Игра в любовь

***

      Джинни просто хотела раствориться, исчезнуть, но вместо этого смеялась и листала какой-то журнал в компании Дина и девчонок. Все казалось какой-то неудачной шуткой, что затянулась неприлично долго. Она давит улыбку, а на деле каждую ночь льёт слезы и царапает нежную кожу на груди. Утром царапины будут тщательно скрыты, а красные глаза замаскированы макияжем.        После того, как Драко случайно увидел ее с Дином, в ней словно что-то щёлкнуло. Каждая ночь превращалась в её личный ад с потоками кошмаров. Её личный палач Беллатриса вновь и вновь применяла к ней Непростительные, а она, крича и извиваясь, звала его, до хрипоты надрывая голосовые связки, но только дикий, безумный смех пожирательницы был ей ответом.        Джинни просыпалась, давясь слезами, чувствуя дыру вместо сердца, шепча его имя в темноту, понимая, что она самая настоящая идиотка. Её тянуло к Малфою так, словно, он был единственным кто смог бы спасти её от этого ада в лице Беллатрисы, но Джинни упрямо трясла головой и била кулаками по простыне. «Я ему не нужна, как и он мне.»        Очередная, но такая необходимая ложь. Джинни на удивление хорошо удается лгать, причем так искусно, что мог бы позавидовать любой слизеринец. Ей удается обмануть Гермиону, когда она замечает плохо скрытые царапины на теле у Джинни, ведь её так легко одурачить, смеясь и сваливая всю вину на котенка. Подруга верит, хотя все ещё кидает обеспокоенные взгляды на неё, но Джинни крепче жмётся к Дину, улыбаясь, показывая, что все в порядке. Преподавателям врать сложнее, ведь трудно придумать оправдание тому, что она засыпает на уроках, а потом вскакивает, стоит ей погрузиться в сон. Джинни опускает голову и прячет глаза, а потом с её губ срывается очередное враньё, когда она ссылается на сложный проект и скорую сдачу. Но больше всего ей сложно лгать самой себе, но вновь и вновь Джинни делает вид, что ей приятно, когда Дин обнимает её за плечи и она вытягивает из себя подобие улыбки. Трудно, когда его сухие губы касаются её щеки. А после ссылаясь на забывчивость Джинни бежит в туалет и с остервенением трет щеку, чувствуя себя полной идиоткой, ведь ОН даже не смотрит на неё. Она бьёт ладошкой по зеркалу, ощущая лёгкое покалывание в ладони и это её немного отрезвляет. «Так нельзя, черт возьми! Ты поступаешь, как сучка с Дином!»        Сжав зубы, чтобы из горла не вырвался крик, Джинни дрожащей рукой поворачивает кран. Набрав ледяной воды в ладони, она выплескивает все на себя, не обращая внимание на то, как капли воды стекают по волосам и шеи. Это возвращается её в норму.        Она смотри на себя в зеркало и видит лишь жалкую маленькую девочку, что отдала свое сердце не тому мальчику. Джинни усмехается и проводит пальцами по спутанным волосам. «Забудь и дай шанс Дину.»        Простая установка, которой она следует, но кто же знал, что это будет так сложно. Джинни спускается в Большой зал, проходит к своему столу и садиться рядом с Дином, попутно улыбаясь Гарри и Гермионе, что помахали ей в ответ. Рона нет. Он не Джинни, ему сложно притворяться и врать, поэтому он с головой погрузился в депрессию и высовывается только на пары.        Гермиона и Гарри таскают ему еду, а Джинни так и не смогла с ним поговорить, ведь он полное отражение её внутреннего состояния от которого она пыталась сбежать. — Джинни? — позвал девушку Дин, отчего та вздрогнула от неожиданности, — С тобой всё в порядке? — Да, Дин, всё отлично, — ответила она и натянула на лицо дежурную улыбку, — Просто задумалась.        Парень внимательно посмотрел на девушку, явно сомневаясь в её словах. Джинни лишь оставалось положить голову на его плечо, чтобы Дин отвлекся и не стал задавать лишних вопросов. На него это подействовало и в то же мгновение парень расслабился и приобнял девушку за плечи, слегка поглаживая через блузку тёплыми пальцами, успокаивая больше себя чем её.        Джинни попыталась вникнуть в разговор Ромильды и Парвати, что восторженно обсуждали последние новинки этого сезона и обдумывали в чем пойдут на бал. Получалось плохо, так как из-за слишком писклявого голоса Ромильды голова начинала раскалываться. — Джинни, — обратилась вдруг к ней Парвати, лукаво посматривая то на Дина, то на неё, — А ты в чем пойдешь? — Я? — немного растерявшись ответила девушка, — Ещё не думала. — Зануда, — надув губы, что были накрашены яркой розовой помадой, сказала Ромильда, — Бал уже завтра, а она ещё не думала! Не удивлюсь, если ты придёшь в мантии для Квиддича!        Раздался смех и даже у Джинни губы растянулись в едва заметной естественной улыбки. Никому не было секретом то, как она любит Квиддич, поэтому на такое высказывание Ромильды Джинни совсем не обиделась. Девушка перестала слушать девчонок и прикрыла глаза, чувствуя, как головная боль набирает обороты. — Эй, Потти, — раздался противный, пропитанный сладкими нотами, голос, — А где Рыжий? Не уж то с собой покончил, как узнал, что его использовали?        Раздался дружный смех и с трудом разлепив глаза, Джинни посмотрела в сторону, где сидели Гарри и Гермиона. Рядом с ними стояла Дафна и её группка приспешниц, что злорадно ухмылялись и с презрением посматривали на Гермиону. — Дафна, лучше закрой рот, — ответил Гарри и грозно сверкнул глазами. — А то что? — наклоняясь через стол спросила Дафна, плотоядно облизывая губы, — Накажешь меня?        Не выдержав такой наглости, Джинни поднялась со своего места, но громкий удар по столу, заставил её остановиться.        Наклонившись в ответ и выставив по краям стола руки, стояла Гермиона и её пропитанные ответного презрения глаза не выдавали ничего хорошего. — Собрала свою свору, развернулась и пошла вон отсюда, — прорычала Гермиона, чем немало удивила половину студентов сидящих рядом, — А то накажу тебя я, да так, что ещё месяц проваляешься у мадам Помфри! Дафна отпрянула и с испугом посмотрела на разъяренную Грейнджер, что продолжала сверлить её взглядом. — Да как ты смеешь… — Проблемы, Дафна? — сказала Джинни, всё-таки решившись подойти и помочь подруге, — Или ты хочешь, чтобы мы повторили наш недавний разговор? Только боюсь в этот раз Малфой не успеет спасти твою тощую задницу. — Чокнутые сучки! — воскликнула Дафна и, смерив их полным ярости взглядом, развернулась и пошла в сторону слизеринского стола, легко покачивая бедрами.        Джинни посмотрела на Гермиону и, не выдержав, рассмеялась. Подруга села обратно за стол и медленно стала заливаться краской, чувствуя на себе множество любопытных взглядов. — Джинни, хватит уже! — попросил Гарри, хотя сам с трудом сдерживал смех. — А я то, что? — утирая слезы, ответила девушка, — Гермиона первая начала, я лишь подхватила. На твоем месте Гарри, я бы её не злила, а то… Как там она сказала? Точно! Она тебя так накажет… — Джинни! — воскликнула Гермиона с мольбой смотря на подругу, — Прекрати! Я вообще не понимаю, как я могла такое сказать.        Джинни кинула быстрый взгляд на слизеринский стол, чувствуя в этом острую необходимость, но тут же одернула себя, заметив Дафну в объятьях Малфоя. В горле снова появился ком, а в глазах опять защипало. Проследив за взглядом подруги, Гермиона переглянулась с Гарри и, не сговариваясь, оба встали из-за стола, намереваясь увести её подальше отсюда, но их планам не суждено было сбыться. — Джин, ты как? — спросил Дин и обнял девушку, на что та не стала сопротивляться, а просто позволила ему это сделать, — Я так и знал, что ты себя плохо чувствуешь. А еще эта Гринграсс… — Да, — ответила та, пряча лицо в рубашке парня, — У меня очень сильно голова разболелась. — Пойдем я тебя провожу, — сказал Дин и, не выпуская её из объятий, направился к двери из зала, напоследок кидая взгляд на слизеринский стол и прижимая Джинни ближе к себе.        Гермиона и Гарри остались сидеть на месте, наблюдая за сложившейся перед ними картиной. — Думаешь, он знает? — спросил Гарри, сжимая руку своей девушки. — Определенно, — печально ответила Гермиона, сжимая руку Гарри в ответ.

***

       Как только они вышли из Большого зала, Джинни тут же отошла от Дина и обхватила себя руками, чувствуя мерзкое состояние внутри. Она хотела было уже уйти, но мягкие руки парня, что легли ей на плечи, не дали этого сделать. — Не уходи, — тихо произнес Дин, мягко сжимая её плечи, -Прошу.        Джинни остановилась, понимая, что должна всё объяснить, ведь обманывать и мучить Дина было равно тому, что медленно резать свое собственное сердце. Мучительно больно. — Дин, я…- начала девушка, но была остановлена, когда парень развернул её и прижал к себе. — Ничего не говори сейчас, хорошо? — попросил Дин и Джинни почувствовала, как бешено стучит его сердце.        Они простояли так пару минут прежде чем парень смог отпустить её от себя. — Не хочешь прогуляться? — спросил Дин улыбаясь, словно ничего было. — Сейчас? — спросила Джинни, чувствуя, что ничем хорошим эта прогулка не кончится. — Да, сейчас, — твердо ответил Дин, все так же улыбаясь.        Джинни ничего не оставалось, как кивнуть в ответ и наложить на себя согревающие чары.        Свежий зимний воздух бодрит и приводить мысли в порядок, поэтому, распахнув дверь, девушка вдыхает полной грудью, ощущая лёгкое покалывание в лёгких и выдыхает, выпуская изо рта облако теплого воздуха. «Дин прав. Я сейчас поступаю в точности, как Малфой.» — Слушай, я… — Джинни обернулась к парню и слова комом застряли в горле.        В его глазах читалась боль и нежность, так словно он уже наперед знал, что скажет ему Джинни. Девушка закусила губу, тут же ощущая привкус металла во рту. Дин подошёл к ней ближе и, едва касаясь щеки Джинни, провел пальцами, боясь, что стоит ему коснуться её и она тут же растает. — Прости, — прошептала Джинни, опуская голову и пряча глаза.        Дин обхватил её лицо руками и приподнял так, чтобы их глаза пересеклись. — Детка, если бы я мог злиться на тебя, то поверь, мы тут не стояли, — прошептал он, и провел большим пальцем по её щеке убирая слезу, что медленно скользила по нежной коже. — Дин, ты не заслуживаешь такого отношения к себе, — начала говорить Джинни, не отводя взгляд от парня, — Я повела себя, как… — Как девушка, которой разбили сердце, — закончил Дин и притянул её к себе, вдыхая аромат шоколада, которым пахли её волосы, — Я не сержусь на тебя, Джинни. Я хочу, чтобы ты была счастлива, понимаешь? И если я могу помочь тебе, то… — Нет, Дин, нет, — замотала головой Джинни, пытаясь вырваться из его объятий, но парень лишь крепче прижал её к себе, — Я не могу причинить тебе боль. — А кто сказал, что ты причиняешь мне боль? — тихонько смеясь спросил Дин, чем остановил брыкания девушки, явно пораженной его словами, — Понимаешь, Джинни, если я буду рядом, то рано или поздно боль в твоем сердце утихнет и наконец-то ты сможешь стать моей. — Дин, — улыбаясь, сказала девушка, — Ты просто невыносимый! — Именно поэтому ты меня и любишь! — смеясь, сказал парень, выпуская Джинни из объятий и задорно щелкая ту по кончику носа, — Когда ты улыбаешься, то нравишься мне куда больше.        Джинни засмеялась, поражаясь насколько этот парень был удивительный и жалела, что именно его не выбрало её глупое сердце. Он принял её такой, какая она есть, не накричал на неё после всего этого, так ещё и к тому же пытался утешать. — Дин, — все так же улыбаясь, позвала его Джинни, — Ты просто удивительный человек. Значит друзья? — Друзья, — ответил тот, хотя в глазах все равно промелькнуло разочарование, — Но это не отменяет того, что ты идешь со мной на бал и я буду к тебе подкатывать. — Договорились, — ответила Джинни, пихая парня в бок, отчего тот шуточно схватился за него.        Смеясь, они направились обратно в замок и на душе у Джинни стало чуточку легче, хотя предчувствие чего-то еще не покидало её ни на минуту. Попрощавшись с Дином, девушка поднялась в башню старост, думая над словами парня. Он вызывал у неё чувство восхищения и приятную теплоту, отчего она опять невольно улыбнулась. — Думаешь о своем придурке, Уизли? — раздался рядом холодный голос, от которого Джинни бросило в дрожь, а сердце предательски пропустило удар.        Собрав всю силу воли, девушка кинула яростный взгляд на виновника и тут же пожалела об этом. В полумраке гостиной, с книгой в руках сидел Малфой. Его отросшие волосы были небрежно взлохмоченны, но этот хаус на голове придавал ему загадочности, а холодный взгляд металлических глаз, словно окатывал ледянной водой. В одной рубашке и черных классических брюках, что подчеркивали длинные ноги, он выглядел великолепно.        Гриффиндорка невольно бросила взгляд на поджатые губы, которые когда-то ласкали её и Джинни словно окатило горячей водой. Кое-как собравшись с мыслями, она развернулась к лестнице и хотела было уже подняться, но передумала. Слегка повернув голову, Джинни, стараясь, чтобы её голос звучал как можно жёстче бросила одну лишь фразу. — Тебя это не касается, Малфой, — сказала Джинни и уже хотела подняться, как холодная рука схватила её за кисть и, развернув, толкнула к стене.        Малфой навис над ней, закрывая ей все пути отступления и вытянул руки над её головой. От его близости у Джинни закружилась голова, но она продолжала держаться, вновь и вновь прокручивая в голове все воспоминания, где он причинил ей боль. — Касается, Уизли, — холодно произнес Малфой, — Меня касается все, что ты делаешь и с кем ты делаешь. — Да пошел ты, Малфой! — воскликнула Джинни и попыталась оттолкнуть его, но это было бесполезно, — Отпусти меня! Ты чертов ублюдок! Я ненавижу тебя! Надо было прикончить тебя в тот раз во время Битвы! — Заткнись, Уизли, — тихо, но с нескрываемым раздражением произнес Драко, — Свои речи и крики можешь толкать тому смазливому придурку, ясно тебе? — Да как ты… — возмутилась девушка и подняла ладонь, чтобы врезать ему, но в то же мгновение её рука была перехвачена и вот она уже упирается лицом о холодную стенку, чувствуя, как шершавая поверхность неприятно царапает её кожу, — Дементоры! Ты что творишь! — Закрой свой маленький рот, Уизли! — прошипел Драко ей прямо в ухо, от чего по телу пробежали предательские мурашки, — Хватит вынуждать применять к тебе силу! Если бы ты, тупая идиотка, дала мне все объяснить, то… — Какого черта ты творишь, сволочь! — раздался яростный рык за спиной у Драко.        В ту же секунду он пролетел добрых пару метров, а затем неплохо так приложился об стенку, чувствуя, как спина и голова тут же неприятно заныли. Рядом с Джинни, сжимая ту в объятьях, стоял Рон, и, грозно сверкая глазами, следил за каждым его движением. — Ещё раз увижу тебя рядом с ней, ублюдок, и я оторву тебе голову собственными руками! — закричал Рон и, все так же держа сестру, потащил её к себе в комнату. «Да твою же мать, Уизли!»        Успел подумать Драко, прежде чем его сознание заволокла тьма.