Кризис среднего возраста

Отпущенные в коридоре, котята разбежались в разные стороны. Серый молнией шуганулся на кухню и спрятался под шкаф с посудой, а рыжий порскнул в ванную, забился там в щель между стеной и корзиной с грязным бельем. Достать обоих было — раз плюнуть. Не торопясь отлавливать малявок заново, чай, никуда из квартиры не денутся, Дима налил в два тазика умеренно горячей воды и принес из спальни пару старых махровых полотенец. Отныне кошачьи. Парню ранее никогда не доводилось мыть ни котят, ни щенков и он краем уха слышал — существуют специальные шампуни для животных… А, предназначенное для людей жидкое мыло тоже временно сойдет, авось, не помрут от него четверолапые. Слегка отодвинув корзину с бельем, Дима сцапал попытавшегося попятиться рыжика за шкирку и извлек на божий свет. Зверек скалился и извивался, неуклюже размахивал в воздухе задними лапками. Боялся. — Привет, блохастый, — улыбнулся ему Дима. — Ты Мойдодыра вызывал? Рыжик открыл крохотную зубастую пасть и зашипел. Отрицал, что вызывал Мойдодыра, требовал вернуть ему утерянную свободу. Очутившись в тазике, малыш неожиданно затих. Зажмурил голубые глазенки и весьма убедительно изобразил мертвого. Дима быстро намылил притворщика от шейки до кончика поджатого к пузику хвостика, ополоснул в другом тазике чистой водой и завернул, мокрого, в полотенце. — Ты кот или кошка? — парень аккуратно погладил зверька по носику подушечкой большого пальца. Якобы умерший котенок резко дернулся, выпал из свертка полотенца на пол и юркнул за корзину с бельем. — Ну и сиди там, — Дима вздохнул. — А я пока займусть твоим братишкой. Или сестренкой, иди вас разбери, я не ветеринар. Серого он выудил из-под шкафа с помощью швабры, но в руки взять не смог — зверек оказал решительное сопротивление, царапался и кусался, как бешеный. Шипя и плюясь, малыш перебежал под стол и, встав столбиком, прижался спинкой к стене. Передние когтистые лапки он угрожающе растопырил в стороны, мол, не подходи, человек, покалечу. Тьфу ты, ну ты. Страшилище весом грамм в двести вместе с блохами. Тигрище, умора. Дима набросил на дурачка очень кстати висевшее на стуле кухонное полотенце. Котенок в ужасе подпрыгнул, завалился набок и вцепился в атаковавшую тряпку когтенками и зубенками. Пока зверек яростно отбивался от полотенца, парень схватил его за шкирку, как прежде хватал рыжика, и дикарь обмяк. В тазике серый повел себя не как рыжик. Едва попенка котенка соприкоснулась с теплой водой, малыш очнулся и громко, отчаянно замяукал. Он не затыкался все десять минут мытья, выл не соответствующим мелким габаритам басом. Зато, завернутый в полотенце, вдруг перестал трястись и уютно замурчал. Дима осторожно вытер странно притихшего питомца, как сумел, и отнес в спальню, на кровать. Котенок не пожелал ни ложиться, ни садиться. Подскочил на лапки и принялся нервно вылизывать бочок. Дима оставил его сушиться и собрался за рыжиком, но до ванной добраться не успел — позвонили во входную дверь. — Игорь! — просиявшего парня буквально вымело в прихожую. — Игорь вернулся! Беднягу ждал чудовищный облом — на лестничной площадке переминался Бык. Бандюган протянул отпершему хозяину квартиры два здоровенных черных полиэтиленовых пакета с логотипами зоомагазина, изучающе помаргивал исподлобья. — Можно войти? — он явно чего-то сильно-сильно стеснялся. — Я… вот… — проблеял, продолжая держать пакеты на весу. — Корм, песок, сортир. Дима изумленно вздернул брови — позади Быка, вроде, маячил на полу закрытый пласстмассовый кошачий туалет с навесной, качающейся от толчка дверкой. — Спасибо, конечно… — Парень не спешил освобождать дверной проем. — Но я… я не просил. Бык кусал губы, упрямо протягивал пакеты — ростом чуть выше Димы, широкоплечий, щеки и крепкая шея — в красных пятнах. — Не просил, ага, — он по-детски мило заморгал короткими темными ресницами. — Я в курсах, блядь. Это не тебе подарок, котятам. Так впустишь или нет? Кхм. Дима поправил на носу очки, кивнул и посторонился. Он не понимал происходящего, убей Бог, и растерялся.