1.0 Гарри Эванс и трудности выбора

Глава 31 В которой Золушка встречает своего принца.

      Мое утро началось с беговой дорожки, сбалансированного завтрака и душа, а вот то, что дядя Марти не спешил на работу, меня насторожило. Оказывается, не только я умею пользоваться моментом и подстраиваться под ситуацию, хотя, чего я хотел, эти люди меня и учили. Меня сегодня ждал совет директоров «Дженнингс Электрикс», дабы услышать мой отчёт об успешном внедрении в Волшебный Мир. И теперь передо мной стоял вопрос, а где я посеял свой великолепный костюм, мало того, что он сидел на мне отлично, так ещё и денег стоит немало. Это ручная работа, тут не выйдешь в маркет и не купишь такой же. — Да, где этот блядский костюм! — я в сердцах стукнул по деревянной ручке кресла.       Тут же прозвучал хлопок и передо мной появился эльф Хогвартса, то ли улыбался, то ли скалился, и протягивал мне мой костюм. Быстренько пробежавшись по памяти, я обнаружил, что, таки, оставил его в Хогвартсе. Вот что значит не выполнить упражнения по мнемонике в конце рабочего дня.       Зал совета директоров встретил меня такой же полутьмой, как и всегда, на своих местах, как и пять лет назад, сидели восемь директоров. Меня же опять поставили в позу ответчика и мальчика, заставив стоять перед столом и отвечать взрослым дядькам. Мне даже подкрашенной водички, что они называют чаем, не предложили.       Это надо было ломать, я уже не тот, что был пять лет назад и стоило об этом заявить. Осмотревшись, я не обнаружил запасных стульев, даже кулера не было в помещении. Поэтому я поднял ногу и взобрался на стол, прошёл мерным шагом к селектору, что стоял рядом с Уильямом Дженнингсом, не желая склоняться или приседать, я извлёк из Инвентаря трость и зажал кнопку. — Дорогуша, будь хорошей девочкой, и доставь в зал стул и чая. — Я выпускник Кембриджа, у меня диплом с отличием в финансовой отрасли, я вам не какая-то там... — раздался возмущенный голос, какого-то паренька. — Заткнись! — перебил я паренька. — Стул и чай, немедленно!       После чего отжал кнопку селектора и пошёл по столу обратно на свое место. Мужчины внимательно следили за мной и хранили молчание. Через пару минут появился и сам паренёк, на вид не больше двадцати пяти, поставил стул и принёс поднос с чаем. — Чего-то ещё изволите, милорд? — обращение звучало, как оскорбление.       Я присел на стул, пригубил чайка. — Чай — говно, но горячий. Свободен. — Рад, что вам понравилось. — съязвил юноша и ушёл, хлопнув дверью.       Когда дверь закрылась, мужчины заулыбались и начали посмеиваться. — Теперь мы видим, что перед нами Дженнингс. — Отличная работа, Марти, Уилл, поздравляю. Этому волчонку палец в рот не клади. — Надеюсь, мистер Дженнингс, вы ведёте себя так же и с остальными? — Теперь, когда мы уточнили некоторые детали, поведайте нам, мистер Дженнингс, об успехах внедрения.       Я закинул ногу на ногу и начал свою историю, опуская мои путешествия по Промежутку, местами приходилось давать развернутые пояснения про традиции и нравы Волшебного Мира. Так же я представил Ваша, как своего телохранителя двадцать четыре на семь. — Настоящий вампир, как это интересно, надо будет пустить пару слухов, мистер Ваш, уделите мне пару минут своей вечности, чтобы я мог вас опросить. — подал голос дядя Мартин. — Насколько вероятны покушения в дальнейшем? — спросил Джонатан Дженнингс — глава отдела безопасности. — Весьма вероятны, но мы связаны с Вашем, если погибну я, то погибнет и он, к тому же у меня хватает слуг и союзников, которые меня защитят. — А, кто защитит вашу семью? — Сейчас в городке проживают волшебники, что следят за безопасностью и правопорядком. К тому же я принял свои меры, отчёт я передал мистеру Уильяму Дженнингсу.       Дальше мы обсудили некоторые детали охраны периметра и как важно кормить с рук псов режима. — Что на счёт финансового состояния Дома Поттер? — поинтересовался Остин Дженнингс.       Я встал и прошёл за спины мужчин, перед дедушкой положил пару папок. — Это краткий отчёт о финансовом состоянии.       После чего выгрузил пару коробок с бумагами перед Остином Дженнингсом. — А это полный отчёт и все необходимые копии. Я подготовил это только вчера, поэтому проверить всю информацию не смог. Это контактные данные моих адвокатов, я предупредил, что вы свяжетесь. Пароль: «Весна».       Дедушка раздал бумаги, Остин начал раскладывать бумаги и внимательно их изучать. В помещении повисло молчание, все занялись своим делом. Через полчаса прозвучал первый голос. — Буду с вами предельно откровенен, мистер Дженнингс, ваши предки — идиоты! — подал голос Остин. — Мои предки Дженнингсы, а они не идиоты. А вот Джеймса, Флимонта и Генри Поттера я бы вызвал с того света и немного придушил. — Это возможно? — поинтересовался Терренс Дженнингс.       Весьма закономерный вопрос, учитывая, что глава научного отдела кардинально пересмотрел свои взгляды на возможное и невозможное. — Из того, что мне известно — нет. Но, как только найду способ, с радостью доставлю их под наши светлые очи. — Уж постарайтесь, мистер Дженнингс, у меня к ним множество вопросов.       Дальше мы обсудили нашу дальнейшую стратегию внедрения и проникновения в Волшебный Мир. Уточнили множество вопросов, глава финансового отдела сказал, что через несколько недель проверок выдаст свой вердикт и общую стратегию инвестирования. После чего мы пожали друг другу руки и разошлись по своим делам.       А дел было много, первым делом, я послал деду Ваню разменять галлеоны на рубли и прикупить некоторую технику, чтобы преобразовать её в фунты. На выручку я собирался сделать самое главное, расплатиться по своей книжечке долгов.       С одной стороны, это сущая мелочь, кто успел разориться, тот разорился и без моих поползновений. Тем более козлов отпущения давно назначили и уволили за недостачу. То есть, никому от моих вливаний не будет ни холодно, ни жарко. Но долг есть долг и закрыв книжечку, откуда я вычеркнул всё, разослав конверты с наличкой и пояснительными записками, я ощутил некое удовлетворение.

Мораль +26 Каждый раз приближая свое Царствие Вы восстанавливаете Волю. Воля +3

      Да и вообще, соблюдение баланса и равновесия для Кармы полезно. И хотя, может показаться, что это только мои закидоны, но дышать стало как-то легче, словно скинул камень с груди, что давил долгие годы.        Следующей остановкой был издательский дом «Пот» и вложение средств туда. Покупка внештатных репортёров, взятки, более современное оборудование, просто на поточные расходы, на всё это нужно было деньги занести. Пользуясь возможностью, наконец-то перенёс печатные цеха в Ад, где тут же напечатали тысячи банеров и портретов со святым ликом Вождя. Зато из-за разницы во времени, Ад мог в считанные секунды выдать тираж в несколько миллионов копий, только подавай чернила, бумагу и готовый набор.       Ручные репортёры не задавали лишних вопросов, надо совершить ритуал и отослать куда-то материалы, а потом забрать готовую продукцию из другого узла силы. Так не проблема, хозяин — барин, главное, чтобы с демонами не пришлось лично работать. Да и ритуал для дебилов, вставил коробочку, кнопочку нажал, подождал, забрал коробочку.       До этого нашу с дядей Мартином операцию поддерживал фонд «Дженнингс Электрикс» и снабжал деньгами, но зачем такое, если можно всё перевести на фонды Поттеров, тем более, они такое позволяли.       Напоследок решил нормально оформить «Вкусный Горшочек», учитывая, что у меня есть целый штат адвокатов, сделать всё правильно не составит труда. Оформлять «Горшочек» я решил, как франшизу, причём на оба мира сразу. А почему нет? «Горшочек» просто великолепно показал себя на рынке, давал прибыль, обладал высокой конкурентной способностью, обеспечивал рабочие места, да и людям нравился. Таким нехитрым финтом я мог запросто захватить рынок быстрого питания в Волшебной Британии и начать поглядывать на рынки Нормандии и Саксонии, волшебной её части. А через пару лет не только волшебной, но и нормальной, там тоже с прибылью было всё окей.       Главой франшизы я назначил мисс Скрудж, которая собиралась становиться уже миссис, ведь количество старых знакомых, которые внезапно активизировались из-за карьерного роста девушки, просто зашкаливал. Но тут я не боялся, она была слизеринкой и готова была проходить в старых девах, лишь бы не делиться успехом, а если и выскочит замуж, то исключительно для блага дела.       Когда я протянул ей магический контракт с вассальной клятвой, Дженнифер смотрела на него, как на предложение руки и сердца. И было от чего, взлёт от очередной магловоспитанной до будущего магната быстрого питания, воплощал чуть ли не все её амбициозные планы, если не превышал их. С контрактом я сделал тоже финт ушами, чтобы не привлекать лишнего внимания к Дому Поттер, я инициировал возрождение старого рода и создание на его основе нового Дома — Дома Дженненс, с собой любимым во главе и регентом в лице Уилльяма Дженнингса. У деда было Эфирное Тело, мне надо было только его поковырять слегка и вот он уже проходит ритуал, который показывает, что он сквиб. А то, что сквиб стоит во главе Дома, наоборот отвадит лишние взгляды.       Такие Дома существовали сплошь и рядом, как какой-то «Вектор+» в лихие девяностые, с вполне понятными намерениями. И были абсолютно не интересны большинству, так как не могли участвовать в делёжке пирога при Визенгамоте, так как не было волшебника, что их представлял. Но мне-то этого и не нужно. Так что для всех это была какая-то политическая авантюра уже чистокровной Скрудж и Дом виделся, как попытка закинуть своих детей повыше в следующих поколениях.       Со всем этим, домой я пришёл только вечером, стоило пересечь порог, как со второго этажа донеслось. — Да ёбаный ты в рот, срань господняя, да какая ещё ошибка шестнадцать! — голос принадлежал Дадли. — Пусть будет проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса!       Судя по обсценной лексике, кроме питомцев и Дадли, дома никого не было. Боб лежал на диване и по уплотнению на туловище было заметно, что он кого-то переваривал. Судя по очертаниям это был зайчик или кошечка. Бегемот же развалился в своем кресле, папа просто плюнул на всё и купил себе новое, оставив это кресло за котом.       Бегемот выглядел весьма непрезентабельно, грязный, пыльный, весь в крови, вдобавок замученным и убитым, словно вышел в Фермопилах один против армии Ксеркса. Понятно, опять где-то далеко охотился, вот и устал бедненький. Завидев меня кот сразу побежал ластиться и мяукать, от ласки я оттолкнул его ногой. — Так, трубочист, быстро купаться, пока не будешь чистым никаких обнимашек.       Бегемот уже радостно затрусил в ванную, а я сходил переодеться, заодно поглядел, что там Дадли делает. А брат мучил свой компьютер, обложившись справочной литературой. И, таки, компьютер — зло, Дадли даже не заметил, что я отсутствовал, его больше волновало, что машина делала не то, что он хотел. За брата я не беспокоился, у нас были домовики, Деда Ваня и бабушка Маруся позаботятся, чтобы он ходил в подвал тренироваться, менял одежду и принимал душ, про еду братец сам заботится. Вот еда была куда важнее каких-то компьютеров, не то, что брат.       В ванной я набрал тазик с водой, разбавил там шампуни и начал с щёткой мыть Бегемота. Сменив воду и добавив бальзама с кондиционером, заметил Ваша, что стоял позади и наблюдал за всем. — Что, никогда кота не видел? — Нет, видел, просто, всегда думал, что они не любят воду и откровенно её боятся. — Тут секрет в температуре, у людей температура меньше, чем у котов, у меня же близкая, поэтому я могу подобрать воду идеальную для Бегемотика. — состроив умилительную мордашку я почесал ему шейку. — Понятно. — протянул Ваш. — Ещё тут важно доверие, Бегемот мне доверяет и понимает, что я делаю это для его блага. Кстати, хочешь и тебя покупаю? — Эээ, нет, я как-то сам справлюсь.       Вот, а Ваш ещё мне не доверяет, будем работать в этом направлении. А пока объясню ему что тут и к чему, а то наверняка привык в речке купаться и камнями обтираться.       Перед втиранием пахучих масел в кота я решил его осушить, сушил я его заклинаниями, создавая что-то в виде фена, но тут я вспомнил, что у меня есть палочка, волшебная палочка, а значит надо привыкать ею пользоваться.       Я извлёк свою закрученную палочку, поддал в неё Эфира и выпустив из конца, преобразовав в набор контуров. Чар фена я ещё не знал, но наверняка какие-то были, как и целый набор косметических. Просто у меня не было палочки, вот и не интересовался.

Доминация +0,12%

      Интересно, раньше была синхронизация... И тут до меня дошло. Ёбаный стыд! Со всеми этими приключениями и делами, я забыл самое главное — зарегистрировать палочку. И метаться было уже поздно, по всем законам и статья меня можно уже привлекать за незарегистрированную палочку. Что же, придётся трясти связями, зайду к ручным аврорам.       Связи нашлись, причём очень быстро, добрые дяди и тёти в алом поздравили меня, как с палочкой, так и с Поттером. Выразили необходимую вежливость и в вопросе похищения. Пришлось им представить Ваша и развеять некоторые слухи, что уже ходили в сообществе.       После чего я позвонил Саймону, надо привыкать, я теперь аристократ, надо соответствовать. Трубку долго не брали, но потом ответил звонкий голосок. — Дом Остинов, Клара Смит у телефона. — Здравствуйте, не знаю, рассказывал ли обо мне Саймон, я Гарри Поттер. — Милорд, это великая честь для меня. Извините, что я так одета и неприглядно выгляжу. — Клара, это телефон, я тебя не вижу. — Да, милорд, извините, о ваших силах ходит столько слухов. Я сейчас же позову Саймона.       Вот что значит воспитание, даже по телефону её беспокоит её внешний вид. — Милорд, приказывайте! — раздался уставший голос Саймона. — Саймон, пиши адрес, водить умеешь? — Да, милорд. — Отлично, мне нужен автомобиль к этому адресу завтра в первой половине дня и шофёр на весь день. Издержки компенсирую. — Будет исполнено, милорд.       Через пару часов вернулась матушка с папой и младшим братом. Батя лишь убедился, что я жив, здоров и выгляжу нормально, покивал и показал большой палец. Дориану было откровенно плевать, да и не понимал он особо, что происходит. А вот мама заключила в объятья, расцеловала, всего осмотрела и ощупала. Начала сыпать вопросами и беспокоиться, словно не знала, что мы с Дадли взрослые и можем о себе позаботиться самостоятельно.       Все ответы я оставил на семейный ужин, намекнув аврорам, что им не мешало бы отправиться на патрулирование до полуночи. Чем они и занялись, ведь они воспитанные и всё понимают.       Ответов было больше, чем вопросов. Семье я поведал все детали, включая Промежуток, посещение иного мира и мое лечение. Вбивая дальше кол недоверия между Дженнингсами и Дамблдором, в таких вопросах они должны верить только мне. И не прогадал, волшебники наплели совсем другую историю. Батя оглядел Ваша с ног до головы задержал взгляд на пирсинге. — А, ты не из заднеприводных часом? — решил уточнить самый важный вопрос батя. — Вернон! — возмутилась мама. — Что? Он из кровососов, вдруг он ещё что-то посасывает, вон, как себя украсил. А всяких педиков рядом со своими детьми я не потерплю! — хлопнул батя ладонью по столу. — Папа, в пятнадцатом веке, пирсинг считался проявлением доблести и отваги, это у нас уже с ледокаином и стерильной иглой делают. А тогда реально можно было умереть. — Наследник, о чём говорит глава семьи, я так и не понял. — О твоих предпочтениях в половых утехах.       Ваш немного опешил от такого вопроса. — Эээ, ну... Мы не размножаемся, как люди... — Давайте не за столом. — вмешалась мама. — Да, папа, хочешь узнать поближе Ваша, пригласи на охоту, дёрни с ним пивка и узнай всё, что тебя волнует. — Если он из этих, я с ним в одном поле не присяду. — Вернон! — Так он из пятнадцатого века и не разбирается ни в чём полезном? — спросил Дадли. — Ага. — Жаль, в следующий раз, Гарри, достань из шкафа кого-то, кто в электронике разбирается. — Если он вампир, то надо ему гроб поставить, шторы купить плотные, ещё и молодых девиц водить. — начала рассуждать матушка. — Леди, это всё суеверия, я не сплю, солнца не боюсь, вопросы питания мы с Наследником уже решили. — О, точно! Он же вампир, а давай, Гарри, на выходных возьмём фильмов в прокате про вампиров и сядем разбирать, что придумали, а что правда. — внёс свою лепту Дадли, видать настоящий вампир ему был интересен, совсем в красноглазика ещё не превратился.       На том и порешили. Деда Ваня, на всякий случай, ещё раз показал кулака Вашу, чтобы не баловал, а Бегемот весь вечер сидел на каминной полочке и щурился на Ваша. Наверняка продумывает план, как бы сподручней показать ему, кто тут главный в доме.       Утро началось обыденно, пробежка в рассветный час с аврорами, разминка в зале с папой и братом, душ и разговор с Вашем. Я вызвал его в своей комнате и сказал садиться за стол, куда я водрузил стопку учебников. — Что это, Наследник? — Учебники, древнейшая, древняя, средневековье, новая и новейшая история. Вот твой план занятий.       Ваш смотрел на меня, как на ебанутого. — Наследник, я не буду учиться за тебя. — А, я это всё знаю, это ты будешь учиться. — Да, зачем мне это? — скривился Ваш. — До этого нормально жил без всего этого, ещё столько проживу.       Я поглядел на него, как на совсем опустившегося наркомана, мдаа, тут без воспитательного элемента хуй что сделаешь. Ладненько, не хочет по-хорошему, будет по-плохому. Я позвал Бегемота, и мы выбрались на пустырь.       Ваш стоял и не понимал зачем его сюда позвали, а Бегемот сидел напротив и вылизывался. — Ладно, Бегемот, порви его к хуям.       Бой был быстрый, от этого не менее кровавым и болезненным, для Ваша, он малеха не успевал за Бегемотом, а тот пользовался тактикой ударил-убежал, не забывая закидывать с воздуха серпами и сжатым воздухом.       Вот и всё, Бегемот убегает в пампасы, зажав в зубах ногу Ваша, а Ваш лежит в кровище, соплях и пытается покалеченной рукой собрать свои внутренности. А у него их меньше, чем у человека, занятно. Я же присел рядом на корточки. — Вот видишь Ваш — это разница о которой я говорил. Тебе надо развиваться, пять столетий — это пять столетий. И пока ты дрых, многие шагнули далеко вперёд. И да, когда я говорил об учебном плане, то я был абсолютно серьёзен, тебе придётся выучить всё это, написать конспекты и сдать мне рефераты.       Ваш что-то пытался мне там выдать, но видать разорванная глотка этому мешала. — Поэтому, если ты не найдёшь в себе мотивацию развиваться и учиться, то я тебя заставлю. Мы поняли друг друга?       Ваш кивнул, обратился в дым и всосался в мою тень. Я же вернулся домой, где меня встретила мама. — Гарри, а у тебя есть друзья, что на роллс-ройсах ездят? — Матушка, на роллс-ройсах перемещаются.       Меня щёлкнули по уху. — Мне хватает чванливости и манерности Нарци, молодой человек!       В дверь позвонили, а следом и постучали. — Сейчас и узнаем, кто это.       На пороге стоял Саймон в типичной водительской униформе, прижимая фуражку к груди, я его осмотрел с ног до головы и очень был недоволен увиденным. — Сам шил? — Нет, милорд, взял в аренду. — Тебя крупно наебали, — я потряс китель за плечи, расстегнул и потряс за ремень. — Китель на полтора размера меньше надо брать, рубаху чтобы крахмалил, она должна торчать. Брюки на размер больше, что это за обтяжка, кому собрался свою задницу показывать? Ремень в тон туфлей подбирай, а туфли... Ну, купи лучше новые или бери прокатные, я понимаю, что тебе так удобно, но эти боты сюда не подходят. — Будет исполнено, милорд. — Саймон склонился в поклоне.       Я оценивающе его осмотрел, потёр подбородок, не дело, что он так рядом со мной ходит, одно дело мальчик подай-принеси, другое дело личный слуга. А Саймон мне нравился, и я его хотел к себе в окружение. Добавим тогда ещё один пункт в сегодняшнюю поездку. — Это роллс-ройс? — Что вы, милорд, бентли.       Да, в машинах дядя Мартин меня учил разбираться, но не настолько, чтобы я мог оценить тонкую разницу между бентли и ролс-ройсем. — У друзей одолжил? — решил подколоть я. — Именно так.       Я скептически перевёл взгляд на Саймона, требуя пояснений. — У меня есть знакомые в салоне автомобилей, они не только продают, но и сдают в аренду различные автомобили представительского класса. Могу организовать кортеж для свадьбы или личный лимузин. — Нет, но надо будет подумать, возможно прикуплю авто у твоих друзей. Ты умеешь за авто ухаживать? — Если милорду будет угодно, то научусь.       Вот это мне в Саймоне нравится, не то, что Ваш. — Пройдём в дом, Саймон, позавтракаешь, пока я переоденусь. — Спасибо, милорд, я не голоден. — Ты хочешь обидеть мою матушку? — Не смею, милорд, прошу меня простить.       Сдав Саймона в цепкие лапки маман, которая распустит его на ниточки и узнает всю подноготную, и даже больше. Я поднялся переодеться, Дадли уже готовился идти в бассейн. Мдаа, придется привыкать, что с братом будем видеться реже. А без него однозначно будет скучно. Но ничего, захвачу мир, терраформирую Луну, буду там с ним в гольф играть.       От матушки я получил благословение на найм Саймона, теперь его надо показать деду и дяде Мартину. Так мы отправились в Лондон, дорога не близкая, поэтому я занялся чтением волшебной литературы, в салоне играла приятная музыка, шуршал кондиционер и всё шло согласно плану.       Остановились мы в ателье сеньора Беллуччи — лучшего портного Лондона по словам дяди Мартина. Работаем мы с ним не первый год, нареканий нет, его стараниями вместе с кудесником Пуаля — я выгляжу на миллион, а может и на десять. Пока не знаю сколько точно, меня ещё не похищали.       Встретили меня, как родного, и я тут же приказал обмерять Саймона и собрать ему все необходимые ливреи и кители, что там положено по его статусу. — Милорд, это очень дорогой магазин, вам не следует... — Саймон, я спрашивал твоего мнения? — Нет, милорд. — Вот и славно. Понимаешь, Саймон, я собираюсь тебя нанять на долгий срок, а значит ты войдёшь в мой близкий круг, следовательно, обязан соответствовать. Деньги я умею считать и на ветер не кидаю. — Будет исполнено, милорд. — А ну, не вертись! — возмутился ассистент.       Саймон сейчас выглядел как лампочка ватт так на четыреста, кажется, чья-то мечта сбылась и он выбился в люди. Надо будет ему бутылку шампанского купить и корзину с фруктами или багетами и сыром с мясом, в качестве подарка. А пока его мурыжат, полистаю каталог новых моделей, может себе что присмотрю.       Когда закончили с обмерами, я расплатился и сообщил Саймону, когда ему зайти. Следом мы зашли в магазин готового платья, а то это же стыд какой-то, так ходить. Магазин встретил широко распахнутыми дверьми. Стоило мне подойти, как подбежавший ассистент её моментально открыл, поклонившись. Видать подъехавший бентли и личный шофер, вместе с внешним видом, делают свое дело. Надо будет с Вашем поработать, чтобы нас так же в любые ночные клубы пускали. Это же не дело, встречать закрытые двери. — Так, Саймон, я буду в том ресторанчике, вкушать какао и читать книгу, ты сбегай пока, верни этот ужас в зад. — Будет исполнено. — Вот ещё конверт с деньгами, пусть будет у тебя, на всякие мои мелкие расходы. Будут кончаться, скажешь, выдам ещё.       Саймон потрогал пухлый конвертик, прикидывая на глаз мои мелкие расходы. Надеюсь, я не всучил ему оклад за пару месяцев. — На обратном пути, купи букет цветов и плюшевую игрушку для девочки моего возраста. — Какой должен быть оттенок подарка? — Разбираешься во флористике? — Есть немного.       Я поглядел на него и кивнул, интересно сколько у него талантов ещё сокрыто? — Хорошо, это дружеский подарок, равному, с нотками извинений и покаяния, но добавь туда ещё и предложение дружбы. Ещё, я тебе потом дам адресок, съездишь, подтянешь свои знания во флористике. А, теперь прыг-скок!       К Эвансам я его посылал не цветочки учить, бабушка с дедушкой у меня разведчики, и намеки читают лучше меня, а значит пробьют Саймона на всё. В Ваше, домовиках, гнусе, змеях, пауках, я был уверен, там верность на совсем ином уровне, а вот живые люди требовали терпения.

***

      Миссис Берта Анкоридж была из тех истинных англичанок, которые считали, что строгость и дисциплина должна быть во всём. Поэтому носила глухое платье с длиной юбкой и высоким воротником, который закрывал всю шею, а временами душил свою хозяйку, когда она позволяла себе вольности.       Дом миссис Анкоридж содержала в идеальном порядке и чистоте, как подобает истинной англичанке, она была домохозяйкой и следила за домом и садом. И она не потерпит никаких странностей и глупостей!       В доме жил её муж и деверь со снохой, у которых был маленький ребёнок. А также, мисс Уотерс, которую надул ветер золовке миссис Анкоридж одиннадцать лет назад. Девять лет назад золовка скончалась, при очень странных обстоятельствах и мистер Анкоридж взял опеку над ребёнком. С самого начала миссис Анкоридж дали понять, что с ребёнком будет не просто, но она убедила себя, что правильное воспитания и дисциплина выбьет всю чепуху из головы ребёнка.       Год назад случился тот странный пожар, последствия которого очень быстро убрали, миссис Анкоридж убедили, что ничего странного не было, а вокруг девочки стали околачиваться странные люди. Муж уверял, что всё будет хорошо, стоит лишь потерпеть семь лет и девочка исчезнет из их жизни.       Миссис Анкоридж поливала в горшках цветы, когда к её дому подъехала машина представительского класса. Конечно, для неё не были такие автомобили чем-то удивительным, в новинку было то, что один остановился у её дома. Ведь семью Анкоридж трудно было заподозрить в связях с кем-то, кто мог позволить себе такое перемещение.       Из авто выскочил ухоженный юноша, в кепке, белой рубашке и жилетке, чтобы открыть дверь мальчику, лет четырнадцати. Мальчик держал в руке небольшой букет с разнообразными цветами, а во второй кулёк из которого торчали синие уши плюшевой игрушки.       Мальчик держался уверено и был одет с иголочки. Таких детей мисс Анкоридж видела только по телевизору, среди королевской семьи. И не было никаких сомнений, что он направлялся сюда. Поэтому миссис Анкоридж всё побросала и подбежала к зеркалу, чтобы проверить свой внешний вид. Смотря на свое отражение что-то ей подсказывало, что она по-любому будет выглядеть на фоне мальчика блекло.       В дверь постучали, а миссис Анкоридж поспешила открыть. На пороге стоял мальчик и улыбался ослепительной улыбкой, он выглядел обаятельно, уверено и властно, что редко увидишь у детей его возраста. — Доброго дня вам, добрая леди, разрешите поинтересоваться, здесь ли проживает мисс Пенелопа Уотерс? — чинно спросило создание из иного мира.       Ведь для любого представителя среднего класса, высшее общество было иным миром, куда они никогда не попадут, как бы сильно не старались. Миссис Анкоридж на минуту замялась, ни только от этого факта, но и от факта, к кому пришло дивное создание. Миссис Анкоридж не понимала откуда, а главное, как, у девочки появились такие знакомые. — Простите мою дерзость, если мисс Уотерс нет дома, могли бы вы... — Что вы, юный сэр, мисс Уотерс у себя, заходите я вас провожу.       Мальчик чинно поклонился и вошёл в дом, казалось, что весь ухоженный и скромный дом в его присутствии превратился в какую-то замызганную халупу. — Разрешите представиться, Гарри Джеймс Дженнингс-Эванс.       Про «Дженнингс Электрикс» миссис Анкоридж знала, у мужа и деверя было множество инструментов с их товарным знаком. Значит мальчик был из очень высокого круга этих воротил, но откуда девочка могла... — Где мои манеры, извините меня пожалуйста, Берта Гертруда Анкоридж, в девичестве Вайс.       Миссис Анкоридж сама удивилась почему она так ответила, но кажется, сам мальчик настраивал на подобный тон. Чем дольше она его рассматривала, тем больше её охватывало чувство, что за всем обаянием, добротой и снисхождением кроется зияющая, холодная пустота. Миссис Анкоридж, закрыв дверь, почувствовала, словно закрылись двери клетки, и она осталась наедине с хищником.

***

      Нормальный домик, не самой бедной семьи в округе, два этажа, уютно, видно, что заботились, не хватает простора, а так всё нормально. А вот куда меня повели мне не понравились, так как привели меня к бывшему чулану, а открыв передо мной дверь я окончательно убедился, что это чулан. Чулан, в котором прорубили окно, не очень качественно, поклеили какие были обои, в разномаску и не особо ровно, побелкой давно не занимались. Сюда же поставили кровать, шкаф и стол, всему этому было не очень уютно здесь, создавалась давящая атмосфера. Зато Пенелопа увлекалась вышивкой и стены украшали различное рукоделия в её исполнении. В основном, чтобы закрыть дырки и отклеившиеся обои.       Сама Пенелопа сидела на кроватке, она была одета в джинсовые бриджи-комбинезон, простецкую стиранную-перестиранную футболку, что потеряла свои былые яркие цвета. На голове откровенный бардак, а на лице только дешёвая помада, что ей не подходила, слишком яркая и слишком тёплая для неё. И судя по расставленным игрушкам, которые она сама себе сшила, играла в какие-то дочки-матери. — Мисс Уотерс, к вам пришли. — сообщила с порога миссис Анкоридж, проходя вперёд и пропуская меня.       Пенелопа, увидев меня, моментально вспыхнула, кажется, засмущавшись от всего на свете. От своей игры, от своего внешнего вида, от своей комнатки. — Можно вазу? — спросил я. — Да, конечно. — ответила миссис Анкоридж и быстрым шагом удалилась вниз.       Я прикрыл за собой дверь, поставил букет на стол, смотрю скатерть Пенелопа тоже сшила себе сама. — Я бы хотел извиниться перед тобой, Пенелопа, из-за меня ты оказалась в не очень приятном положении и такой важный момент, в жизни любой волшебницы, был разрушен из-за меня.       Я склонился в поклоне и протянул пакет с игрушкой. Пенелопа закрывала лицо руками и что-то лопотала себе под нос, не находя внятного ответа. Но зайчика всё же приняла, давно я не видел столько восторга и радости на лице ребёнка. А так как ребёнок она была замкнутый, то никакого поцелуйчика в щёку я не дождался. Зато зайчик был помещен на подоконник, куда перекочевали все остальные игрушки.       Тем временем вернулась миссис Анкоридж с вазой и осталась в дверях. Я глянул на неё взглядом: «Да, съеби уже отсюда», и спасибо Ньярлатхотепу, она поняла намёк и прикрыла за собой дверь с обратной стороны. — Я думаю, ему нужно имя, будет как-то неправильно принимать в семью зайчика без имени.       При слове «семья» на лице Пенелопы проступила печаль, и она задумалась над именем. — Назову его мистер Тибблз. — Очень приятно, мистер Тибблз. — я пожал лапку зайчику. — Представишь меня остальным?       Пенелопа с радостью стала представлять меня остальным мягким игрушкам, так я показал, что не вижу ничего зазорного в игре в дочки-матери. Ведь я сам в них играю, только игрушки там живые и ставки повыше. — Что, же, давай заварим чая и поговорим, Пенелопа, если ты не занята и нет других планов на сегодня? — Нет, Гарри, всё нормально, я сегодня весь день свободна.       Без всякой задней мысли, Пенелопа открыла шухлядку в столе и достала пластиковый сервиз. Мдаа, это уже откровенный пиздец, что при слове попить чай, она достаёт игрушки, а не идёт на кухню за сервизом. Я бы достал из Инвентаря свой, всегда ношу с собой, никогда не знаешь когда и где, а главное с кем, тебе надо будет выпить чая. Но это был пиздец, который надо срочно решать.       Я покачал головой и открыл дверь, и ахуел ещё больше! Эта, кем бы она не была Пенелопе, в наглую грела ухо, прислонив его к замочной скважине. — Вы не находите свое поведение, несколько неподобающим? — спросил я. — Не знаю, кем вы себя возомнили, молодой человек. — женщина вытянулась по стойке смирно, сложив перед собой руки в замок. — Но я опекун Пенелопы и не позволю кому-либо оставаться наедине с малолетней девочкой.       Теперь я понимаю почему в такие моменты дядя Сев достаёт волшебную палочку и накладывает парочку конфундусов. Я схватил женщину за запястье и поглядел ей в глаза, запуская свой вампиризм. — А, кем вы себя возомнили? — начал я холодным голосом, что даже тени вокруг меня стали гуще. — Как вы смеете, держать Пенелопу в таком виде и в таком месте, она вам Золушка, что ли? Я хочу выпить чая, и Пенелопа будет пить его со мной, чтобы на кухне стоял лучший сервиз в этом доме, когда я туда спущусь.       Женщина начала склоняться назад под мои напором и взглядом, всё ниже и ниже, от каждого слова. Когда я отпустил руку, она упала на пол, а оттуда ползком, а потом и бегом, скрылась на кухню.

Дзынь! Вжух! Вы создали дополнение «Холодное Касание» К своей способности Вампиризм. Вжух! «Холодное Касание» Дополнение позволяет наносить вред Морали жертвы, к которой вы прикоснулись.

      Я обернулся на Пенелопу, на её лице была радостная улыбка и она лучилась счастьем, она даже сложила ладошки перед лицом прикоснувшись кончиком пальцев своих губок.       На кухне женщины не было, зато стоял сервиз на белой скатерти, а на плите стоял чайник. Чайник я выключил и поставил свой.       Пока мы пили чай, заботливая опекун оставила нам вазочку со сластями, Пенелопа раскрылась и поведала мне историю своей сиротской жизни. Я понимал, что местами она сгущает краски, но за всеми её словами лежала, явно не на пустом месте, образовавшаяся обида и вскормленная злоба. Старательно вскормленная недальновидными родственниками.       Пенелопу не били, её просто закрывали в кладовке, когда она один раз сбежала, её отловили и поставили решётки. Её не любили, но и особой ненависти не было. Росла она в чёрном теле и получала лишь тот минимум, который требовала служба опеки. Из-за отношений опекунов, в школе она была парией, дети-звери быстро прочувствовали кто она и откуда она. А учителя? Так в любом здоровом коллективе должна быть пария, а они видели отношение опекунов, вот и оставили всё на самотёк, даже подливали воды. Ведь всем было заебись, включая опекунов, кроме Пенелопы.       Когда три года назад, в жизни опекунов появился маленький ребёнок, Пенелопа узнала, что такое настоящая любовь и забота на примере чужого ребёнка. По крови он не был совсем чужим, но объясните это сироте. Ведь Пенелопа не знала своего отца, а мать её погибла в заварушке, что бушевала в Волшебном Мире. Пенелопа видела только фотографии своей матери и рассказы профессора Снейпа, который её, то ли знал, то ли учился вместе. Но я отлично знаю эти ваши рассказы о самой умной, доблестной, доброй и товарищеской ведьме.       Во всей этой истории меня интересовал только один вопрос: «Зачем мне её показывают?» Ведь Дамблдор ничего не делает просто так, даже МакГонагалл во второй раз поехала не просто так. Он видел, что я её обрабатываю и дал закончить начатое. Так, что же у нас здесь?       Хм, выходило, что меня уже взяли в Игру. И сейчас Дамблдор натаскивает меня в различных этюдах и чем дальше в Хогвартс, тем сложнее будут задачки. Итак, будем думать, что общего и где различия? Мы оба сироты, но я герой, а она никто, меня любят, её нет, меня приняла семья, её нет. Мне просто показали, что бы могло быть со мной? Не будь я Поттер и, конечно, не будь Дамблдора. Ответ очевиден, более чем. — Если вы не уберетесь из моего дома, я вызову полицию! — отвлек меня от размышлений голос женщины на пороге кухни. — Вызывайте. — с вызовом в голосе и взгляде ответил я, чем заслужил ещё более радостную улыбку от Пенелопы.       Я никогда не видел, чтобы она так улыбалась. Очевидно, что от меня ожидали, что я покажу ей Волшебный Мир, заставлю её улыбаться и не только в Хогвартсе, но и после. Что же, сыграем, бородатая Лисица, сейчас я тебе покажу, как играет Гарри Дженнингс! Я сломал сигналку авроров.       Пока ехали бобби, я вёл светскую беседу с Пенелопой, она была полностью уверена во мне, поэтому была открытой и даже смеялась с моих шуток. Заметив машину с сором, я подозвал Пенелопу к окну.       Вот стоят авроры рядом с моим авто и о чём-то говорят с Саймоном, судя по всему, обсуждают работу или баб. Вот выходят бобби, вот к ним подходят авроры, вот бобби уезжают обратно. Пенелопа звонко смеется. — Вот так будет с каждым, кто пойдёт против меня. Тебе уже всё купили к Хогвартсу? — Нет, только палочку и денег дали волшебных. — И где всё это? — Миссис Анкоридж забрала и спрятала у себя в комоде.       Опекун, скорее всего, тоже видела сцену с машиной и сейчас грызет ногти. — А, где её комната? — На втором, рядом с ванной. — Пенелопа, сходи причешись, надень свое платье и выходи на улицу, поедем за покупками.       Пенелопа вприпрыжку побежала к себе, я же пошёл наверх. В коридоре я встретил женщину, которая преградила мне путь, но было достаточно одного взгляда, чтобы она ушла в сторону. — Вы не имеете права! — взвизгнула она, когда я открыл дверь в её комнату. — Остановите меня, — сказал я, гаденько ухмыльнувшись.       Я стал открывать ящики комода, высыпая их содержимое на кровать. Достаточно быстро нашлась мошна с монетами и палочка в коробке. Взяв всё это, я пошёл на выход. Где стал ждать у двери Пенелопу. Женщина же где-то закрылась. Пенелопа показалась минут через пятнадцать. Я осмотрел её, достал платок и стёр макияж. — Я тебя научу, как делать правильно, этот тебе не идёт. — Хорошо, Гарри. — ответила Пенелопа, смотря на меня своими голубыми глазами, которые были яркими и насыщенными в отличии от прошлого раза, и уверенно взяла меня за руку.       Я открыл дверь, и мы вышли. На выходе я дал на лапу аврорам, те тут же аппарировали. После чего Саймон открыл перед нами дверцу автомобиля, и я пропустил даму вперёд.       Первым делом мы заехали к Пуаля. Я был не самым любимым клиентом, но Пуаля любил со мной творить, ведь сотвори со мной что не так, всегда можно было обрить налысо, а через пару часов само отрастёт.       Пуаля заверил, что я достал замечательный материал с естественной красотой, её только надо облагородить. Чем и занялся, отдав кому-то в руки, со мной он сел возиться сам, экспериментируя с особо стойким лаком, личного изготовления. Не то, чтобы он сам его смешивал, но рецептуру продумывал сам, всё же заканчивал химический факультет. Поглядим надолго ли хватит.       Пенелопу действительно облагородили без всяких завивок, укладок или причёсок в стиле культист древнего божества. А я видел, такие выходили из-под руки Пуаля. Косметику тоже подобрали милую, что подчеркивала, но не выделяла. Теперь она была милой и приятной девочкой, как подобает быть волшебнице её возраста, а не той забитой серой мышью, что я видел раньше.       Пуаля выгнал нас на улицу, подбирать девочке платье, а то стыдно в таком ходить. Я был с ним полностью согласен и повёл по магазинам, куда бы Пенелопу даже витрину не подпустили смотреть. Купил я ей пять платьев на все случаи жизни, даже очевидный наряд для мальчишек, правда настоял дополнить его беретом. Судя по лицу Пенелопы, она всё ждала, когда сон про Золушку закончится, и она проснётся в своей кровати, а пока, просто наслаждалась сновидением.       На Аллее первым делом мы пошли в банк, вернее в адвокатскую контору, что меня обслуживала. С порога мне предоставили пару оружейных каталогов и справочник, как выбрать себе ствол. Видать шутку мою не поняли, но то понятно, Гай Ричи ещё не снял свой фильм.       Я быстро обозначил что мне надо и начал листать каталог, отец занимается охотой, сделаю ему подарок на Рождество.       Первым пошёл Саймон и получил контракт на службу длинной в год и пару месяцев, который он внимательно изучил, и не отходя от кассы, подписал. Он становился у меня на довольствование, а если не накосячит за испытательный срок или Эвансы чего не найдут, уже буду брать клятву. А контракт был самый обычный, я решил не изъебствоваться, да и зачем.       Саймона я послал ждать снаружи, и засел с Пенелопой. Я обрисовал ей, что такое воспитанник Дома. Если опускать все высокопарные слова и сложные конструкции, то ребёнок, в её положении, становился рабом Дома и любой член Дома мог сделать с ней всё, что захочет. Захотел поиграть в работорговца? А вот и нет. Когда я воспитаю Пенелопу, чего бы ей не стоило — воспитаю, достойным членом общества и могущественной ведьмой, то мой Дом автоматически станет благородным, а сама Пенелопа чистокровной. И уже другие Дома будут бегать и просить меня взять на воспитание их детей.       Вот такое оно бытие воспитанника. Конечно, там было множество тонкостей, условностей, нюансов, но у Пенелопы это был реальный трамплин в общество, от никого до вассала, как минимум древнего и благородного Дома. Да и положение воспитанника зависело от фантазий главы и членов Дома.       Пенелопа кивала и мотала на ус, я же, закончив сказ, попросил адвокатов объяснить нюансы, которые я упустил. А потом ещё нагрузить за контракты и клятвы, и только потом, подал мой контракт.       Тут и без сообщений от Тринити: «+1 в гарем», было видно, что девочка готова, если я прямо сейчас попрошу её принести себя добровольно в жертву в каком-то тёмном ритуале, она с радостью проткнёт себе сердце. Так я обзавёлся первым своим воспитанником и тут были одни плюсы, поглядим, что ответит на это Дамблдор. А ответит он обязательно, ведь официально являлся и её опекуном тоже, впрочем, как и всех учеников под опекой Хогвартса.       На выходе из банка передал курьеру свою палочку, пускай начнут оформлять задним числом. Дальше был забег по лавкам, с которыми у меня был контракт, и, судя по всему, сегодня был аншлаг, так как владельцы и продаваны еле волокли ноги и имели ошалевший вид. Хоть я и расплатился, но каждый считал честью дать скидку, сунуть подарок или кинуть что-то довеском. Баулы образовались знатные, но Саймон не подавал вида. Сверившись со списком, я оставил Пенелопе только самые важные вещи, остальное велел отправить в Хогвартс с экспрессом. Отпуская Саймона я его предупредил, чтобы он даже не надеялся отдыхать, когда я буду в Хогвартсе.       Сами мы с Пенелопой пошли в «Горшочек», покушать вафлей с шоколадом. Вот сижу, смотрю на Пенелопу и понимаю, что это не дело. У неё почти не было манер, она не умела держаться, не знала как себя вести, местами пользовалась просторечием. — Пенелопа, ты же не сегодня узнала, что ты ведьма, почему не записалась на курсы традиций и этикета?       Пенелопа поднесла вафлю ко рту, сделала укус и жуя ответила. — А я и не знала, что такие есть. — Понятно, опекуны ничего тебе не говорили, а денег тратят минимум. — Ага, мой лорд.       Я лишь улыбнулся на такое выражение, тем более она перемазалась шоколадом. Гоблины ей объяснили, как она должна ко мне обращаться, но это сочетание. Надо что-то было делать, министерские курсы пролетали — у них набор на начало месяца, пролетала и тётушка — у неё ребёнок, я бы мог надавить, но оно того не стоило. Я мог бы и сам взяться, но у меня капец много дел, которые лучше до Хогвартса сделать. Остается только нанять репетитора, только вот кого... хотя… как же я сразу не догадался? А чего? Поттер я или нет!?       Алекс смотрела на меня очень внимательно и с какой-то долей любопытства пополам с удивлением. — Давай ещё раз, ты хочешь, чтобы я, — Алекс ткнула в себя пальчиками, после чего перевела их в сторону Пенелопы. — Взяла твою воспитанницу и обучила манерам, правильной речи, как себя вести и держаться в обществе. И всё это за две недели до Хогвартса? — Да, ещё бы не мешало научить пользоваться косметикой, выбирать платья и бирюльки. Я не прошу создавать шедевр, мне нужны основы, чтобы меня не опозорили в первый же день, дальше я буду уже сам. — Почему я? — кокетливо протянула Алекс. — Не обязательно ты, но надо поддерживать традиции семьи, вот какой я Поттер, если не сдам воспитанницу в бордель.       Пенелопа, поняв только сейчас, куда её привели, начала медленно становиться пунцовой. — И всё же? — Ты внушаешь доверие и мне нравится твой стиль, к тому же, ты уже оказывала мне услуги, и я остался очень доволен.       Пенелопу уже можно было подавать к пиву, вместо раков. — А я думала, что я тебе понравилась. — надула губки Алекс. — Конечно понравилась, твой стиль, твои манеры, умение выбирать платья, умение держаться, твой актёрский талант вызывает у меня зависть и желание равняться... — Ой, умеете вы осыпать женщину комплиментами, я же так вся сгорю. — А ещё я умею осыпать деньгами.       Алекс внимательно поглядела мне в глаза, оценила мою расслабленную позу и непринужденное поведение, облизала губки и заявила. — Я согласна, я возьму двести галлеонов за весь курс обучения. — За щеку ты возьмёшь, Алекс.       Алекс слегка опешила и отстранилась. — Как это понимать? — Ты ахуела в край, это цена репетиторства по химерологии, причем две трети я отдам за ингредиенты. — Ладно, я поняла, вы жадный ребёнок, что поделать, плохое воспитание, вот воспитывались бы в борделе, другое дело. Тогда сойдёмся на двадцати галлеонах за занятие.       Я смотрел на Алекс и думал, то ли она меня за идиота держит, то ли это действительно срабатывает с волшебниками. — Алекс, в неделе семь дней, даже с выходными, по итогу получается больше двухсот. — Ну, я должна была попробовать. — Алекс изобразила милые глазки и улыбку с ямочками, после которых, обычно, прощают всё. Но у меня даже прирост Самообладания не прошёл. — Так, давай сделаем вот что, два академических часа в день, о времени состыкуетесь сами. Шесть дней в неделю, на выходной ты берешь девочку и даришь ей немного детства.       Алекс поглядела на девочку по-новому и с сочувствием во взгляде. — Всё так плохо? — Ещё хуже, чем ты думаешь.       Алекс задумалась и стала что-то прикидывать, потом наклонилась к Пенелопе. — Отчим уже пробовал тебя насиловать?       Я хлопнул ладошкой по столу. — А тебя, Алекс, пробовал отчим насиловать? — Да, на третьем курсе, я его прокляла выбросом, и он сгнил за полгода, заживо. — зловещим тоном закончила Алекс.       Ох, и научит она Пенелопу, может реально взять репетитора из маглов? Ещё возиться, вот блядь, почему здесь нет таких простых решений? — Я возьму тридцать сиклей за час обучения... — За воротник, двадцать пять за занятие. — Молодой человек, вы потеряли всякий стыд... — Нельзя потерять то, чего у тебя никогда не было. — Я с клиентов получаю больше, мне просто это не выгодно. — Клиенты тебя ебут, Алекс, а с девочкой ты отдохнёшь, так как будешь сама собой. — Откуда ты знаешь? — серьезно поглядела на меня Алекс. — Потому что я такой же, не в плане того, что меня ебут, а в плане того, что играю роли для людей. — Поттер-герой? — А ещё подумай о моральном аспекте, ты возможно единственный шанс девочки выбиться в люди и получить больше, чем ту участь, что досталась тебе.       Алекс тяжело вздохнула и отвела взгляд. — Ладно, двадцать пять... — Двадцать, за занятие. — Да ёб твою мать, Поттер! — Алекс аж вскочила от возмущения. — Она мертва. — Тогда ебать твоего Дамблдора. — А он не против.       Алекс ещё пометалась по помещению стуча каблучками. — Знаешь, что... — Понял, иду к Эмилии, — я начал вставать. — А ну сидеть, — меня втолкнули обратно в диван. — Я согласна, деньги вперёд.       Я достал кейс, Алекс уселась обратно на стул и набросила на себя маску галантной кокетки. Но метаться было уже поздно, твоя маска уже у меня, дорогуша. Я достал из кейса папку, и начал там искать подходящий контракт, положив на стол, начал заполнять пустые графы. — Ты собираешься заключить контракт с эскорт-девочкой? — ехидно спросила Алекс. — Да, — уверенно сказал я, поглядев ей в глаза. — Но ты должна была попробовать.       Алекс обиженно фыркнула и стала рассматривать Пенелопу. Я перечитал контракт, поставил роспись и заверил печатью. Передал контракт Алекс, та начала его внимательно читать, после чего расписалась. Хм, а её оказывается не Алекс зовут. — Пенелопа на выход.       Пенелопа радостно подскочила и побежала на выход, на прощание Алекс провела по её руке ладонью и томно сообщила, хлопая ресницами. — Я сделаю из тебя настоящую жемчужину, котёночек. — Здесь деньги, на выходной день. — Зачем? — удивилась Алекс, приняв конверт и заглянув внутрь. — Своди её в театр, на аттракционы, хочешь, пригласи Сева, он знает толк в детстве, поиграйте в семью. Ей это нужно, мне нужен уверенный в себе человек, а не зашуганная мышь. — А, я думала, что ты расчётливый жлоб, мистер Поттер. — Да, и это, чеки сохрани. — напоследок бросил я.       Пенелопа дрыхла у меня на плече, сегодняшний день её откровенно вымотал, контракт не мало сил из тебя тянет, добавьте сюда забег по магазинам, осознание того, что тебе будет натаскивать профурсетка. Ещё, наверное, куча хотелок и желаний из босоногого детства сбылось за раз. Вот и устала, а я тем временем познавал ритм Дамблдора, и кажется, через лет десять, я тоже не буду спать вообще, надо будет подумать, как с этим бороться, а то реально две трети жизни в постели проводим. А надо качаться, я ещё так много не умею!       Я легонько разбудил Пенолопу и провёл до самого крыльца, так как запасной ключ никто не хранил снаружи, пришлось будить. Но судя по тому, как быстро открыли дверь и что женщина была одета в повседневное, Пенелопу ждали. Я раскланялся по всем правилам приличия, пожелал спокойной ночи, а Пенелопе просто помахал рукой. Хватит с неё приключений на сегодня, а то поцелую в лобик, а она сегодня ляжет и умрёт от счастья, в тишине и покое с миром.       Когда дверь захлопнулась, я пошёл погулять по кварталу. Поглядел на другие домики, посидел на лавочке, поглядел через Эфир на звёзды, а потом вернулся к дому. Свет горел, прислушавшись и получив доклад от пауков, стало ясно, что шоу только начинается, а спать ещё никто не ложился.       Не мудрствуя лукаво, я банальным преобразованием кинетической энергии вышиб замок и толкнул дверь. Никто даже не обратил внимание, вся блядо-семейка опекунов сейчас была занята куда более важным делом. Они отжали все подарки, и стягивали платье с Пенелопы, которая лежала в порванном платье, залитая слезами, и судя по разговору, даже укусила кого-то. Молодец, борется за свое счастье, я был бы разочарован, если бы всё сдала без боя и вернулась к себе в каморку плакать.       Подойдя со спины, я взял ближайшего взрослого за шкирку и бросил его в стену, приложив преобразованием, что-то предательски в нём хрустнуло. Ничего, пару сломанных рёбер даже полезны — мозги на место ставят. Мужчина постарше и женщина с ребёнком на руках, додумалась тоже, обратили на меня внимание и расступились, знакомой бабе, которая рвала истерично платье на Пенелопе, я зарядил от души обратной стороной ладони по лицу. — Пенелопа, что же ты так, ты же волшебница, — стал я утешать девочку, присев на корточки и вытирая платком слёзы. — Если они ведут себя негоже, в следующий раз просто сожги.       Я сложил своими ладошками её ладошки вместе, а потом раскрыл, проведя несколько преобразования вместе, от чего между ладонями вспыхнуло пламя. Неэффективно, расточительно, но очень эффектно. Пенелопа завороженно смотрела на горящий огонь, ох, лишь бы не оказалась поехавшей пироманкой, мне Пэнси одной хватает. — А я потом как-то придумаю, как пепел под ковёр замести, договорились? — я лукаво подмигнул Пенелопе и улыбнулся. — Приведи себя в порядок и ложись спать.       Бабуины же временно замерли и смотрели на меня завороженно, я окинул братию взглядом. — Ребёнка в люльку, сами собрались в кухне, проведём с вами воспитательную беседу, если сразу не дошло. — переключился я на свой командный тон.       Старший мужчина отлип и попытался ко мне подойти и даже начал что-то говорить, но хороший удар в горло и ещё один в печень, осадили пыл. Да, не выгляжу я, как профессор Снейп, у него бы они уже срались, ссались и сидели по углам пуская слюни, но что делать, когда у тебя такое тело!? — Живо! — придал ускорение бабуинам.       Несмотря на то, что мой внешний вид не внушал опасений, бабуины всё же собрались в кухне. Я встал во главе стола и окинул приматов суровым взглядом. — Если вам не объяснили, то довожу до вашего сведения, что вы никто и звать вас никак, никто не заметит того, что вы исчезли, а ваши родственники, если такие есть, ничего не смогут сделать. А если я захочу, то они даже не вспомнят вашего существования.       Тени за моей спиной поползли по потолку и стали плясать по стене, исполняя гротескный танец, свет потускнел и начал мигать. — Вашей семье была доверена великая честь, воспитать волшебницу, а вы жидко обосрались с этим, настолько, что сами утонете в том, что наделали.       Я начал усиливать свой посыл, обрабатывая их вампиризмом, немного, но человек чувствует, когда увядает. — Волшебник может возвеличить свою семью, даровать им идеальное здоровье, процветание, решение многих хозяйственных проблем по мановению палочки. Если семья ему дорога и он её любит. А, если он её ненавидит, то семья просто исчезнет.       С каждым словом я нависал над столом, а потом отодвинулся назад. — Пенелопа будет проводить у вас некоторое время, остальное время она будет со мной, вдалеке от вас. И, если, хотя бы намёком я пойму, что её обидели и в чем-то ущемили, то я вернусь и ваши жизни будут короткими, но очень насыщенными. Насыщенными болью, страхом, раскаянием и отчаяньем. А вашего малолетнего ребёнка я принесу в жертву в самом жестоком и тёмном ритуале.       Мать ребёнка сидела бледной и зажала рот руками. Ваш появился за спиной старшего мужчины и его жены, он обхватил ладонью лицо женщины и приставил нож к глотке мужчины. — И помните, у стен есть уши, а у теней глаза, — зловеще прошептал Ваш, облизав щеку мужчины. — Я слежу за вами, смертные. — Для вашего блага, я советую внять моим словам, потому что больше разговоров не будет.       Я медленно вышел из кухни в полной тишине, а тени скользили за мной. Конечно, по хорошему надо было их прикопать, но там мороки на порядок больше. Организовать несчастный случай, законфундить бобби и следаков, дать взятку аврорам, найти место для Пенелопы, а домик у родителей не резиновый, ещё с мелким сиротой надо решать проблемы. А так, пару минут разговора и можно баиньки.       Напоследок я зашёл к Пенелопе, которая при свете ночника штопала свое платье. Надо будет ей машинку подарить на День Рождения, чего таланту пропадать. Поговорил, обнял, успокоил и дал сигналку аврорам, если полезут — пусть потом выживают, как хотят. Авроры у меня старого воспитания, тут и пепла не останется, как только легилименс кинут, а ребёнка четырёх лет от роду, скорее всего, в Лютный продадут.       Ещё оставил на запястье ей татуировку в виде маленького паучка, а то вдруг терпеть начнёт, как настоящая Золушка.       Выйдя на свежий ночной воздух, я медленно брёл по улице. — Ваш, так это ты оказывается с моими тенями балуешься? — Конечно, Наследник, впечатлён? — прошелестела моя тень. — Меня больше волнует вопрос, какого хуя ты это делаешь? — Вот так вот, помогай тебе после этого. — Ты же понимаешь, что на людей, при разных обстоятельствах, надо оказывать давление постепенно? Дозировать его, выбирать нужный градус. — Эээ, нет. — Эх, Ваш, я с тебе хуею, как ты до этого жил? Но ничего, научим мы тебя.

Несколько дней спустя. Хогвартс. Кабинет директора.

      Северус Снейп сидел в кресле спиной к Дамблдору и смотрел в огонь, он пытался понять, что в этом такого находят Гарри и Альбус. Дамблдор же разбирал отчёты и пытался свести воедино бюджет школы, не все поступающие деньги шли именно на школу, но на бумагах всё должно быть гладко. Ведь, если ты магистр трансфигурации, чуточку понимающий в ритуальном волшебстве, то запросто можешь провести ремонт школы без трат денег, а сами деньги пустить на нужды Общего Блага. Оставалось только эти самые бумаги выгладить. — Альбус, как ты с этим живешь и миришься? — спросил в пространство Северус.       Дамблдор отложил в сторону стальное перо и задумался, после чего ответил. — Я просто понимаю, что ты с Аластором не самые простые волшебники. Лось и лань очень упёртые животные, вот и надо легонько и по чуть-чуть вас вести к Свету.       Северус привстал на кресле и развернулся в сторону Дамблдора, но у него было очень серьёзное лицо. — Я не про это. — скривился Снейп. — Мальчик мой, тогда тебе надо быть более конкретным в своих вопросах и тогда ты получишь конкретные ответы. — ответил Дамблдор, возвращаясь к бумагам. — Я про мисс Уотерс. — Напомни мне, кто это. — Полукровка, с которой ты послал меня и Гарри делать покупки. — Да-да, вспомнил, с ней что-то случилось? — спросил Дамблдор, словно обсуждал погоду. — Поттер с ней случился. — Мальчик мой, — Дамблдор вздохнул. — Тебе придётся выбрать что-то одно: смотреть мне в глаза или давать больше подробностей. — Заехал к ней сегодня, чтобы сводить за покупками, а там...       Дальше Северус пересказал, что нашёл семью опекунов в состоянии запуганных мышей и что все покупки уже были сделаны, а после пары лёгких сеансов легилименции, узнал много новых, а главное, очень ему не понравившихся подробностей. Мышей он не запугивал ещё сильнее, проще было их действительно проклясть, а прах замести. Магия только знает, что маглы могли сделать на глубине отчаянья.       Но из-за увиденного и осознания глубины жопы, в которой находится мир, пребывал в неком диссонансе и расстроенных чувствах. Северус-то думал, что не всё так плохо, девочка хоть и выглядела тихой и забитой, всегда встречала за пределами дома, так что Северус и не думал пробивать глубже, списав на заурядный случай интровертного ребёнка в строгой семье, а тут такое вскрылось. — Мальчик мой, ты же понимаешь, что всех ты сам спасти не можешь? — спросил Дамблдор, перебравшись на средине рассказа в кресло напротив. — И, что с того, как и все отворачиваться и не замечать? — Нет, продолжать работать на Общее Благо. — Что это даст? — Понимаешь, Северус, спасти всех можно только усилиями всех, когда ты работаешь на Общее Благо, то Общее Благо работает на тебя. Это его основной принцип. — А тех, кто не успел сесть в твою лодку Общего Блага, оставить за бортом? — Да, иначе лодка перевернётся. — Как ты с этим живёшь? — с презрением спросил Северус. — Тяжело, иногда очень тяжело, иногда настолько, что приходится каяться, а иногда просто не могу уснуть. — Но это не дело! — Да, поэтому я занимаюсь вопросом Общего Блага, когда оно станет достаточно большим, оно сможет переломить ход исторической неизбежности. — А до тех пор что? Сидеть сложа руки? — Нет, развивать Общее Благо и объяснять его концепт другим, медленно, волшебник за волшебником, вести агитацию и пропаганду. Революция в Российской Империи случилась и была возможной, лишь когда были массы готовые её совершить. А пока их не было, никто не смог бы совершить её, каким бы сильным волшебником не был. — А, как же кровь, сироты, гражданская война, погромы, разве революция бывает без всего этого? — Ты прав, не бывает, но кто сказал, что старый мир сдастся без боя. Единственный способ избежать крови, это построить новый мир в сердцах каждого человека. — И мы этим занимаемся? — Да, но это требуется ещё больше времени, чем на революцию. Ленин принял тогда решение, обойтись малой кровью. Ведь долгий путь забрал бы ещё больше.       Северус замолчал и погрузился в свои думы, продолжая смотреть в огонь. Дамблдор встал и вернулся за свой стол, ведь ему предстояло сделать ещё очень много работы, а другим не поручишь. — А, что с финтом Гарри и его воспитанницей? — Я уже подписал все бумаги, мы будем следить и помогать мальчику. — То есть, ты всё знал и всё это спланировал? — Да.       Северус подскочил и подошёл к столу, опёршись руками о столешницу, заглянул в глаза Дамблдора цвета ясного неба. — Девочка страдала все эти годы, ты знал и даже не почесался что-либо изменить! — шипел Снейп. — Северус, мы пожинаем то, что сеем. Для Гарри важно увидеть всю глубину старого мира, чтобы принять Общее Благо. — Ценой счастья маленькой девочки, у которой никогда не будет детства? — Да, ценой счастья маленькой девочки, — тяжело сказал Дамблдор. — Иногда, чтобы мир жил, маленьким девочкам приходиться страдать, а иногда, и умирать за наш мир. — почти просипел Дамблдор. — То есть я ещё недостаточно взрослый, чтобы знать всю правду о мире? — А ты знаешь всю глубину этого мира, даже больше, ты видел ту яму, куда копал Том, поэтому и пришёл к Общему Благу, просто ты забыл.       Северус стоял растерянным и разбитым, походив по кабинету, он всё же сел обратно в кресло. — Если ты заботишься о мисс Уотерс, если она действительно важна для тебя, то послушайся Гарри. — Ты о чём? — Сходи в парк аттракционов с мисс Вустерс-Джонс, покажи мисс Уотерс настоящую семью, возможно, ты спасёшь не только одну маленькую девочку.