Незаконный захват судов в системе Терминус

Система Дельта Павлина (18 световых лет от Солнца)

1 сцена: Блеск детского шлема в кают-компании. Нора в скафандре. Ей 12 лет. Коленками на диване перед иллюминатором, чтобы смотреть на звёздное скопление за просветами тёмной материи. А сейчас, всё внимание на голографическую ленту экрана. Нора с родителями идут на транспортнике «Кубартензия-47». Модульный транспортный корабль, грузового класса. Способен выводить на орбиту полезный груз до 60 тонн. Куплен на приорбитной станции MPC-248, планеты Деметра. Один двигатель в нерабочем состоянии. Разгерметизация 5 шлюза. Курс на станцию починки LHNatra-8491 для устранения утечки воздуха и замены двигателя. Родители Норы занимаются перепродажами судов и товаров. Сомнение копошащихся нейронов мозга через сенсоры зрительной системы (глаза) проходят прямо через иллюминатор и растворяются в темноте. Нора на секунды засомневалась, отрываясь вниманием от голо-дисплея. Следом в голове, — яркий сигнал электрического импульса: — Нашла! Топот по палубе. — Папа, папа, я нашла! Вот, ЭРЭС-четвёртый за 119 тысяч. Рубка управления. Папа на месте второго пилота. — Ого! Дай посмотреть. … Мама на кресле первого пилота, боком к иллюминации, ноги вытянуты к ногам папы. — Молодец! Вся в папу. — Ха! И недалеко, да? — Папа улыбается Норе. Через маску шлема видно. Нора и её родители расы Кварианцев. За века скитания по галактикам, у кварианцев почти не осталось иммунитета. Цвет кожи стал белым. Артериальная кровь в ходе микроэволюции посинела. А венозная перестала быть ярким предостережением насилия. Конечности у кварианцев трёхпалы. Берцовые кости зашли за колено и изменились так, что стало удобнее прыгать. Тазовая и бедренные кости остались без существенных изменений. Из-за критической нехватки иммунитета все кварианцы носят на себе костюм-скафандр. Голову закрывает шлем больше похожий на противогаз, только с широкой тёмной линзой для обзора. В ней можно разглядеть лицо со лба до носа. Щёки тоже видно. У рта маленький шлюз для приёма пищи. Там же находится фильтр для воздуха. Сам костюм, как вторая кожа, не стесняет движений, прилегает плотно, защищая носителя от любых опасных микроорганизмов. Поверх кваринцы могут носить любую одежду. — И недалеко! Будем брать? — Надо посмотреть. А что там ещё продаётся? Прокручивание ленты на голограмме. — Погрузчики есть. На Альтэрре погрузчики можно дороже продать. Мы как ни посмотрим, там всегда они дорого стоят. Ты сам говорил. Отбойные молотки вроде новые. Купят же, как новые, да? Тюбики с обедами в ящиках. Это у нас всегда берут, да папа? — Берут. Тюбики надо сразу продавать. Холодильник нужен для них. — Челнок есть с холодильником. И цена обычная. — То есть, за сколько купим, за столько и продадим. Умница маленькая! — Папа смеётся. Мама умиляется. — Идём на STARX-8423. 2 сцена:

Станция починки LHNatra-8491

«Кубартензия-47" пристыкована к 12 стыковочной площадке. Машинное отделение. Вона`Шон катит тележку с двигателем, купленным на STARX-8423. Вона`Шон, отец маленькой Норы. Гевек`Ина, её мама, демонтирует нерабочий движок. — Нора в кают-компании? — Да, сидит у иллюминаторов, рассматривает станцию. — Я всё отсоединила. — Кладёт ключ. Вона`Шон ставит тележку с новым двигателем рядом, идёт за гидравлическим краником, спрятанным в углу. — Опять мечтает о чём-то. — Думаешь, когда вырастет будет летать по планетам и рыскать по барахолкам? Или чинить корабли? — Вона`Шон подкатывает кран и снимает с него стропильные цепи. — Ты бы что хотел, чтобы она делала, Во`Шон? Во`Шон обвязывает старый двигатель цепями. Ина поднимается с пола, (сидела на коленках) помогает Шону. Не глядя, хватает концы, крепит крюк. Шон крепит свои, внимательно следя за ними. Не часто он занят таким делом. — Я бы хотел, чтобы она работала в машинном. Перепродажи, ненадёжный заработок. Не хочу, чтобы она общалась со встречными гуманоидами, чтобы купить или продать очередное барахло. Может, чаще пускать её за штурвал? Ина поднимает ключ, откручивает двигатель. — Если бы она была пилотом транспортника, я была бы за неё спокойна. А мы, Во`Шон, могли бы покупать и продавать одни суда. — Да. И она бы училась. Ты спец по этой части. Ты говоришь, что эти два разных двигателя будут работать вместе, и видишь, я не сомневаюсь, мы его купили. Никто кроме тебя не стал бы ставить разные движки. И я тоже не понимаю, как их заставить работать. Но я знаю, ты это сделаешь. Уже не первый раз мы входим в четвёртое пространство. — Поднял брови и улыбается. Смех Ины от его шутки. Она продолжает крутить, освобождая двигатель, чтобы его снять. — Они не разные. У них только разрядность отличается. Там восемь, а на новом шесть. По шестёрке выставить обоим, и будет работать. И старый блок перепаять. А новый на продажу. И… ну, ещё по мелочи. — Извини, что я не могу понять этого всего. — Десять лет назад я обижалась на тебя. А сейчас, это превратилось в рутину. Мне самой уже надоело. Особенно, когда лазаешь с ключом по одним и тем же кораблям. — Ладно, дорогая. — его рука, сквозь цепи, на её плечо. Во`Шон улыбается, голова на бок. — Мы будем больше заниматься судами. Но отныне, я не хочу покупать корабли, которые ты уже чинила. Время идёт и самое главное для меня, это ты и наша Нора. — Как и для меня, Во`Шон. Ты и наша Нора. — Она берёт его руку, подпирает голову о зажатую в своей руке его ладонь. Сидя на корточках в машинном, они смотрят, сквозь тела друг друга, в четвёртое измерение, где есть то, что не видит кроме них никто, и только они знают истинную ценность и полноту качеств характера и воспоминаний, что впутано несуществующими нитями в заполненное пространство скафандров. … 3 сцена: Нора с папой и мамой вернулись на родной крейсер-ферму «Унна-Нир» с полумиллионной прибылью обменных кредитов. Корабль-ферма, это сельскохозяйственное судно, тип массивных гигантских кораблей, применяется для выращивания в космосе и транспортировки сельскохозяйственной продукции у кварианцев. Стыковочная станция поднимается вверх кубическими формами с ровными углами. Площадки для стыковки судов, как огромные длинные лопасти. «Кубартензия-47» была продана «с незначительными следами эксплуатации» за 840 тысяч кредитов. С двумя рабочими двигателями, без пробоин в 5 отсеке. С чистой прибылью в 440 тысяч. Разгерметизация устранена временной каменной пеной, купленной за тысячу. Пять погрузчиков принесли прибыль в 26 тысяч кредитов. Тюбики в 15 тысяч. Отбойники остались в трюме ждать своего покупателя. Покинули вместе с ними последнее место продажи на челноке с холодильником. Коридор 165 отсека крейсера-фермы. Дети играют. — Мы с папой и мамой летаем по станциям и планетам. Мы продали грузовик за 840 тысяч! Недоверие. Бегающие глаза. Дети переглядываются. Что думают другие? Одна девочка решается сразу спросить: — А теперь на чём летаете? — На челноке с холодильником. Мы купили… — Взрыв. Конфетти смеха из хлопушек (маленьких ртов) вырывается из лёгких, заполняя звуком объём коридора. Летит прямо в Нору блестящий удар пучком квадратиков и полосок прямо в детскую гордость. Они смеются. Но Нора понимает их, и правда смешно после продажи грузовика летать на челноке с холодильником. — Ха-ха! — Нора тоже смеётся. — Врёшь! С другого отсека к нам перевелись, и с «Унна-Нир» вы никогда не улетали! Врёшь, потому что никто не узнает. — Не вру! Мы в космосе были! — В космосе одни пираты. И на челноке вы бы сюда не добрались! — Неправда! — Правда! Я в кают-компании от взрослых слышала, есть такие капитаны Иденны, дядя и тётя, они в пираты подались. И теперь везде пиратство развелось. Груз забирают, а команду плазменными винтовками: «пшик, пшик!» И корабль потом не найдут. — Мы были в космосе и там не было пиратов. — Хм. Никто тебе не поверит. Чувство собственной незначительности. Общество не доверяет Норе, она чувствует себя маленькой, скованной. Это Девочка не права, но остальным до этого нет интереса. Они не спрашивают подробности, им не нужно убеждаться ни в чьих словах. Просто доверяют на веру. Нора видит, что у детей есть привязанность к этой девочке. Чем она лучше Норы? Какие бы не были правила, Нора проиграла, и эта девочка лучше приспособилась к миру. И теперь они все, как один организм, — общество, осуждают её. Нора потеет и кровь кипит от возмущения. — Ну, раз так, когда я вырасту, я буду ходить на своём крейсере и стану капитаном Иденной! — Отчуждение родило контрконформизм. Нора отказывается играть по чужим правилам. Она будет выигрывать по своим. Она полностью уверена в своих словах. Она знает, как покупать корабли, и нет для неё ничего сложного стать пиратом. Плазменной винтовкой «пшик-пшик» и чужой груз себе в трюм. Знает, как потом продать добычу. А сколько чистой прибыли можно на этом сделать! И будут все так же бояться Нору, как эти девочки и мальчики боятся пиратов, а она с мамой и папой хозяйничать на миллионы световых лет в пространстве вселенной. И она вернёт свою правоту. Станет лучше, чем эта девочка. Выиграет у неё гонку за адаптацию. Соперничество разожгло огонь, идея разнесла его по площади. А рядом стояли возможности. Если бы их Нора не знала, пламя не разрослось бы до гибельного пожара. — Вот вырастишь, и мы посмотрим, стала ты капитаном Иденной или нет! 4 сцена:

Крейсер-ферма «Унна-Нир», машинное, отсек 64.

Вона`Шон и Гевек`Ина взяли смены в машинном отделении. На «Унна-Нир» все обязаны трудиться и отрабатывать цену за свой комфорт. Сидят перед двигателями, обнявшись и спустив ноги с перил. — Всё тут у них в порядке. — Я так и знал. Можно было не проверять. — Ты один из тех, кто берёт смены в машинном, чтобы ничего не делать. — Что может быть лучше для влюблённых парочек, как мы? — Хитро улыбается. — Помнишь, сколько их тут сидело, теперь любят других. И меня, может, разлюбишь... — Неее. Люблю, люблю!! — Затискал. Ина боится щекотки. Смеётся, вжимается в себя. И пищит на всё машинное. — Шон через маску шлема видит: в уголках глаз морщинки. Думает про себя: "Становится старше." Ина: — Я-то тебя всегда-всегда любить буду! Кроме тебя и Норы у меня больше никого нет. А ты со всеми общаешься. Все тебе друзья. Тебе все помогают. — Конечно! Ради кого это всё? Старики говорят, вам ещё жить да жить. А скольких они знают, кто не остался среди живых и был ещё младше?.. Помню, Ина, кто тут сидел, счастливей не стали. Чтобы создать прочную связь, нужно стараться. Мы стараемся и становимся одним целым. — Много ты пережил утрат в жизни. — Ина крепко обнимает Шона и гладит его спину. — Бедненький. — На её лице приторно-розовая дрёма. — Зато есть ты и Нора. А нам всего по 35. Когда эта смена закончится? — Ты только пришёл. Ещё обеда не было. А будет нам 40, что будешь делать? — Увидим. — А 50? — Увидим. — А если доживём до 60-ти? — Прости, дорогая. Я не смогу выполнять супружеский долг. Будем пугать молодёжь рассказами о том, что мы вытворяли в камерах стерилизации. А они представлять как мы старые развалюхи чудим там. Ина берёт Шона за ягодицу. — Смотри, в старости качай попу. Тебе не в жертву, а мне приятно будет. 5 сцена:

Каюта 115 отсека.

Нора сидит за игровым автоматом в отдельно отведённой ей каюте. На нём статуэтки, мягкие игрушки. На полу разбросаны сумки, рядом бытовые роботы, раскрашенные детскими рисунками. Висят наушники, мини-плееры, очки. Всё обклеено наклейками, и автомат, и кресло, и даже одежда Норы. Скоро папа с мамой придут её проведать. Нора складывает два плюс два. Если ограбить грузовик, что может находится на его борту? Топливо, продовольствие, станки, товары логистических компаний, строительная техника. Как много это может стоить? Как пираты безопасно продают награбленное? В экстернете можно вычислить продаёт товар перекупщик или честный продавец. Значит можно вычислить и украденное. Нора решила, что скорее всего много украденного на барахолках в заправочных гало-стоянках. Там можно продать всё, что угодно. И, наверно, они задёшево нанимают торгашей мусором, чтобы не продавать самим. Но где бы можно было продать большой груз? Строительная техника, может понадобиться начальникам строительной компании. И строительные материалы. Им главное качество, а не откуда они были привезены. Остаётся только обходить контрольные пункты. Вот, как интересно, оказывается! Дверь каюты нараспашку и Нора выбегает играть в пиратов. 6 сцена: В коридорах слишком людно, поэтому Нора забегает в лифт и спускается на самый нижний ярус. Она выходит. Открывается смежная лифтовая шахта. Мужчины и женщины вкатывают на каталке какой-то груз, накрытый пелёнкой. Катят по коридору. Нора прячется за углом. — ...за десять лет она его убила. — Попробуй вспомни, что было десять лет назад. — Экспертиза узнает. — Молодой парень. По неопытности подхватил. — У вас все молодые. Ему за тридцать. — Было, тридцать четыре года. Молодой. Красивый. Жалко его. — Жалко только потому, что красивый? А некрасивых не жалко? — Да всех жалко. От инфекций много умирают. Открывают один из отсеков по коридору, вкатывают каталку. Сами уходят прочь. 7 сцена: Снова салюты нейронных связей. Пираты смелые кварианцы! Нора деловито топает в открытый отсек. Она заходит, слышит, что кто-то вышел в коридор, прячется. В отсек не входят. Его запирают. В отсеке прохладно. Норе не страшно, она может связаться с родителями. На них можно рассчитывать! Настал черёд осмотра груза. Он может стоить обменных кредитов. Нора откидывает простыню, вздрагивает. Там кварианец. Без костюма, с белой кожей и с каким-то пучком синих канатов на пузе. Она думает, он спит. Пытается разбудить. Тыкает в него пальцем, он не ощущает. На голос не отзывается, если засовывать пальцы в нос, тоже не помогает. Нора начинает с интересом разглядывать кварианца без костюма. Изучает строение его рта, оттягивает веки, поднимает тяжёлые руки. Наконец её внимание доходит до верёвок на пузе. Берёт одну из пучка и тянет в другой конец отсека. Верёвки падают пучками на пол. Нора не понимает зачем здесь верёвки. Оставляет как есть. Становится очень холодно. Пальцы начинают неметь. Нора звонит папе. Оказывается, отсек изолирован и не пропускает частот. 8 сцена:

Каюта 115 отсека.

Ина и Шон подходят к дочкиной каюте. Её нет. — Играет где-то с подружками. 9 сцена:

Нижний ярус, медицинское, холодильники.

Нора оглядывает стены, ищет компьютер управления или связь. Находит только выключатели. Один от освещения. Другой Нора нажимает один раз. Надеется, что это поможет. Она что-то отключила. Стало тихо. На стене, напротив входа, простой дисплей, показывает температуру. Градус стал повышаться. Нора ещё несколько раз нажимает этот выключатель пока не понимает, что это выключатель холодильников. И вот она осталась одна. Сжимается в углу, чтобы согреться. Сидит так, пока не становится теплее. В голове путаются мысли канатами. Синими проводами греются вопросы и зависают без бледных ответов. Наконец, она догадывается. Это инфекция! Развилась в теле мужчины и не даёт ему проснуться. И сама растёт без жизни и движения, как естественно мёртво развиваются растения и грибы на фермах. Учащается пульс в висках, Нора начинает задыхаться. Она трогала эту инфекцию. Нора не знает, как она передаётся и заражает организмы. Она в состоянии надумать что угодно. Ей ещё не было так плохо. Ещё так сильно и отчётливо не слышала она ударов в голове от кровяного давления. Ещё никогда не было так трудно дышать. Руки и ноги обвисли и отказываются слушать владелицу. Ещё никогда Норе не было так панически страшно! Инфекция, о которой Нора знает только название захватывает её. Она впадает в ужас. Кричит и начитает бегать на четвереньках. Прыгает на стены, ломится в запертый шлюз. Она не думает о том, что делает. Её организм выделил большую дозу адреналина и эволюция принудила её расходовать этот запас. Ей кажется, что невидимая зараза распространяется по её телу и скоро у неё, так же, как и у незнакомца, лежащего на каталке, из живота вырастут трубки и вывернуться запутанными пучками, прорывая герметичный костюм. Нора, наконец, падает на середину отсека. Зажмуривает глаза и мирится со своей участью. Она бы хотела успокоиться, по-взрослому принять трудности. Но внутри всё бешено колотиться, и не даёт даже на пол минуты отвлечься. Ужас от наступления смерти делает организм далёким и чужим, Нора отделилась от самой себя, и там где была она, теперь находится болезнь. В новые пол минуты сознание становится чище и в нём отрастают новые страхи. Кажется, что теперь каждый участок её тела может стать местом для выхода молодых побегов-пальцев инфекции. Она бессильно катается по напольной обшивке. Бессознательно заматывает себя в размотанные верёвки инфекции. Ужасается, шарахается. Замучено мычит. Падает тело незнакомца с каталки. Нора не может осознать, где она и что с ней происходит. Рыдает и носится из угла в угол, продолжает кидаться на стены, а спящий кварианец крутится по центру отсека. Нора зажмуривает глаза. Тело её уже двигается само, без контроля, отрабатывая зацикленные движения. Страх понемногу ослабевает. Ей становится нетерпимо, до бесконечных слёз, жалко родителей. Нора не смогла бы представить их жизнь без неё. А сознание окружает пульсирующий полумрак, вязким космосом обволакивает действительность. Потом всё рассыпается рябью, и где-то в центре рождается горящая звезда-гигант. Заволакивает всё, что есть к себе, будто прямо за ней находится чёрная дыра, и снова всё лишается света и остаётся только красное ядро посередине. ...

Tales (Uriah heep)