save me. i'm drowning

      Почему небо сменяется в багрово-желтые тона? Ему кажется, что наступил конец света. Температура тела стремительно опускается до нуля и сразу достигает ста градусов. «Почему? Почему?.. Безрезультатная попытка заглотнуть хоть немного воздуха. Почему он не может дышать? Кто украл у него эту возможность? Земля уходит из-под ног, будто её взяли и расплавили. Специально. Голова идёт колесом, хочется вырвать на себе волосы, грудная клетка сжимается из раза в раз. «Я умираю?» Тяжёлый грохот. Тело столкнулось с дверью и со всхлипом скатилось вниз. Держись, пожалуйста. Он пытается закрыть глаза руками, лишь бы не чувствовать. Не чувствовать боли, прожигающей его насквозь, не чувствовать холода, морозящие и без того ледяные руки. Сколько раз не закрывай глаза, не утыкайся лицом в колени, хватаясь за волосы — не избавишься от той картины. Он не хочет. Нет, пожалуйста, не нужно. Он пообещал Люсиль не делать этого снова. Наивная девушка выбросила все острые пластины, но не знала, что они всегда с ним. Он хочет остановиться, избавиться, но… когда казалось, что все кончилось, грудную клетку снова сжало, пронизывая каждую клеточку, каждый миллиметр его тела кипятком, кипятком с болью. Он не знал, что так бывает. Он желал лишь прекратить эти ощущения. Мальчик думал, что умирает и был не против. С новым импульсом, двигающемся по направлению к его вискам, рука тянется за холодным и равнодушным железом. Почему он не может быть таким равнодушным? Почему он не может не чувствовать? Сознание не подвластно ничему.       раз. он видит его с ней. светлый мальчик дарит свою солнечную улыбку не Элиотту. По щеке стекает град страданий. Он не достоин этого весёлого парня, вечно излучающего свет. Нет, Элиотт не позволит себе поглотить его солнышко темнотой.       два. светлый мальчик проводит рукой по её щеке, дотрагивается до волос. это должен быть элиотт, не она. пожалуйста. не дыши ей в шею, не танцуй, не дари свое очарование. Новые разрезы покрывают старые шрамы. Мальчик темноты привык носить все мешковатое и с длинными рукавами. Он обещал, обещал, обещал. В прошлый раз Люсиль думала, что потеряет Демори. Было слишком глубоко. Элиотту хотелось ещё глубже.       три. светлый мальчик обхватывает талию весёлой девчушки. он задействует всю свою харизму, дразнит её, проводит носом по щеке, двигаясь ниже и тепло целуя в уголок губ. брюнетка без ума от него и любуется без конца. Элиотт желает не чувствовать, и у него почти получилось. Он не замечает алую жидкость, оставляющую едкие пятна на его брюках. Он хочет избавиться от чувства собственности, влечения, одержимости к человеку, которого не достоин, который прекрасный, светлый и тёплый. Элиотт состоит из темноты и холода. Он не чувствует, как горячая любовь снова и снова обжигает его запястья, ведь руки слишком холодные и поглощают всякое тепло.       четыре. остановись, не смотри на это. беги, пожалуйста, не оглядывайся. ты стоишь и смотришь, как по кусочкам рушится твоя душа, будто рухнул стоэтажный дом. «было бы неплохо спрыгнуть с него», –это все, о чем он думает. лицо светлого мальчика сияет радостью, пока Элиотт погружается с головой в знобящую темноту. она трогает его волосы., но ей ведь нельзя! остановись, пожалуйста, у тебя нет права. Парень не знает, сколько раз его сердце сделало кувырок. Не меньше тысячи. Он постепенно избавляется от мучения. Виски больше не давит с той силой, он даже смог заглотнуть гадкий воздух. Ему кажется, что вместе с его телом трясётся вся комната.       пять. самый глубокий. Элиотту хотелось глубже. светлый мальчик поднимается по лестнице с игривой брюнеткой. сейчас, наверное, они пойдут в спальню. уединятся. приятно думать об этом? он стоит и смотрит в ту точку, где стояла прекрасная пара. Элиотт не замечает, как загорело лицо. что это? слезы? Элиотт не замечает, как ноги принесли его опустевшую оболочку на прежнее, привычное место — к Люсиль. Душа мальчика темноты, казалось, медленно покидало тело. Как он был рад! Наконец-то кончится его никчемное существование. Лицо расплылось в улыбке, раздался нервный смешок. Он не заметил, как смех перешёл в слезы. Истерика. Воздуха снова не хватает, вот-вот и захлебнется.       – Элиотт? Всё хорошо? – беспокоится Люсиль по ту сторону двери. – я приготовила тебе ужин. Ты выйдешь, пожалуйста?       — Я в порядке. Подожди немного, и я присоединюсь. — ответил Элиотт, находя глазами хоть что-нибудь, чем можно скрыть следы его текущей душонки, целеустремлённо пытавшейся избавиться от тела. Снова Люсиль помешала ему. Демори ещё десять минут обессилено лежал на полу в попытках остановить кровь хоть чем-нибудь. Глупый, на этот раз заживать будет долго. Ещё не было так глубоко. «Ничего, у меня обязательно получится». Может когда-то он пожалеет, но не сейчас. Элиотт почти достиг избавления. Руки щемило, щипало, зачем ты это натворил? «Ничего, никто не заметит». Сил нет даже дотянуться до бинта.        – Люсиль, я ложусь спать. – поспешно выдавил из себя эту фразу, теряя сознание. Голова кружится, словно в красивом, романтичном танце, плавно, медленно…мучительно. Паника и тревога ушла. Что он чувствует эти полминуты? Умиротворение. Элиотт представляет, что умирает, ему это нравится. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста». На лице застывает улыбка. Завтра он снова опоздает на уроки. Уважительная причина. Девушка снова осталась одна. «Элиотт никогда не сдерживает своих обещаний». Она сердилась, хоть и понимала, что это типично для него. Дорогая Люсиль! Как тебе повезло, что дверь закрыта плотно-плотно. Не придётся убирать лужу крови и спасать утопающего мальчика, тонущего в ней, как в своей темноте.