Улыбнись, а то кислый ты дурак.

5:13

Неожиданный звонок. Алишер, дотянувшись до тумбочки, взял свой звенящий на весь дом телефон. Парень даже не обратил на то, кто звонит, ведь уже с шансом 99,999% знал, кто это ему нужен в такую рань и почему. Проведя пальцем по экрану чтобы взять трубку, Моргенштерн повис сонно над тумбочкой и стал слушать уже давно знакомый бред от давно знакомого алкаша Данилы.  — альооо, Тагирович, как утро у тебя?)) В отличие от Алишера, Кашин был «на позитиве». Он явно веселился всю ночь и, судя по тишине на заднем плане голоса Дани, то он был дома и один бухал, что уже больше успокоило башкира. " ну хоть ни с кем не будет драться уже там. " подумал Тагирович и облегчённо вздохнул.  — Данил, уже не очень. А у тебя, видно, веселое… Рыжик хотел спать, что заметно по его сонному голосу, но ведь Данил это тот, за которого он волнуется больше, чем за свой сон.  — бляя, мне так скучно, приедешь, Аля? «Аля…именно такое прозвище он мне дал 17 лет назад.» Алишер бы послал своего товарища на огромный болт и пошёл обратно спать, но ведь что поделаешь: мало ли какую дурь вычудит.  — у меня нет выхода.с тех пор, как мы познакомились.  — жду))) Данила сбросил. Алишер откинул телефон на другой край кровати и опять повалился в мягкую постель, окунаясь в неё полностью, будто в нежные морские пенные волны, расслабив всё своё тело, отдаваясь своей мягкой белой кроватке. Но он понимал, что вот сейчас пролежать он всё утро не сможет и он должен в ссаную рань ехать к его пьяному дружку. Грустно выдав недовольное «ммм» Тагирович встал со своей приятной кровати и пошёл в ванную, чтобы умыться и уже больше соображать. Всё-же, сейчас он был очень сонным. Медленно проходя ватными ногами по коридорам своего дома, рыженький парень стал нащупывать выключатель для света, чтобы уже было проще ориентироваться. Всё-таки, через 15 секунд он нашёл тот самый выключатель и включил свет, остановившись на месте. Зажмурившись от резкого осветления в помещении башкир стал тереть свои глаза. Моргенштерн открыл глазки и, уже привыкая к яркому свету в доме, он стал вновь направляться в ванную комнату. «бухает он, а страдаем я и его печень…» Алишерка и сам бывало пил, но не в таких количествах и только в особые дни: ему было жалковато своё здоровье, чего не заметно по Кашину. Тагирович всегда говорил, что он думает, что молодость надо не прожигать, а тратить с пользой для своей будущей более взрослой жизни. Не заметив, Алишерка уже чуть не потерялся в мыслях и не прошёл ванную комнату. Открыв дверь, он включил и там свет. Подойдя к раковине, Алишер включил холодную воду и резко обмочил ею всё своё лицо, попав на пижамную футболку, после чего потянулся назад рукой, чтобы схватить полотенце. Он вытер своё мокрое лицо и откинул это полотенце на пол, забыв о нём. Он был неаккуратным, особенно спросонья. Посмотрев в зеркало, он уже стал больше соображать и мыслить более трезво. Оглянувшись по сторонам, он направился в свою комнату обратно, чтобы одеться. Ему сейчас было не до завтрака, в такую рань он не любит есть, так что сразу решил побыстрее собраться и наконец приехать к Даниле.

спустя 40 минут

Тагирович уже был одетый. Одежду он взял не какую-то сверхмодную, а ту, которая бы ему сейчас была более комфортной и по погоде: не на общее обозрение показываться будет, а лишь навестить пьяного Данилу едет. На улице апрель, а утречко-то было прохладное. Всё-же, пусть до лета и «рукой подать», погода явно в это не верила. Так что взяв свой телефон, немного денег (ну, а вдруг экстренная ситуация), ключи от квартиры Алишер направился на выход. Уже стоя за порогом своего родного дома он закрыл замок на 3 оборота, спрятал ключи в карман и стал идти пешком к другу Кашину: он жил не далеко, примерно полтора-два километра от него. Почему бы и не пройтись пешком, ранним утром, пока только светлеет? Конечно, без повода башкир бы не сделал такого, но ведь если выпал такой шанс, если уже такие обстоятельства? Ради безопасности ему дорогого друга он пройдёт и больше, тем более это даже полезно.

6:13

Стоя у порога двери Каши, Моргенштерн постучал в дверь. На удивление, внутри квартиры было тихо…хм. Но Алишер знал, что Даня бы не забыл про него, если уже позвал, даже под алкоголем. Поэтому, нажав на ручку двери, он стал медленно её опускать. Дверь щёлкнула… и открылась. Кашин, наверное, не сообразил, что в его дом могут пробраться посторонние люди и открытой дверь оставил для своего гостя. Но, не долго думая, Тагирович тихо зашёл в дом Данилы и закрыл дверь на замок снаружи. Посмотрев по сторонам в прихожей, всё было целым и на месте. «ха, я вижу его дом, скорее всего, не реже своего.» От части, Алишер гордился крепкой дружбой с Даней, они многое проходили вместе с самого детства. Ох, это детство, когда его друг ещё не пил…ничего, всё ещё решимо, да и надо Господа благодарить, что их дружественные отношения так долго остаются тёплыми и крепкими, на их недостатки. Разувшись и пройдя дальше по коридору дома Кашина, он зашёл в зал. Никого. Ладно…потом парень пошёл на кухню, тоже никого. Его это стало пугать: в доме тишина, бутылок нет, никого нет. Взволнованный Алишер быстрым, но тихим шагом поспешил в спальню. Дверь в неё была прикрыта, но открыв её, он увидел следующую картину: Даня, укутавшись в белое мягкое одеялко как можно больше, спал спокойным себе сном. С одной стороны это досадно: его пьяный друг отдыхает утром, а он должен был переться в ебаное раннее утро, чтобы удостовериться, всё ли хорошо у Даньки. Но, лишь вздохнув и сев на край кровати Кашина, Алишер стал сидеть и смотреть то в потолок, то на Данилу. Но уже спустя полчаса он закрыл глаза и расслабился, так и заснув, в сидячем положении.