Рождённая под волшебной звездой

***

      Максим вылетел в коридор, стараясь унять громкое и тяжёлое дыхание. Прямо около комнаты уборщицы, стоя и приводя в порядок непослушные лёгкие, Макс встретил Володю. Тот улыбнулся ученику, но, увидев состояние Морозова, задал вопрос:       — Макс, всё в порядке? — Парень зарычал и рявкнул:       — Да охренеть, насколько! — Максим сорвался с места и стремительным шагом направился куда-нибудь подальше от этого места. Повар посмотрел вслед Максу и незамедлительно вошёл в комнату Вершининой.       — Маша! — Мужчина подлетел к любимой и присел перед ней на колени, когда увидел, что Мария плачет навзрыд. — Что случилось?       — Макс догадался, что я его мать. — Захлёбываясь слезами, проговорила волшебница. — Я виновата в том, что он всё детство провёл с этим… — Она замолчала. — Володя, это я во всём виновата! Максим прав! — Она зарыдала ещё громче. Володя взял Машу за руки и отвёл к кровати. Усадив её рядом с собой, он спросил:       — Это он тебе сказал? — Она кивнула.       — Он прав. — Немного успокоившись, ответила Мария. — Если бы не моя чёртова гордость, я была бы рядом со своим мальчиком давным-давно! — Она уткнулась в шею к Володе и снова заплакала.       — Ты и была рядом с ним… Всегда. — Маша рассказала Володе весь их разговор с Максом. — Нельзя, чтобы Морозов узнал, что ты знаешь, кто твой сын. Ты же прекрасно это понимаешь! — Соколов гладил её по спине, пока волшебница не уснула. Володя аккуратно уложил любимую на кровать и прикрыл её пледом, достав его из шкафа с помощью палочки. Он тихо вышел из комнаты, твёрдо решив найти Максима и поговорить с ним по-мужски.

***

      Максим любил сов, да и они питали к парню, приносившему им парочку вёдер дохлых мышей в качестве лакомства, особые чувства. Поэтому часто проводил время в совятне, находившейся недалеко от Чармерс — прямо в начале леса. Сейчас он сидел на полу и курил, поглаживая свою сову по пёрышкам. Птица еле держалась и старалась не заснуть, но тёплая рука хозяина и светлое время суток не давали сове Максима шансов на бодрствование.       Морозов думал о разговоре с Машей. У него в голове не укладывалось, что эта женщина — его мама. Его настоящая мама. И эта история с гибелью его настоящего отца просто выбила из колеи. Такого просто не бывает. Хотя давно уже пора привыкнуть, что в этой школе и в этом мире бывает всё!       Сколько же крови на руках Петра?!       Подумать только, мама Максима жива и здорова, а он всю свою жизнь оплакивал совершенно чужую женщину… Знала ли она о том, что воспитывает чужого ребёнка?       Максим выдохнул. Он сморгнул слёзы, когда перед глазами предстал образ светловолосой и жизнерадостной Валентины. По крайней мере, она любила его очень сильно — маленький мальчик внутри брюнета чувствовал это.       Затушив сигарету о грязный от птичьего помёта пол, Макс встал на ноги и отряхнул школьные брюки от перьев. Его ручная сова ухнула и приветливо клюнула парня чуть ниже колена. Он улыбнулся птице и попрощался с ней.       Из головы никак не выходил разговор с Машей… Как теперь её называть? И как вести себя с ней?       Так добрёл Максим до Чармерс, думая о Марии. Он, не обращая внимания ни на кого, начал подниматься по лестнице, ведущей на второй этаж. Навстречу ему шла Лиза. Девушка выглядела немного обеспокоенной, но всё равно вымученно улыбнулась, когда брюнет поднял на неё глаза. Вот, кто ему сейчас нужен. Сделав ещё шаг к ней, Максим не ожидал того, что кто-то сзади налетит на него и прижмёт за грудки спиной к стене. Лиза охнула и подбежала к сцепившимся.       За воротник Макса держал Володя — он явно был настроен решительно.       — Володя, что вы делаете? — Попыталась его оттащить от Максима Лиза. Бесполезно.       — Ты что, Макс, совсем не понимаешь, почему она ничего тебе не говорила? — Буквально прорычал Володя в лицо Максу.       — Володя! — Ещё раз попыталась Лиза. Но после второй попытки разнять их, так и не увенчавшейся успехом, девушка просто ошеломлённо уставилась на повара, принимаясь слушать, что он говорит.       — Она тебя оберегает! Она тебе хочет помочь! — О ком идёт речь? Лиза пока слабо понимала, что здесь творится.       — О-о-о, — усмехнулся Макс, — что, будущая жёнушка уже нажаловалась своему любимому на своего нерадивого сыночка? — Елизавета нахмурилась.       — Маша тебя потерять боялась второй раз! — Шипел Соколов. — А ты говоришь ей такие вещи? — Виноградова поймала себя на мысли, что обязательно хочет узнать, о чём говорили Маша и Максим. — Ты хоть представляешь, что это такое — потерять сына и мужа в одночасье? Представляешь, что такое каждый день жить и бояться, что твоего сына убьют?! А представляешь, какого мне каждое утро просыпаться и надеяться, что твой папаша не перерезал её горло Оффендо?       — Мне так жаль… — Скорчил рожу Максим, отрывая руки повара от своей рубашки, а затем продолжил, одёрнув одежду: — Жаль, что никто не хочет понять, насколько хреново похоронить свою мать, а потом вдруг узнать, что, на самом деле, моя мать — совершенно другой человек! — Лиза затаила дыхание, а Володя молчал. — Не трогай меня, понял? — Морозов ткнул указательным пальцем в грудь повару и усмехнулся. — Добродетели, блин! — Пробурчал Максим. Он обошёл Лизу и Володю и под их озадаченные взоры направился дальше по лестнице, переступая через ступеньку.       Виноградова перевела взгляд на Володю, а потом побежала за Максом. Ему либо нужна её поддержка, либо просто её присутствие — это девушка знала точно. Блондинка даже не стала обращать внимание на Галину Васильевну, сложившую руки на груди. Завхоз стояла на последней ступеньке и укоризненно смотрела на повара.       — Молодец… Сорваться на ни в чём не повинном пареньке — в твоём духе! — Констатировала факт женщина.       — Это в духе Морозова-старшего… — Ответил Володя.       — Ну, так может ты чуточку постараешься и будешь для Макса гораздо лучшим отцом, чем его приёмный? — Она сверкнула глазами и продолжила движение по лестнице, не сказав повару больше ни слова. Соколов потёр подбородок и шумно выдохнул. По крайней мере, он не даст Машу в обиду даже её собственному сыну.

***

      Лиза увидела, как Макс завернул в свою комнату. Девушка постояла пару секунду, перевела дыхание и относительно медленным шагом прошла в спальню.       Морозов стоял около окна и всматривался в темную глубь леса.       — Макс…       — Я хочу побыть один, ладно? — Резковато ответил брюнет. Лиза замолчала. — Я не хочу, чтобы ещё ты строила из себя заботливую мамочку.       — Ну, и чего же ты хочешь? — Лиза подошла ближе к парню, но не решилась сокращать расстояние, чтобы коснуться Макса.       — Хочу, чтобы всё закончилось. — Значительно ослабевшим голосом произнёс Морозов. Его плечи опустились, и послышалось шумное дыхание. Теперь Елизавета поняла, что она будет в безопасности, когда обнимет брюнета. Именно это она и сделала в следующую секунду. Её руки, со спины, обвили талию Макса, а щека прижалась к лопаткам.       — Всё обязательно закончится! — Прошептала она. Парень повёл головой, а потом дотронулся до её ладони и крепко сжал. — Что ты сказал Маше? — Она робко спросила это, боясь быть отвергнутой. Максим вздохнул, расцепил ладони Лизы и повернулся к ней. Продолжая держать руки девушки в своих, он, неспеша, поднял на неё взгляд.       — Наверное, я обидел её, но… — Брюнет снова опустил голову и прикрыл глаза. — Но мне тоже больно! — Лиза выдохнула и потянула Максима к его кровати. Они сели бок о бок, а Виноградова принялась слушать его рассказ.       Максим говорил с расстановкой, не путался в мыслях, но смотрел лишь на их переплетённые руки. Лиза периодически хмурилась, но тут же старалась приобрести невозмутимый вид, чтобы не смущать Макса. Спустя несколько секунд после окончания рассказа Морозова, Лиза вздохнула и произнесла:       — Максим, ты не виноват в том, что наговорил ей. — Брюнет с надеждой посмотрел на девушку. Хоть кто-то его понимает. — В тебе говорит детская обида. Я тебя понимаю! — Она мягко улыбнулась, что послужило улыбке Макса. — Но ты должен извиниться перед Машей — её тоже можно понять. Она всего лишь хотела счастья для своего сына. — Возможно Лиза была права, но к прощению парень был ещё не готов. — И я хочу, чтобы ты знал, — когда Максим снова опустил глаза в пол, Лиза погладила его по щеке и нежно заговорила: — я всегда буду с тобой! Чтобы ты не предпринял! — Уголки его губ снова приподнялись и он спросил:       — Честно? — Лиза тихо засмеялась.       — Конечно, честно! — Максим крепко обнял Лизу, зарываясь носом в её волосах. Они просидели так сравнительно долго. Просто прижимались друг к другу и были счастливы.       Вдруг кто-то, без стука, бесцеремонно, ворвался в комнату. Макс и Лиза оторвались друг от друга и посмотрели на дверь. Около входа стоял Рома. Он закатил глаза, когда увидел обнимающихся друзей.       — Блин, ребят, ну, вы нашли время! Мы вас по всей школе уже обыскались! — Виноградова и Морозов недоумённо переглянулись. — Мы к Виктору идём или нет?! — С вызовом спросил Павленко.       — Да, пошли… — Не обращая внимания на тон рыжего друга, тихо ответил Морозов. Он за руку потянул за собой Лизу и ободряюще улыбнулся ей. Трое друзей направились к спальне преподавателя. Он наверняка уже был там и проверял сочинения учеников о применении магических заклинаний в различных жизненных ситуациях.       Около двери в комнату Виктора Николаевича они встретились с Андреем, Дашей и Викой.       — Сколько вас можно ждать? — Возмутилась Старкова. — Где в были?       — Решали семейно-бытовые проблемы. — Отмахнулся Макс. — Ну, чего стоим, кого ждём? — Рома удивлённо приподнял брови, но промолчал. — Стучим?! — Лиза кивнула с улыбкой, а Морозов тут же ударил три раза кулаком по дереву. За дверью послышались шаги — Поляков без лишних разговоров впустил одиннадцатиклассников в личную комнату, как только увидел, кому понадобился в относительно поздний час.

***

      Виктор, молча, слушал рассказ ребят о том, что Петр Морозов является ни кем иным, как самым зловещим преступником современного магического мира. Он выглядел загруженным и усталым. Поляков явно не был доволен сложившейся ситуацией.       — Вот и получается, что директор школы является уродом и убийцей. — Закончил свой рассказ Андрей, тряхнув ежедневником. Виктор опустил глаза на скрещённые пальцы и вздохнул.       — Я вас услышал. Что-нибудь придумаю. — Ребята удивленно переглянулись.       — Эм, — усмехнулась Даша, — а мы?       — А вы идите и учитесь, занимайтесь своими делами. Не лезьте в это. — Друзья снова озадаченно обменялись взглядами.       — Виктор Николаевич…       — Что неясного было в моей просьбе?! — Разозлился преподаватель, хлопнув ладонью по столу, не желая слушать Лизу. Девушка подпрыгнула. Обстановка в комнате явно накалилась. — Марш по своим комнатам! И чтобы не смели совать нос в это, ясно? Никакой самодеятельности!       Лиза нахмурилась и встала первая, выйдя из комнаты учителя. За ней вышла вся компания.       Виктор поёрзал и снова скрестил пальцы, вглядываясь в пустоту своей спальни.       Спустя пару минут бывший директор достал из стола бумагу и взял ручку, быстро начеркав на листочке заявление об отпуске.

***

      — Просто потрясающе! — Ругалась Елизавета, когда друзья вошли в комнату девочек. — Мы и расследование провели, и преступника нашли… А теперь сидите, детки, на одном месте ровно! — Она, надутая, села на свою кровать и сложила руки на груди. — Это несправедливо!       — Интересно, что он придумает? — Задумчиво произнесла Даша.       — Что бы не придумал, не он один знает о Морозове. Им необходимо осторожнее себя вести! — Ответил Макс.       — Да, нам бы тоже особо от людей не отлучаться. — Продолжила Вика, открывая учебник по уходу за магическими растениями. — Иначе можно писать завещание. — Друзья, молча, согласились. — Но это не повод забросить уроки самообороны. — Кузнецова улыбнулась. — Завтра на чердаке будем отрабатывать воздушную волну — это так интересно! — Девушка чуть не захлопала в ладоши от радости, что скоро сможет научиться чему-то новому.       — Воздушная волна? — Удивлённо произнёс Рома. — Что это?       — Увидишь! — Лукаво подмигнула ему Кузнецова. — Я уже пару раз попробовала без вас — вы такого ещё не видели!       Лиза отвернулась от друзей, обсуждавших внеурочные занятия, размышляя над тем, почему Виктор так поступил. Девушка злилась на опекуна, хоть и понимала, что все, о чем переживал бывший директор — безопасность учеников Чармерс.

***

      Ребята успешно обучались беспалочковой магии — даже ладони Ромы перестали пускать пар. Павленко уже уверенно швырял в стену огнём.       — Смотрите, — Вика выдвинула вперёд правую ногу, указывая на неё друзьям. Перед Кузнецовой были постелены гимнастические маты, а на матах стоял Максим — для наглядности примера. Он выжидающе смотрел на подругу, которая собиралась показать воздушную волну. — Готов? — Спросила Вика у брюнета. Он скривился, пытаясь скрыть небольшой страх.       — Смотря, к чему?! — Вика хихикнула.       — Не бойся, ничего с тобой не случится. — Девушка поднесла руки к груди, выдохнула, а затем резко выбросила ладони внутренней стороной вперед. Максима откинуло на пару метров назад — Даша округлила глаза. Морозов приземлился спиной на маты с поражённым выражением лица, охнув от неожиданности.       — Ни хрена себе! — Воскликнул Макс. — Предупреждать надо! — Вика вернула правую ногу на место и довольно улыбнулась.       — Вуаля! — Практически пропела Кузнецова. — Ваша очередь! — Она повернулась к ошеломлённым друзьям.       — Только теперь, пожалуйста, выберите другую «грушу для битья», окей? — Вставая с мата, ответил Морозов. Лиза хмыкнула. Андрей обернулся и осмотрел чердак в поисках чего-то, что могло бы им помочь в тренировке.       — Блин, я надеюсь, я не разнесу чердак, пока буду отрабатывать это… — Пробурчал себе под нос Рома, считая себя не самым способным учеником.       — Вот это подойдёт? — Все обернулись на Авдеева, держащего в руках два стула. Он поставил их на маты, а сверху накинул два старых пальто.       — Отлично! — Воскликнула Вика.       Друзья нашли еще несколько стульев и встали напротив них, повторяя начальную позу Вики.       — Старайтесь вложить всю свою силу в ладони, когда выбрасываете их вперёд, понятно? Вот так! — Вика ещё раз показала упражнение, от чего стул отлетел назад, подобно Максу. — Давайте, пробуйте! — Вика скрестила руки на груди и подошла к Лизе. Виноградова беспрепятственно выполнила задание, отбросив от себя стул с пальто подальше. — Молодец! — Дальше был Максим — он смог только сбросить со стула пальто. — Максим, ещё больше силы вложи в бросок — тогда всё получится. — Морозов сдержанно кивнул, снова встал в позу и попытался ещё раз. Теперь стул отлетел к дальней стенке, чем вызвал улыбку Чеширского кота у брюнета. — Да! — Даша с Андреем тоже справились с заданием. Но Старкова немного перестаралась и забросила стул на антресоль, почти под потолок, чем невероятно удивила Кузнецову. — Даш, неплохо… Только мы ещё тренируемся — такими темпами у нас и «снарядов» не останется. — Девочки засмеялись. — Хотя в бою это может пригодиться… — Задумалась вдруг Вика. Рома явно боялся опростоволоситься перед друзьями, которые успешно справились с заданием Виктории. — Давай, Ром, всё получится. Просто сконцентрируйся на враге. — Кузнецова указала на стул. Роман кивнул и встал в позу. Парень выдохнул и выбросил ладони вперед — стул отлетел, сбросив с себя пальто в полёте. Павленко открыл рот, а потом ахнул, сам не поверив своим глазам. Друзья подлетели к Роме и начали его хвалить.       — Отличный бросок, Ромыч! — Довольно произнёс Максим.       — Молодец, Ром, я же говорила, что у тебя всё получится! — Улыбнулась Елизавета.       Вика была рада, что их внеурочные занятия проходят без сучка и задоринки.

***

      Друзья разошлись только после десяти вечера. Они по очереди выходили с чердака, оглядываясь по сторонам. В Чармерс уже давно был отбой, поэтому одноклассники с опаской шли по коридорам школы.       — Вы идите, а я пойду в библиотеку — возьму себе что-нибудь почитать. — Лиза улыбнулась друзьям, а затем чмокнула Макса в щечку.       — Будь осторожна. — Он тоже улыбнулся девушке и подмигнул ей, прошептав это. Виноградова улыбнулась ещё шире и кивнула — приятно, когда за тебя переживают.       Ребята свернули направо в один из коридоров, ведущих к спальням, а Лиза — налево, чтобы попасть на лестницу на первый этаж. Виноградова не особо боялась наказания Морозова-старшего, поэтому вполне себе спокойно спускалась по ступенькам вниз. В холле слышны были тихие бормотания портретов. Блондинка спустилась с последней ступеньки и вежливо поздоровалась с госпожой Востряковой и господином Щербаковым.       — Здравствуйте! — Небрежно бросил граф ученице, продолжая что-то обсуждать с Виталиной Востряковой. — А я вам говорю… Этот Морозов угробит школу вместе со всеми нами! С картинами он точно церемониться не станет! Его надо убирать! — Услышала Елизавета. Она остановилась и повернулась к портретам, стараясь не мешать их дискуссии.       — Вы считаете, необходимо воспользоваться референдумом? — Лиза вскинула брови, подходя поближе к картинам, когда услышала вопрос Востряковой.       — Ну, конечно! Иначе висеть нам с вами в людских галереях и молчать вечно - Вы же слышали, как он с нами разговаривал! — Шепотом воскликнул граф. Вострякова ахнула.       — А как же Объединение Волшебных Существ? — О таком союзе Елизавета слышала впервые, поэтому практически задержала дыхание.       — Уверен, они поддержат уход Морозова, если ученики большинством проголосуют против его власти в Чармерс! А Министерство Волшебного Образования будут вынуждены согласиться с ОВС! — Доказывал Щербаков свою правоту Виталине, пока другие портреты бывших директоров Чармерс дремали. — Только представьте, что будет твориться, когда Морозов попадёт к нам, на портреты бывших директоров… Бр-р! — Графа передёрнуло. — Не дай, самый могущественный волшебник на свете! Вот Поляков был директором, что надо!       — Простите, что прерываю вас! — Виноградова решила вмешаться в разговор картин. Граф и графиня перевели удивлённые взгляды на школьницу. — А можно я вас кое о чём спрошу?       — Потрясающая наглость… — Хмыкнул граф. — Что ж, миледи, испытайте счастье! — Щербаков развернулся корпусом к Виноградовой и принялся ждать вопроса от ученицы.       — Я случайно подслушала ваш разговор об отставке Морозова. — Вострякова едва слышно охнула. — Прошу прощения за моё любопытство, но я, как и вы, хочу, чтобы директором снова стал Виктор Николаевич. — Щербаков кивнул. — Как поможет референдум? И как к этому относится Объединение Волшебных Существ?       — С помощью референдума ученики могут добиться отставки директора. — Ответила Вострякова. — Только если число проголосовавших против него будет превышать восемьдесят пять процентов — иначе дальнейшую судьбу Морозова ОВС даже рассматривать не посмеет. Это прописано в Уставе школы. Не понимаю, как Морозов ещё не догадался убрать это правило… — Практически прошептала графина с портрета. — А Объединение Волшебных Существ — это союз, в который входят феи, эльфы, тролли, великаны и волшебники. После результатов референдума дело Морозова передастся им — они решат может ли Пётр Алексеевич занимать этот пост и дальше. Говорят, они имеют больше полномочий, чем все Волшебные Министерства, вместе взятые. — Виталина Вострякова развела руками, краем глаза замечая, что граф с соседнего портрета кивает на каждое её слово.       — Нечему возразить! — Подметил господин Щербаков.       — То есть, если ученики проголосуют против, то у нас всех есть надежда?! — То ли портреты, то ли саму себя спросила Виноградова.       — Очень верно подмечено… Надежда есть… — Тихо ответила Вострякова.       — Спасибо! — Повеселела Елизавета. Она чуть не подпрыгнула на месте. Граф и графиня с портретов улыбнулись ей.       — Были рады помочь… Надеюсь, вы используете эту информацию по назначению! — Ответил Щербаков. Виноградова широко улыбнулась и кивнула. Она продолжила свой путь в библиотеку, окрылённая появившейся впервые за долгое время хорошей новостью.

***

      Виноградова зашла в своё самое любимое место в Чармерс и с блаженством вдохнула книжный запах.       Она была бы очень рада, если бы волшебная палочка была сейчас рядом с ней — ей стоит только взмахнуть и нужная книга тут же прилетит тебе в руки. Но древко ученики по прежнему сдавали Морозову, а это значило, что книгу для чтения на ночь придётся искать вручную.       Елизавета уже и забыла, каково это, жить, как обычный человек, не знать, что такое магия и справляться только своими силами.       Порыскав по стеллажам, блондинка нашла книгу, которую тут же села читать на небольшой кожаный диванчик в углу библиотеки.       Возможно она бы и не заметила, что в библиотеке кто-то есть, если бы не громкие детские всхлипы.       Елизавета оторвалась от интереснейшей повести, подняла голову и увидела в дверях библиотеки Алису Ткаченко. Девочка шмыгала носом и готова была расплакаться ещё больше.       Виноградова отложила книгу и подошла к Алисе, смотрящей на блондинку огромными и влажными глазами.       — Алиса, что случилось? Ты почему не спишь? — Лиза присела на корточки перед второклассницей и положила руки ей на маленькие плечики. — И почему ты плачешь? — Алиса опустила глаза в пол и снова захныкала.       — Я по маме скучаю… — Эти слова отдались огромнейшей болью в сердце Лизы. У неё самой увлажнились глаза, а к горлу подкатил ком — перед глазами встали погибшие родители.       — Я тоже по ней очень скучаю… — Прошептала Елизавета, обнимая девочку и прижимая её к себе так сильно, чтобы укрыть от грусти и тоски. Блондинка поглаживала девочку по спине, стараясь успокоить её. — Алиса, мама скоро приедет… — Дрожащим голосом сказала Лиза. Она отодвинула от себя Алису и посмотрела на девочку. — Надо немного потерпеть и подождать… Скоро будут каникулы, и ты все лето будешь с мамой! — Лиза широко улыбнулась, вытерев слезы на щечках Ткаченко. — Представляешь, как будет гордиться тобой мама, когда узнает, что ты лучшая в классе по ухаживанию за растениями?! — Алиса заулыбалась. — Вот! Молодец! Да и разве тебе здесь скучно? У тебя столько друзей! — Алиса закивала. — Надюша, Митя… Даже Юра Верёвкин! — Девочки засмеялись. — Ты ещё летом соскучиться по школе успеешь! Поверь мне! — Алиса обняла блондинку за шею, прикрыв глаза. — Главное, помни, что твоя мама и твои друзья тебя очень любят! — Снова прошептала Лиза, еле сдерживаясь. — Тогда все будет хорошо…       Они снова обнимались, утешая друг друга.       — Пойдем, я отведу тебя в комнату. — Лиза встала с колен и взяла Алису за ручку. — Больше не будешь плакать? — Алиса залилась звонким смехом и покачала головой.       — Только если ты пообещаешь мне завтра принести конфетку! — Лиза прищурилась и улыбнулась.       — Ах, ты, хитрюга! — Елизавета щелкнула девочку по носу, и они отправились в комнату к второклассникам.

***

      Вика и Даша что-то оживлённо обсуждали в своей комнате, когда в неё вошёл Максим.       — Девчонки, Лиза не возвращалась? — Заметив, что девушки в спальне нет, спросил парень. Он решил проверить, вернулась ли блондинка из библиотеки, потому что время уже близилось к обходу Чармерс Морозовым-старшим.       — Нет, мы думали, она у вас… — Ответила Даша, задумавшись над тем, где тогда может быть Виноградова, если не в комнате мальчиков.       — Она сказала, что пойдёт в библиотеку, но там её тоже нет — я проверил. — Он провёл рукой по волосам, начиная волноваться.       — Максим, ну, ты только не нервничай! — Произнесла Кузнецова. — Может она просто в душ пошла?       — Там я тоже был… — Пробурчал себе под нос парень. — Ладно, я пойду её искать… — Не дождавшись ответа озадаченных подруг, Макс вышел из комнаты, отправляясь на поиски Виноградовой.

***

      Всю дорогу Алиса щебетала, что они с Надей завтра хотят посадить цветок-людоед и что, когда они рассказали об этом Семёну Андреевичу, тот попросил делать это где-то подальше от Чармерс. Лиза засмеялась. Ткаченко заметно повеселела, чему Виноградова была очень рада.       Елизавета уложила девочку на кровать и укрыла ту одеялом, оглянувшись и увидев, что Надя Авдеева на соседней кровати уже давно мирно посапывает.       — Спокойной ночи, малышка… — Прошептала Лиза и поцеловала Алису в щечку. Та широко зевнула и прикрыла глаза.       — Ты обещала мне конфетку… — И Алиса тут же уснула. Лиза грустно усмехнулась. Виноградова подошла к соседней кровати и заботливо укрыла и Надю, поёживающуюся во сне. Девушка снова улыбнулась и вышла из спальни, прижавшись спиной к стене.       Пока Елизавета была с Алисой, она совсем забыла, что сама еле держалась, чтобы не заплакать. И сейчас, когда Лиза осталась одна, эмоции снова взяли верх. Она снова почувствовала себя маленьким ребёнком, оставшимся в этом мире совсем одной.       Лиза сползла по стене вниз и прикрыла рот рукой, пуская слезы по щекам. Она плакала, вспомнив, как родители всегда встречали её после учебного года, как готовили праздничный ужин и как долго рассказывали друг другу все случившееся за девять месяцев обучения Елизаветы.       Еще девушка вспомнила, как перед своим первым годом обучения родители показывали ей чудеса на потолке детской комнаты. Те облака, звезды и волшебная овечка навсегда останутся в её памяти, но не обычным воспоминанием, а самой настоящей надеждой.       Лиза потянула правую руку к потолку коридора, всхлипнула и пожелала, чтобы те же облака и звёзды снова появились. Из ладони Елизаветы устремилось вверх темно-серое вещество, поблескивая в воздухе. Через секунду потолок затянули пышные тучи, среди которых проскальзывал свет от звёзд. Лиза долго смотрела на ночное небо, глотая слёзы.       В коридор завернул Максим. Он остановился, увидев плачущую девушку, а потом рванул к ней. Парень почти не обратил внимания на ночное небо в коридоре.       — Лиза… — Макс присел на корточки перед плачущей девушкой, положив тёплые ладони ей на плечи. Она всхлипнула. — Что случилось? — Обеспокоенно спросил Морозов. — Кто тебя обидел?       — Макс, мне так плохо… — Она снова заплакала, спрятав лицо в ладонях. Максим встал на ноги, потянув за собой и блондинку. Он крепко прижал её к себе, поглаживая по спине.       — Шшш, — прошептал он, — расскажи мне…       — Я вспомнила родителей… — Всхлипнув, ответила она. Они стояли по середине коридора, не боясь быть пойманными Морозовым-старшим. Они просто старались быть друг для друга последней надеждой, последней соломинкой, за которую оба хватались всё сильнее и сильнее. — Господи, какая же я идиотка! — Вдруг заявила Виноградова. Она слегка оторвалась от парня, встречая его озадаченный взгляд.       — С чего ты взяла? — Усмехнулся он, мягко вытирая слезинки с её щёк.       — Ты только что узнал, что твоя мама — тебе не мама, а я тут со своими проблемами и нытьём! — Она смутилась и опустила взгляд вниз. Максим широко улыбнулся и ладонями поднял её лицо, чтобы снова посмотреть в её глаза.       — Ты, правда, идиотка, Лиз… — Она смотрела на него и видела в нём свою защиту. Самую мощную защиту в мире. — Не существует твоих проблем! — Она приподняла брови, удивившись его заявлению. — Есть наши проблемы. Отныне все твои проблемы мы будем решать вместе! — Они соприкоснулись лбами, прикрыв глаза, наслаждаясь обществом друг друга. — Я люблю тебя! — Прошептал он.       — Я люблю тебя! — Ответила она. Они слились в теплом и нежном поцелуе, ощущая, как кожу на кончиках пальцев покалывает от прикосновений. Она уже давно забыла, что пару минут назад стояла, прижатая к его груди и плачущая почти навзрыд. Сейчас существовал только этот момент, только они, только их губы и руки. Только их жаркие объятия.       Максим зарылся пальцами в волосах на её затылке, толкнув девушку к стене. Лиза спиной ощутила холод кирпичной перегородки, от чего едва слышно охнула. Она крепко ухватилась за его шею, слегка проводя по коже ноготками, вызывая у Макса мурашки.       — Не здесь. — Облизнув губы, сказала Лиза. Она посмотрела в самую душу Максиму, опустив робко руку на его плечо. Она прикрыла глаза, а через минуту, после завертевшегося вокруг неё мира, открыла их, очутившись вместе с брюнетом в комнате, освещаемой лунным светом. — Кажется, подходящее место… — Заметила Елизавета, снова посмотрев на Морозова.       — Как ты сделала это без палочки? — Раньше действительно никто не умел перемещаться без палочки. Лиза пожала плечами.       — Не знаю, просто подумала, что мне нужно место, где я могу быть с тобой наедине и не бояться, что меня застукает и прилюдно казнит твой отец. — Они засмеялись.       — Пусть только попробует… — Прошептал Максим, снова касаясь сладких губ Виноградовой своими. Она провела своими пальчиками по груди парня, опускаясь ближе к краям его пижамной футболки. Лиза потянула её вверх, пытаясь снять ненужный предмет с накаченного тела брюнета. Сопровождая каждое своё движение поцелуями, девушка подталкивала Максима к кровати. Парень не отставал от неё: одежда за одеждой он обнажал её красивую и нежную кожу.       Оказавшись уже на кровати, полуголые, они продолжали целоваться и исследовать горячими от возбуждения пальцами тела друг друга.       — Я люблю тебя! Я люблю тебя… Люблю тебя… — Шептала она, пока Максим оставлял багровые засосы на её ключице. Лиза пыталась как можно больше вдохнуть аромат его одеколона, запомнить каждый миллиметр его кожи. Они оба растворялись в ощущениях, старались передать все невысказанные слова. Забыть обо всех страхах, забыть, что их окружает удушающая неизвестность и угрожающая каждый день смерть.       В его объятиях она могла забыть о всех своих потерях, а он в её — просто мог быть счастливым. Счастливым настолько, что готов был простить всё и всем.       Пьянящие прикосновения. Они вели её, уговаривали, молили остановиться, прочувствовать только этот миг и не заботиться больше ни о чём.       Сумасшедший водоворот событий случился с ними за последние несколько лет… Дней… Минут…       Главным событием, конечно, сейчас казалось их соединение. Ментальное и физическое соединение.       Макс снова начал спускаться поцелуями по её подбородку, шее, обласкал её грудь, вырвав с губ Лизы протяжный, но абсолютно тихий стон. Она практически задохнулась, когда рука Максима неспешно спустилась к животу, а затем и ниже. Она трепетала в его руках, металась по кровати, зарывалась пальцами в его волосах.       Лиза потянулась к брюнету и снова крепко поцеловала его, всё ещё постанывая.       — Нет ничего в этом мире… — Начал Морозов, оторвавшись от её губ и немного раздвигая ноги Лизы. — Что я любил бы больше, чем тебя! — Она умерла в этот момент. И воскресла вновь. Она почувствовала, что именно сейчас они стали одним целым, потому что могла поклясться, что никогда не слышала ничего трогательнее, чем это. Она заплакала, просто, молча, заплакала, целуя каждый сантиметр его лица. Он вошёл в неё, даря незабываемые моменты наслаждения.       Это было безумно. Они двигались вместе безумно. Целовались безумно. Ласкали друг друга безумно. Безумно.       Она задыхалась от страсти, тонула в водовороте чувственности, что он ей дарил, и совсем потеряла счёт времени. Ей казалось, что это длилось вечность. Невероятную, сладострастную вечность, где он останавливался каждый раз, как только ощущал, что она близка к финалу. Отступал, целовал, ласкал, касался, дразнил её. Сбивчивое дыхание, стоны и тихий шёпот наполняли комнату и создавали их собственный волшебный мир, в который они сбежали от неизбежности будущего.       Наверное, это и есть высшая любовь.       Когда дышите в унисон. Когда целуетесь до остановки сердца. Когда держитесь за руки до появления между пальцами электрического тока.

***

      Они лежали, укрытые легкой простынёй. Счастливые и уставшие.       Он перебирал её волосы, пока она прикрыла глаза и мечтательно улыбалась. Не смотря на то, что было уже давно за полночь, им совсем не хотелось спать. Хотелось, чтобы эта ночь не кончалась, чтобы они могли пролежать в этой кровати вечно.       — Макс? — Она приоткрыла глаза, но продолжила лежать на его плече.       — М? — Он ждал, пока она скажет что-то милое и непринуждённое, но Лиза спросила:       — Когда ты поговоришь с Машей?       — Не знаю… Не собирался. — Ответил он, тяжело вздохнув.       — Максим, я знаю, это трудно. Но ей тоже плохо, я уверена…       — Лиза, тебе обязательно было портить момент этим разговором? — С неким напором спросил Максим.       — Я не порчу момент. — Отрезала блондинка. — Просто хочу, чтобы ты жил в нормальной семье, а не с отцом-убийцей. — Девушка приподнялась на кровати, придерживая простынь на груди. Макс перевёл взгляд на девушку. — Я переживаю за тебя… Почему ты не хочешь с ней просто поговорить?       — Я уже говорил с ней… И то, что я услышал мне не понравилось! — Ответил брюнет. — Плюс: я ненавижу, когда мне врут. Она мне врала. Одиннадцать лет. — Он усмехнулся. — Я не готов жить с человеком, который не может найти в себе силы и сказать правду. Давай закроем эту тему, ладно? — Лиза вздохнула. — Я не хочу ещё поругаться с тобой из-за этого! — Он протянул к ней руки и снова уложил девушку себе на грудь после того, как она практически незаметно кивнула. Они помолчали пару минут, а затем неловкое молчание прервал Морозов: — Давай колись, какого цвета платье? — Лиза сгустила брови и приподнялась, переводя озадаченный взгляд на брюнета.       — Какое платье? — Макс закатил глаза.       — Только не говори, что ты забыла, что завтра вечером Весенний бал?! — Елизавета прикрыла глаза, цокнув языком.       — Чёрт!       — Ууу, — протянул Максим, засмеявшись, — мадам, ну, у Вас и девичья память! — Лиза спрятала покрасневшее лицо в его накаченной груди. Макс погладил её по волосам, а Елизавета притворно захныкала.       — Как можно было забыть?! — Спросила она саму себя.       — Да ладно тебе! — Ответил Макс. — Завтра попросишь у отца отгул и смотаешься в Магический переулок — не думаю, что он настолько придурок, чтобы не отпустить тебя за покупкой платья. Ну, конечно, если ты пообещаешь ему не поднимать против него бунт! — Он пожал плечами, а Лиза улыбнулась, согласившись. — Только у меня есть просьба! — Лиза принялась внимательно его слушать, думая, что Макс закажет и ему что-то купить в Магическом переулке. Он наклонился к её уху и зашептал: — Купи такое платье, которое легко можно будет снять. — Он тихо засмеялся, а Виноградова снова покраснела, чуть ударив брюнета в грудь.       — Дурак! — Она чмокнула его в губы. В голове снова пронеслась фраза Максима о том, что ей нужно будет пообещать Морозову не поднимать восстание. — О, кстати! По поводу бунта… У меня есть кое-какие новости для тебя и ребят. — Максим сделал щенячьи глаза, вымаливая у Лизы, рассказать всё сейчас. — Нет, завтра расскажу всем и сразу — не хочу несколько раз пересказывать одно и то же. — Максим закатил глаза.       — Зачем вообще было говорить мне это? — Бурчал он. — Сказала «А», говори и «Б»! — Лиза засмеялась и покачала головой. — Напомни мне, за что я в тебя влюбился? — Обиженно спросил Макс. Лиза широко улыбнулась и ответила:       — За это… — И она снова потянулась к его губам, унося Морозова и себя в их волшебный мир.