Часть 28
2 марта 2019 г., 20:58
Проводив Толю, Дима первым делом кинул в раковину, отмачиваться, пригоревшую сковородку из-под картохи. Потом — нашел и поставил на подзарядку полностью разряженный мобильник. Повернулся, вернуться из спальни на кухню, и очутился лицом к лицу с всклокоченным Стасом. Парень и мужчина поразглядывали друг друга секунд с пять, потом Стас взял бороду в горсть и изрек:
— Ну у тебя, братишка, и видок…
Р-р-р. Дима и без умных знал — выглядит хуевато. Нечесанный, небритый, под глазами синеватые тени. И?
— Я гриппую, забыл? — он посмурнел еще пуще. Судя по времени, поп вполне мог столкнуться в подъезде с Толей. Если столкнулся, понял ли он, из какой именно квартиры вышел бандит?
Стас теребил седовато-рыжеватую бороду и буквально излучал беспокойство.
— Твой телефон выключен со вчерашнего утра, — мужчина нервно переступил с ноги на ногу. — Игоря — тоже. Дим, что происходит, а? Объясни мне, пожалуйста?
Вот принесла же нелегкая, блядь! Дима ругнулся про себя и произнес максимально спокойным, ровным голосом:
— У меня разрядилась батарея, Игорь нечаянно разбил свой айфон. Мы исправимся.
Судя по выражению лица Стаса, поп не поверил от слова совсем, но решил не спорить.
— Я рад, что ты жив и цел, — мужчина повел широкими плечами. — Передавай Игорю привет, и больше так не пропадайте. Не пугайте меня, ладно?
Говоря это, он осторожно принюхивался по направлению Димы, наверняка ожидал учуять перегар. Хрен — от Димы пахло мятной зубной пастой и кофе. Ну, и малость — жареным луком, в картошке был.
— Сегодня четверг или пятница, — Дима засунул подрагивающие ладони в задние карманы джинс. — Я на больничном сбился с календаря.
Стас вздохнул: четверг, и парень оживился.
— Мне по магазинам надо и на рынок! — он закрутился на месте, выискивая взглядом недавно выпотрошенный в поисках мобилки рюкзак. — Мы с твоими поповичами после обеда варим борщ!
Стас закивал — Данила и Ната его просветили о своих кулинарных планах еще позавчера. Выпустив бороду, мужчина полез во внутренний карман куртки и достал слегка помятый белый конверт.
— Три билета в цирк, ряды отличные, — он тепло улыбнулся. — Захочешь — верни деньги, хочешь — не возвращай, не разорюсь.
Дима недовольно скривился. Что он, нищий, не может отвести детей в цирк? И обидно, и смешно. Иногда излишняя опека Стаса дико раздражала, например, сейчас.
— Я тоже не разорюсь от билетов, клянусь, — парень закачался с пятки на носок, с носка на пятку, с трудом сдержал протестующий возглас. — Не унижай меня, брат. На моем заводе операторам СНС платят нормально. Даже голова заболела от твоей ерунды.
Дима покривил душой на счет головы — та основательно разболелась до прихода попа, принятый анальгин не помог. А нехуй снить по ночам предателя-Игоря и истерить при практически незнакомом человеке. Теперь стыдно — он не девочка-припевочка, мужик под тридцать. Ладно, уже в прошлом, время не обратишь вспять.
— Стас, ты завтракал? — парень решил сменить тему. — Кофе попьешь?
Поп не возражал против кофе, просветлел глазами.
— А ты завтракал? — мужчина опять принялся терзать многострадальную бороду. — Поели бы вместе, как когда-то.
Дима завтракал, но ради Стаса был готов позавтракать еще раз, благо, напихался картошкой неплотно. Бутер с сыром или колбасой определенно влезет. Хотя… ни колбасы, ни сыра в холодильнике нет. И яиц нет, пожарить яичницу. У-у-у, попаданец. Придется возиться с картошкой, а сковородка грязная.
— Пошли, — парень ухватил святого отца за крепкое запястье. — Сварю кофе и придумаю, чего пожевать. Ты салаку горячего копчения ешь?
Стас хмыкнул — ем, будто ты забыл, и Дима поволок попа на кухню, кормить салакой с остатками черствеющего хлеба. Он аккуратно расскажет названному брату о коксе Игоря за завтраком, не вдаваясь в грязные подробности последних выносящих мозг событий. Расставание расставанием, а бывшего, пусть и вероломного возлюбленного бросать в беде нельзя. Стас придумает, чем тут помочь, обязательно. У Стаса разнообразнейшие связи.
