Ятл

Кошелева просто любит и все. Четко, ясно и настолько честно, насколько это возможно. Для нее любовь — нечто неземное, что-то свыше. Для нее любовь — жесты, взгляды и касания. Для нее любовь — космос. Космос этот неизведанный, бесконечно огромный и невероятно красивый. Ей в Максиме нравится все. Она смотрит на него и думает, что в нем, черт возьми, нет изъянов. Он заботливый, романтичный и добрый. Он настоящий, честный и, пускай, до грубого прямолинейный. Он утверждает, что он мразь несусветная, что хмурый и грустный, что серый, но ведь когда он рядом с ней, то всегда улыбается. Она, кажется, никогда не сможет перестать засматриваться на его черты лица: на брови густые, на глаза, где цвет радужки такой красивый и родной, на волосы светлые и губы. Его, черт возьми, постоянно хочется целовать. Постоянно-постоянно-постоянно-постоянно. Не избавиться, не отмыться, не спрятаться от этого сильного желания. Она всегда встает гораздо раньше, потому что режима нужного и комфортного придерживается, и надолго зависает взглядом на нем спящем. Максим всегда спит без футболки, а каре его вечно путается, пока он ворочается во сне. Кошелева залипает на худой спине, пересчитывает родинки. Рассматривает спокойное, сонное лицо и, честно говоря, он кажется еще особенней в этом состоянии. Там, во сне, у него все хорошо, тихо. Умиротворение. Она чувствует себя любимой рядом с ним. Раньше всегда ей присуще были проблемы с тем, чтобы людям в глаза смотреть, а теперь она может прийти, встать ровно перед ним и залипнуть, ничего при этом не говоря. Даже несмотря на то, что люди его взгляд считают глубоким и тяжелым — для нее он легкий. Легкий и необходимый. Ей нравится то, насколько он нежный в отношениях. Зимой он заставляет ее носить шерстяные розовые варежки и такую же шапку, потому что не хочет того, чтобы она заболела и ей было плохо, а весной следит за тем, чтобы она обязательно надела пальто, а не тонкую курточку. Смотря на ее тонкую талию и такие же тонкие ноги, он ругается на то, что она совсем мало ест, а потом хватает ее, усаживает к себе на колени и кормит. Ей смешно и из-за этого она уже тем более ничего не может съесть, а он просто любит, когда у нее хорошее настроение. Он пишет про нее песни и из раза в раз говорит о том, что она его муза, что она его вдохновляет и воодушевляет. Благодаря ему у нее тоже получилось писать песни, которые тоже о нем. Она счастлива, что когда у нее тяжелые дни и слезы рвутся наружу от усталости, то он ничего не говорит, потому что они умеют общаться без слов. Максим просто берет ее на руки, укладывает на кровать в их спальне, переодевает в пижаму и, обнимая и прижимаясь к ней, успокаивает ее. Она засыпает почти моментально, потому что чувствует поддержку, безопасность и уют. То, как он целует — нечто запредельное, сводящее с ума. Сначала долго-долго смотрит в глаза, а потом аккуратно тянется к родинке на нижней губе, после чего полноценно касается губ. В это время Кристина чувствует себя мороженым, которое держат под греющим солнцем. Он сжимает ее талию, максимально притягивая к себе. Кошелевой нравится его черта собственничества. Она счастлива, что судьба ей предподнесла такой подарок. И она разобьется вдребезги, чтобы его никогда не упустить и отношения их восхитительные сохранить. Когда он говорил в тайне от нее на проекте, что не умеет любить — он соврал. Умеет. Еще как умеет. И своим умением он с ней делится в полной мере. И не позволит перестать.

Оба друг друга украли, оба друг друга спасли.