Игра в любовь

***

      Джинни колебалась. Она уже сотни раз пожалела, что повелась на поводу своих эмоций и проскочила ночью в Больничное крыло. Она должна была патрулировать коридоры и забыть о существовании Драко, но место этого уже полночи сидела, вжавшись в неудобное кресло, около его кровати и слушала его тихое дыхание.       После неожиданного вечера с Гермионой и тяжелого разговора с Роном, она проснулась с жутким похмельем и кое-как дотащила себя до Большого зала.       Не успела она переступить порог, как на неё набросилась Дафна, обвиняя во всех грехах и желая скорейшей смерти. Джинни лишь показала ей средний палец и прошла мимо, совершено не вслушиваясь в писклявый голос слизеринки. Потирая виски указательными пальцами и стараясь унять головную боль, Джинни тяжело села между Дином и Гарри. — У, милая, у кого то похмелье? — тут же весело проговорил Дин, приобнимая девушку за плечи. — Заткнись, — тихо кинула в его строну Джинни и вяло скинула с себя его руку, — Чего она разоралась? — Малфой в Больничном крыле, — ответил за Дина Гарри, старательно разрезая сосиску и пытаясь не смотреть на девушку.       Джинни замерла, не отнимая пальцев от головы. Сердце предательски дрогнуло и она тут же повернула голову к слизеринскому столу, стараясь найти знакомую макушку, но натолкнулась лишь на свирепый взгляд Дафны, что не спускала с неё глаз. — Что с ним? — тихо спросила Уизли, зная, что Гарри её услышал. — Не знаю. — Ты знаешь. — Нет. — Да! — Если тебе так надо, то спроси у него сама! — вскрикнул Гарри, откидывая в сторону вилку с ножом, и зло уставился на Джинни.       Многие уже косились на них, поэтому Уизли встала и демонстративно наклонилась к уху Поттера, старательно не замечая, как тот вздрогнул. — И спрошу, — тихо выдохнула она, после чего направилась подальше от стола, совершенно не замечая перешептывания в её сторону.       Уже открывая дверь, Джинни столкнулась с Роном, что шёл вместе с Гермионой и о чем-то тихо с ней разговаривал. Девушка подняла руку в знак приветствия, но Рон обогнул её словно она препятствие, при это не удосужившись даже взглянуть. Джинни смотрела на спину брата, чувствуя себя совершенно растерянной. Она перевела взгляд на Гермиону, но та лишь едва заметно покачала головой. «Не сейчас.»       Совершенно потерянная Джинни покинула Большой зал, не понимая, что ей делать дальше. «Рон дуется на меня. Гарри злиться. А Малфой… Малфой в Больничном крыле.»       Джинни предполагала, что от того удара Драко потеряет сознание, так как Рон явно бил изо всех сил, но не думала, что всё обернется именно так. Теперь хотя бы стала понятна утренняя истерика Дафны, но это не отнимало того факта, что теперь появилось желание прямо сейчас кинуться в Больничное крыло.       Джинни мысленно дала себе пощечину за это. «Ты не нужна ему. Он сделал свой выбор. Всё что было между вам было не по-настоящему.»       Убеждать себя выходило из рук вон плохо.

***

      Медленно приходя в сознание, Драко сделал глубокий вдох и поморщился. В нос ударил запах настоек и медикаментов. Приоткрыв глаза, Малфой невольно простонал, чувствуя, как волнами подступает тошнота. Обстановка вокруг плыла из-за головокружения, поэтому он закрыл глаза и постарался расслабиться, что бы унять позывы рвоты. «Уизли. Сил, как у дракла, а мозгов, как у пикси. "       Горло саднило от жажды. Драко на ощупь потянулся к тумбочке, стараясь наткнуться на стакан с водой, но дрожащие пальцы ни в какую не хотели нащупать спасительное прохладное стекло с водой. Парень попробовал снова открыть глаза, но сознание тут же сделало мертвую петлю и Драко почувствовал, что еще не много и мадам Помфри ждал бы не самый приятный сюрприз на утро около его кровати. — Ляг, — раздался тихий голос со всем рядом с ним, — Я помогу. «Твою мать!»       Драко аккуратно пристроил голову на подушку и повернул её в сторону говорившего. Думать, почему Уизли пришла к нему ночью не хотелось.       Он слышал, как она подошла к тумбочке, слышал, как в стакан полилась вода и так же слышал, как Джинни с глухим стуком поставила графин на место. Он мог поклясться, что слышал, как громко бьется её сердце совсем рядом, совершенно не отдавая себе отчет о том, что собственное стучит не чуть ни тише.       Вопросов было много. Даже слишком много. Но вместе этого Джинни, аккуратно дотронулась до его руки, молясь, что бы Драко не почувствовал её дрожь. — Ты сможешь взять стакан? — тихо спросила она и, дождавшись едва заметного кивка, помогла взять стакан ему в руку.       Малфой медленно поднес его к губам и жадно припал, делая глубокие глотки, чувствуя, как по организму растекается вода. Оторвавшись от стакана, он его со стуком поставил на тумбочку и повернул голову в сторону где предполагаема стояла Джинни. — Зачем ты здесь? — тихо спросил Драко, удивляясь, что голос его прозвучал едва слышно. — Пришла проверить, жив ты ещё или Рон всё-таки перестарался, — ответила ему Джинни, стараясь чтобы голос прозвучал, как можно безразличней, и села обратно в кресло. Получалось не очень. — Ты ведь пришла явно не за этим, Уизли, — сказал Драко, приподнимаясь на локтях и усаживаясь на кровате по удобней. — Ладно, ты прав, — согласилась Джинни, старясь не смотреть на него, — Я пришла задать тебе парочку вопросов. — Считаешь, что я тебе отвечу? — скрестив руки, спросил Драко, чувствуя, как его накрывает усталость, — Не вижу в этом никакого смысла. Думаю, ты и так уже сделала все выводы. — Я хочу услышать это от тебя, — не много подумав, сказала Джинни, — Я хочу услышать от тебя, почему ты так поступил? Да мы были связанны глупым контрактом, но черт тебя дери, ты выставил меня такой жалкой, когда эта сучка облизывала тебя на глазах у всех!       Уизли замолчала, стараясь успокоится и унять дрожь, что охватила её стоило лишь вспомнить, как она застукала их за поцелуем. Джинни не знала, сколько они просидели в тишине, пока за окно не послышались звуки дождя, а вскоре помещение осветила вспышка света из-за чего девушка не произвольно вздрогнула. Начиналась гроза.       Она посмотрела на Драко, что продолжал сидеть неподвижно. Раздраженно выдохнув, Джинни вскочила из кресла, намериваясь уйти подальше. — Сядь рядом, — сказал Драко. Джинни, завернувшись к нему лицом скрестила руки, не намереваясь слушаться, — Джиневра, сядь рядом.       Фыркнув, она всё же подошла к нему и села на его кровать, чувствуя бедром жар его тела. — Значит, хочешь знать, почему я так сделал? — протянул Малфой, аккуратно приоткрыв глаза и старясь контролировать головокружение, — Что ж, наверное, потому что я наследник чистокровного рода, носитель чистой крови и поэтому мне нужна соответствующая партия, которая бы соответствовала ожиданиям моих родителей и входила бы в светский круг. Понимаешь о чем я?       Каждое слово для Джинни была словно пощечина. Она прекрасно понимала, что они явно не ровня друг другу, но как же ныло сердце от осознания того, что тебя просто использовали, как игрушку. — Так значит дело в том, что я не подхожу тебе по статусу, да? — тихо спросила Джинни, смотря на белую шторку перед собой и сдерживая ураган эмоций, что бушевал в ней, — Я думала, что ты изменился Малфой. Думала, что ты больше не делишь людей чистоте крови. Я ошиблась.       Джинни уже хотела встать, но крепкая хватка на запястье, остановила её. Она хотела выдернуть руку, но её попытки были безуспешными. — Я разве, говорил, что это я хотел бы, чтобы моя будущая жена соответствовала этим критериям? — грозно прошипел Драко, не поднимая на неё взгляд, — У тебя явно проблемы со слухом, Джиневра. Я сказал, что она должна соответствовать требованиям родителей и выбору родителей. Если бы хотя бы раз ты заглянула в нашу историю. Историю древних чистокровных родов, то поняла, что я имею в виду. Многие чистокровные семьи заключат брачные договора для своих детей, когда те ещё учатся ходить. Ты думаешь род Малфоев исключение? Или Паркинсон? Мы не заключаем браки по любви, Джиневра. Мы заключаем выгодный союз для бизнеса, для сохранения чистоты крови, для будущего.       Джинни села обратно на кровать совершенно растерянная, даже не понимая, как реагировать на данную новость. — Значит, Гринграсс… — Да, Джиневра, она моя будущая жена.       Уизли хотелось провалиться под землю, чувствуя, как сердце громом стучит в голове. Она не могла отрицать того, что хотела услышать, что всё это ложь. Посмотрев в его глаза, Джинни поняла, что он не шутит и говорит совершенно серьезно. Он рассказал ей правду. — Тогда за чем ты подпустил меня так близко к себе? — прошептала Джинни, немигающе продолжая смотреть на него, — Зачем позволил тебе поверить? «Зачем позволил полюбить себя?»       Уизли вздрогнула, когда холодные пальцы коснулись её руки, а потом нежно сжали её пальцы. Она наблюдала за тем, как он осторожно поднес её руку к своему лицу. Пальцы обдало теплом его дыхания и в следующее мгновение она почувствовала, как горячие губы оставили легки поцелуй на кончиках её ногтей. Малфой поднял на неё взгляд и посмотрел на неё в ответ. — Джиневра, ты опять не слышишь меня, — тихо ответил он, чувствуя, как дрогнули её пальцы, — Я никогда не желал брака с Дафной. Ты не дала мне ничего объяснить. А когда я хотел поговорить, то застукал Дина, выходящего из твоей комнаты. — В этот день я видела тебя с ней, — сказала Джинни, всё еще не отнимая руки, — Вы спорили, а потом… Это было выше моих сил. Дин — мой друг. Он помог мне в тот день, а потом пригласил на бал. То, что ты видел ничего не означало.       Девушка и сама не знала, зачем сейчас рассказала всё это ему. Она понимала, что скорее всего сегодня для них последний шанс расставить все точки. Скорее всего это будет для них последний разговор. На душе становилось слишком тяжело, но Джинни упрямо прогоняла это чувство. — Она предъявила права, — продолжил как ни в чем не бывало Драко, игнорируя часть про Дина, — Просила бросить тебя иначе расскажет всё отцу. Я отказывался. Мне было плевать на эту помолвку, но тогда… Она предложила мне сделку. Сделку, ради которой мне пришлось оставить тебя. — Что за сделку? — тихо спросила Джинни, не веря в услышанное. — Я не могу сказать, — ответил Драко, голос которого сквозил раздражением, — Ты можешь мне просто поверить? — Не могу, — прямо ответила Джинни, — Но очень хочется. Это связанно с тем, когда ты вернулся весь израненный? — Да. — Зачем всё это, Драко? — спросила Уизли, не обратив внимание, что назвала его по имени, — Ради чего всё это? — Я не могу сказать. — На тебе Непреложный обет? — озвучила Джинни свою догадку и сюда по удивленному взгляду её догадка была верна. — Да, — ответил Драко, отводя взгляд. — Этот обед связан со мной? — спросила девушка, нервно поерзав на месте, — Не молчи! Я должна знать правду! — Связан. — Ты поэтому вернулся раненный? — Да. — Ты что-то искал? — Да. — Для того, чтобы снять обед? — Нет. — А для чего? — Не могу сказать.        Джинни взволновано подскочила с кровати и заметалась вдоль неё. В голове лихорадочном работали шестеренки. «Малфой принял Непреложный обет. Согласился на сделку с Гринграсс из-за связанного обета. Связанного со мной.» — Причем здесь я? — остановившись, спросила Джинни, — Твое исчезновение тоже было из-за меня?       Драко умоляюще посмотрел на неё, мысленно прося остановиться. Он сказал слишком много и сейчас корил себя за то, что не смог держать язык за зубами. Малфой не хотел ввязывать в это Джинни. — Я помогу тебе. — Нет. — Я помогу тебе, Малфой! — крикнула Джинни и тут же зажала рот рукой, понимая, что могла разбудить Мадам Помфри.       Но шагов не было слышно. Поэтому поуспокоившись, она снова села рядом с парнем. — Это опасно, — устало сказал Драко, потирая лоб рукой, — Я не хочу, чтобы ты пострадала. — Мне плевать, — упрямо замотав головой, сказала Джинни, — Я помогу тебе. Но я должна знать с чем тебе помочь. — Я не могу сказать, — сказал Драко, переведя взгляд на потолок, — Да даже если бы мог, всё равно бы ничего тебе не сказал. — Почему? — тихо спросила Джинни. — Потому что не хочу подвергать тебя опасности, — посмотрев на неё, ответил Драко.       Взяв её за руку, Малфой потянул на себя, прижимая Джинни к своей груди, чувствуя, как та задержала дыхание, вслушиваясь в стук его сердца. — Потому что я люблю тебя, Джиневра.