Неучтённый фактор

      Игорь не возражал.       Более того, он был всеми руками «за».       А потому, сразу после экстренного мини-педсовета, Гретта отправилась на воспитательную беседу. Причем вместе с Азазелем, который, найдя наконец хозяйку, категорически отказывался ее покидать, угрожающе щелкая хищно-изогнутым клювом на всех в радиусе трех футов.       — Вы хотели со мной поговорить?       — Проходи, девочка моя, — привычно мягко произнес Дамблдор, без восторга покосившись на причину утренних беспокойств, сидящую на ее плече.       — Оу, полегче, профессор, мы с вами не настолько близки.       — Прости? — искренне не понял Дамблдор.       — Нет, я, конечно, толерантно отношусь к чужим пристрастиям, особенно если они не нарушают закон, но давайте со своими «девочками» и «мальчиками» вы ограничитесь Хогвартсом, о`кей?       Дамблдор поначалу тормознул (привычки - такие привычки...), но потом до него дошло.       — Мерлин, что за странные намеки?!       — Да какие уж тут намеки, — Гретта округлила глаза. — С вашим-то прошлым…       — Что тебе известно о моем прошлом? — тут же насторожился Дамблдор.       — О, совершенно ничего… приличного.       — Не понимаю, о чем ты…       — Искренне вам завидую.       Повисла пауза. Дамблдор спешно пытался сообразить, что именно (а главное — откуда?!) может знать несносная девчонка о его прошлом, и чем это может ему грозить. Гретта с совершенно невозмутимым видом гладила чешуйчатую спину своей зверушки, устроившейся у нее на коленях. Азазель тихо балдел.       Наконец, обдумав ситуацию со всех сторон, но так ничего путного и не надумав, Дамблдор решил сменить тему.       — Гретта, профессор МакГонагалл настаивает на том, что твоему питомцу не место в школе…       — Странная женщина, правда? — отозвалась та. — Сначала чуть не угробила Азазеля, потом попыталась свалить весь устроенный ею бардак на меня, а теперь еще требует вышвырнуть на улицу ни в чем не повинное создание. Налицо серьезные проблемы с нервной системой, нежелание брать на себя ответственность и немотивированная агрессия. Как вы только ее на работу взяли? Из жалости, да?       Дамблдор слегка растерялся.       — Э-э, мне кажется, ты преувеличиваешь. Минерва — высококлассный преподаватель и отличный декан…       — О, простите, — смутилась Гретта. — Я, наверное, слишком молода и неопытна, чтобы оценить профессионализм декана, на чьем факультете каждый год происходит по десятку ЧП…       — Достаточно! — начал закипать Дамблдор. — Ты не можешь судить о том, чему не была свидетелем, а твоя ирония в отношении старших — совершенно неуместна!       — Хотите поговорить о неуместном поведении, профессор? — вкрадчиво спросила Гретта, успокаивая встрепенувшегося было Азазеля. Ему явно не нравилось, что на его хозяйку повышают голос. — Тогда как насчет вашего? Знаете, довольно забавно слушать о приличиях от человека, который однажды…       — К чему ворошить прошлое? — поспешно перебил ее Дамблдор, заметив, что директора на портретах явно заинтересовались их беседой, и натянуто улыбнулся. — Увы, все люди несовершенны, и я в том числе, чего греха таить…       — Да уж, ваши грехи, профессор, утаить довольно трудно.       Да что ты будешь делать!       — Ну, хватит! — с заметным раздражением, попутно накладывая заглушающее на портреты. — Если вы, юная леди, полагаете, что я куплюсь на ваш наглый блеф…       — Лето девяносто девятого, — Гретта наклонила голову набок. — Годрикова Лощина, дерево со сдвоенным стволом на берегу озера, жаркое полуденное солнце…       Дамблдор невольно схватился за ворот мантии, уставившись на нее круглыми глазами.       — Откуда ты…       — На вас была белая рубашка, с которой так плохо выводились пятна от травы…       — Но как…       — Вы же любите загадки, профессор? — Гретта усмехнулась. — Догадайтесь. А я, пожалуй, не буду вам мешать. У меня, знаете ли, столько дел, Азазеля вот покормить надо, да и к Турниру не мешало бы подготовиться, ну, я пойду?       — А…       — Вот и договорились, — Гретта ослепительно улыбнулась и, подхватив свою птичку, слиняла в неизвестном направлении.       Оставив Дамблдора хватать ртом воздух в полуобморочном состоянии.       Что ни говори, а подобные эмоциональные встряски в его возрасте — это вам не шутки.

***

      — Я все придумал, мой Лорд! — радостно сообщил Крауч, бухнувшись на колени перед Господином.       «Чертов ковер, вечно я об него спотыкаюсь!»       — Да ну? — не поверил Волдеморт.       Не то чтобы он сомневался в мыслительных способностях Барти, но вот в их наличии…       — Да! Прямо перед первым туром я вызову Поттера на разговор и незаметно подсуну порт-ключ! И у вас будет около трех часов прежде, чем мальчишки кто-нибудь хватится!       — Хм, затея, конечно, дурацкая, но может сработать… Когда первый тур?       — Через неделю, мой Лорд!       — Отлично! Хвост! У нас все готово?       — Да, Повелитель!       — Что ж, тогда ждать осталось совсем недолго…

***

      Хогвартс гудел, как гигантский улей.       Первый шок от того, что в школу прибыла наследница «Вселенского Зла» прошел, и все наконец вспомнили, чего ради она, собственно, прибыла.       И теперь всем жутко хотелось знать, что же все-таки приготовили для чемпионов в первом туре.       И хаффлпаффцам во главе с Седриком, ибо в кои-то веки Избранным оказался не «львенок» и не «змейка», а скромный, неприметный «барсучок».       И Поттеру, ибо интересно же, во что он таки ухитрился не вляпаться.       И даже слизеринцам, ибо они уже две недели делали ставки, гадая, окажется ли предположение Гретты правдой или нет.       И только самой Гретте Турнир вместе со всеми его заданиями был до лампочки, ибо она была занята изучением одной весьма потрепанной, но крайне занимательной тетрадки и в данный момент все остальное ей было неинтересно.       Но кто ж ее спрашивал?

***

      — Драконы, — без предисловий объявил Каркаров, назначивший ей встречу на опушке Запретного леса. — В первом туре вы должны будете забрать подсказку у дракона.       — М-м… и ради этого вы вытащили меня сюда среди ночи? — Гретта зевнула. — Могли бы и до утра подождать.       — Ты вообще слышала, что я тебе только что сказал?       — Да вроде на слух не жалуюсь…       — То есть, перспектива встречи с гигантской, бронированной, огнедышащей ящерицей тебя не смущает?       — Меня — нет, а вот Малфой расстроится. Он поставил десять галлеонов, что с догадкой я пролечу.       Каркаров подозрительно прищурился.       — И что ты собираешься делать?       — А вам все возьми и расскажи.       — Гретта!       — Что? — она наивно похлопала ресницами. — Боитесь, что я уроню честь и достоинство любимой школы? Правильно боитесь — уроню, в грязи вываляю и еще джигу спляшу на костях вашего самолюбия. И не надо на меня глазами сверкать, мое чемпионство — ваш косяк.       — Мерлин, ты невыносима!       — Спасибо, я знаю, — Гретта ехидно улыбнулась. — А еще я читать люблю, замечали когда-нибудь?       — При чем здесь?..       — При том, директор, что самые трудные задачи порой имеют самые простые решения.