Кризис среднего возраста

— На живот ляжь и раскинь пошире ноги, — Дима приблизился к постели бесшумными, пружинящими шагами крадущегося хищника. Смотрел на Толю и только на Толю, спальня со свечами для парня словно перестала существовать. — Погоди, подушку под живот подсунь, так проще расслабиться. Он никогда не предполагал, что командовать настолько кайфово, и перся уже только от факта — Бычаро подчиняется. Бандит воткнул недокуренную сигарету в пепельницу, сделал в точности, как велел Дима и замер. Смешной, морда каменная, будто ждал смерти. Сейчас получит сюрприз — смерти не будет, грядет очередное удовольствие. Вспрыгнув на кровать, Дима удобно расположился лицом в Толину чуть откляченную задницу, уверенно раздвинул ладонями вкусные бандитские булки и коснулся кончиком языка ложбинки между ними, начав сверху. Обычный римминг, не больше. Ведь лишать анальной девственности необходимо с умом, а не нахрапом. Толя отчетливо всхлипнул и заерзал, забормотал протест. Глупый стеснялся подобных откровенных ласк. Ничего, потихоньку освоится. — Да лежи ты! — Дима звонко пришлепнул чудо по левому полужопию и продолжил работать языком. Он неспешно, но неуклонно приближался к точке «ы» — испуганно поджимающейся звездочке сфинктера. Молодец Бычаро, побрился и здесь, язык не цеплялся за волоски. Толя заткнулся, дышал часто-часто, с присвистом, и вдруг робко, пробно застонал. Ура, чела вштырило! Обрадованный столь положительным откликом, Дима лизнул его промежность максимально снизу, распластав язык, до ануса, и бандит застонал громче и отчетливей, весь задрожал. Нравилось, стесняшке нравилось. Здорово. Мелко трясущийся от накатывающих волн желания, Дима обвел кончиком языка уже вокруг ануса и смело ввинтил его непосредственно в звездочку. Пока — нежа. Бычаро охнул: еще и подался задницей навстречу удовольствию. Конец стеснению — чудо балдеет от новых ощущений. Кажется, пора растлять дальше. Привычный растягивать сам себя, Дима прекрасно знал, что собирается делать. Не прекращая прицельно вылизывать звездочку бандита, парень, не глядя, нащупал по простыням флакончик с маслом, откинул крышечку и щедро смочил средний палец. Мягко тронул подушечкой этого пальца влажный от его слюны сфинктер и, усилив нажим, ввел в бандита первую фалангу. Странно — Бычаро, почувствовав проникновение, не зажался и натужился. Значит, читал кое-какую литературу, готовился морально быть выебанным. Супер, умница. Потеющий от желания поскорее засадить Бычаре по помидоры, Дима вдохновенно поцеловал чудо в левое полупопие, туда, где до сих пор алел след от шлепка, сцепил зубы и принялся разрабатывать манящий вход. Он непременно спустит, Господи — у Бычары в заднице так горячо и узко… Не спустил. Растянул бандита чин-чином. Когда в дырке свободно задвигались сразу три пальца, Дима убрал руку. Раскатал по готовому взорваться члену презерватив, полил Толину дырку дополнительной порцией масла и, шепча Толе на ухо ласковые, лишенные особого смысла слова, лег на бандита сверху. Приставил скользкую головку в колпачке резинки к основательно разработанному сфинктеру, выдохнул и аккуратно толкнулся внутрь. — Может быть немного больно, — честно предупредил опять натужевшегося Толю. — Потом полегчает. Бычаро тихо зашипел, принимая первые сантиметры Диминого немаленького достоинства — входило с напряжением, Дима чувствовал, как головка раздвигает стенки ранее невинной кишки. Толчок. Еще толчок. Еще… И вот член уже почти целиком внутри. Сейчас замереть, пусть бандит привыкнет к заполненности и расслабится. — Дыши медленно и глубоко, — через всхлип посоветовал парень любовнику. — Я пока не двигаюсь. Честно, удержать неподвижность было очень тяжело. Бычаро сжимал член в себе плотно, до стона. Почти больно. Нет, не почти — больно. — Дыши, кому говорят! — повысил Дима голос. — Так у нас ничего не получится! Толя подчинился, задышал, с рваными всхлипами, медленней и глубже, и Дима пробно двинул бедрами, начиная раскачку. Нужно найти правильный угол атаки, иначе вряд ли Бычаро получит радость от соития. Чертова простата, попадись под таран побыстрее!