустился, а ты продолжаешь переживать о том, что ты мой учитель? Забудь. Я хочу тебя поцеловать прямо сейчас и прямо здесь. Я это сделаю. — Что? Нет, Чонгук, подожди до дома. — Я ждал целый день. Мне надоело, — отрезает Чонгук и решительно прижимает Юнги к себе. Старший даже не успевает никак возразить или возмутиться, как Чон чуть склоняет голову и припадает к его губам. Всё, что Юнги хотел сказать до этого, сразу же вылетело из головы. Всё, о чём мог сейчас думать Юн — мягкие губы младшего и та удивительная уверенность, с которой Чонгук сминал его собственные губы, не обращая внимания ни на что больше. Иногда у Мина даже закрадываются сомнения в том, что из них двоих именно он старше Чонгука, а не наоборот. Иногда этот парень поражает. Да что там иногда. Чонгук всегда поражает. Помимо того, что Чон всегда поражает, он ещё и всегда жаден, если дело касается его хёна. Чонгук всегда жадно терзает губы Юнги, играется с ним и проталкивает свой шустрый язычок в рот старшего. Не менее жаден младший и в касаниях. Юнги определённо не верится, что это школьник, когда Гук властно сжимает в пальцах его бёдра и не хочет выпускать из рук, даже если Мин напоминает ему о том, что вообще-то опаздывает на работу, а младшему нужно и самому топать на занятия. После того, как парни стали жить вместе, у Юнги появилось ощущение, будто его домогаются 24/7. Хотя так и было в общем-то. Мин прекрасно понимает, что у Чонгука просто такой возраст и энергия с гормонами просто бурлят в нём. Также Юнги прекрасно понимает и тот факт, что сам увеличивает температуру кипения всего этого адского коктейля в младшем, ведь тот словно помешан на нём. Единственный способ успокоить этого огромного кролика — дать ему то, в чём он так нуждается. — Мы идём домой, хён, — наконец-то отстраняется Чонгук, чувствуя, что в лёгких уже не хватает воздуха. Юнги и не спорит. Позволяет младшему взять себя за руку и следует за ним. Мог ли Мин догадаться, что как только они войдут в квартиру и закроют за собой дверь, Чонгук прижмёт его к ближайшей стене? Мог. Догадывался? Определённо. Но позволил всему этому произойти. В отличии от обычного, не стал останавливать младшего, молчаливо разрешил тому более детально исследовать ладонями своё тело. Юнги видел, как у Чонгука крышу сносит от податливости хёна, от такой вседозволенности. Юнги прекрасно знал чем всё это закончится, но почему-то чувствовал себя спокойно. Реальность и мысли об этом кардинально отличались. Только мысль о том, чтобы позволить Чонгуку взять себя, наводила на мужчину какую-то панику (гейскую панику), но прямо сейчас, когда младший непозволительно близко, дышит от возбуждения тяжело и часто, гуляет руками по всему телу и прижимает своим собственным к стене, почему-то спокойно, почему-то хочется, чтобы он не останавливался. Юнги своей логики не понимает, но ему это сейчас и не нужно. Ему прямо сейчас нужен Чонгук, его большие тёплые ладони, мягкие чуть влажные губы и блестящие под чёлкой глаза. — Хён, могу я зайти дальше? — голос хриплый от возбуждения, а руки жадно сжимают ягодицы старшего, пока ещё обтянутые тканью чёрных джинс. — Можешь, — коротко кивает Юнги, которому в эту самую секунду нестерпимо жарко и настолько некомфортно в своих вещах, что хочется как можно скорее от них избавиться. Чонгука не нужно просить дважды. Он легко подхватывает Юнги на руки, заставляя того скрестить ноги у младшего на талии, и несёт в комнату, жадно целуя и даже покусывая светлую кожу на тонкой шее хёна. Мин лишь томно выдыхает и откидывает голову, позволяя Чону творить всё, что захочет. А хочет Чонгук многого. В первую очередь избавиться от мешающей одежды, которая мало того, что никому тут нафиг не нужна, так ещё и скрывает тело хёна от его взгляда. Гук хочет видеть всё. У него уже нет никакого терпения, чтобы ждать пока Мин разденется. Чон просто срывает эту чёртову белоснежную рубашку, обнажая едва ли не такую же чистую и светлую кожу. Старшему недолго осталось ходить так, ведь Чонгук не намерен оставлять ни миллиметра. Он всего своего хёна покроет яркими засосами с ног до головы. И пусть все знают, что этот мужчина занят. От нетерпения Чонгук тихо рычит, валит старшего на мягкую постель и прижимает своим весом к матрасу. Юнги под ним не дёргается, не злится и не пытается выбраться. Старший наоборот обнимает за шею, ближе к себе притягивает и целует сладко, тягуче. Последние цепи, которыми младший своего внутреннего зверя удерживал, рвутся. Чонгук медленно, но верно связь с реальностью теряет, а когда слышит первый стон хёна, прогнувшегося под ним от резкого толчка, совсем с ума сходит. В комнате будто воздух накаляется, но это и близко не сравнится с тем, какой его хён горячий и узкий внутри. У Чонгука даже никаких мыслей в голове кроме «Глубже, громче, сильнее». Грудные хриплые стоны старшего, чутко отзывающегося на каждый толчок Чона, лучшая мелодия, какую только младший когда-либо слышал. Ему больше ничего не нужно. Его хён прямо сейчас громко стонет под ним и прогибается, сам тянется и о большем просит, а Чонгук не может ему отказать. Вся комната громкими шлепками тел наполняется, томными вздохами и стонами. Юнги о своём решении поддаться ни капли не жалеет, он Чона ближе к себе прижимает, каждой клеточкой своего тела его ощущает и будто на седьмом небе себя чувствует. Чонгук вообще ничего вокруг не замечает, лишь стройные длинные ноги на своей талии, влажную нежную кожу бёдер под пальцами, пушистые длинные ресницы, приоткрытые припухшие губы и влажную чёлку Юна. Это его хён. Его и ничей больше. А ещё он гораздо прекраснее и слаще, чем Чонгук мог себе представить. Нет ничего, что могло бы со старшим сравниться. Ничего лучше Чон не пробовал. Юнги самое лучшее лакомство и, кажется, зависимость младшего от него в разы усилилась. Юнги же разрядку чувствует, громче обычного стонет, сжимая младшего и пачкая свой впалый животик белёсыми каплями. Чонгука от этого снова мурашками прошивает. Младший делает ещё пару толчков в горячее податливое тело и следом за хёном излившись на его животик, устало падает рядом. Оба ничего не говорят. Оба тишиной, близостью друг друга и остатками прошедшей эйфории наслаждаются. Чонгук хёна поближе к себе прижимает, целует его щёчки, носик, подбородок, лобик. А Юнги совсем по-кошачьи мурчит, довольно жмурится и обнимает младшего за шею. — Хён, знаешь в чём я лишний раз убедился? — негромко спрашивает Чонгук, запуская руку в спутанные волосы хёна и поглаживая их, пропуская между пальцев. — В чём? — немного хрипло тянет Юнги, который чуть голос не сорвал несколько минут назад. — Что ты теперь никуда от меня денешься. Ты мой, — уверенно заявляет Гук, но звучит настолько по-детски, что старший не может сдержать смеха. — Что тут смешного, хён? Я совершенно серьёзно. — Забавно то, что ты решил, что я захочу куда-то уйти, — улыбается Мин и мягко целует своего парня в уголок губ. Чонгук сразу же счастливо улыбается и успокаивается. Он ворует себе с припухших губ хёна ещё один ленивый поцелуйчик и укрывает обоих одеялом. Юнги не просто какая-то влюблённость и влечение, не юношеский максимализм. Юнги целая вселенная Чонгука, заключённая в одном человеке. А Юнги прекрасно знает, что днём не светят звёзды, ведь все они в глазах его Гука.