The Choice

Юнги засовывает в рюкзак ещё одну чистую майку, еле-еле застёгивая замок, и плетётся к невиданной ранее машине. Знакомый по соседству согласился подвезти его до нужного штата за десять баксов и компанию для болтовни, на что Юнги сразу же согласился, потому что не каждый день попадается такая дешёвая роскошь, а сэкономленные деньги могут пойти на что-то более полезное. Хотя, подъезжая к нужному месту и слушая с полузакрытыми глазами очередной рассказ из жизни соседа, Юнги думает, что лучше бы он дошёл до Афо пешком, чем ещё хоть раз проехал восемь часов, поддакивая околесице водителя. — Супер, спасибо тебе, — натянуто улыбается Мин и собирается уже отойти от машины на несколько световых лет подальше, но его спутник всё бубнит и бубнит себе под нос очередную историю. — Ох, прости, пожалуйста, мне звонят, — Юнги хмыкает и отвечает на несуществующий звонок, держа телефон кнопкой вверх, но сосед не замечает этой ошибки и лишь вздыхает от «тяжёлого прощания», жестом говоря «пока» охотнику. — Блять, неужели, — ворчит Юнги себе под нос, когда зелёная машина знакомого скрывается за углом. Ближайшие часы ему уже никто не навяжет бессмысленные натянутые разговоры непонятно о чём. Тело болит от сидячего положения, и Мин направляется к первому увиденному кафе на углу дома, закуривая по дороге сигарету. Он с удовольствием делает затяжку и заглядывается на красивый закат, напоминающий ему о том, что дело, за которым он гнался так долго и упорно, скоро закончится. Наверное.

***

— Два чизбургера и тёмное нефильтрованное, — уставшим голосом диктует заказ Юнги, не заглядывая в меню. Официантка неловко кивает и уходит, даже не повторив записанное вслух. Посетителей не очень много, так как кафе находится почти на самой окраине. Вообще, сосед должен был довезти его до отеля, находящегося в паре километров от дома Афо, но Юнги так сильно устал от поездки, что решил изменить план действий и выпрыгнул при первой возможности. Мелкий: «Ты уже доехал?» Вместо ответа на сообщение Чонгука Юнги звонит ему, с удовольствием откусывая только что принесённый заказ. Он успевает проглотить кусок, сделать несколько глотков пива и уже думает сбросить вызов, как внезапно Чон отвечает: — Прости, телефон заряжался в зале, а я всё ещё в твоей комнате ищу то, что ты просил, но всё пусто, — голос Чонгука такой же уставший, и Юнги делает очередной глоток. — Ладно, забей, ложись спать, потом разберёмся. Завтра утром я пойду на дело, но поищи ещё немного до моего отхода, идёт? — Хорошо, я встану пораньше, — слышно, как вздыхает Чонгук, но работа есть работа, а поручения Юнги — как раз по его части. Хотя его и огорчает, что всё потраченное им время уходит впустую без единой зацепки. Охотник молча скидывает звонок и доедает чизбургер, пододвигая к себе вторую тарелку. Хочется поскорее уже разделаться с ноющим желудком, завалиться в первый попавшийся мотель и крепко заснуть. — «…часа назад в центральном районе города было найдено изувеченное тело девушки. Студентка Нина Рубио в седьмом часу возвращалась домой после учебы, когда подверглась нападению неизвестного и была зверски убита. Знакомые девушки говорят, что несколько часов назад Нина выглядела совершенно здоровой, но медэкспертиза утверждает, что странным образом из тела высосана каждая жировая клетка. Некоторые считают, что это — нападение ранее неизвестного животного или насекомого, которое…» Юнги закатывает глаза и внимательно записывает услышанное имя, место убийства и время нападения на салфетке. Он не обращает внимания на официантку, когда та подходит забрать грязные тарелки. Мин набирает один из последних номеров и вновь прижимает телефон к уху, жестом показывая, чтобы ему принесли счет. — Афо, привет, слушай, мне нужно будет разобраться завтра с одним пиштако [1], который завёлся в вашем городе, поэтому я приеду к тебе на пару часов попозже, идёт? — из трубки слышится удовлетворительный ответ, и Юнги сбрасывает, опять не попрощавшись. — Как же ты невовремя… — шепчет Юнги себе под нос, пытаясь вспомнить, какими слабостями обладает пиштако и какие опасности его могут поджидать на завтрашней охоте.

***

Солнце нещадно палит, и Чонгук щурится, постанывая от боли в шее. Парень заснул прямо над раскрытой книгой, опираясь головой на согнутые руки, и теперь всё тело ужасно ломит. На часах раннее утро, и Чон благодарит яркие солнечные лучи за своевременный вид будильника, так как сам полицейский проспал бы всё на свете. Чонгук не спеша умывается, заранее заказывает себе завтрак на дом и варит кофе, вновь садясь за наказанное ему задание. Осталось проверить около семи книг, и, благодаря хорошей погоде, Чон позитивно думает, что успеет пробежаться по ним ещё до обеда. Время идёт, и Чонгук переворачивает очередную страницу, машинально поднимая стакан, но напиток закончился ещё полчаса назад. Словно робот, парень вновь нажимает на кнопку электрического чайника, и когда тот вскипает, наливает себе очередную порцию, чтобы не заснуть. Хосок: «Чонгук, привет, Юнги не с тобой?» Чонгук: «Привет, нет. А должен?» Хосок: «Ни я, ни Чимин не можем до него дозвониться. Они должны поехать на дело, и если этот придурок не объявится в течение часа, Чим поедет один» Чонгук: «На какое дело?» Чонгук: «Он и так сейчас на деле» Чонгук: «Которое ты ему дал ещё вчера утром» Хосок: «Чего? Я ничего ему не давал. Он не отвечает со вчерашнего вечера» Чонгук хмурится и матерится себе под нос. Он набирает Юнги, но тот не отвечает. Уже почти девять, и Чон повторяет звонок. Спустя несколько гудков он всё-таки слышит бодрый голос своего друга. — Да? Ты нашёл? — сразу же спрашивает Юнги, опуская формальности. — Куда ты поехал? — берёт с него пример Чон, не произнося приветствий. — Я же сказал тебе, что Хосок дал мне де… — Врёшь, они с Чимином не могут с тобой связаться ещё со вчерашнего дня, — строго говорит Чонгук, сам от себя не ожидая настолько холодного тона. Юнги молчит в ответ, но звонок не сбрасывает. — Что скажешь? — Я на важном деле, я не вру, Гук-и. Я не могу сказать тебе ничего, но, пожалуйста, просмотри те книги до конца, это очень важно. Младший несколько секунд молчит, но в итоге соглашается, и они прекращают разговор. Он не сообщает Чимину и своему напарнику о том, что Юнги уехал «куда-то по важному делу», и, перевернув телефон экраном вниз, продолжает поиски. Чонгук делает глубокий вздох и трёт уставшие глаза. Он разминает шею, массажирует себе плечи и на несколько секунд думает о том, чтобы всё бросить и наконец-таки лечь спать, но осталось каких-то пару книг, и нужно закончить поиски. Даже если он ничего не найдёт, скажет Юнги, что информации об этом нет в данных стопках перебранных книг. Чон лениво переворачивает старую обложку, просматривает содержание и останавливает палец на середине страницы. Он приоткрывает рот, не веря своим глазам, и быстрыми движениями листает до нужной страницы. Руки начинают дрожать, а глаза вот-вот вылезут из орбит. Со скоростью света Чонгук читает найденные строчки, на поиски которых потребовалось несколько суток почти без сна и пара сотен книг. Он чувствует, как сбивается его дыхание, потеют ладони и начинают дрожать ноги. Парень хватает телефон. — Юнги! — громко кричит он, слыша ленивый ответ. — Ты поехал к тому магу, да? Ты… — Чонг… — Ты будешь вызывать Каина! Да, же? — дрожащим голосом кричит Чонгук, прижимая трубку ближе к уху. — Чёрт, Юнги, пожалуйста, послушай меня! Не нужно этого делать — Чон спотыкается в словах, но продолжает: — Если ты убьёшь его, то ты… — Юнги сбрасывает, и Чонгук, слушая гудки, тихо заканчивает: — Ты отправишь на вечные муки ада и Чимина…

***

Конечно же, перезванивая другу следующие десять минут без перерыва, Чонгук слышит лишь голос автоответчика и «абонент недоступен». Чон делает глубокий вдох, допивает уже остывший кофе до дна и набирает Хосоку. — Здарова, — Чон-старший отвечает на звонок через пару секунд, расслабленно сидя в своем кабинете и перебирая какие-то папки с ещё не раскрытыми делами. — Хоби? — настороженно спрашивает Чонгук, и Хосок напрягается, откладывая дела на край стола. — Я не знаю, что делать, но если мы прямо сейчас не разорвём связь Чимина с Каином, то… — Стоп, что? — старший повышает голос, вскакивая со стула. Он хватает свой рюкзак, зарядник со стола и по пути захватывает джинсовку. — Что ты сказал? Откуда ты… — жестом он показывает напарнику, что уходит, и быстрыми шагами выбегает из здания. — Не важно, откуда я знаю, Хосок, но… — Я еду к тебе. — Я не дома. — А где? — Хоби садится в первое попавшееся такси. — У Юнги. — Буду через пятнадцать минут.

***

Хосок: «Бросай свои диваны и бегом к Юнги, это важно» Тэхён хмурится, но сразу же идёт отпрашиваться со смены и договариваться с администратором, ведь если Хосок написал что-то подобное, зная, что Тэхён живет лишь на свои гроши с продаж, значит, произошло что-то действительно серьёзное, и необходимо ехать прямо сейчас, не требуя объяснений. На подсознательном уровне Ким боится того, что может услышать по приезде, он чувствует адреналин в крови всю дорогу с работы до конечной точки, дрожа и постоянно кусая губы. В момент, когда Тэхён заходит в незапертую квартиру, Чон-старший сильно кричит на Чонгука, бросая огромный словарь в стену. Он тут же извиняется, ссылаясь на нервы, и поворачивается к испуганному Киму: — Ищи заклинание о развязке вон в той стопке, — Хоби указывает на несколько толстых книг. — Быстрее, Тэхён! Ким ничего не отвечает, встречаясь взглядом с Чонгуком, который сразу дает понять, что лучше не медлить. Он скидывает с себя рюкзак, закатывает рукава и садится на первый попавшийся стул, хватая книгу. — Чимин? — тихо спрашивает Тэхён, зная ответ. — Да, — угрюмо отвечает Хосок, и Чонгук приоткрывает рот, кидая удивлённый взгляд на Тэхена, который, оказывается, знал обо всём так же подробно, как и Чон-старший. — Ты же знаешь, что заклинания не суще… — тихо начинает Ким под громкое шуршание страниц со всех сторон. — Заткнись и ищи, — рявкает Хосок, прикрывая глаза. Конечно же, он знает. Все прекрасно знают о том, что заклинания по разрыву связи не существует.

***

— Вот! — спустя полчаса громко вскрикивает Хосок, и остальные откидывают свои книги на пол. — Оно немного не такое, но вдруг сработает… — неуверенно продолжает он, не особо веря в свои слова, в принципе, как и все в этой комнате. — Гук-и, тащи ящик из стола Юнги, сейчас подберём ингредиенты. — Мы не маги, мы не сможем нормально провести заклинание, Хоби, — говорит Тэ, поглядывая на друга из-под бровей и до крови прикусывая губу. Ответа не следует. — А где Чимин? — На задании. Они должны были ехать с Юнги, но он… Мы не нашли его, и Чимин уехал один. Все. Заткнись, и давайте произнесем эти чёртовы слова.

***

Чонгук захлопывает дверцу и сразу жмёт на газ. Необходимо быстро приехать в дом Афо, и Хосок надеется, что пять часов на высокой скорости им хватит и что пробки не станут проблемой на пути спасения друга. Младший что есть мочи едет вперед, и под напряжённое молчание включает радио, никто и не против.

***

Юнги стряхивает капли крови с серебряного ножа и сохраняет координаты убитого чудовища, чтобы профессионалы из шайки Хосока и Чонгука, живущие в этом штате, убрали его до обнаружения реальной полицией. Мин вытирает пот со лба и смотрит на часы. Немного позже, чем планировалось, но всё должно произойти сегодня, и переносить никто ничего не будет. Он плюёт на отрезанный хобот пиштако и засовывает нож обратно в рюкзак. Афо открывает дверь после первого же стука Юнги, а охотник на несколько секунд удивляется магу афроамериканцу так же, как и в первый раз, на что тот отвечает гостеприимной улыбкой. — Прости, никак не привыкну, — бормочет Юнги, без приглашения заходя внутрь. Он кидает рюкзак на пол, проходит в зал, где, как и всегда, валяются чипсы, банки газировки и джойстики. На телевизоре приостановлена игра «The Last of Us», и Юнги сглатывает, отводя глаза от неприятной картинки апокалипсиса в игре. Он чувствует, как кружится его голова от предстоящего впереди, и садится на запачканный диван. — У тебя не найдётся ещё газировки? — спрашивает он, и Афо согласно кивает, принося с кухни несколько холодных банок. — Всё готово. Осталось только прочитать заклинание. Скажи, когда будешь готов, — говорит маг, и Юнги лишь глубоко вздыхает в ответ.

***

— Сколько ещё? — спрашивает Хосок, нервно поглядывая на пейзаж за окном. — Чуть меньше часа, — отвечает Чонгук, и Тэхён прикрывает глаза. Все они уже прекрасно поняли, что Юнги приехал в штат ещё вчера вечером, и наверняка сегодня для него именно тот день, и, чтобы разобраться со всем побыстрее, возможно, он уже вызвал Каина. — Откуда ты знаешь, что он у того чёрного мага? — разбавляет тишину Тэхён, чтобы хоть как-то разбавить нависший страх и напряжение. — У нас с Чонгуком есть их передвижения, и Юнги сам сказал, что едет в этот штат. А здесь орудует только Афо, поэтому выбор небольшой, — сухо отвечает Хосок, надеясь на то, что любитель приставок ушёл в запой, переехал в другой конец Америки, или появилась любая другая причина, по которой Мин не сможет или не смог вызвать убийцу своего отца.

***

— Я готов, — Юнги с шумом сминает жестяную банку и кладёт на и так уже закиданный мусором столик в гостиной. Афо кивает, и оба парня проходят в отдельную комнату, на полу в которой маг уже начертил ловушку для демона в виде большого круга с различными символами, и развесил повсюду всякие колдовские сложные штуки, каждая из которых обязана находиться на определённом расстоянии от круга. Комнату освещают лишь свечи и свет луны из окна. Юнги стоит в тени, когда маг подходит к толстой книге и начинает громко читать заклинание.

***

— Сколько ещё? — громко кричит Хосок, когда сбоку от него быстро мелькает табличка с выгравированным названием города, в который они так упрямо неслись последние часы. — Минут двадцать, — произносит Чонгук, продолжая давить на газ с новой силой.

***

Слова на латыни, произносимые магом в другом конце комнаты, бьют по ушам, и Юнги прикрывает глаза, стараясь унять дрожь в руках и восстановить сбитое дыхание. Он крепко сжимает рукоять ножа ладонью до боли и не может поверить, что уже сегодня он встретит того, кого искал долгие годы, из-за кого стал охотником и об убийстве которого грезил всё это время. Комната начинает трястись, словно при землетрясении, свечи по одной затухать на несколько секунд, но потом вновь загораться. Юнги открывает глаза, когда всё кругом стихает, а до ушей доносится низкий смех взрослого мужчины. Каин стоит прямо в середине круга, одетый в аккуратный чёрный костюм, как и все демоны, занимающие человеческие тела. Мин задерживает дыхание, не веря в происходящее. Они встречаются с Каином взглядом, и глаза демона покрываются черной пеленой. Сердце Юнги бьётся с неимоверной скоростью, и Афо отходит к стене, освобождая путь охотнику. — Ты… Кто? — небрежно спрашивает мужчина, с издёвкой ухмыляясь. — Тот, кто тебя сегодня убьёт, — сквозь зубы шипит Юнги, и все в комнате затихают, потому что происходит то же, что и минуту назад, хотя Афо уже не читает заклинание. Стены трясутся, свечи мигают, а все трое удивлённо переглядываются в непонимании. Хотя взгляд демона не такой уж и удивлённый, а, скорее, надменный. — Что происходит? — кричит Юнги, на что темнокожий парень лишь нервно пожимает плечами. Каин делает шаг в сторону, словно от толчка воздуха, и внутри круга появляется ещё один человек или, точнее сказать, ещё один демон. Чимин падает на колени и не сразу понимает, что происходит. Секунду назад он дрался с вампиром, а сейчас находится в какой-то комнате. Он хмурится, рассматривает знаки на полу, начерченные белым мелом и округляет глаза в испуге. Он поднимает голову, смотря прямо в лицо… — Здравствуй, Чимин, — произносит Каин и притворно откашливается. Пак вскакивает с пола, словно ужаленный, и сжимает в руках нож, предназначавшийся для убийства вампира. Он чувствует, как меняются его глаза, и скалится на отца. За ушами ужасно щиплет, и маленькие татуировки в виде солнца и луны начинают пульсировать. Чимин оглядывает круг, внутри которого находится, и принюхивается. Запах кажется ему знакомым. Ощущение, будто бы он уже бывал в этом доме. Охотник поворачивает голову, и сердце ухает в пятки, когда прямо в его чёрные глаза смотрит Юнги, выходя из тёмного угла комнаты. Чимин приоткрывает рот, но в голове одна каша. Он видит, как губы Юнги сжимаются в тонкую линию, как ходят желваки над напряжённо стиснутыми челюстями. Маг тяжело дышит, не понимая, что происходит, и отступает ещё на несколько шагов от круга. — Я молился, чтобы это была неправда, — говорит Юнги, рвано выдыхая. — Надеялся, что его сын — не ты, — голос в конце предательски дрожит, а глаза заполняются тоской. В комнате повисает тишина, в нос бьёт запах лаванды, дерева и мела. Чимин не может «убрать» чёрную пелену с глаз, стоя внутри круга. Он лишь прикусывает нижнюю губу, унимая непонятно откуда появившийся нервный тик. — О, так вы с моим сынулей знакомы? — прерывает тишину Каин, вежливым тоном задавая вопрос. Юнги уже и забыл о нем, но эта реплика возвращает охотника в реальность, возобновляя воспоминания о том, ради чего он гнался сюда и к чему готовился все эти годы. Взгляд вновь холодный, дрожь пропадает за секунду, а голову кружит уже от злости, а не страха. — Твой дружочек пообещал убить меня сегодня, сынок, а? Ты же знаешь о связи, да? — он улыбается, обращаясь к Чимину, но тот даже не собирается поворачиваться в его сторону и что-то отвечать. — Давай, Юнги, — шепчет Чимин, чувствуя, как слёзы выдают его слабость в настоящий момент, стекая по щекам. — Ничего страшного. Я знал, что рано или поздно ты найдёшь его, и знал, что тоже умру, так что я… — Заткнись, — взрывается Юнги, откидывая нож подальше от себя. Лезвие катится по полу, пока Каин не останавливает оружие ногой. Демон заливается смехом и сгибается пополам. — Парень, напомни, кто ты? — сквозь смех спрашивает он у охотника, стоящего вне круга, и Чимин, скаля зубы, оборачивается к отцу. — Ты убил моего отца, охотника, — произносит Юнги, но уже не таким уверенным голосом, как несколько минут назад. Он отвечает демону, но смотрит на Чимина, не зная, что ему дальше делать. — И я, я… — Ах да, были какие-то азиаты в моей жизни. Хотя, знаешь… Их было так много, что я уже и не припомню, какой из них — твой, — демон задумчиво наклоняет голову и пожимает плечами. — Мне противно от того, что ты… — начинает Чимин, и мужчина сразу же его перебивает. — Что я твой отец, да? Да ладно тебе, сынок, зато у тебя были привилегии в охоте, — он подмигивает розововолосому, а Паку кажется, что его сейчас стошнит от злости. — Но никогда не забывай, что это ты — отброс. Никчемный позор для всего нашего рода. Ты, Чимин. Не я. — Юнги! Давай же! Ты ждал этого слишком долго! — кричит Пак, а брюнет перестает чувствовать землю под ногами. Голова опустела, а руки не двигаются. — Блять, подними свою задницу и убей этого идиота! — кричит Пак, скалясь на своего напарника и смотря на него своими чёрными, как смоль, глазами. Мин не двигается, и демон вновь начинает смеяться, дивясь слабости парня, который недавно так уверенно ему угрожал. Афо краем уха слышит, как с громким свистом шин кто-то тормозит около его дома, звук открывающейся двери и топот ног. — Ладно, упрощу тебе задачу, — спокойно произносит Чимин. Он присаживается, хватает нож, который швырнул Юнги, и одним движением ударяет им отца, пока тот не успевает ничего осознать. Лезвие проходит прямо в сердце человеческого тела. — Нет! — орёт Юнги, вырываясь вперёд к кругу, но кто-то хватает его с двух сторон за руки и оттаскивает назад. — Чимин! — кричит он, не слыша собственного голоса. Всё происходит, словно в замедленной съёмке. Пак смотрит, как искажается лицо мужчины, не вынося боли, как горят его глаза. Чимин продолжает скалиться, словно животное, твёрдо проворачивая нож внутри тела. В одну секунду руки перестают его слушаться, и Пак отпускает рукоять. Все парни вне круга задерживают дыхание, и Чимин падает одновременно с отцом. Оба открывают рты, и из демонов вырываются длинные столпы чёрного дыма, заставляя тела дёргаться в страшных судорогах. Дым, словно живя своей жизнью, с быстрой скоростью вылетает через окно и исчезает из виду, отправляясь в ад. — Не… Нет, — шепчет Юнги осипшим голосом. Он тянет руку, проползая на коленях вперёд, и теперь Чонгук и Тэхён отпускают его, а Хосок молча падает на колени перед кругом, закрывая лицо ладонями.

***

Проходит около десяти минут, но никто не сходит с места. Хосок, обняв колени и опустив голову, качается рядом с кругом, внутри которого небрежно лежат два тела; Тэхён, захлёбываясь слезами, сидит чуть дальше, окутанный объятиями Чонгука; Юнги пустым бесцветным взглядом смотрит в одну точку. В комнате тишина, и лишь сдавленные всхлипы Тэхёна разбавляют молчание. Внезапно маг напоминает о себе, отходя от стены. Он присаживается рядом с начерченными мелом знаками и хмурится. — Вы это видели? — тихо спрашивает он, но никто даже не смотрит в его сторону. — Эй! Слышите! Чонгук кидает злобный взгляд, но решает ответить: — Видели что? — Движения его пальцев. Чимина. Все разом поворачиваются к магу. Не успевают они что-либо сказать, как Пак открывает глаза, делая резкий глубокий вдох, как после долгого нахождения под водой, и приподнимается, тяжело дыша. Он осматривает свои ладони и щупает лицо, кусает губы и щипает кожу. Все в комнате резко подаются назад, а слёзы Тэхёна в секунду высыхают. — Чи… Чимин? — шёпотом спрашивает Юнги, делая шаг вперёд. Пак медленно кивает, смотря в глаза напарнику. Он встаёт с пола и делает несколько уверенных шагов вперёд, совсем забывая про круг. Хосок издаёт что-то вроде кряхтения, когда лучший друг выходит из демонической ловушки так, словно это классики на асфальте. Розововолосый сам понимает это и останавливается. Он оглядывает пол, своё тело и дотрагивается до глаз. — Твои глаза… Они… Белые, — говорит Хосок, и Чимин убирает волосы около ушей. — Там есть что-нибудь? — напряжённо спрашивает он, и Хоби проводит пальцами по шрамам, на месте которых были те проклятые демонические татуировки. — Ты… Ты больше не демон? Я не знаю, я… Я никогда такого не видел, — нервно шепчет Хосок, подбирая слова. — Я думаю, что, так как он сам убил своего отца, то вместе с этим и свою демоническую часть, а его человеческая смогла выжить, — вмешивается маг, и все в комнате округляют глаза, не веря в происходящее. Вновь повисает молчание, и присутствующие ещё раз прокручивают в голове сказанное. Юнги долго смотрит в глаза Чимина, боясь сделать шаг или вообще пошевелиться. Но Пак сам сходит с места и в несколько шагов подходит к охотнику, крепко прижимая к себе.