Mercy

      Луис учит Клементину рисовать.              Хотя, наверное, учит — сильно сказано. Руки у девушки грубые, совершенно неподходящие под такое тонкое искусство, как рисование. Но она честно старается. Усердно пытается запомнить все азы, после чего повторяет за юношей.              Луис тайком наблюдает за сморщенным лбом ученицы. Брюнетка вполголоса что-то под нос бурчит себе, что парень находит презабавным и немного милым. В школе Эриксон ученики много времени уделяли творчеству, и, несмотря на всю их «испорченность», дети проявляли немалый интерес к рисованию, пению и игре на различных музыкальных инструментах.              Юноша выбрал игру на пианино, ведь этот большой, и, казалось бы, инструмент, игре на котором нельзя обучиться, покорил его своей сложностью. Да, поначалу было трудно, ноты не хотели запоминаться, а мелодии быть сыгранными, да и вообще терпение у подростка кончалось довольно быстро. Но он всё равно упорно продолжал постигать такое тонкое искусство.              Несмотря на сложности, Луису потихоньку начало нравится это занятие. Через год он даже сочинил свою собственную музыку, посвятив ее своей учительнице, мисс Олкотт. К сожалению, через пару месяцев половина учителей добродушно бросила своих подопечных.              — Смотри, — парень мягко отбирает карандаш у Клементины. — Чтобы нарисовать домик на дереве, сначала легко обрисуй общие черты будущего рисунка, — он легонько нажимает на карандаш, делая легкий набросок, — потом начинаешь прорисовывать детали, не сильно нажимая на карандаш. Поняла?              — Да, — коротко отвечает девушка, перехватывая карандаш. — Дальше я сама.              Луис мягко улыбается, а затем кивает. Он договорился, что не покажет рисунок до конца работы. Брюнетка надулась, но согласилась.Юноша отточенным движением проводит линию челюсти. Аккуратно наносит штрихи, оттеняя место под бровями.              — Лилли подарила мне эти резиночки, — вдруг тихо сказала Клементина. Затем аккуратно расплела два густых хвостика, скрепленные розовой резинкой. Маленькие, старые украшения тёмных волос девушки. Луис постарался сдержать восхищенный вздох.              Она была прекрасна. Парень честно старался так откровенно не пялиться на распустившую волосы Клементину, но у него это плохо получалось. Тяжелые, с необычным блеском на кудрявых прядях девушка выглядела очаровательно.       Луис улыбнулся. Рисунок был закончен.       — Она научила меня добывать себе пищу в лесу, — тем же тихим, чуть дрожавшим голосом продолжила девушка. Молча обвила руками шею юноши. Тот крепко, но нежно заключил её в кольцо своих рук. Клементина не плакала, но очень хотела. Может, за несколько лет, будучи в клане рейдеров ты просто разучиваешься проявлять эмоции.       В объятьях друг друга они провели пару минут. Всё это время в музыкальной комнате стояла тишина, нарушаемая только дыханием подростков. Луис мягко отстранился от девушки и протянул ей рисунок.       Клементина в изумлении уставилась на портрет, протянутый юношей. Она глядела на рисунок, словно в зеркало. С листа на неё смотрела она сама, нарисованная любящей рукой. Глаза защипало.       — Я знаю, как тяжело терять наставиков, — сбивчиво начал Луис, нервно трогая рукава кофейного пальто. — Я не знал Лилли так, как знала ты. Несмотря на все её ужасные поступки, мне очень жаль, что ты чувствуешь боль, Клементина.       Луис потянулся к ладони девушки.       Их руки переплелись.