Кровные узы

Алекс не переставала волноваться. Даже когда было вынесено положительное решение, нервничала без конца и спрашивала меня, не отберут ли у нее права опеки, если она сделает что-нибудь не так. Доходило до абсурда, я чувствовал себя идиотом, объясняя ей, что никто не вернет Алексея в детский дом, если он проспит школу или простудится. Я надеялся на помощь от господина Долгова, он ведь ее лучший друг, она во многом полагается на его мнение, он смог бы ее немного успокоить. Но Алекс отказывалась ему сообщать, пока все не будет окончательно решено, чтобы сделать приятный сюрприз и не сглазить. Причем она была железно уверена, что Игорь будет очень рад и сразу примчится посмотреть на юного соотечественника, если можно его так назвать. И от этого нервничал уже я — потому что это ведь Игорь Долгов, пусть он уже и в отставке. И эта жуткая Лена... Алексея должны были привезти после обеда. Представитель опеки собирался ещё раз убедиться, что условия будут предоставлены хорошие, и от этого Алекс опять нервничала. Хорошая аккуратная комната на втором этаже, пока что не слишком отличающаяся от трёх других гостевых спален. Но это временно, появятся всякие мелочи, может быть, игрушки, хотя в этом я не уверен, скорее, инструменты и разобранные протезы. Устроить праздничный ужин хозяйка не захотела, даже торт не разрешила испечь, хотя, по-моему, повод самый подходящий. Но зато мне как раз пришли новые глиняные горшочки, так что я запланировал сделать русское жаркое, овощные рулетики, чтобы немного уменьшить жирность ужина, и яблочное суфле в шоколаде на десерт. И готовка, как всегда, отлично помогала скоротать время и освободить мысли от тревожности. Хорошенько отмыв новые горшочки, я оставил их сохнуть, а сам тем временем почистил все нужные овощи, говяжью вырезку нарезал небольшими кусочками, чтобы точно протушилась и не стала сухой. Для аппетитной корочки я немного обжарил мясо, сразу добавил немного соли и приправ. В оставшемся ароматном масле слегка прижарил крупные куски картофеля, чтобы он не расплылся в кашу, когда приготовится. Уложив мясо на дно всех четырех горшочков, сверху я положил картошку, тонкие полукольца моркови и лука. Весь сок потечёт вниз, к мясу, оно будет тушиться в бульоне и не пригорит. Очистив два помидора от кожицы, я пробил их в блендере с зеленью и парой зубчиков чеснока, смешал получившееся пюре с несколькими ложками сметаны и залил этим соусом все содержимое горшочков. Уже вполне аппетитно. Не уверен, подавать буду прямо в этой посуде или выложу. Посмотрим на внешнее состояние горшочков, если не испачкаются выкипающим соусом, то можно и в них. Плотно закрыв их крышками, я поставил их на противень и убрал в ещё холодную духовку, чтобы от резкого перепада температур тонкая глина не растрескалась. На ближайшие полтора часа можно забыть об основном блюде, отлично. Приготовив формочки и отмыв блендер, я достал яблоки и творог, а один противень, застеленный бумагой, поставил в морозильную камеру. Очистив фрукты от кожуры, я натер их на крупной тёрке, а потом взбил блендером в пюре, добавил белок и творог. Масса получилась воздушная, нежная, в меру сладкая, даже с деликатной кислинкой. Разложив ее по формочкам, я сунул их в микроволновую печь. Большая температура без надобности, лучше сильный резкий нагрев, чтобы не опали. Превосходный десерт, пять минут — и все готово. Вынув очень горячие, лёгкие и симпатичные суфле из форм, я оставил их остужаться при комнатной температуре. Как раз есть время повозиться с рулетами. Нарезав пару кабачков и баклажанов тонкими пластинками, баклажаны я пересыпал солью и отставил пока. Включил гриль, смазал ещё холодную решетку маслом. Пока он разогревался, мелко нарубил зелень, смешал с мягким творожным сыром, для аромата добавил немного сушёного гранулированного чеснока. Обжарив на решетке слайсы кабачка до мягкости, я разложил их по блюду. Промыв и высушив бумажными полотенцами баклажаны, их я тоже аккуратно обжарил, стараясь не порвать нежную мякоть. Столько времени потратил, такая простая на вкус закуска, но ведь чудесная, очень ее люблю. Теперь им нужно остыть, чтобы сыр не растаял, когда буду заворачивать. Так, время. До приезда Алексея, а значит, и до ужина, ещё полчаса. Отлично, все успеваю. Установив на варочной панели две кастрюли с водой, я достал темные и молочные шоколадные таблетки. Пока шоколад растапливался, в верхнюю часть каждой порции суфле осторожно воткнул по длинной шпажке, проверил охладившийся противень в морозильной камере. Опустив суфле в шоколад до дна, я ложкой хорошенько полил его шоколадом сверху и переставил на ледяной противень, чтобы снизу глазурь сразу схватилась и не растеклась по бумаге. Медлить тут нельзя, поэтому старался сделать все максимально быстро, но и аккуратно, без разливания шоколада по всей кухне. Убрав готовые десерты в морозильную камеру, я хотел было проверить, сколько осталось готовиться жаркому, но как раз звякнул таймер. Вынув горшочки, я оставил их потихоньку остужаться, а то такой кипяток подать к столу совершенно невозможно. А ещё я угадал с количеством соуса, ничего не выкипело и не испачкалось, так что можно подавать прямо так. Остались только рулетики, это быстро. Выкладывая на край ломтика по чайной ложке сырной массы, я быстро сворачивал их и фиксировал временно шпажками. Закончив, отправил блюдо в холодильник, нарезал свежий и ароматный ржаной хлеб. Вот и все, ужин готов. Осталось убедиться, что за прошедшие полтора часа Алекс не свела сама себя с ума, что-то ее не слышно. Хозяйка нашлась в мастерской, сидела на стуле, поджав под себя ногу, и под микроскопом что-то мастерила. — Уже пора? — спросила она, не отвлекаясь от дела. Скоро приедут, если ничего не изменилось. Я остановился поодаль, чтобы не нависать и не мешать, но странное нечто было очень интересным. Обычно у нее в руках металл, а эта волокнистая штука больше походила на плоть. — Отлично, мне как раз осталось чуть-чуть, — так же рассеянно пробормотала она, — знаешь, что это, Диего? И мне резко стало не по себе. Почему кажется, что есть непосредственная взаимосвязь именно со мной? Ну, это не протез и не... Господи-боже, спаси и сохрани. Голосовые связки? — Складки, — поправила она, отложила инструменты, отстранилась от окуляра и с явным удовольствием потерла глаза, — армированный силикон и немного искусственных мышц. Сглотнув, я подавил желание потереть горло. Ну все, мне конец. Вроде, это и благо для меня, но страшно до невозможности. Ладно, придется просто смириться и пережить это. Хорошо, что хотя бы не сегодня. И чей у меня будет голос? Вроде бы, она упоминала, что хочет сделать мне баритон. Интересно, на чей он будет похож? И как вообще это регулируется? — Твой, — хозяйка мило мне улыбнулась, встала и потянулась, прогибаясь немного назад, — у тебя довольно низкий голос, если судить по результатам сканирования, так что я решила ничего не менять. От продолжения этого неловкого разговора меня спас звонок в дверь, я поторопился открыть. И было очень приятно, когда Алексей приветствовал меня слегка скупой улыбкой. В этот раз Лёшу сопровождала не мисс Дарлинг, а миссис Ротсбери, тоже весьма милая женщина. Пока они с Алекс осматривали дом и занимались документами, я сервировал стол, после пригласил всех к ужину. Ставя каждую тарелку с горшочком на стол, я с помощью вилки и прихватки снимал крышку. Пахло очень вкусно, что не могло не радовать, да и все это отметили. Быстро вынув из всех рулетиков шпажки, блюдо с ними я тоже отнес на стол, поставил так, чтобы все могли удобно дотянуться. Жаркое мне понравилось, все ингредиенты получились мягкими и сочными, мясо просто таяло во рту. Однозначно, этот рецепт стоит запомнить и использовать в будущем, особенно с учётом лёгкости и скорости приготовления. За десертом и чаем беседа о делах продолжилась. Но, в принципе, Алекс успокоилась, ну или пыталась выглядеть спокойной. Надеюсь, она не выпытывала у миссис Ротсбери все случаи, когда усыновленного ребенка могут забрать. Проводив сотрудника опеки, мы вернулись за стол, потому что, как оказалось, маленькие русские тоже любят сладкое. Положив им ещё по порции суфле, я сел рядом, допивая чай. Сделать, что ли, печенье на скорую руку... Как раз к завтраку или вечернему чаю, можно будет положить Лёше с собой в школу. Кстати, о школе. В школу нужно брать с собой обед? — Да, сказали, там есть буфет, но это же не еда, — отозвалась Алекс, с удовольствием уплетая шоколад, который соскребла с суфле. Хорошо, очень хорошо. Я как раз заказал несколько секционных ланчбоксов, нужно будет сделать что-нибудь питательное и при этом удобное для еды. Что приготовить тебе на обед? Юный господин Сулаев вопроса явно не ожидал и немного смутился. — Не знаю, наверное, все равно, — стеснительно пожав плечами, он не поднял голову от тарелки, — у тебя все очень вкусно получается. Я решил, что пока рано переживать из-за его хмурости и необщительности, ему просто пока что здесь неловко. Освоится, начнет считать это место своим домом, а нас с Алекс — своей семьёй. Смутившись от своих же мыслей, я почесал кончик носа и собрался встать, чтобы все же заняться печеньем. — Лёш, я сделала для Диего новые голосовые складки, не хочешь посмотреть, как буду устанавливать? — беззаботно предложила девушка. Я поперхнулся воздухом и просто уставился на нее, не понимая, что она вообще такое... — Ещё бы! — с энтузиазмом отозвался такой же маленький маньяк, чуть не вскочил. Боже, помоги. Трудно вспомнить, сколько раз я уже помянул высшую сущность, в которую даже не верю, но это же пиздец, тут только он и поможет. — Спускайся в мастерскую через полчаса, ладно? — одарив меня солнечной улыбкой, она ухватила мальчика за руку, и они оба едва ли не вприпрыжку умчались вниз. Тяжко вздохнув, я решил, что бороться бесполезно, только обижу искренне желающую мне помочь хозяйку. Поэтому убрал со стола и решил, что все же сделаю печенье, американское с шоколадом, Алекс его любит, хотя бы для того, чтобы самому успокоиться немного. Это ведь не спина, это горло! Страшно до мурашек. С другой стороны, я точно знаю, что при наличии крови под рукой могу пережить перерезание горла. Ну, конечно, если регенерация с возрастом не снизилась. Немного подогрев в микроволновке сливочное масло, я перетер его с сахаром, добавил яйцо, хорошенько размешал, пытаясь ещё и панические мысли из головы выгнать. Просеяв муку с разрыхлителем, чтобы равномерно смешались, я потихоньку замесил упругое, даже тугое тесто, промял его хорошенько мокрыми руками. Разломав шоколадные таблетки, вмешал кусочки в тесто, сделал четыре десятка шариков. Духовка ещё не успела полностью остыть, так что быстро разогрелась, я поставил в нее два противня с будущим печеньем и даже представить не мог, куда себя деть ещё на двадцать минут. Рассеянно вымыл руки и посуду, чтобы хоть как-то занять голову. Коротко завибрировал коммуникатор. Я сглотнул, когда увидел, что меня зовут вниз. Ладно, переживу и буду говорить, как человек. — Боже, Диего, ты весь белый! — всплеснула руками Алекс, ухватила меня за запястье. — Не бойся так. Или хочешь, отложим операцию? И от этой ее заботы мне стало немного легче. Покачав головой, я кое-как выдавил улыбку и улёгся на стол, как показали. Странно, я думал, придется раздеться до пояса, но нет, она прямо так начала дезинфекцию. Заодно и рассказывала серьезному и тоже немного напуганному Алексею о санитарных мерах перед операцией. Сняв с меня ошейник, девушка накрыла мне лицо и грудь пленкой с прорезью для места операции. Боже ты мой... — Первое, — негромко сказала она, сразу превращаясь в очень сосредоточенную даму, — если кому-то станет плохо, очень страшно или что-нибудь в этом роде, сразу скажите мне. Второе, — я с трудом подавил желание поежиться, когда шеи коснулась очень мокрая и холодная салфетка, — я буду говорить, когда можно сглотнуть, Диего, если будет очень нужно, напиши мне. Я осторожно кивнул. Вроде бы, не первый раз, позади три операции по исправлению сколиоза, но все равно невыносимо, даже жутко. Ладно, нужно просто потерпеть. Я видел, что она установила надо мной микроскоп, и решил, что безопаснее для душевного здоровья будет закрыть глаза. Мне хватит и того, что я чувствую, с лихвой. А ещё я старался не слушать тихие объяснения для будущего кибернетика. Как он вообще это все... От первого прикосновения скальпеля я, как всегда, дернулся, но Алекс уже знает об этом эффекте, так что была готова. Я надеюсь на это, по крайней мере, да. Ладно, стоит подумать о любимом. Например, что приготовить на завтрак. Пожалуй, шакшуку, чтобы было полезно и питательно. Печенье будет к чаю, этого, думаю, достаточно, всё-таки, не стоит сразу ударяться в подвиги, что-то мне подсказывает, что завтра я буду передвигаться ползком и по стеночке. А Лёше в школу сделаю омлет с цветной капустой, немного свежих овощей положу и парочку рулетиков, ему они сегодня явно понравились. Будет сытно и вкусно. А ещё потом надо будет сделать для него батончики из мюсли с орехами и сухофруктами, потому что должен же быть какой-нибудь перекус. И ещё налью ему с собой сок в многоразовую бутылку, вместе с ланчбоксами пришла, небольшая, в форме параллелепипеда, так что удобно поместится в рюкзаке. Планшет для него Алекс уже приготовила, а больше ничего и не нужно. Надеюсь, ему понравится в школе, программа должна быть похожая и на английском. Будет хорошо, если он с кем-нибудь подружится. — Все нормально, Диего? — я не ожидал вопроса, но кивнуть не решился, только показал большой палец. — Ты уже десять минут не глотаешь, я начинаю переживать. Послушно сглотнув, я только порадовался, что удачно отвлекся. А поставил ли я таймер на отключение на духовке? Там как раз должно оставаться ещё минут пять. Нет, кажется, не ставил. Или ставил? Или ставил, когда жаркое готовил? Никак не могу вспомнить! Переделать недолго, если сгорит, но жалко, да и кухня пропахнет, не люблю такое. Ладно, неважно, не стоит сейчас ещё из-за такой мелочи нервничать. Но все же, поставил или нет? — Вот и все, — не вслушиваясь в кибернетические и хирургические комментарии, заветные слова я уловил отлично, — осталось зашить. Все хорошо, Диего? Я снова показал большой палец. Мне нравится, что во время операций она чаще обращается ко мне по имени, это немного успокаивает. Может быть, это из-за уз, но я каждый раз чувствую себя щеночком, которого почесали за ухом. — Тебе же не больно? — слегка дрожащим голосом спросил Леша, но, кажется, это не страх, а восторг. Вампиры не чувствуют боль и не теряют сознание. Зато вампиры прекрасно чувствуют, как им зашивают кожу на горле, мерзкое достаточно чувство. И все же, как там печенье? Кажется, горелым тестом не пахнет. Попросить, что ли, мальчика сходить проверить? — Ну что, Диего, скажи что-нибудь, — попросила Алекс, убирая пленку. — К-х-х... — получилось откровенно плохо, но я осторожно сглотнул и попробовал ещё раз. — Cookies... Не успел продолжить, что их надо проверить — девушка захохотала так, что согнулась пополам. Как ни странно, я чувствовал себя лучше, чем после операций на спине. Маленькими глотками потягивал кровь, пока довольные исходом операции маньяки уплетали теплое печенье с молоком. Таймер, как оказалось, я поставил, видимо, уже автоматически. Но спустя некоторое время меня неудержимо потянуло спать, я едва смог добраться до спальни и постели. Проснулся я, как всегда, в семь. И хорошо, будет время на завтрак и на школьный обед. Самочувствие, по первым ощущениям, было отличным, но крови стоит бы напиться. И есть мягкую еду, да. Алекс вздохнула, зевнула, потянулась у меня в объятиях. Совершенно не отложилось в памяти, когда она пришла. Я решил, что нужно привыкать к вновь обретенному дару речи. — Доброе утро, — негромко сказал я. Девушка взвизгнула и подскочила, с неподдельным испугом на меня уставилась. Я только брови приподнял, не понимая, что сделал не так. — Господи, Диего! — простонала она, прикладывая ладонь ко лбу, перевела дух. — Определенно, мне понадобится время, — смеясь, Алекс снова легла, обнимая меня и с чувством целуя, — как ты? Кажется, хорошо. Она недовольно прищурилась, и я пожал плечами. — Видимо, мне тоже понадобится время. Спустившись на первый этаж, я первым делом маленькими глотками, через трубочку выпил стакан крови. Ноги не дрожали, руки тоже, так что я все же решил готовить. И начал с обеда, чтобы он остыл хорошо и не создал конденсат в контейнере, это будет неаппетитно. Пока варились в подсоленной воде веточки цветной капусты, я натер сыр, взбил два яйца, добавил немного приправ, смешал с сыром. Разогрел на небольшой сковороде совсем чуть-чуть масла, выложил равномерно капусту и залил яйцами, накрыл крышкой. Ополоснул ланчбокс с тремя автономными секциями, насухо вытер его. В одну маленькую секцию положил три печенья, в другую — два вчерашних рулетика и два томата черри. Пока готовился омлет, занялся и завтраком. Очистив от кожицы помидоры, сладкие перцы и мелко порезав луковицу, я положил в глубокую сковороду по кубику сливочного и оливкового масла с приправами. Нарезав овощи, выложил их тушиться в собственном соку и пока что накрыл крышкой. Омлет для обеда приготовился, я аккуратно свернул его треугольником и выложил пока что на тарелку — остывать. А сам я, пожалуй, немного передохну. Плохо мне не стало, просто как-то... Небольшая слабость, да. В половину девятого послышался голос Алексея. Ладно, надо встать и закончить с завтраком, как раз овощи должны протушиться до мягкости. Сделав в овощной смеси углубления, я вылил в каждое по два яйца. Одно яйцо будет не слишком питательным завтраком, а на шесть ямок места бы не хватило. Выключив панель, я снова накрыл сковороду крышкой. Она будет медленно остывать, как раз белки затвердеют, а желтки останутся жидкими, как любит Алекс. Уложив уже прохладный омлет в последнее, большое отделение ланчбокса, я защелкнул все три крышки, упаковал его, на всякий случай, в полиэтиленовый пакет. Ополоснув бутылку, я сделал апельсиновый сок — и к завтраку, и с собой. Отлично, все готово. — Тебе помочь? — поинтересовалась Алекс, заглянув на кухню. Я покачал головой и снял крышку со сковороды с шакшукой, достал тарелки. — Да уж, тебе теперь придется учиться разговаривать. Усмехнувшись, я пожал плечами. Двадцать лет молчания не могли пройти бесследно, удивительно, что я вообще помню, как издавать звуки. Мы спокойно позавтракали, и оба русских начали собираться в школу. Девушка решила в первый день проводить его и встретить, на всякий случай, хотя ездить он будет на беспилотном такси. Да и ехать прилично, целых двадцать минут, выезжать нужно немного заранее. Я помог Леше собрать его маленький рюкзак и пожелал удачи. Уверен, у него все получится, он сообразительный и рассудительный ребенок. Проводив их до дверей, я нерешительно потоптался на месте. И чем заняться? Готовить обед ещё рано, я бы, может, сыграл что-нибудь, только не для кого. Так что я решил чуть-чуть полежать, чтобы быстрее восстанавливаться. Как раз на диване в гостиной и улёгся, не стал далеко ходить. Из дрёмы меня вырвал хлопок двери. Странно, почему я заснул утром? Вроде бы, не настолько плохо себя чувствую. Но глаза открывать не хотелось, я просто понадеялся, что Алекс придет и ляжет рядом. — Такой милый во сне, — вздохнула надо мной девушка. Ладно, будем считать, что время пришло. Когда-нибудь же я должен ей сказать, что понимаю почти все, что она говорит. — Ты тоже, — получилось немного хрипло, но внятно. И я совсем не ожидал полноценного, сильного пинка в бок, охнул и ухватился за пострадавшее место. — И давно ты говоришь по-русски? — с искренним возмущением притопнула кибернетик, скрестив руки на груди. — Начал учить, когда ты меня купила, — покорно сознался я, открываясь для последующих заслуженных избиений. Нужно было, конечно, раньше сказать, но все не подворачивался подходящий момент. — Нет, я не могу злиться на тебя с этим охуенным голосом, — страдальчески вздохнула Алекс и все же легла рядом, позволила себя обнять. Я решил, что можно радоваться, обижаться она не будет, — у тебя была мечта что-нибудь сказать вслух? Да как я мог. Я и не думал никогда, что снова смогу говорить, смирился и привык, мне это не слишком мешало. — Нет, но... — нельзя. Не надо. Не стоит. Не могу удержаться. — Я люблю тебя. Придурок. Но зато счастливый. — Господи, твоим акцентом убивать можно! — заливисто рассмеялась девушка, приподнимаясь на локте, — и я тебя люблю, Диего, — целуя ее, я прикрыл глаза. Да, пожалуй, лучшего ответа и не придумаешь, — а приготовишь вареники на обед? — Я приготовлю все, что захочешь, — пробормотал я, целуя ее в уголок губ. И мурашки, которые побежали у неё по плечам, подсказали, что я попал в ещё один ее фетиш. Что ж, гармония в любом проявлении хороша.