Сказка Новейших времен

Для животных характерно метить свои участки, это называется территориальное поведение. Человек процедуру обсыкания углов усложнил до целого гражданского института. В отделе шли жаркие споры на тему личности будущего заместителя. Необходимо было поставить решительную точку в бесконечных спорах и сплетнях. Тем более, что главным претендентом был именно я... я... я... Я — веселый песик, только успевший задрать лапку перед деревом. Начальник отдела Михаил Дубломов, тучный мужик среднего возраста, громко гоняя воздух в ноздрях, внимательно выслушал все положительные доводы относительно моей кандидатуры на вакантное место. Дубломов говорит: — Мне не нужен заместитель, особенно такой, как ты. Я — удивленный песик, которому, это самое дерево заехало веткой прямо под забавный, закрученный в бублик, лохматый хвостик. Он говорит: — Понимаешь, ты — ни о чем. Как говорится, ни рыба, ни мясо. Работаешь средне, и за семь лет, проведенных здесь, даже подлизывать нормально не научился. Самый простой способ отучить песика метить территорию — это отрезать ему яйца. Кастрация. Самый простой способ отучить человека метить территорию — это отрезать его амбиции. Даже если они мелкие и сморщенные. Снова кастрация. Ох уж этот хороший парень для всех. В тот день я возвращался домой в крайне подавленном настроении. Когда я говорю подавленном, то имею в виду не подавленное настроение отступающих солдат. Я имею в виду подавленное настроение брошенного девушкой юнца. Зеленые, как плотный малахит, глаза, оскорбительно надменные. Я встал как вкопанный. Перед самой дверью в подъезд сидел огромнейший, черный как смоль кот. На его морде — еле заметная презрительная ухмылка. Наверное, мне было бы лучше пройти мимо, сделать вид, что ничего нет. Справа от меня валялась скомканная жестяная банка. Кот перевел взгляд на мятую жестянку, потом обратно на меня. Ухмылка на морде стала заметней. Кривая дуга летящей банки. Широкая лапа выбивает жестяной комок в сторону. Кот неспешно отходит, не сводя с меня взгляда. Я в два прыжка оказался в подъезде и с грохотом закрыл тяжело дверь. По позвоночнику пробежал холодный разряд. Из-за двери я услышал еле слышный, слегка тягучий голос: — Какой важный человек торопится, был бы хвост — точно бы дверью прищемил. Я с силой толкнул дверь, но никого за ней не было.