1.0 Гарри Эванс и трудности выбора

Глава 17 В которой время хранится в бутылках.

      Вот что-то мистическое в домашнем уюте есть. Вернулся злой, раздражённый, строишь мерзкие планы и ответные меры придумываешь, а тут тебе, и кресло мягкое, и чай вкусный, и сэндвичи легкие, а рядом хозяйчик вентилятор ставит, чтобы обдувало. Бегемот сразу на колени прыгает, мурчать и атмосферу создавать, ещё и мерзкий телеящик показывает умиротворяющую картину саванны с водопадами. Красота, сразу уходят тревоги, злоба, плохое настроение и как-то настраиваешься умиротворительно, гармонично, аж захотелось прочувствовать гармонию мира, вот и расслабился, погрузился в какую-то дрёму.       А там: тихий шелест костра, яркий свет солнца, тихий скользящий ручеек, а ты сидишь на мягкой подушке, что на самой верхушке гранитной башни, возвышающейся над природой рукотворным изваянием. Но, если вдуматься, то сама башня лишь часть природы, часть гармонии и умиротворения, ведь человек лишь часть мироздания и его руками мироздание творит само себя. На башне расцветают сады, такие правильные, такие наполненные светом, в них притаились пауки, летают труженики пчёлы, сидят на ветках деревьев птицы, что поют свою мелодию. Мелодия выходит четкая, правильная, хоть сейчас бери гитару и аккомпанимируй, а кругом ковры расписные удивительного орнамента, переплетают в себе все цвета, что встречаются в природе. И всё кажется правильным, всё на своем месте.       Осознание пришло внезапно, я постиг то, чего мне не хватало все эти годы, как же я блядь ошибался! Созданный мир развеялся легким дымом, таким знакомым серым туманом беспамятства.

Дзынь! Вжух! Вы совершили редкий поступок для человека Вы привели в гармонию свой Дух Создана экзотическая способность Медитация.

      Блядь, мне аж захотелось отправиться к Себе-из-Прошлого и хорошенько начистить морду, да по сраке надавать. Ну, а что? Я тогда был не очень сильным, справлюсь. Это же надо было быть таким тупоголовым ебланом! Всё это время осваивая эзотерические книги бабушки Лу я допускал одну существенную ошибку, всякий раз я погружался во внутренний мир, уходя в себя, а надо было выходить во вне, короче, это сложно объяснить, тут нужно понимание различных техник транса. Я открыл глаза и увидел Дадли, что жует мои сэндвичи. — Чо? Я массу набираю! — заявил Дадли на мой взгляд.       Да мы тут оба-два массу набираем, учитывая сколько жрём, меня даже на диабет сводили проверить, увидев сколько воды в день выпиваю. Вот по Дадли видно, этот вообще кусок мяса, а мне только метаболизм поддержать. — А скажи мне, Дадли, почему я такой еблан тупорылый? — Элементарно, Гарри, меня не слушаешься, вот и весь секрет. — Ты книжки от бабушки Лу читал? — Ну да, йогой занимаюсь с мамой, пока папа не видит, пищеварению помогает.       Дадли перешёл ко второму сэндвичу, видать пищеварению он конкретно так помог. Я вообще удивляюсь сколько он сожрать может. — А ты уже шмедитацию освоил? — Ага, классная штука, сядешь себе в тенечек дерева, прикроешь глаза, а потом встаёшь такой и сразу как-то… — На душе легче, а всё вокруг такое правильное-правильное. — Ага, краски ярче становятся, дышать легче. А зимой, у камина на диване устроишься, если Глотик ещё на животик ляжет, вообще кайф. — Дадли закатил глаза явно пытаясь погрузится в транс, но тут вспомнил про недоеденный сэндвич. — Зря ты так про медитацию, по жизни очень помогает.       Тут брательник прав, ведь каждый ранг Медитации — это возможность удерживать все способности Духа на уровне с этой способностью. А всего-то надо, что погрузиться в то состояние, такая себе Мнемотехника для способностей Духа. Я решил ещё раз прочувствовать то состояние.

Мораль +6 Медитация +2

— Господарь, господарь, звиняйте, что от дрёмы сладкой отвлекаю, но вам письмо, да и накажите, что с мерзавкой делать? — деда Ваня потряс совой, что надёжно держал за шею.       Я поглядел из-под бровей на этот сюр, но письмо взял. — Да сверни ей шею, ощипай, и Бегемоту скорми. Хотя постой.       Успел остановить деду Ваню, а тот уже схватился поудобней. — Эта мерзавка моего друга, выкинь её в окно, а если ещё раз увидишь, то скорми Бегемоту, если такая дурная, что тайно летать не умеет.       Бегемот на всё это дело сидел и облизывался, пуская слюни, волшебных сов он слопал пару штук и ему понравилось, вот ловить их не умел. Ничего, поставим ему цепи, научим заклинаниям, там и домушников сможет ловить, а то я немного брезгую ему человечину доставать. А так, всё честно, влез в клетку со львом, будь любезен быть сожранным. — Деда Ваня, а чего она мерзавка, конкуренции боишься? — Так, ото природу губит, не место им здесь. — Сам ума не приложу на кой их привезли сюда и почту носить заставили. — И правильно, господарь, мы то хозяйчики народ маленький, но вы господарь добрый, к нашей мудрости и чаяньям прислушиваетесь. Вы уж там порядок наведите. — А чего к добрым словам не прислушаться, а уж порядок я наведу, так наведу.       Невилл мне писал редко, да и я часто его письмами не баловал, это надо к семейству Фигг идти, да сову уговаривать отнести Невиллу письмо. А семейство Фигг — это чай попить, посплетничать, послушать истории о Волшебном Мире, обязательно пококетничать с Анджелой, выслушать наставления Арии и помочь Арабелле с кошками. Кошки меня слушаются, как загипнотизированные. Тут секрета нет, если начинают борзеть, я обещаю зайти в следующий раз с Бегемотом и те становятся шелковыми. В общем, кошкам под хвосты два часа из жизни и всё ради одного письма Невиллу, я конечно парня уважаю, но у меня не так много времени свободного. Теперь-то легче станет, попросил дедушку Ваню, тот письмо и доставит.       Невилл писал мне в весьма расстроенных чувствах, видите ли, в этом году, сколько бы его бабушка не крутила бороду Дамблдору, меня к Лонгботтомам на месяц не отправят. Из письма следовало, что другая очень ушлая и хитрая семья договорилась о том, чтобы у себя принять, а старый лис ещё молчит какая именно. Ну, если это Пруэтты, то им пизда, вернее, трагический, несчастный случай, да-да, я тут не причём. С другой стороны, меня мог принять любой древний и благородный Дом, обязательно благородный, иначе никак. А это не очень сужало круг, учитывая, что в последнее время «меченые» рвут себе и другим жопы, чтобы доказать свое отречение от Волдеморта и вернуться к былому величию, так что их скидывать нельзя. Хотя, стоит всё же посещать семейство Фигг, руку на пульсе общества держать. Жила бы Молли Уизли по соседству, так вообще шикарно было, и пироги вкусные, и дети заводные, и новости свежие каждый день.       Невилла я успокоил и пообещал, что в конце августа, если будет время и меня не запрягут что-то делать, то я на две недели приеду к нему с братом. За сим приложил записку, что почтовичка надо угостить чем-то мясным и налить крепкого спиртного в дорожку, деда Ваня хоть и из России, но меру знает, видать воспитание хорошее.       Не забыл и ходатайство написать куда следует, целых четыре листа накатал, большую часть с вопросами о нормальности происходившего. Письмо отправил в нычку, о нычке через блокнот написал человеку-пароходу. Ответ пришёл через неделю на официальном бланке, пришла и записка о возбуждении внутреннего расследования, а меня уведомят отдельно о дальнейшей моей судьбе. Лучше бы учебников прислали!       Про план о мировом господстве я не забыл, успел слетать на разведку в три соседних города, прощупать, что там с барьерами. А чего, удобно, стоишь себе в небе, выбросил Волю и сразу все барьеры «подсветились», а потом сидишь и прикидываешь, куда залететь сподручней вначале. Всё я заносил в тетрадку, потом составлю план и начну штурмы, а то развелось тут, понимаешь. Летал я не в пижаме и уж тем более не в шортах, а то если заметят не оберешься проблем, парень я видный, сразу узнают. Сделал себе лётную экипировку, с маской, плащом, эмблемой на груди, всё, как положено, хотел и трусы поверх рейтузов сделать, но чёт передумал. Так что, если даже увидят, ни разу не опознают, с эмблемой особо не лукавил, взял руну зиг, что оставил мне Морда на лбу и от которой уже след простыл. А чтобы не спутали с шизамом каким-том, любовно обвел молнию в зелёный круг.       От планов по завоеванию барьеров отвлек меня дядя Сев, который явился меня забрать в «лагерь» для детей аристократов, под патронажем очередного Дома. — О, дядя Сев, я тут один цветочек выращиваю, только я не знаю куда и кому продать семена и плоды.       Дядя Сев очень внимательно на меня посмотрел. — Я здесь причём? Обратись к Эвансам, у них цветочный магазин. — Так цветочек волшебный. — Я зельевар, а не герболог. — продолжил увиливать дядя Сев. — Ещё вы мой покровитель, дядя Сев, не через голову же мне к Лонгботтомам обращаться, честное слово? — я состроил щенячьи глаза, которые подсмотрел у Дамблдора.       Дядя Сев закатил глаза. — Ладно, показывай свой цветочек.       Я ещё вчера выставил свою бесцветную из барьера на свежий воздух, в реальное пространство, достаточно было подойти к чулану под лестницей и открыть дверцу. Стоило открыть дверцу, как дядя Сев выпучил глаза, попытался сделать вдох, но у него всё не получалось, после чего схватился за сердце и упал на, подставленный хозяйчиком, стул. Деда Ваня быстро поставил диагноз и метнулся за лекарствами, накапал в стопочку капель, протянув дяде Севу. Тот понюхал, жахнул и кинул стопку в стену. — В Бездну это дерьмо, принеси мне лучшее виски в этом доме.       Деда Ваня на меня выжидающе посмотрел, а я одобрительно кивнул. Кто же знал, что дядя Сев так отреагирует на обычное волшебное растение, может у него аллергия какая-то?! — Надо отдать должное Вернону, разорви его демоны, отличный вискарь.       Деда Ваня неодобрительно покачал головой на высказывание в адрес главы дома. — Как ты это вообще вырастил? — Всё по инструкции, специальный горшок, земля с кургана, поливать раз в неделю мёртвой водой, и конечно я вложил всю черноту и ненависть моего сердца. — я скорчил гримасу злобы и отвращения, а после перешёл на обычную речь. — Видишь какой замечательный вырос, а косматость от того, что мой тотемный, хорошо занялся. — Повторить, — сказал дядя Сев протягивая хайбол хозяйчику.       И тут дядя Сев заметил домовичка, внимательно оглядел с ног до головы, похлопал глазами, развернулся ко мне и ткнул пальцем в деда Ваню. За что поплатился, дедушка у нас воспитанный и других воспитывает, сразу дяде Севу ладошкой по пальцу стукнул и пальчиком погрозил. — Что это, блядь, за хуйня? — Ах! Северус Тобиас Снейп, так вот от кого ребёнок всего этого нахватался! — послышался голос маман, что пришла поглядеть что происходит. — Это я его научил? Да половину моего лексикона я почерпнул у пацана. — Северус, я отлично знаю твой словарный запас ещё с колледжа, уж кто-кто, а ты точно приложил свой язык к обогащению знаний Гарри. И учил бы чему-то хорошему, так нет! — мама скрестила руки на груди и осуждающе поглядела на дядю Сева.       Пока дядя Сев думал обтекать ему или съязвить в ответ, матушка заметила цветочек. — Ой, какая прелесть, я смотрю милый цветочек пора пересадить из горшочка в садик? — Отставить, Петунья, убери от него руки и даже не подходи, вон он накрыт куполом! Это высокотоксичный, ядовитый и потенциально смертоносный цветок. Мне надо написать специалисту, срочно! — Гарри, ты опять какую гадость с улицы принёс? — Деда Ваня не гадость, он домовичок и очень в хозяйстве полезный.       Деда Ваня закивал, он стоял в дверях и поглядывал, один глаз на нас, а второй на дядю Сева. — Я про цветок в горшке, — осуждающе посмотрела на меня мама. — Так он мой тотемный цветок, мне про него всё леди Лонгботтом рассказала, вот волшебники и подарили. И горшок, и землю, и семена, даже воду специальную. — Хммм, а Лили ничего такого не выращивала. — задумчиво произнесла матушка. — Понятно дело, о ней слишком поздно узнали. А тотемные растения можно высчитать только, если есть таблицы, а они у блахородных хранятся. — Нет, Гарри, ты чего, Лили нашли очень рано, в лет так пять, а может и в четыре. Даже покровитель у неё был, кто же это был? — Может один из Маков? — Точно не шотландец, но кто же… — Так, мне срочно нужна сова! — ворвался в коридор дядя Сев держа в руках письмо.       Деда Ваня громко кашлянул и стал качаться с пятки на носок, спрятав руки за спину. Дядя Сев в очередной раз осмотрел деда и аккуратно, на уровне своей груди, тыкнул в него пальчиком. — Я снова спрошу, что это? — Это почтовичок, домовичок, Хозяин, хозяйчик, да много у них названий, по большей части это малый народец откуда-то из Китежа. — А у тебя он откуда? — Приблудился, мы ему водочки налили, пирожками угостил, а он здесь остался жить, по хозяйству помогает. И ваше письмо, дядя Сев, отнесёт, хоть на Северный Полюс, хоть на Южный.       Деда Ваня от такого аж крякнул. Я же опустился на колено и положил ему на плечо руку. — Да не серчайте, дедушка Ваня, дадим вам бутылочку в дорогу, для сугрева, пирожков снарядим, капусты квашеной, а я вам обязательно тулуп сделаю тёплый. — Коль госпадарю надо, на Северный Полюс, так на Северный, путь дальний, дайте время подготовиться только.       Тем временем, дядя Сев очень аккуратно протянул хозяйчику письмо, держа кончиками пальцев обоих рук. — Хог-варц! Про-фес-сор По-мо-на Спра-ут. — чуть ли не по буквам выговорил дядя Сев и с прищуром поглядел на хозяйчика. — А, так до Хогвартса рукой подать, тут и готовиться не надо, сразу отнесу.       Дед взял конверт и с хлопком исчез. — Ты не мог завести нормального домовика? — Мог, но тут случай подвернулся.       Женщины бывают разными, не только синими или красными, но бывают худые, спортивные, бывают просто жирные, бывают настоящие жиробасы-карабасы, бывают толстушки, а бывают обаятельные пухляшки. Именно к последней категории относилась ведьма, что появилась у нас на пороге. И то, что она ведьма говорило в ней всё, начиная от широкополой шляпы с внушительным гербарием на нём, продолжая пепельными волосами, чуть ниже шёл ванпис канареечной раскраски с широким ремнём в виде подсолнуха, заканчивая отсутствием металлических украшений. Вместо них было множество плетенных из коры браслетов, как на ногах, так и на руках, и судя по всему, она привыкла ходить босиком, но сегодня надела сандалии в античном стиле, с кожаными ремешками. Но мадам знатная, улыбка добрая такая, да и сама ведьма выглядела лёгкой, весёлой, воздушной. Не смотря на объемную грудь, широкие бёдра и явный животик, образовавшийся от злоупотребления тортиками. — Севи, дорогуша, и где здесь твоя иалина? Наверняка что-то напутал, глупышка. — пропела незнакомка с порога.       Но пройдя к чулану, ведьма изменилась в выражении лица, в глазах появился какой-то озорной блеск, улыбка стала более плотоядной, на лицо проступило нездоровое вожделение. — Севи, проказник, как ты мог, такое чудо от нас скрывать и прятать?!       Меня погладили по волосам, как-то с любовью, руки были мягкими, а сама ведьма просто излучала доброту. Меня прижали где-то между животом и увесистой грудью, стало как-то спокойно, тепло на душе, словно тебя охватила весенняя любовь… Стоп-стоп-стоп! Какого Дагона тут происходит?! Вдох-выдох! Ага, сердцебиение повышенное, щелочной баланс изменился, легкие поражены чем-то, горло словно в холодном огне, изменилась скорость реакции и протекания нервных процессов, сука, меня чем-то травят! Я таких острых и ярких чувств не то, что к матушке, к Ульяне не испытывал, а тут посторонняя ведьма. Ничего, рядом дядя Сев, надо рискнуть.

Сила Духа +4 Контроль Тела +2

      Ускорил метаболизм, усилил работу печени, свёл дыхание на минимум, начал спазмы в лёгких, чтобы меня очистило от возбудителей, закупорил носовые пазухи. Меня отлепили от себя, лицо все посинело, сосуды в глазах полопались, кровь идет носом, начался приступ кашля. Я оттолкнул себя от ведьмы и начал судорожно кашлять, даже на колени упал. — Деда Ваня, быстро схватил её шапку и кинул в печку.       Шляпа исчезла с головы ведьмы. — Блядь, сука, это что любисток… Кхх-кхх… Манжетка, роза, розовая разновидность, эта дичь, как её на «ю» начинается… Ох! Кха-кха-кха! — Северус, я тебя съем, это же натуральный самородок. — смотрела на меня ведьма, как на бисквитный торт с шоколадом. — Мы можем подать на неё в суд? — просипел я с пола, продолжая отхаркивать мокроту из лёгких, вместе с кровью. — Увы нет, она не использует запрещённые зелья, проклятия или что-то близкое, просто уникальный набор феромонов и пыльца естественного происхождения. — Нельзя судить ведьму за то, что она очаровательная, — ведьма коснулась ладошкой, с ядовито оранжевым лаком на ногтях, к своей щеке. — Тем более, когда она такая воздушная и добрая.       Ведьма закружилась на месте, совершив пару оборотов, чтобы платье раскрыло свой подол словно цветок. Наверняка, там была ещё какая-то пыльца или ещё что похуже. — А да, забыл представить. — Северус сморщился и взмахнул рукой. — Профессор Помона Спраут, декан Хафлпаффа, магистр гербалогии.       Помона выдала идеальный реверанс. — А вам я презентую — самого Гарри Поттера, воплоти! — Ох! — Помона зажала ладошками рот. — Вот теперь я верю, что его авадой не возьмёшь, если его мое «обаяние» не проняло.       Северус гаденько улыбнулся. — Скорее всего, его организм уже выработал иммунитет к вашему «букету». — Деда Ваня, принеси мокрую тряпку, нашатырь, немного обезболивающего, детокса… — Не надо. — перебил дядя Сев. — Отправляйся ко мне домой.       Дядя Сев зажал переносицу пальцами и прикрыл глаза. — Третья полка, второй ряд, пузатый флакон, оббитый железом крест на крест, в форме буквы «Х», живее.       Деда Ваня испарился и сразу же вернулся, протянув флакон. Северус достал пробку, сделал два глотка и протянул мне. Я сделал глоток, а то мало ли, как эти зелья работают, и прислушался к себе. Внутри жидкость повела себя странно, вместо того, чтобы вступить в реакцию со слизистой желудка, она вошла в резонанс с Эфирным Телом, заставляя цепи выпустить Эфир и создать внутри тела контур, который я уже самостоятельно начал наполнять Эфиром. Контур я запомнил, теперь у меня есть заклинание дезинтоксикации.       Я ускорил метаболизм до предела, покрылся липкими, холодным потом, поднял температуру тела и прислонился устало к стене. Протянул фляжку домовичку.       В коридор заглянула матушка, глянуть что здесь происходит. — Мама, иди в сад и постарайся в коридоре не дышать, здесь ведьма и она околдовывает запахами.       Матушка кивнула и ушла через парадную дверь. Помона, при упоминании себя любимой, присела в книксен. Она взяла дядю Сева под ручку и повела через заднюю дверь в сад, оставив меня у стены. — Пускай мистер Поттер приведёт себя в порядок, а мы с вами посекретничаем. — Широко улыбнулась Помона, что аж ямочки на щеках появились.

Сад дома Дженнингс.

— Малыш, ты бы написал мне, что я еду к Поттеру, я бы так не наряжалась, а то смотрю, адрес магловский, думала ты самородок откопал. — Я бы сразу тебе отдал самородок, я вообще не знаю, как с траволюбами возиться. — И судя по саду, тут чувствуется рука герболога, а Поттеры обладают выдающимися способностями в трансфигурации, не находишь это странным? — Мне по хую, Помона, пусть хоть отпрыском самого Дамблдора будет, легче от этого не станет. — Если тебе так претит мальчик, почему на Мини не скинули тогда? — МакГонагаллы чем-то провинились перед Альбусом. — Северус о чём-то задумался. — Или я. — А теперь мальчик затаит на меня злобу. — Тогда тебе пиздец, Помона, Том ему просто не понравился и тот его сжёг. — Чушь! Это басня выдуманная Альбусом, наверняка там было что-то другое.       Северус скривился, покачав головой. — Ты реально считаешь, что человек у которого иалина тотемное растение — а растение ты сама видела, такое без тотемной связи не взрастишь — обладает кротким и покладистым характером? — Цветок очень буйный, я бы такое смогла повторить, будь у меня тела трёх волшебников, или тело одного Дамблдора. — Помона кокетливо улыбнулась. — Вот и думай, как перед парнем будешь извиняться или начинай дела передавать. Впрочем, дела по-любому передай, а то мало ли.

***

      Я достаточно быстро привёл себя в порядок, переоделся, дал распоряжение вымыть и проветрить коридор. И вышел в сад, где матушка занималась цветами вдалеке от дяди Сева и мисс Спраут, что стояли на крыльце. — Мисс Спраут, вы выглядите великолепно, так воздушно и очаровательно, надеюсь вам приятны мои добрые слова, сказанные под воздействием ваших трав?       Спраут лишь улыбалась и посмотрела на меня, как на взбитое безе. — Мистер Поттер, я сердечно приношу вам свои извинения, за такое появление. Вышло ужасное недоразумение, в котором я очень раскаиваюсь, видите ли, у каждого декана есть свои маленькие секреты. Я не люблю превращать стол в свинью, а конфундус считаю ниже моего достоинства.       И постреляла глазками в дядю Сева с игривой укоризной. — Я принимаю ваши искренние извинения и не держу зла. Небольшое недоразумение сделало меня сильнее и более подготовленным, лучше пусть друзья уколют тебя сотню раз, чем враг отрубит тебе голову. А оставшуюся обиду, я думаю, мы замнём с легкостью, когда выдающийся и очаровательный магистр травологии, будет делиться своим опытом и знаниями в Хогвартсе.       Меня за ответ потискали за щёчки и прижали к груди. — Вы очень славный молодой человек, надеюсь вас распределят на Хафлпафф и вы найдёте себе массу друзей. — Неа, я на Слизерин иду, там говорят надо работать за троих, чтобы соответствовать высокому статусу дома, да и мистер Снейп стал мне настоящим другом, наставником и членом семьи, я просто не могу предать нашу мужскую дружбу и допустить, чтобы меня распределили куда-то ещё.        Меня зажали ещё сильнее. Я конкретно издевался, выдавая мотивы студента Хафлпаффа за желание учиться на Слизерине. — Шляпа нас всех рассудит. Давайте вернёмся к нашей иалине.       Мисс Спраут вернулась к чулану, сноровисто подняла горшок целиком и направилась к выходу. Я громко прокашлялся. Мисс Спраут развернулась в мою сторону и непонимающе подняла брови? — Иалина является многолетним растением, согласно друиду Гуаранду Серому, с одного семени можно снять до дюжины урожаев при наличии правильного удобрения и соблюдения необходимых ритуалов. — И, где же вы пристрастились к тёмным искусствам, молодой человек? — В библиотеке Лонгботтомов — светлейшей семье Британии, в справочнике «Семена, удобрения и почва» за авторством Гуаранда Серого.       Всякие светлейшие и темнейшие — это выдумки Дамблдора, исключительно политическая, а учитывая, что род чуть не прервался, понеся ужасные потери в конфликте, поэтому он и светлейший. А так, никому нет дела, что ты там по подвалам творишь. — Конечно-конечно, у меня с собой нет нужных средств. Я обязательно соберу плоды и семена, а потом верну горшок. — Ты же не собираешься… — начал было дядя Сев. — Собираюсь, это мой тотемный цветок, ведь никто не пострадал. А растёт он у меня с весны. — Это мы ещё проверим, всех загоню в Мунго на проверки. А то может на вас здесь проклятий, как блох на собаке.       После чего, оба развернулись и пошли на выход, я снова прокашлялся. — Что-то не так, мистер Поттер? — улыбнулась Помона. — Согласно третьему артиклю, четвертой статьи, конституции Волшебной Британии. Все мутации и новые сорта известных волшебных растений подпадают под определение секрет рода. А значит, не могут быть изьяты, даже подпадая под категорию высокой опасности. — Позвольте магистру гербалогии судить, что является мутацией, а что нет, у меня на руках самая натуральная иалина. — Если вы раскопаете грунт, вы убедитесь, что она выращена на мёртвом грунте и мёртвой воде, с прикормкой из куриных потрошков и свиного сала. Без добавления человеческой плоти, что делает эту иалину новым сортом. А значит, она не может быть изьята. — Но может быть подарена, например Хогвартсу, что ждёт вас вот уже восьмой год. — Конечно, может быть подарена, с радостью подарю три плода и половину рассады в теплицы Хогвартса, остальное Хогвартс обязуется продать, а выручку вернуть мне, без процентов, в противном случае я обращусь в аукционный дом.       Мисс Спраут поглядела на дядю Сева с такой укоризной, словно перед ней был огромный свадебный торт и весь ей, а тут он заявляет, что у неё диабет первой группы. — Хорошо, мистер Поттер, мы так и поступим.       После чего снова развернулись и пошли к выходу, а я снова прокашлялся. — Я сейчас принесу бумагу и ручку, мы всё это заверим.       После оформления расписки, которую я составил согласно образцу в книге, что привёз дедушка Рудольф, собрав все книги, что остались от Лили. После того, как мы распрощались с мисс Спраут, которая уходила словно её угостили сладким тортом, даже двумя кусочками, а вот запить ничего не дали.       Дальше, всех Дженнингсов отправили в Мунго на обследование, за счёт маленького сейфа Поттеров, а меня повезли в Хогвартс, где крутили под левитацией в куче различных ритуальных кругов. Даже консилиум созвали из десяти профессоров, сам Дамблдор дирижировал процессом. Не знаю, что там нашли или наоборот не нашли, мне гады ни слова не сказали. Но видать ничего опасного для меня или окружающих, так как на следующий день я уже стоял перед знакомым домиком, а меня встречал мой давний знакомец Эрни МакМиллан, конечно, не один, а с Раулем и Мелани, не забыли и крошку Литисию представить. Литисия была очаровательным ангелочком четырёх лет от роду, эх, аж вспомнил свои четыре года и что я вытворял…       Не забыл я и про принцессу Эри, которая ни разу не исправилась за четыре года нашего расставания, даже ни разу мне письмо не написала. Всё так же любила рюшечки, ровные ноготочки, это что тушь? Раз такое дело, я её по всем правилам этикета поприветствовал, как старого друга, обнял, в обе щеки поцеловал, на ухо прошептал томным голосом: «Я скучал по тебе». Вот теперь красота, от лица Эри можно не то что прикуривать, сосиски жарить к пиву. Эх, оторвусь этим летом!       У МакМилланов было не очень многолюдно, то и понятно, вырвать сюда приглашение дорогого стоит, ведь целители это вам не траволюбы. Тут любой устроит кровавую бойню за руку двух прекрасных девиц — Эри и Литы. Когда я был здесь в последний раз, по достоинству не сумел оценить характер Рауля, который за годы стал только лучше: больше каламбуров, неуместных шуток, такое впечатление, что мы с ним соревновались, кто больше детей доведет до обморока, истерики, красных пятен на лице. Причём до слёз нельзя было, всё должно было остаться в пределах приличий. Всё эти правила мы даже не озвучивали, достаточно было лёгкой улыбки на лице обоих, чтобы мы поняли, что будет весело — нам!       А вот ради обучения или хотя бы доступа в библиотеку я был готов, хоть прямо сейчас, подписать брачный контракт с Литой, ведь это кладезь по анатомии и физиологии. До чего-то особого нас не пускали, только база, но и этого хватало, ведь книги с биохимией организма и талмуды по органической химии никуда не убрали. По сути, здесь можно было подготовить студента медицинского ВУЗа не выходя из библиотеки.       В первый же день стало очевидно, что нас готовить будут по бытовым травмам, самострелам и прочим неприятностям, что может себе организовать юный волшебник, как дома, так и в Хогвартсе. На день третий такой подготовки, я махнул рукой на всё и вызвал деда Ваню, объяснил, где взять денег на всё про всё, дал список чего закупить и закрылся на три месяца в барьере вокруг библиотеки. Для всех я задержался вечерком в библиотеке, а для себя приобрел способность Знания (физиология) ранга D и Контроль Тела ранга С. Пришлось осётра резать знатно, отбрасывая различные советы юным лекарям, диагностику, списки различных чар, проклятий и хирургические практики, и сосредоточиться исключительно на протекающих процессах в организме, оказывается, когда понимаешь, как работает твое собственное тело, то и контролировать его куда легче и понятней, а то я такое у себя воротил, что становилось даже непонятно, почему я дубу двинул так поздно.       Возвращаясь довольным в комнату, что мне выделили, я встретил Эри — надо произносить с придыханием, тяжело дыша и смотря пареньку в глаза, можно покусывать палец или губу для лучшего эффекта. Парень заметил меня слишком поздно, а то удумал, от меня прятаться и бегать. Вот я его к стенке и прижал, уперев руку в стенку, а колено загнав между его ног. Следом начал лить ему в уши о его неземной красоте, моих светлых чувствах, о горести и тягости нашего расставания, что мои мысли постоянно возвращаются к нему, о моей благодарности самой Судьбе, что вновь свела вместе. И стоило пареньку потянуться своими губами ко мне, как я тут же отстранился. — Эри, наши чувства такие порочные, сами отношения такие неправильные, общество не одобрит такое!       И пустив слёзы, убежал к себе, прижимая ручки к груди. Был ли я сволочью? Определенно да! Уничтожал ли я нормальную жизнь парню — обязательно! Но и сами МакМилланы были сволочами, что рассматривали меня, как трофей и вещь, а теперь будьте любезны платить. Да и что я делаю? Даже не откровенное членовредительство, если парень натурал, хоть на половину мизинчика, то максимум, четверть века ему испорчу, до женибельного возраста. В остальном, ну, назовём это забавным личным опытом. Забавным его находили и Тринити с Вовочкой, которые выбрались в реальное пространство, в виде проекций, предварительно нарядившись в группу «Тату», после чего весь вечер исполняли «Мальчик гей». Что я могу сказать, а Тринити идут черные волосы, короткая стрижка и развратная матроска. А Вовочке… Да подлецу всё к лицу, что удивительно.       Остальное время Эри пряталась у своих подружек вассалов, что однозначно будут вкалывать на Дом, а учитывая увиденные у них способности, то максимум медсёстрами. От чего, все четверо вызывали у меня недопонимание, вот как, у вас есть огромные возможности, наследственный потенциал, вам предоставляют лучшее, закрытое обучение и передают секреты Дома, а они? Тут даже двумя руками маши — не поможет. Эти девчонки вместе с Эри занимаются откровенной хуйнёй, вместо того, чтобы окопаться в библиотеке и трясти своих наставников. Ну, а с третьей недели у меня просто не было ни времени, ни желания теребонькать Эри анус. Да и за вторую неделю удалось лишь два раза наедине остаться, видать родители мои подкаты, если и видят, то серьёзно к ним не относятся. Да и аристократы они, у них с этим вполне нормально, пусть мальчики играются, главное потом наследников наделать, а что там в своих спальнях они вытворяют, уже личное дело каждого.       Так началась третья неделя, и от теории мы перешли к практике. И, как положено у настоящих медиков, нас провели в подвал в секцию морга, где представили мистеру Кадавру, сорвав с него простынь. Я её ещё специально содрал полностью, а тот тут, кроме меня, ещё только один парень — Эри я за девочку считаю. — Вот теперь понятно, что это мистер Кадавр, а не миссис. — Тигрёнок, а что, так видно не было? — игриво поинтересовался Рауль. — Знаете ли, я не профессиональный медик, чтобы адамово яблоко увидеть или там по форме грудной клетки и плеч определить. — А бугорок под простынёй?       Вон девочки уже краснеют и взгляд отводят, а, присутствующая, мисс Чанг вообще замерла, словно её кто-то остолбенел. — Так пенис ничего не доказывает, лишь наличие тестикул определяет мужчину. — и взгляд с пол оборота головы, с закусанной губой, в сторону Эри.       Тому уже было всё равно, вон зелёненький стоит, эх, а еще из семьи целителей. — Итого, что делаем? Брюшной разрез или боковой? — спросил я, потирая ручки.       Тут завалилась в обморок мисс Боунс, а ещё племянница боевой подруги Дамблдора называется. Я попробовал её поймать, всё же джентльмен, но ебать она тяжёлая, пришлось аккуратно опустить на пол. — Джастин, чего смотришь, принеси нашатыря, а то так до обеда не управимся, придется здесь с сэндвичами вскрывать!       Мистер Хабард завалился следом в обморок, Чжоу Чанг сжала свою сестру Юнь в объятья и обе сели на корточки бормоча: «Ничего страшного нет, ничего страшного нет». Эри продолжала бороться с желудком, только его вассал — мисс Эгшот побежала к аптечке, наверняка, чтобы мистеру Кадавру не смотреть, куда бы она там не смотрела.       После приведения всех в чувства, повторно собрались вокруг трупешника. — Тигрёнок, а ты что, совсем мёртвых не боишься? — А чего их бояться?       Я запрыгнул на стол, прилёг рядом с трупом, закинув на него ногу. — Они же такие милые, молчат, ни на что не жалуются. — я ладошкой похлопал по щеке мистера Кадавра. — Не то, что больные: вечно ноют, жалуются, кричат, порой даже не угадаешь, как лечить.       Имеем Эри, что решила с корзинкой поделиться своим завтраком и двух бледных девиц. — В этом есть и плюс, если не угадал, так не беда, даже наоборот, все такими покойными становятся.       Я слез со стола, а то антисанитария, а нет, Рауль на меня обеззараживающие кинул. Ну, и оглядев публику, решил добить. — И вообще, я же Гарри Поттер, у меня на лбу написано трупов не бояться. Между прочим, на таком расстояния у меня мёртвая мать лежала. — и показал рукой в сторону Юнь Чанг. — А вот примерно на таком расстоянии, Волдеморт заживо горел, у него ещё глаз вытекал, при этом.       Ещё два обморока и два завтрака в корзинку, красота, Рауль уже не сдерживается и давит лыбу на полную. Пришлось привести всех в порядок. — А, если оживёт мертвец, Тигрёнок, ты же знаешь, они иногда это могут.       Я щёлкнул на себе резиновыми перчатками, я то заметил, что Рауль что-то себе под нос шепчет и палочкой машет, а вот остальные были сосредоточены на своих внутренних проблемах. — Дык, и к этому готов!       После этих слов, мистер Кадавр резко поднял свой торс, открыл рот и неестественно запрокинул голову, а я извлек из Инвентаря нож Соломона и ровнёхонько ему снёс голову. Голова покатилась и все дети с визгом разбежались кто куда. — Из тебя выйдет просто восхитительный целитель, Тигрёнок. — подвёл итог Рауль.       Дети были в панике, шоке, слезах, хоть говно не роняли, хотя нет, мисс Боунс пришлось сходить переодеться. Остальных уже успокаивала Мелани, уведя от двух полуёбков. Ну, а мы с Раулем вернулись к вскрытию, со смехуевочками и пиздохаханьками резали трупешник, доставали органы, проводили вполне себе протокольную аутопсию. Исходя из того, что мое Самообладание не росло, то Рауль, или сдерживался, или просто практики не доставало.       За обедом мы с Раулем обсуждали тонкости аутопсии, чем портили, и так слабый аппетит, всем ученикам. За что нас вызвали на ковёр, на личную веранду Мелани, где она пила положенный файф-о-клок, там уже нас построили, морально выпороли и отчитали, как нашкодивших котят. Мы изображали вину и раскаяние, но стоило выйти за порог, как переглянулись ехидными улыбочками, и Рауль, положив мне на плечо руку, повёл рассказывать интересные случаи из его практики. Наверное, как-то так и возникает, это самое, чувство мужской дружбы между наставником и учеником.       На всех следующих вскрытиях, мы старались вести себя сдержано, наращивая градус неадеквата постепенно, но всё равно стращали собравшихся, ибо целитель, и не такие вещи видит, встречает и приходится иметь дело. И если тебе тошно от вида покойника, то с живым, верещащим пациентом, от которого остался лишь дух запечатанный проклятием в теле, да ещё, когда бегают его убитые горем родственники, ты иметь дело не сможешь, а надо будет.       Кстати, о проклятьях и чарах, многие проклятия используются в целительстве, но тут та же проблема, что и везде, в книге описан случай применения и как всё прошло. Да и большая часть книг просто расписанный опыт врачевания. Типа, у меня был пациент, его колбасило так, я применил такие зелья, чары и проклятья, его вроде отпустило. Настоящий целитель, это вам не человек понимающий причину и следствие, а просто высоко эрудированный волшебник. Хотя, кого я обманываю, нормальная медицина работает аналогично, что я, «Доктора Хауса» не смотрел.       Изучить новые заклинания не получалось, все чары и проклятия расписаны подробно, но опять же, без эфирного контура, причины и следствия, просто вот взмах, вот слова, вот что должно произойти. Запомни, вызубри, практикуй, иными словами, абсолютно бесполезно для меня, пока у меня не будет палочки. С ПКР(к) я пробовал повторить, но он продолжает молчать.       А вот, что меня заинтересовало, так это ритуалы, на которые приходится большая часть целительной практики. Я прочитал за ритуал сращивания кости, но ничего не понял, пришлось искать теорию и вдумчиво вчитываться. Оказывается, чары и проклятья это очень краткосрочное вмешательство в реальность, конечно, не менее разрушительное. Чиркни спичкой на газоперерабатывающем заводе и ахуей от уровня своего вмешательства в реальность.       А вот ритуалы были очень долгосрочным, если не перманентным вмешательством в реальность, если опускать размышление древних волшебников, то выходило следующие: ритуал — это способ обращения с просьбой к Великим Силам, что управляют реальностью. Такими, как сам Мир, Земля, Океан, Небо, Магия, если продолжить список, то можно наверняка обратиться и к Карме. Но тут прячется и основная закавыка, нельзя было просто послать СМС Гайи, типа: «Мне не нравится Гай Люциус, а ебани-ка вулкан под Помпеи!» Нет, это была именно просьба, мы просили у Великих Сил снизойти к нам сирым и убогим, и помочь в деле, в котором мы не можем справиться самостоятельно. Только эту самую просьбу надо сначала снабдить платой, а у любого вмешательства есть цена.       Если я захочу попросить Гайю о подрыве Помпеи, то должен буду под священным деревом, что не одно поколение выращивали во славу Её, в момент определенных астрономических событий, простоять на коленях, в чистых ритуальных одеждах и прийти к смирению, и только тогда, Гайя ко мне снизойдёт. А ценой ебануть Помпеи станет принесённый в жертву ядерный заряд. Вы скажете, что имея ядерный заряд я и сам ебану Помпеи, дудки, ведь нужна баллистическая ракета для этого, вот такой ракетой и служит Гайя. Но это лирика, Великие Силы просят очень редко и то по делу мирового масштаба, всем этим миром просят.       Для всего остального есть тёмные искусства, где всю грязную работу за тебя делают демоны и духи, которые откликнулись на твой зов. Проблема в демонах и духах заключалась в следующем: первые очень материальные и могут разорвать тебе анус, если ты не сможешь их сдержать, а вот духи не материальны, а значит, если не сможешь удержать, им ничего не мешает тебя послать нахуй. Короче, нужны исследования, но этими самыми ритуалами я страшно загорелся.

Рауль МакМиллан Великий Мастер-Целитель

      Сколько общаюсь с Северусом Снейпом, всё сильнее убеждаюсь, что, если он на кого-то шипит, плюется ядом, вечно ворчит и жалуется — это важный для мистера Снейпа человек, к которому он испытывает теплые чувства. Как ни встречу, всё обычно начинается с того, какой плохой и ужасный профессор Дамблдор, а заканчивается рассказом о том, как он «нежно и трепетно любит» Тигрёнка. А вот сколько я бы не силился во время наших посиделок и серьезных разговоров упомянуть Волдеморта, мистер Снейп ни разу не отвечал и сам никогда не упоминал.       Стоило попросить отдать мне на летнее обучение Тигрёнка, такое началось. Меня так не отчитывал даже наставник, когда я убил девяносто двух летнюю Хей Чанг по своей юношеской глупости и самоуверенности. Побывав в кабинете у профессора Дамблдора, словно вновь пережил тот случай, когда я был студентом пятикурсником и меня опять обвиняли в изнасиловании очередной грязнокровки пятикурсниками с Хафлпаффа. Да, конечно, я знал на что девочка нарывается, да, я покрывал этих балбесов, я даже лечил, как её звали-то? Лиза, вроде бы, впрочем, не важно. Это же сущий кошмар был, да хранит меня Дея и Магия.       Профессор и мистер Снейп снабдили целой инструкцией: этого не делай, туда Тигрёнка не пускай, запри все секретные секции библиотек, к трупам не пускай, пациентов не давай. Как-будто я доверю Тигрёнку пациента, хотя… Стоило бы, у парня настоящий талант отваживать от целителей пациентов, но чувствуется, что он кому-то подражает, даже интересно, кто такой этот дядя Грегори, которого он постоянно поминает? Это надо иметь внутреннее, душевное устройство правильное, чтобы понимать, что пациент не должен бегать к целителю по сущей ерунде. Есть же Мунго, куда мы отправляем всех наших учеников-неудачников и прочих криворуких бестолочей, вот пусть они и лечат простуду с геморроем.       Так им было мало всех этих запретов, они затребовали программу подготовки, что я аж пожалел, что пришёл просить. Надо было поступить прагматично, пусть сами бы пришли просить… Рауль, Рауль, не будь дураком, если бы не попросил, там бы набежали пожиратели и чему они научат, уже неизвестно. Эх, что мистер Снейп и профессор Дамблдор понимают, у них вообще нет времени на Тигрёнка, что мешало его поселить в Хогвартсе, где он всегда будет вместе с опекуном и покровителем? Нет, давайте к маглам, вот чему они его научат?       Клянусь Магией, что может такого натворить восьмилетний ребёнок, если его допустить к моему личному кабинету? Парень растёт настоящим рейвенкловцем; остальные дети, хоть и вошли в возраст подготовки и обучения целителей, но остались детьми. Ходят на занятия, как на каторгу, всего боятся, брезгливые… Ладно, я сам таким был и только к третьему курсу исправился. Но Тигрёнок — это совсем другое дело, вгрызается в науку, вон сколько вопросов по органике задаёт и каждый за пределами моей целительской практики. Это он прав, я обязан такое знать и понимать, но мне пришлось послать птиц к двум магистрам, чтобы найти ответ на особо каверзные вопросы.       А вчерашний вопрос? Стоило парню посидеть у меня в кабинете, как тут же появились вопросы трансмутации человека, мне пришлось самому магистру Фламелю писать, я бы написал профессору Дамблдору, но тот точно письмо сожжёт из-за своих суеверий и надуманных причин. Зря они на парня наговаривают, жаль, что с советом Дома смогу обсудить обучение Тигрёнка на целителя не раньше его третьего курса.       Открываю дверь и вот, ничего, сидит прилежным учеником, разложив книги и мои дневники, всё аккуратно. Ничего же не произошло, а они… Эх! — Привет, Тигрёнок, чем сегодня занимаешься? — Наставник, а вы задумывались над тем, что, называя меня Тигрёнком, вы отождествляете меня с белым тигром запада по сы сянь. И это вдвойне забавно, учитывая, что во мне течёт кровь фениксов, что сближает меня с алой птицей юга. — Тигрёнок, честно, я ничего не понял из того, что ты сказал.       Тигрёнок как-то странно на меня посмотрел, он всегда так смотрит, когда что-то выбивается из картины его мира. Вот и сейчас, его лицо изменилось на выражение принятия, осознания и пошёл мыслительный процесс корректировки картины мира. Какой замечательный орёл растёт. — Странно, ведь это в вашей библиотеке лежит переложение Антонино Долохова, со старого на новый английский, книги авторства Матиса Монгре «Учения сы сянь в современных ритуалах».       Мне осталось лишь хмыкнуть, ведь действительно лежит, а я ни разу её не прочитал, с Антонино у нас были тёплые отношения, но потом он решил добиться большего, чем и заслужил место в Азкабане. — Я больше поражен вашим увлечением нейрофизиологией, наставник. — Оу, нас с Алисией и Френком связывает давняя дружба, и я был просто обязан разобраться в их случае. — Надежда есть? — глаза Тигрёнка были исполнены надеждой.       Но мое сердце твердо и разум холоден, я много раз видел такой взгляд и много раз сообщал неутешительные новости. — Пока надежды нет, мы держим их в «вечном сне», может когда-то мы найдём способ вернуть их рассудок и восстановить симпатическую систему.       Тигрёнок лишь покивал, но вокруг него не сформировалось, привычное мне, облако отчаянья, он лишь сильнее вгрызался в литературу перед ним и мой отказ лишь прибавил сил. Милый Тигрёнок, как мы были несправедливы к тебе, останься ты у нас, стал бы отличным мужем для Литы, сегодня я смотрю на будущего магистра-целителя, возможно, именно ты пробудишь Френка и Алисию. — Наставник, могу ли я доверить вам тайну рода?       Я улыбнулся, насколько у меня хватало нежности, что он сможет мне рассказать такого, что я не знаю о Поттерах? Что они были сутенёрами, вивисекторами, убийцами, палачами, проводили ритуалы над детьми, занимались инбридингом и увлекались поркой больше, чем положено? Что им досталось пару скверных даров Магии от Певереллов и теперь он начинает слышать эхо ушедших голосов? Или он повторит трактат о «Форме и Глине», что я слышал от Джеймса? Или может он услышал звенящий голос реликвии Поттеров, «горшочек» мы ему не отдадим, придётся выкручиваться. — Я Рауль МакМиллан, клянусь честью своего рода перед лицом Магии, что буду хранить тайну Гарри, сына Джеймса Поттера, как свою личную. — я перешёл от пафосной речи, к нормальной. — Достаточно, Тигрёнок?       Тигрёнок лишь кивнул и достал из сумки пузырёк мутного стекла с какой-то золотой пылью на дне, после чего встряхнул пузырёк и поставил на стол. Песчинки закружились в своем танце, в пузырьке была прозрачная жидкость. — Наш далёкий предок, давным-давно смог обокрасть саму Смерть, украв у неё мантию невидимку.       Одна из вариаций легенды о трёх дарах, но причём здесь пузырёк? — Я не знаю, были Певереллы приняты или они специально вошли в род. Но Поттеры тоже был не простой род и у него были свои тайны.       Такой юный, а уже растёт пафосным птеродактилем. — И все секреты были связаны с работой над глиной, но главные тайны были связаны с изготовлением специальных сосудов.       Ох, этот разговор будет не из лёгких, кто же ему рассказал про «горшочек», я не хочу быть тем, кому придётся его вернуть. — Главная тайна состоит в том, что Поттеры научились закупоривать само Время!       С этими словами, Тигрёнок открыл пробку на пузырьке. — Таким образом Поттерам принадлежит всё время мира, и сейчас оно есть у нас, я не знаю, сколько осталось внутри вместилища, но я здесь всего на месяц, а вы просто обязаны взглянуть на мои записи, наставник.

***

      Конечно, Рауль мне не поверил, пошёл к краю барьера и уткнулся в его границы, пришлось объяснять это квантовой механикой и что время лишь состояние сознания смертных. Рауль не разбирался ни в первом, ни во втором, поэтому ему пришлось мне поверить. Этим поступком я преследовал две цели: первая, объяснить наличие у меня барьеров, ведь, что не говори, семейные тайны самый удобный способов, даже лучше уже классического: «Дамблдор научил/рассказал».       Ведь, как у ненормальных происходит: «Оу, Питер Паркер, ты можешь пускать паутину и карабкаться по стенам, как так?» На что Питер может смело ответить: «У меня пробудились древние дары Магии!» — или: «Это тайна семьи, которую я вам не могу доверить». И самое интересное, что это проканывало, все легко принимали такое объяснение.       Вторым пунктом плана была проверка. Рауль ко мне относился ровно, порядочно и скажем так, мне он нравился, как наставник. Я уже давно заметил, что в отличии от леди Лонгботтом, что носилась с Невиллом, Рауль ко мне относится лучше, чем к Эри. А значит может стать в грядущем отличным союзником, вот и проверим, барьеры были очень удобны при операции, туда можно поместить тело и замедлить протекающие процессы. Вот и узнаем, как часто меня будет вызывать Рауль, а самое главное, будет ли кому-то ещё известно. Конечно свидетелей его клятвы не было, пятно на род не ляжет, но я буду знать, а значит уже ни о каком союзе речи идти не может. А Эри я переведу на зависимость от кожаных уколов по тухлой вене, чисто из вредности.       Первый этап был пройден, я обрисовал мои идеи и сделанные заметки, конечно оставшиеся полторы недели, нам категорически не хватало, даже для теоретического обоснования, не то чтобы сделать первый прототип. Так что весь следующий день был посвящён тому, что мы сносили провианта на полгода в закрытую секцию библиотеки, проверяли наличие нужных книг в шаговой доступности и организовывали себе рабочие и спальные места. Рауль посвятил всю ночь на объяснение Мелани, почему она должна заканчивать обучение и вообще он занят, его не беспокоить.       А я задумавшись о том, всё ли мы захватили, случайно зашёл в ванную комнату — а у аристократов это здоровенная фиговина, натуральные термы — где уже плескалась Эри. Какие чувства я испытывал к Эри? Хммм, ну он был сладким мальчиком и обещал вырасти в настоящую принцесску, а у меня уже есть специалист по обращению с принцессами. Моя Мужская Солидарность оказался настоящим паном сексуалом, вроде как-то так это называется, и был категорически за любые отношения с чем попало и кем угодно, главное взаимное уважение и согласие, вот детей и некоторых зверей ебать нельзя, ведь они не понимают, что происходит. Так что, чем я не аристократ, в общем, программа максимум, что могут позволить себе два сладких мальчика в ванной выполнена. Узнай батя, точно бы выпорол, а вот Рауль наверное попросил бы повторить, чтобы убедиться насколько правильно я выполняю обычную урологическую процедуру.       После наших банных процедур Эри наконец-то созрела признаться мне в своих чувствах и любви. За что я ему очень признателен, это помогло мне осознать, что я бисексуален на одну ладошку, пускать слюни на пляжных мальчиков и смущать сладких мальчиков — пожалуйста, а вот подпускать к мохнатому сейфу — только на моем черном лимузине. Да и каких-то ярких чувств, как к Ульяне, у меня не было к Эри, пришлось лить мёд в уши и намекать на мои чувства, при этом не говорить ничего прямо. А вот Тринити про меня не забыла.

Дзынь! Вжух! Сертификат «Матёрый педофил» Заменён на сертификат «Педофил-затейник» Вы совратили чистое и невинное сердце восьмилетнего мальчика. Сётакот доволен вами!

Вжух! Для развития трофея «Начинающий гаремодержец» Осталось 5/6

      Так, стоп! Что значит пять из шести, лааадно Эри, Ульяна, предположим мисс Гринграсс, а кто пятый, Невилл, братан, ты что ли? Так! Нахуй эти мысли! Понятно, что Тринити номер один во всём этом балагане, хотя наши чувства порочны и какие-то больные, учитывая наши фетешиские игры, да и касаться друг друга не можем. — Тринити я ведь прав?

Шизофрения+1 С номер один так точно. С гаремом я подумаю.

      Вот и славненько, да и вообще все эти гаремы, одна сплошная боль в заднице, иногда буквально. Пускай любят меня столько людей, сколько захотят, главное никого из этой шайки-лейки не выбирать. Всё равно мое тело принадлежит Тринити, разум Шизофрении, сердце Ульяне, а мой дух свободен. Вроде всё правильно, время вернуться к ритуалам.       Второй этап был выматывающим, мы с наставником корпели над книгами, высчитывали формулы, а вы что думали, ритуал собрать это раз плюнуть? Было бы так, то студенты Хогвартсва вам по десятку на рыло выдавали к концу обучения. Нет, Гаррюха, ритуалы — дело тонкое. Но! Тут было отличие от чар и проклятий, тут была база. Вот самый простой ритуал преобразования, в центрах могущества Магии — Хогвартс, Стоунхендж, Зал Отдела Тайн, я вроде оттуда черпаю Эфир — построив, вот такую закорючку, ритуал не всегда круг, ага, специальным мелом, составленным из следующих элементов. Вы можете охладить или нагреть вещество, банальное преобразование тепловой энергии, скажете вы. НО! Это по сути и был контур по которому надо было пустить Эфир.       И, что вы думаете эти полуебки делают? Они взывают к самой Матери Магии, которая, по легендам, наделила дарами первых своих верных служителей, а потом Аннанси — паучий полубог, рожденный от союза Магии и бога Неба — научил первым чарам. И вот они теребят Матерь Магию, чтобы она наполнила контур Эфиром. Я начинаю подозревать, что это жу-жу-жу неспроста, потому что я нигде не нашёл упоминаний об Эфире, но всё сводилось именно к этому.       Приняв и осознав, что такое ритуальные каракули, я провёл первый опыт. Я выпустил из себя Эфир, преобразовал его в контур, что повторял ритуальный рисунок и действительно нагрел чашку чая, а потом преобразовал тепло обратно в Эфир. Мне хотелось бы КПД в сто, а то и больше процентов, но в итоге куда-то тепло или Эфир терялись, так что нагревая и охлаждая что-то, я не смогу восстановить свои батареи. Развивая идею и занимаясь поиском необходимых каракулей, я создал свое первое заклинание, которое назвал «тепловым ударом» и не то, чтобы решительно было необходимо этому заклинанию название, но иногда мне хотелось пафоса и без него, я как кот без сметаны. Потом пришлось придумывать оправдания для наставника, почему оплавился стол, но это уже мелочи. Главное, что у меня наконец-то получилось оседлать Магию… Оп-па-па, во всех текстах у неё женский род, может… Лучше, как и о Невилле, об этом не думать в таком разрезе.       Была во всём этом и ложка дёгтя, я так и не смог разгадать ребус контуров, а самое главное понять, откуда они пришли, почему один рисунок такой и делает это, а второй рисунок сякой и делает совсем другое. Даже преобразование «Эфир — кинетическая энергия» и обратное преобразование «кинетическая энергия — Эфир» не то, что не были зеркальными, они отдалённо не были похожи друг на друга. Будем искать дальше.       У нас с наставником сложился ритм: работа над книгами, перекус, разговор и сплетни о Волшебном Мире, работа над книгами, серьёзный обед, подремать пару часов, работа над книгами, файф-о-клок, обсудить курьёзы из медицины, поспать и снова повторить. На протяжении всего процесса каламбурить и перебрасываться шуточками. Во всём этом ритме меня спасало то, что Рауль был с Хафлпаффа, а значит пиздец трудолюбивый и сосредоточенный на поставленной цели. И конечно, он не мог бросить своего ученика в беде, ведь хомяки — или у них барсук на гербе, вечно их путаю — очень дружные ребята. Проблема того, что ученик ещё ребенок и должен спать, решил демонстрацией сертификата «Wunderkind gamer edition». Рауль поглядел затуманенными глазами, покивал и заверил: «Раз так, то за работу, ученик!»       Но даже все эти ухищрения не помогли, на третью неделю второго месяца Рауль взвыл и начал терять трудоспособность. Пришлось свернуть барьер, притащить патефон, пластинки к нему, завезли стол для настольного тенниса и даже повесили баскетбольное кольцо. В начале Рауль хотел притащить магнитофон и кассеты к нему, что вызвало небольшой ступор. — А я думал, что Магия не совместима с электричеством. — Банальное заблуждение, мы — старая аристократия — живём в глухомани, по понятным причинам, Статут, все дела. Отсюда и основная проблема электрификации — волшебством дешевле. — Ага, а ещё электроны перемещаются со скоростью света, а мы создаем поле квантовой неопределенности, что нарушает основной постулат механики. — Тигрёнок, я учился на Хафлпаффе, а не Рейвенкло. — Магнитофон работать не будет, электричество не сможет к нам попасть, никак. — Печально.       Наши шевеления и желание быстро-быстро всё сделать, для окружающих было непонятно, ведь для них не прошло и суток. А наблюдательная Мелани заметила изменения в нашем внешнем виде и поведении, всё же нас месяц не было. Но вопросов не задавала, настоящая аристократка, понимает, что такое секрет. Потом, уже в спальне, после всех экспериментов, муж ей шепнёт и всё объяснит. А уже дальше зависит от МакМилланов, куда уйдет «тайна» рода Поттеров.       Итогом нашего заточения, явно было видно, что Раулю не хватает компании и долго работать в маленьком коллективе для него тяжело. А, как он был счастлив снова увидеть семью, словно четыре месяца и две недели не видел. А вот мне хотелось плюнуть в лицо Дамблдору и Невструеву, желательно одновременно и чтобы они были связанными и на коленях. Ведь за три месяца активной работы, ну, мы отвлекались на отдых, а я ещё и личные изыскания по контурам проводил. Мы с наставником достигли куда большего, чем за два года их стараний сделать меня волшебником. Блядь, да дайте по каждому предмету мне такого наставника, не пройдет и десяти лет, как я построю машину времени, и насру на голову Мерлину, каким бы расчудесным он не был! Пусть сами Древние Боги будут свидетелями моих слов!!!

Избранный, тут Древние Боги Прислали записку. В общем, как бы это выразиться. Им насрать.

      Вот так всегда, как гекатомбу девственниц умять — это всегда пожалуйста, а как выдать моральную поддержку, то ебись ты, Гарри, сам.       Но вернёмся к результатам. У меня в Инвентаре лежало двенадцать исписанных мелким почерком рабочих дневников, Рауль дал очень много полезных советов по ведению рабочих дневников, от которых подскочил мой Анализ, что давно не развивался. А заодно я получил новую способность — Исследование (библиотека, книги) и даже довёл до ранга D. Знаний по ритуалам я не получил, ибо филонил и просто искал нужные ответы, не напрягая себя в систематизации и запоминании готовых моделей. Ограничился только базовой теорией и видовыми особенностями ритуалов. В дневниках я оставил очень много своих предположений по контурам, что надо будет опробовать.       Рауль получил себе нашу прелесть. Срощенные волшебством четыре листа А1, на которых был нанесён ритуальный рисунок. Вначале я думал просто создать контур, но он получался сложным, моего Преобразования не хватало на его создание, не то чтобы удержать и заполнить. Второй проблемой стало то, что надо много Эфира, раз так в двадцать больше, чем есть у меня. Пришлось дорабатывать и встроить рисунок на поглощение Эфира из пространства, потом найти рисунок на помпы, ибо тянуть надо быстро, издалека и много. Потом пришлось пересчитывать нужный эффект, ведь хотелось перманентные изменений, а не временных. Рисунок немного разросся и, если мы ничего не напутали, ритуал изменял структуру мышц и увеличивал проводимость нервной ткани. Вы скажите хуйня из-под коня, а я вам отвечу, что дудки!       Это был прорыв, во-первых, в ритуале не участвовали духи, демоны, и тем более Высшие Силы, достаточно было дать «искру» и ритуал запитывался самостоятельно и держал столько, сколько надо, теоретически. Во-вторых, рисунок был модульным, если надо изменить что-то другое в человеке, например, усилить работу печени или замедлить распад белков, всё это можно, просто извлекаешь один модуль и заполняешь другой. До этого ритуалы были сложными, а главное, уникальными, ибо надо было туда добавлять подчинение-удержание, имена духов и демонов, чуть ли не всех кровных родственников пациента перечислять до седьмого колена. В общем, как всегда у ненормальных, заучи-повторяй, деды нарисовали, они лучше нас знали.       А сам рисунок я задарил Раулю, пущай пользуется, мне не жалко. Ведь самое главное я для себя получил, а именно, малый ритуал преобразования. Если нанести себе метку, подключить её к моим цепям, то я смогу ускорить свое восприятие и увеличить скорость реакции. Но нужны были опыты. И я предложил опробовать Раулю ритуал, на кошках.       Вот тут была загвоздка, я готов был пожертвовать Бегемота науке, а вот Бегемот упирался всеми лапами и почувствовав поддержку Рауля — ведь Бегемот мой спутник, как я могу даже думать о таком — начал делать это ещё более остервенело. Не знаю, чем бы закончилось это перетягивание кота, но я вспомнил, что у меня есть призыв дикого кота. Вручив Бегемота в руки Рауля, я извлек нужную карту, теперь знаю, что их не видят ни простые люди, ни ненормальные, а ещё они исчезают после применения. — Вон, смотрите, на дереве кот сидит, давайте его возьмём.       В окно, проламывая собой стекло, вылетел Бегемот с явной целью задержать кота, в раз так полтора больше его. И дикий кот тоже почувствовал, что цепкие лапки науки почти сомкнулись на его шерстке. Нам с Раулем оставалось лишь бежать за двумя котами и искать их в саду, Рауль ещё удивлялся, откуда у него в саду завёлся такой кот. В итоге, порванный и почти изнасилованный дикий кот оказался в клетке, потом Рауль подлечил его.       Сам ритуал решили провести в Стоунхендже, куда, конечно же, отправились порталом. Помогать нам будет сам магистр ритуального волшебства лорд Амадей Кэрроу, шести футовая образина, в чёрном балахоне с капюшоном и чёрной бородой до пояса. Магистр полтора часа изучал рисунок, после чего авторитетно заявил. — Это невозможно, оно не будет работать, ни здесь, ни в залах Отдела Тайн. — Наставник, я так понимаю он со Слизерена? — Именно так, Гарри. — Воззвать к науке не получится, может он должен что-то МакМилланам? — Вообще ничего. — Наставник, вы не делаете мою работу легче. Я думаю, как его убедить! — Магистр Кэрроу, во имя дружбы двух наших старинных семей, дайте мальчику шанс, он вложил месяц труда в этот ритуал, мы просто обязаны попробовать. — Во имя науки, как вызов обществу, дабы поддержать старые традиции! — бросил я козыря на стол.       Магистр лишь хмыкнул, осмотрев меня с ног до головы. — Вам бы в покер играть. — магистр взял драматическую паузу, и на его вечно суровом лице проступила улыбка. — Ладно, расчертите поле, поглядим, что выйдет.       После чего оглядел кота в клетке. — И вам совсем не жалко славного котейкина? Что вы за звери такие, магла не могли поймать?       Сразу чувствуется старая аристократия, котейкина — жалко, а вот какого-то магла заловить в тёмном переулке уже нет. Наверное, даже существует отряд специального назначения из юных ведьм, для отлова маглов, которых не жалко ни тем, ни другим. — Я сам кошатник, но мой спутник отказался принимать участие в эксперименте.       Магистр нагнулся к моему лицу нависая чёрной тучей. — Ты настолько самоуверен, мальчик, что готов рискнуть собственной жизнью? — Не настолько, чтобы самостоятельно туда лезть, но достаточно, чтобы поставить жизнь своего спутника. — Я сменил шесть спутников, Коул мой последний — седьмой. На твоем месте, я бы дорожил своими спутниками, настоящего очень трудно найти.       В это время два ученика магистра готовили поле: чарами извлекли грунт, залили и закрепили бетон, создали идеально ровную поверхность, следом специальными инструментами внимательно воспроизвели рисунок. И только после тщательной, тройной проверки, контур был заполнен специальным голубоватым гелем. Не представляю сколько я торчу денег МакМилланам за такую помощь, учитывая задействование целого магистра и специальных средств. Самое удивительное, что Рауль не спешит что-либо спрашивать в ответ. Лишь бы под венец не тянули, всеми маленькими сейфами Поттеров расплачусь.       Кот был оглушен и установлен в центральную часть рисунка, после чего мне потребовалось всё мое Самообладание, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лбу. Вот нахуя?! Я же, блядь, специально сделал малый круг силы, провел от него восемь лучей во все узлы рисунка, ну еби тебя шакал в рот, запусти туда пару очков Эфира и ритуал сам запустится, зачем я столько по книгам волдырялся?! Нет! Я — магистр буду звать Матерь Магию. Я уже представляю, как это божество ахуевает, к тебе взывает не последний в мире человек, просит дать огня, ты хватаешь огнемёт и несешься жечь его врагов, а в итоге оказывается, что он не может чиркнуть спичками, что лежат у него в кармане, чтоб зажечь политый керосином костёр. — О, Матерь Магия! Владычица всего Волшебства, Хранительница традиций и законов, Ведающая Истину, Мать нашего дара, Великая воительница, взываю к тебе! Прошу, вдохни жизнь в наш ритуал!       И кто бы мог подумать, что ритуал начал работать. Всё начало переливаться Эфиром, а вот рецепт геля надо спиздить, у него очень высокая проводимость. И на нашем пациенте проступил золотистый рисунок, покрывая его целиком. Следом, при помощи трансфигурации был создан металлический барьер, а с кота сняли чары. — Ритуал работает!? — удивлено произнёс магистр. — Ритуал работает!!! — радостно кричал я. — Ритуал работает!!! — прыгал от счастья Рауль.

Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс Кабинет Директора

— Рауль, ты не можешь взять и уйти. — Профессор, мы живём в своей маленькой Британии на таком крохотуненьком острове и возомнили себя центром вселенной!!! Пора расширить кругозор и начать думать о вещах, что открыли другие!       Дело было плохо, Гарри провёл всего месяц у МакМилланов и я не узнавал Рауля, вместо весёлой сдержанности и неунывающего характера, я видел человека стоящего над пропастью безумия. Горящие глаза, растрёпанные волосы, полные страсти речи. Человек в таком состоянии творил великие деяния, благие или лихие уже было не важно, но великие. — Рауль, а как же практика, пациенты, ученики, семья, Орден, Алисия и Френк в конце концов? — Ой, профессор не трясите ерундой, учеников я уже раздал другим мастерам, Мелани справится с семьёй, Орден никуда ваш не улетит, Эл и Френк, как спали, так проспят ещё столетие. А вот практика, вот ради неё я отправляюсь в путешествие. — Куда? — Вы так спрашиваете словно я иду в Серые Чертоги или за Последний Занавес. Отправлюсь, для начала, в СССР, говорят там лучшие анестезиологи, потом в Непал, Китай, Никарагуа, Килиманджарский заповедник, заеду в Колумбию и Аргентину, Австралию в конце-то концов. — Рауль, храни тебя Магия, но зачем, можно же по переписке.       Рауль подошёл к моему столу, скинул все мои документы, ох, снова придётся их разбирать. Достал из кармана мел и начертил на столе круг. — Вот что это? — Рауль, это круг начерченный мелом на моем столе. — я очень внимательно, с суеверным ужасом в глазах, поглядел на бывшего ученика Хогвартса. — Правильно, профессор, круг, кого не спроси — это круг. Кого не приведи, каждый увидит круг. — Рауль стал ходить из стороны в сторону махая руками. — Но спросите Тигрёнка, он вам скажет, что это проекция сферы на плоскость. — Рауль?! — А вы докажите, что это не так, профессор!!!       Я встал, подошёл к Раулю и похлопал по плечу, стараясь заглянуть ему в глаза. — Рауль, успокойся. — Не смейте читать мои мысли!!! — Рауль отпрянул от меня, махая перед своим лицом руками. — Вы всё портите, вы его ограждаете, вешаете цепи, пытаетесь впихнуть в клетку, а ему всего надо наставника, что направит его страсть.       Рауль упёр в меня осуждающим взглядом. Есть, ритуал, успешный, судя по возмущению Магии… Невероятно, удивление и шок на лице магистра Кэрроу?! Что же они там сотворили? — Не смейте читать мои мысли!!! — Рауль ткнул в меня пальцем. — Это секреты Дома МакМиллан и Дома Поттер! Не смейте их забирать у мальчика!       Мне осталось лишь опереться на стол и поглядеть с волнением и осуждением на юного великого мастера-целителя. В нём чувствовался гнев, сомнения, но больше всего в нём было необузданной страсти. — Ты ведь пустил его к закрытым записям, правда? — И что, что пустил? Он перейдёт границы, он нарушит Табу, он разорвёт цепи и пробудит разум. Он тот, кто вырвет звёзды в Небесах и бросит к ногам богов, он войдет в каждый Храм и принесёт хулу. Его не остановят ни лестницы, ни львы, Он уже здесь!       Как же было раньше проще, когда работал всего лишь преподавателем и занимал позицию главы дома, я мог вспомнить каждого ученика и его личное дело, а сейчас… Сейчас их стало слишком много. — Рауль, у тебя есть пророческий дар?       Рауль плюхнулся в кресло, его била мелкая дрожь и он покрылся испариной, в нём чувствовалось облегчение, словно накопившаяся страсть нашла выход в пророчестве. — Да, есть небольшой. — Ты произнёс слова пророчества о Сеятеле. — я присел рядом и протянул чашку чая на блюдце. — Давай подождём полгода, ты успокоишься.       Рауль взмахом руки опрокинул чашку и вскочил с кресла. — Не смейте, не смейте меня опаивать всякой дрянью, внушать какие-то мысли. — Рауль схватился за голову и взъерошил волосы. — Всё решено, профессор, вещи собраны, дела переданы, я уезжаю и вернусь сюда лишь став магистром.       Мне оставалось лишь выслушать человека, чья судьба была повернута, всего лишь за месяц пребывания рядом с Гарри. — Восемь сотен лет, ровно столько прошло с последнего магистра в роде МакМилланов, вы же знаете, кто я. Я дитя неожиданности. За спасение своей жизни, магл принял старые слова клятвы, а явившись домой обнаружил, что его жена была беременна мной, меня отдали, не знаю как, честно или нет, приняли в род, но чего я добился?       Рауль расхаживал по кабинету не сосредотачивая взгляд ни на чём. — Ничего, я лишь упорно следовал за моей новой семьёй, повторял старые практики, доводил до совершенства имеющиеся чары, проклятья и ритуалы. Но создал ли я что-то новое, зашёл ли я дальше других, нет, нет, я не добился ничего! — Рауль, не каждый может добиться и этого, тем более в твои годы. — Вот именно, вот именно! Потому что этого всегда было достаточно, никто не хотел идти дальше и я должен разорвать этот круг, этот круг «достаточного»!!! — Рауль схватил со стола листок и демонстративного его порвал. — Целителями становятся в лучшем случае трое из десяти выпускников Хафлпаффа, больше половины из них посредственность, бывает пару человек с Рейвенкло. Магистрами в целительстве становятся последние. — Рауль, не всё так плохо, целительство не чары… — Заткнитесь, заткнитесь, Тигрёнок всего за че… месяц! Один месяц! Грубой теории без деталей, лишь мазок взгляда на мои записи и он уже создал что-то новое, да, простая и примитивная идея, которую ещё годами доводить до ума. Но она работает!!! Идея, что уже сегодня разрушит застой британского целительства! — Именно по этой причине, я просил ничего ему не показывать, мир… — Я сыт по горло вашим «Общим Благом», профессор. Если ваше «Общее Благо» — мир, где целители это ремесленники, то я отказываюсь от такого «Общего Блага», мы такие же творцы, как и остальные волшебники!       Что же мне с этим делать? Тем временем Рауль высыпал на стол монеты из карманов. — Тридцать сиклей, Рейвенкло! — Рауль, тридцать сиклей — это галлеон и тринадцать сиклей. — Вот именно! Вот именно! — Рауль направился к двери грозя потолку пальцем. — Даже, в тридцати серебряных монетах вы видите круг!