Your, Mine, Ours

      Через несколько дней, как раз была суббота, Бэкхен пришел пораньше — они собирались вывести малышню в парк. Правда вот что-то дверь никто никак не открывал, и омега слегка занервничал. А когда дверь открылась, он понял, что нервничал не зря — Чанель едва стоял на ногах и кашлял, как туберкулезник.       — Привет. Наверное, тебе лучше пойти домой, — просипел альфа.       Бэкхен цокнул.       — Ага, и оставить веселую троицу на вафельного отца. Так, — он шагнул через порог и приложил ладонь ко лбу Чанеля, — говорите, господин «Я всё сам», где у вас аптечка, и в постель.       Чанель глубоко вздохнул и просипел:       — Пойдем.       Бэкхен быстро снял курточку и обувь и поспешил за альфой.       — У тебя маска есть? Не заразил бы детишек.       — Я в шарф прячусь.       — Не очень, конечно, способ, — вздохнул омега, — но ладно.       Чанель вручил ему аптечку.       — Вот. Я выпил от температуры.       — Иди в постель, — кивнул омега. — Когда выпил, и какая была температура?       — Полчаса назад, тридцать девять и три, — выдохнул Пак, садясь на кровать.       — Ложись-ка ты спать, Чанель, — Бэк нажал на плечи альфы, укладывая его на подушку. — Я сейчас сделаю тебе компресс и приготовлю бульон, а потом свожу мелочь погулять, пока ты тут бацилл гоняешь.       — Ты сам смотри не заразись, — Пак глубоко закашлялся.       — Ой, ой, ой, Чанель, где ты бродил ночью? Вчера еще уходил, всё хорошо было, — фыркнул омега.       — Нигде я не бродил. Наверное, подцепил в магазине, — пожал плечами Пак.       — Ладно, ладно, я пошутил, — отмахнулся Бэк. — Ложись, я сейчас принесу компресс.       — Спасибо тебе, Бэк, — улыбнулся Чанель бледными губами.       — Да не за что тут благодарить, — омега вышел из комнаты и вернулся с влажным полотенцем, положив его на лоб Чанеля. — Постарайся не вертеться и поспать. Хорошо?       — Хорошо, — альфа кивнул и прикрыл глаза.       Бэк поднялся и тихонько вышел из комнаты, направляясь в детскую.       — Эй, детвора, привет, — он заглянул в дверь. — Как вы тут?       — Хаясо, — Хену тут же налетел на него с объятиями. — Иглаем. С нами хотес?       — Я бы с удовольствием, но мне нужно приготовить бульон для вашего папули. Хотите со мной? — предложил он в свою очередь.       — Да! — тут же вскочили на ноги альфы. А вот малышка Хёри почему-то заплакала.       — Эээй, крошечка-картошечка, ты чего? — Бэкхен подошел к омежке и сел напротив нее. — По какому поводу слезки?       — Папа теперь умрет? — спросила девочка, роняя горькие слезы.       — Ну с чего ты взяла, малышка? — омега осторожно погладил младшенькую по плечу. — Хёри, это же всего лишь простуда. Сопельки и кашель, которые пройдут через пару дней.       — Но папочка лежит и не встает! — не унималась девочка. — И не хочет нас целовать!       — Потому что папочка должен спать, чтобы быстрее выздороветь, — мягко улыбнулся Бен. — И правильно, что не целует. Он так заботится, чтобы и вы не заболели. Хочешь, я поцелую тебя за него?       Хёри посмотрела на него красными от слез глазами и шмыгнула красным носиком.       — Поцелуй, — смущенно попросила омежка, опустив глаза.       Бэкхен нежно улыбнулся и, вытерев пухлую щечку, чмокнул малышку, аккуратно и несильно обняв её, чтобы ненароком не напугать.       — Папочка скоро поправится. Поможешь приготовить мне для него чудо-супчик?       Хёри вытерла слезы пухлыми ручками и кивнула.       — Ага.       — Тогда идем? — омега чуть отстранился и чмокнул девчушку в носик. — Сушим слезки и идем колдовать над лечебным отваром! — он встал, подхватив Хёри на ручки. — Мальчики помогут нам?       — Мальчики спешат на помощь! — маленькие альфы побежали вперед, вытянув руки, как Супермены. Хёри осторожно обняла Бэка за шею и отвернулась.       Омега нежно погладил малышку по волосам и чмокнул в висок.       — Всё будет хорошо, милая. Не волнуйся, — Бэкхен пошел на кухню за маленькими альфами, которые уже начали чем-то там греметь. — Так. Первая задача — не разбудить папу. Справимся?       — Конечно, — мальчики заговорили громким шепотом и приложили пальчики к губам.       — Тогда, Хену, достанешь мне кастрюльку? — попросил Бэкхен.       Альфа открыл один из шкафов и достал оттуда самую большую кастрюлю, в которую при желании уместились бы все тройняшки.       — Кхм, — Бен улыбнулся, — а поменьше нет?       Тот бросил кастрюлю на пол и достал другую, маленькую.       — Хену! — нахмурился Бэк. — Разве так можно делать?! Папа болеет, ему нужен покой. Не стыдно тебе?       Хену тут же затих и тихонько поставил кастрюлю на место, но омега сразу же погладил его по голове, не выпуская из рук Хёри.       — Ну правда, Хену, тебе бы было приятно, если бы ты лег спать, а папа гремел в твоей комнате?       Мальчик покачал головой и протянул Бэку кастрюльку.       — Спасибо, — Бэкхен наклонился и чмокнул маленького альфу в макушку. — Не обижайся, просто ты уже должен понимать, что такое забота о близких. Папочка ведь старается для вас. Постарайтесь и вы? — забрав кастрюльку, он набрал в нее воды и поставил ее на плиту.       — Я не обидейся, — покачал головой Хену. — Ты все пъявильно говоришь.       — Хорошо, что ты это понимаешь, — кивнул Бэк. — Малышня, кушать хотите? Или чай?       — Не, мы не хотим, — альфы дружно покачали головами.       Но не Хёри.       — А можно я скушаю бутерброд?       — А может покушать? — предложил Бэк.       — Нет, — девочка покачала головой. — Только бутербродик. Пожалуйста.       — Всё, что угодно, малышка, — ну разве можно устоять перед этой маленькой омежкой? — Хеншик, сделаешь?       — Мне папа резать не разрешает, — покачал головой мальчик.       — Хорошо, — Бэк опустил девчушку на стул. — С чем хочет бутерброд маленькая принцесса?       — С рыбкой! — улыбнулась девочка. — Розовенькой.       — Сейчас будет, — Бэкхен достал доску с ножом и полез в холодильник за «розовой рыбкой».       — Спасибо, дядя Бэкки, — тихонько сказала Хёри.       — Не за что, солнышко, — через пару минут перед омежкой появилось блюдце с парой бутербродов.       Девочка осторожно взяла бутерброд двумя руками и откусила немного.       — Дядя Бэкки, тебе тоже надо скушать бутерброд. А то ты быстро устанешь.       — Да ты моя лапушка, — умилился омега. — Поделишься? — он присел перед девочкой.       — Дя, — откусив ещё немножко, Хёри развернула к нему бутерброд. — Кушай, пожалуйста.       Бэк откусил кусочек и кивнул.       — Спасибо, Хёри, ты очень добра.       — Ты мало откусил! — возмутилась малышка, взболтнув ногами.       — Так я же тогда съем весь, — улыбнулся омега. — Тебе ничего не останется.       — Тогда скушай целый, — настаивала девочка.       — Давай я доем твой, а ты съешь новый?       — Хорошо, — уступила омежка, протянув ему бутерброд.       Бэкхен накрыл маленькие пальчики губами, доедая кусочек, и поднялся на ноги.       — Чай или водички налить?       — Тям есть сок, — Хену дал омеге бутылку с соком.       — Это, конечно, не лучший вариант, но разочек можно, — Бэк налил сок в стакан и поставил перед Хёри. — Ну, больше никто ничего не хочет? — улыбнулся он.       — Нет, — мальчики покачали головами. — Давай готовить!       — Да вы мои помощнички, — рассмеялся Бэкхен. — На самом деле, сейчас нам основную часть придется сидеть и ждать, пока закипит вода и сварится хороший бульон.       — А давайте пока поиграем во что-нибудь? — предложил Хеншик.       — Во что ты хочешь? — Бэк сел на табуретку и усадил себе на коленки Хёри.       — Не знаю, — пожал плечами альфа. — Во что-то легкое.       Хёри тем временем вытерла салфеткой ручки и обняла Бэкхена.       В итоге, пока варился бульон, малышня успела и поиграть в подобие крокодила, и порисовать, и рассказать Бэку, какой хороший у них папочка.       — Хёри, хочешь добавить приправ в бульончик? — спросил Бэк, поднимаясь со стула вместе с малышкой на руках.       — Да, — закивала девочка, потрясывая при этом милыми хвостиками.       Бэкхен взял небольшую баночку с приправами и протянул омежке.       — Бери щепотку и сыпь в водичку. Только осторожно.       Омежка легко сунула ручку в банку и, взяв небольшую щепотку, бросила специи в воду.       — Моя умничка, — Бэкхен помешал бульон и, зачерпнув немного ложкой, попробовал. — Хочешь?       Хёри покачала головой.       — Пусть братики пробуют.       — Хену, Хеншик, кто хочет попробовать бульон? — обернулся омега.       — Я! — заголосили оба мальчика, но Хеншик прибежал первее.       Всё так же, не выпуская из рук маленькую омежку, Бэкхен осторожно опустил ложечку сначала Хеншику, а потом и Хену.       — Ну как?       — Вкусно!       — Я тоже вкусное хочу, — в кухню вошёл сонный Чанель.       — Ой, — Бэкхен вздрогнул, но тут же улыбнулся, заметив альфу в дверях. — Ты чего встал? — он усадил Хёри на стул, а сам подошел к Паку, приложив ладонь к его лбу. — Как ты? Вроде температура ниже.       — Да, я поспал, и стало легче, — Чанель улыбнулся нежным прикосновениям.       — А мы тут тебе бульончик волшебный приготовили, — Бэк обернулся на Хёри и подмигнул.       Девочка тоже хотела подмигнуть, но вместо этого просто моргнула. Омега мягко рассмеялся и взглянул на Чанеля.       — Будешь?       — Конечно.       У альфы сейчас плавилось сердце. И вовсе не от температуры. А от тепла картины, которая разворачивалась перед его глазами. Хёри, его стеснительная девочка, сейчас обнимала Бэка как собственного папу. И старший омега смотрелся рядом с ней на удивление гармонично. В груди что-то ёкнуло. И Бэкхена он стал воспринимать совсем по-другому.       Омега заботливо налил суп в тарелку и поставил на стол.       — Так, детвора, — захлопал он в ладоши, — а ну быстренько сбежали на другую сторону стола.       Мальчики уселись к окну, где раньше сидел Чанель. Альфа занял противоположную сторону стола и неловко кашлянул в кулак.       — Может, я в комнате поем?       — Простые меры предосторожности, — улыбнулся Бэкхен. — Кушай тут. Потом проветрим.       — Хорошо, — согласился Пак с некоторым смятением. — Как вы тут?       — А как мы тут? — Бэк перевел взгляд на малышню.       — Лучше всех, — заверил папу Хеншик. — Мы помогали дяде Бэку готовить и играли.       — А Хёри даже помогла добавить мне приправы в твой супчик, — кивнул Бэкхен. — Так что ты просто обязан выздороветь теперь.       — А мы его пъёбовали, — добавил Хену.       — Ну все, — хрипло усмехнулся Пак. — Завтра буду бегать.       — А сегодня спать, — рассмеялся Бэкхен. — А мы с малышней гулять пойдем. Да? — он повернулся к детям.       — Да! — дружно закричали все трое.       — Ох, будто мои, — пробормотал омега. — Так что не волнуйся, — он перевел взгляд на Чанеля. — Всё будет хорошо.       — Они и так считай твои, — усмехнулся Пак. — Любят тебя, как родного.       Омега улыбнулся. Да... Жалко будет с ними расставаться.       — Так, папуля, не отвлекайся, — он кивнул на тарелку, — суп сейчас остынет.       — А добавка есть?       — Тебе всю кастрюлю поставить? — выгнул бровь Бэкхен.       — Было бы неплохо, — усмехнулся альфа.       — Папа, ну ты и обжора, — выдал Хеншик.       — Ай-яй-яй, Хеншик, — пожурил его Бэк. — Не надо так с папочкой. Хотя, я с ним согласен, — тихонько добавил он следом. — Налить добавки?       — Да, пожалуйста, — Чанель дал ему тарелку.       Омега закусил губу с какой-то довольной улыбкой — раз добавка, значит, всё правда вкусно?...       — Держи, — тарелка снова опустилась перед альфой.       — Спасибо, хозяюшка, — Чанель послал ему воздушный поцелуй.       Бэкхен не придал особо значения этому жесту, но слегка покраснел и тут же повернулся к детям:       — Так, малыши-карандаши, кто первый оденется, того поцелую, — хлопнул он в ладоши.       Альфы тут же убежали из кухни в детскую. Хёри же поцеловала Бэка в щеку, и только после этого пошла к братьям.       — Ох, я её персонально зачмокаю, — умилился омега. — Ну что за прелесть. Тоже хочу дочку.       — Пока можешь мою сюсюкать, — улыбнулся альфа.       — Тем более что уже контакт наладили, — согласился Бэкхен. — Довел сегодня свою дочурку до слез, — он легонько ударил Пака в плечо.       Пак изумленно посмотрел на него.       — Это чем?       — Болезнью своей, — ухмыльнулся омега. — Малышка подумала, что ты умрешь и расплакалась. Но зато мы подружились, поэтому, думаю хорошо, что ты якобы «чуть не умер», — он показал пальцами кавычки.       — Не думал, что ты такой меркантильный, — усмехнулся Пак.       Бэкхен недовольно сощурился и, не выдержав отвесил Чанелю легкий подзатыльник.       — Дурак.       На этих словах омега вышел с кухни.       — Да я же пошутил! — заныл ему в след альфа.       Бэкхен высунулся из-за угла.       — И не реви. Твои мальчики ведут себя лучше, — он едва удержал лицо.       — Я не реву, — альфа сгреб его в объятия. — Я привлекаю внимание.       — Как самец в брачный период? — расхохотался Бэк.       — Да. Только в моем случае, период инкубационный. У бацилл.       Омега слегка нахмурился, пытаясь понять смысл слов, а потом вдруг резко выпутался из объятий.       — Вот и идите с бациллами спать! — он ткнул альфу в грудь. — А мы гулять с малышами, — Бэк поспешил ретироваться, потому что не понял, отчего вдруг сердечко так затрепетало в объятиях Чанеля: то ли от фразы, то ли от ответа...       Чанель лишь проводил его теплым взглядом и улыбкой. Ему так не хватало заботливого омеги рядом с собой... Но надолго ли это счастье?       Уложив альфу обратно в кровать, Бэкхен потребовал измерить температуру, и, убедившись, что она упала почти до 37,5, спокойно отправился гулять с малышней.       Вот только Чанелю не спалось. В голову лезли самые разные мысли, но все об одном: о Бэкхене. Альфа принял его в свой дом, его дети приняли Бэка если не как папу, то как нежного и доброго человека. Но самым лучшим и одновременно ужасным было то, что омегу приняло сердце альфы, которое любило до этого лишь по-отечески. И, похоже, разучилось любить по-настоящему.       А омега, пока гулял, успел ощутить себя и отцом, и ребенком: где-то слегка журил Хеншика и Хену, которые снова едва не подрались, где-то успокаивал или подбадривал малышку Хёри, к которой успел прилипнуть альфа на детской площадке, немногим старше её, а где-то веселился вместе с детворой на каруселях. И домой все вернулись безумно счастливыми.       Чанель к тому времени уже спал беспокойным сном. Но приход детей его не разбудил. Прислушавшись, Бэкхен наклонился к малышам:       — Сейчас тихонько переодеваемся, идем мыть руки и ужинаем. Хорошо? Папочку не будим.       — А можно его поцеловать? Тихонечко, — попросила Хёри. — Чтобы быстрее поправился.       Бэкхен поджал губы.       — Ладно. Но быстро. И тихонечко. И после того, как переоденешься.       — Хорошо, — малышка убежала в комнату.       Омега тихонько прошел к спальне и приоткрыл дверь: Чанель спал, но заметно ворочался. Неужели температура снова поднялась?       Хёри тихонечко пробежала в комнату и поцеловала папу в румяную щеку. А потом опять убежала.       — Вот же шустрая, — проследив, как малышка скрылась в ванной, Бэкхен и сам вошел в спальню, чтобы проверить температуру, которая, к сожалению, снова поднялась. Вздохнув, омега направился на кухню греть ужин.       Спустя некоторое время Чанель выполз на кухню. Дрожащий, румяный и в одеяле. А там в самом разгаре была очередная партия монополии.       — Так, так, — улыбнулся Бэкхен, — похоже, нам пора сделать перерыв, — он поднялся и подошел к альфе. — Как состояние?       — Нестояния, — прохрипел Пак. — Можно воды?       — Нужно, — омега налил воды и, протянув стакан альфе, потрогал его лоб. — Может, скорую? — негромко спросил он.       — Не надо, в больницу положат, — покачал головой альфа.       — У тебя еще есть порошки от температуры? — вздохнул Бэкхен.       — Да, вот они, — Чанель достал с полочки коробку с порошками.       — Может, поужинаешь и дальше спать? Здоровье во сне приходит, — подмигнул Бэк.       — Я, наверное, даже без ужина, — покачал головой Чанель. — Выпью и пойду спать. И... Ты, наверное, завтра занят?       — Да нет, в общем-то, — пожал плечом омега. — Могу прийти прямо с утра.       — Может, на ночь останешься? — осторожно предложил Пак.       Бэкхен поднял на него слегка недоуменный взгляд и похлопал глазами.       — Эм... Чтобы с малышами побыть?       — Ну, не со мной же, — усмехнулся альфа.       Омега тоже рассмеялся, но его щеки заметно покраснели.       — Прости, что-то я совсем не о том. Конечно, я останусь. Можешь спокойно ложиться.       — Тебе постелить в гостиной или в детской? — спросил Пак.       — Да где скажешь, там и лягу, — пожал плечом Бэк.       — Тогда в детской.       — Хорошо, — улыбнулся омега. — Тогда скажи, где и что брать, а я тебе пока сделаю порошочек, — он включил чайник.       — Я тебе все положу, — успокоил его альфа.       — Тогда у тебя как раз есть пара минут до тех пор, пока вскипит чайник, — подмигнул Бэк.       — Мне хватит, — Пак ушел в детскую.       Заваривая лекарство, Бэкхен украдкой бросил взгляд на троих детишек, весело играющих за столом — такие милые, веселые. Когда же в его жизни появится альфа, который захочет хотя бы одного?       — Бэкки, — Хёри подергала его за рукав. — А можно лечь с тобой?       — И мне! — поднял ручку вверх Хену.       — И мне! — не отставал Хеншик.       Омега моргнул и обернулся на всю троицу.       — Ну... Если поместимся, — рассмеялся он. Неужели малышня уже настолько привыкла?       — Ура! — дружно закричали тройняшки. Чанель, закончивший стелить постель, улыбнулся. Он бы тоже не был против улечься с ними.       Остатки вечера пролетели незаметно. Отправив спать Чанеля, Бэк начал потихоньку готовить спать и малышню. За всё то время, пока он помогал семье Пак, он уже успел стать этакой приходящей мамочкой, а потому знал наизусть, как ухаживать за каждым из детей. Да и малыши видели в нем своего папу. Хёри нравились прикосновения Бэкхена, нравилось его обнимать. А маленькие альфы любили запах Бэкхена, его слова и заботу.