Магнат.Прогулка с исторической личностью

"— Им было нехорошо там, где они были прежде? — Там хорошо, где нас нет. "(А. де Сент-Экзюпери, "Маленький принц") « —Как только сойдешь с вокзала, там будет метро, на нем до музея-заповедника Царицыно…» — раздавался в ушах Ли монотонный голос матери. Да, потом ещё нужно будет найти какую-то Екатерину Алексеевну, сообщить, что её мама хотела бы, чтобы её дорогую дочку, то есть Ли, приняли в школу… Вот о чем думала девочка по имени Ли Тростникова, только что вынырнувшая из душного московского метрополитена. Она приехала в Москву в поисках нового места учебы, после того, как мама целый год ей твердила про так называемую школу Магнат: «Ты должна туда пойти, у тебя отличные рекомендации!». Ли только-только исполнилось 11 лет, она должна была пойти в 5 класс, но в новую школу ей категорически не хотелось. Но против маминого решения не пойдешь – себе дороже. Ли остановилась у кованых ворот музея-заповедника Царицыно. Осмотрелась. Достала карту, которую спешно нарисовала ей мама. Посмотрела на карту и на ворота и, наконец, пробурчала: —Бред! Может, мама что-то перепутала? Здесь же музей-заповедник… Девочка быстро вытащила мобильник, набрала домашний номер: —Алло, мам! Привет, это Я.слушай, я уже у ворот… —Отлично! Пройдешь в ворота… —Мам, может, ты что-то перепутала? Это не частная школа, а музей-заповедник! —Я ничего не путала. Пройдешь и дальше все увидишь. Там есть к кому обратиться. Найдешь Петра Алексеевича… —Какого Петра Алексеевича, мам? Ты же сказала – Екатерину Алексеевну искать! Они там что, пол меняют часто? — начала злиться Ли. —Они муж и жена, — пояснила мама на другом конце провода. — Хватит болтать уже, иди! —Да не хочу я в эту школу! — заканючила Ли. — Сама бы приехала сюда меня устраивать! —Я… — Ли заметила в голосе мамы коротенькую заминочку. — Я не могу. Послышались короткие гудки. Ли хмуро покосилась на телефон. Рывком засунула его в карман джинсов и прошла сквозь ворота. Внезапно люди, которых она видела в парке только что, как будто провалились сквозь землю. «Это что ещё такое?» — испугалась Ли. Но, вспомнив о том, что она обещала маме получить место и начать учиться в частной школе, девочка медленно пошла вперед. Тут ей на нос упала капля. Другая. Ли задрала голову и увидела темные, сгущающиеся тучи. Сейчас как ливанет, а она зонтик забыла. «Вот бестолочь!» — обругала она себя и поспешила к высоким шпилям, видневшимся из-за деревьев. Дождь усилился. Девочка решила спрятаться под деревом. Вдруг из-за деревьев показался странно одетый мужчина. Впрочем, Ли он показался не таким уж и странным: она обожала историю и мгновенно сообразила, что это офицер восемнадцатого века. Только…что он тут делает? —Не стой под деревом – промокнешь! — крикнул офицер, подходя к ней. —Это вы мне? — спросила Ли. —Кому же ещё? — усмехнулся он. — Вон, как хлещет. — С интересом посмотрел на неё. — Что-то я тебя не помню. Ты кто такая будешь? Ли смутилась и опустила глаза. —Тростникова Лиза. Можно просто Ли. Я сюда приехала, чтобы поступить в вашу школу. Это ведь школа, да? — Ли робко посмотрела на офицера, у которого было, по меньшей мере, странное выражение лица. Мужчина кивнул. —Мне нужна…Екатерина Алексеевна, — продолжала Ли. — Ну, или Петр Алексеевич… —Так, подожди, тебе к Кате или к мин херцу? — перебил её офицер, заметив, как девчонка подняла сияющие глаза на него и с придыханием спросила: —Вы – Александр Данилович Меншиков?! —Ну, да… Ли подскочила на месте: —Господи! А я знала, знала, что мы когда-нибудь встретимся! Я о вас в книжке читала! И о Петре Алексеевиче тоже! Боже, неужели моя мечта сбылась? —Какая мечта? — оторопел князь Ижорский, он же Меншиков. —Я мечтала наяву увидеться с вами и с царем Петром! И его женой! — щебетала девочка, танцуя вокруг Александра Даниловича. — Я хотела бы учиться в вашей школе! Меня примут? Меншикову не понравилось настойчивое поведение девчонки: —Это мы ещё посмотрим, егоза…Ну, иди за мной, дождь вроде кончился… Ли вприпрыжку поспешила за ним. Они прошли огромный старый мост, пересекли лужайку с грудой камней, нырнули в арку, и Меншиков открыл двери маленького павильона: —Заходи! Дальше по лестнице. Ли, едва дыша, спустилась по крутой, маленькой лесенке. —Направо, — прозвучал голос у неё за спиной. Девочка пошла по каменному коридору подземелья, пока не уперлась в очередной лестничный пролет. —По лестнице? — робко спросила она у князя. —Да. Ли поднялась по лестнице. От волнения подгибались ноги, кружилась голова. «Не может быть, — думала она. — Это, должно быть, сон…Неужели они все живут здесь?» Меншиков затряс её за плечо: —Лиза, что застыла, идти трудно? —Нет, нет, все в порядке, — ответила девочка. Князь повел её дальше – по коридору, свод за сводом. В стенах белели высокие двери. Их было много… —А все двери заперты? — спросила Ли завороженно. —Нет, — Меншиков взглянул на неё с удивлением. И, точно чтобы подтвердить это, подошел к одной из дверей и легко открыл её. Они оказались в чисто прибранной комнате, обставленной старинной мебелью. —Катя! — закричал Данилыч. — Ты здесь? Повисло молчание. —Катя! — рявкнул князь ещё раз. —Данилыч, здесь я! — не хуже его крикнула по-немецки черноволосая женщина, оказавшаяся…у него за спиной. —А… — открыл, было, рот князь, но дама прервала его: —Зачем пришел? Ли моментально узнала ее. Этот голос, черные волосы…она как будто бы помнила их всегда. Перед ней была Екатерина Первая. «Это она! — ликовала девочка. — Я верила, верила, что когда-нибудь познакомлюсь с ней! Она не умерла! Люди вообще не должны умирать, особенно такие хорошие и добрые, как она!» —Я привел новую ученицу, — кашлянув, продолжил тем временем Меншиков. —Понимаю, но от меня-то тебе чего надо? Новыми учениками у нас Петр Алексеевич занимается, сам знаешь, — Екатерина говорила уже по-русски, но с заметным акцентом. —Отведи её к нему. Екатерина недоуменно подняла брови. —Ну, Катя, я ему…денег должен,…так что он мне сказал, покуда долг не отдам, на глаза ему не показываться… — начал изворачиваться князь. —Подлиза, — прошипела жена Петра Первого и поставила на пол корзину, которую в этот момент держала. Ли присмотрелась – в корзине лежало что-то белое. Как она позже догадалась, это были рубашки. Судя по всему, принадлежащие самому Петру. Екатерина подошла к Ли: —Пойдем, отведу тебя. Как звать? —Лиза. —Лизхен, значит. А я Екатерина Алексеевна. —Я знаю, — улыбнулась Ли. — Я о нас все знаю. Вы жена Петра Первого, первая императрица. —Какие познания, — усмехнулась Екатерина. — Ужель и про Питера все знаешь? —Ага. —Тогда поладим! — и царица повела девочку по коридору. Ли заволновалась: скоро она увидит Петра Первого. Самого Петра! Расскажи кому, никто и не поверит! «Он увидит, какая я начитанная и наверняка возьмет меня к себе в свиту! — думала девочка, пока Екатерина вела её по темным переходам и лестницам. — А иначе и быть просто не может, он же такой умный и справедливый!» Екатерина привела её к длинной двери красного дерева в бесконечном, как показалось Ли, коридоре. Постучала в дверь. Ли затаила дыхание. —Питер, — открыв дверь, произнесла Екатерина. — Я привела новую ученицу. —Пусть войдет. Екатерина открыла дверь, вошла и поманила Ли рукой – дескать, проходи, не бойся. Девочка вошла, сделала несколько шагов и подняла глаза. Чтобы увидеть его. Императора Всероссийского. Того, о котором она грезила и мечтала ещё с поездки в Петербург, где была в прошлом году. Петр Алексеевич Романов (или Петр Первый) сидел за массивным письменным столом. У него были спутанные, чуть вьющиеся темно-каштановые волосы, кое-где вкраплялась седина, короткие усы, как у кота в сапогах, выдающийся нос, и – Ли отметила, когда он обернулся – карие глаза. Но вместо приветливости, которую она ожидала увидеть, в глазах императора была какая-то озлобленность и тоска. Пустота. Вообще Петр произвел на неё впечатление человека угрюмого и неопрятного: кафтан Преображенского полка был не зеленым, а каким-то болотным – от многочисленных пятен, воротничок – желтый, на вороте кафтана – белые хлопья перхоти… —Ну и кого ты мне привела? — тон у Петра был грубый, голос хриплый. —Ученицу… — промямлила Екатерина, как-то сжавшись под взглядом Петра. Петр посмотрел на Ли. Девочка тоже с интересом смотрела на императора. —Грамоте разумеешь? Цифры знаешь? — наконец спросил он. —Да вы не волнуйтесь, мне можно вопросы и посложнее задавать, — улыбнулась девочка. Но в ответ Петр лишь нахмурился: —Дерзишь? —Никак нет, Ваше Императорское величество, — ответила она. Петр ухмыльнулся. —Ладно.…Занесем в реестр, поселим, месяц поучится, а потом посмотрим. Ли была в замешательстве. Петр быстро вскочил и пошел к дверям. В проеме он остановился, обернулся и крикнул: —Чего встали? Екатерина быстро схватила Ли за руку, и они поспешили за императором. Шли долго. Куда-то спускались. Наконец очутились в каком-то помещении с полками до потолка. Там было полно книг в коричневом переплете. Тускло горели факелы. Петр подошел к столу, одиноко стоявшему у одного-единственного грязного окна. —Катерина! Перо и бумагу! — рявкнул он. Екатерина выпустила руку Ли и пошла за указанными принадлежностями. Девочка почувствовала, что рука царицы была влажной – от пота. Ли была уверена, что Екатерина очень сильно напряжена и напугана. Вот только чем?... Косясь на Петра, Екатерина принесла перо и бумагу. И горящую свечу. Петр взял с одной из полок книгу, открыл её и, шлепнув на стол, быстро что-то написал, разбрызгивая чернила. Но тут Ли заметила, что Екатерина поднесла свечу слишком близко к оконным портьерам, отчего они начали дымиться. Петр поднял голову и заорал: —Что ж ты делаешь, чухонка!?! — и начал рукой сбивать появившееся пламя. Екатерина отшатнулась, задула поскорей свечу. При тусклом свете факела Ли увидела, как Петр разворачивается к жене, грубо берет её за руку и — у Ли перехватило дыхание от испуга! — толкает её прямо к шкафам. —Катерина!—взревел Петр. —Ты что устроила! —Петруша,я не хотела… —зашептала она,отступая ещё на шаг,одновременно задевая ногой подпорку,которая поддерживала плохо укрепленную полку с книгами. Книги повалились на пол. Петр не мог потерпеть от неё такой неловкости. Он грозно надвинулся на неё: —Что ты устроила?! Екатерина,скривив губы в извиняющейся манере,пролепетала: —Прости,я это нечаянно… Робкое,жалкое выражение её лица,тихий голос взбесили Петра.Глаза его горели адским пламенем,он схватил свою дубинку,на которую обычно опирался при ходьбе и занес её над головой своей собственной жены. Ли стояла дальше,в темноте,но она не видела,а интуитивно угадывала происходящее.Раздался вскрик Екатерины,звук удара…затем опять нервный женский всхлип,переходивший в плач. Ли вгляделась во тьму.Она различила перекошенное от злобы и ненависти лицо Петра,его дубинку,которая вновь зависла над головой Екатерины, которая слабо всхлипывала, плечи её подрагивали. Петр наносил дубинкой удар за ударом.С каждым ударом Екатерина все хуже держалась на ногах,скатываясь вдоль стенки шкафа.А Петр все бил и бил….в глазах его все больше разгоралось сытое удовлетворение…Он был рад,он был просто в восторге от того,что унижает бедную,слабую женщину… —Нет! —крикнула Ли,вдруг бросаясь наперерез петровской дубинке. —Если вы ещё раз её стукнете,клянусь,я сама вас побью. Дубинка Петра застыла в воздухе. —Что ты там бормочешь? —угрожающе спросил он. —А ну-ка, повтори. —Если вы ещё раз стукнете Екатерину Алексеевну – клянусь, вам не поздоровится, — нагло уставившись ему в глаза, повторила Ли. На что Петр расхохотался, а потом резко добавил: —Шла бы ты отсюда. —Я никуда отсюда не уйду, если вы не перестанете бить Екатерину Алексеевну. Петр нахмурился. —Ещё чего! И тебе достанется, если нарвешься. —Да? —сказала Ли как можно смелее, хотя от страха у неё уже дрожали поджилки.«Господи, сделай же что-нибудь, останови его!»- подумала она. Но император высокий, сильный мужчина – вряд ли он пощадит её, когда будет бить… Вдруг дверь скриптории распахнулась. На пороге стоял – Ли его сразу узнала – Меншиков, который держал в руках керосиновый фонарь. Секунду спустя Петр замахнулся…Ли зажмурилась, напряглась, готовясь к удару… Меншиков быстрее молнии подскочил и встал перед Петром, защищая Ли и Екатерину от дубинки. —Мин херц, уймись! Будет тебе… —миролюбиво сказал он, и затем бросил Ли. —Подымай государыню, бегите! Девочку не требовалось просить дважды.Она обернулась к Екатерине,помогая той встать. Одной рукой она взяла Екатерину за талию,а правую руку императрицы перекинула себе через плечо.Только бы уйти,только бы выбраться,только бы спасти её… Ли сама не заметила,как очутилась в галерее. —Куда теперь? —Прямо, —слабыми голосом приказала Екатерина. —там будет крытая галерея,а потом сразу направо… Ли пошла по указанному пути.Затем она спросила: —Какая комната? —Пятая…. Ли отсчитала пятую комнату,подошла к двери и открыла её. Комната оказалась небольшая и чистенькая. Большое окно, в углу – голландская печурка, посередине комнаты – стол с четырьми стульями, у окна – кровать,на которую девочка помогла опуститься Екатерине Алексеевне. —Екатерина Алексеевна,вам плохо? —забеспокоилась Ли.—Может, помочь чем? —Нет,Лизхен,иди,ничего мне не нужно, —ответила царица. —Я высплюсь и все пройдет… Она спрятала лицо в подушку. По щекам её катились слезы. Ли ещё больше стало жаль Екатерину. —Бедная,бедная Екатерина Алексеевна… —сказала она, усаживаясь на кровать. —Как бы я хотела вам помочь… —Мне ничем уже не поможешь… —всхлипнула Екатерина Алексеевна. —Питер жестокий человек,его уже ничто не изменит… Ли встала и объявила: —Я перерою все библиотеки, я потрачу, может быть, целую жизнь, но я найду способ помирить вас! Ли уже направилась к выходу,полная решимости сделать что-то очень полезное,но Екатерина окликнула её: —Стой,давай я тебе расскажу, как тебе пройти на Жилой этаж. Ли выслушала императрицу, кивнула. Свои покои на Жилом этаже она нашла быстро. Комната, отведенная Ли,нашлась быстро. Но оказалось, что жить она в ней будет не одна… —Привет, — приветливо поздоровалась она с незнакомкой примерно её возраста. —Привет, — несколько настороженно отреагировала та. —Меня Лиза зовут, можно просто Ли, а тебя? — —Эрика. Эрика Мирская. —Красивое имя. —Спасибо. —Ты не могла бы мне рассказать побольше про вашу школу? — Ли уселась на незанятую кровать. —Вообще-то это академия, — охотно начала рассказывать Эрика. — Тут преподают исторические личности. —Как преподают? Ты хочешь сказать, что Меншиков, Петр и Екатерина – это преподаватели? — поразилась Ли. —Меншиков и Петр – да, — кивнула Эрика. — А Екатерина у нас прачкой служит. Мы отрезаны от всего света, поэтому не идем в ногу со временем. У нас нет компьютеров, телевизоров, видеокамер и магнитофонов. Даже стиральных машин и газовых плит у нас нет. Ли кивнула. —А Петр хорошо относится к Екатерине? — спросила она вкрадчиво. —О, нет! Он ненавидит её, — печально сказала Эрика. — Я как-то пыталась их помирить,…но вышло только хуже. Я - его внебрачная дочь, и то не смогла на него повлиять. —Внебрачная дочь? — Ли удивилась ещё больше. —Ну да…он познакомился с моей мамой в какой-то гостинице. Моя мама – графиня, она ему понравилась. У них была связь…всего одну ночь. —А потом? —А потом…родилась я. Мама привезла меня сюда в пять лет – показать ему. Я так понравилась отцу, что он объявил, что сам займется моим воспитанием. С тех пор я здесь. —И как ты относишься к тому, что твой отец женат на другой женщине? —Хорошо. Я же говорила, что пыталась их помирить. Ведь Екатерина практически заменила мне маму. —А как ты пыталась их помирить? —Уговаривала поговорить друг с другом. Я думала, им станет легче, — Эрика вздохнула. Ли поерзала на месте. —Я тоже хотела бы их помирить. —Не думаю, что это лучшая идея. —Но он бьет ее! Она вся в синяках и терпит это! — закричала. Ли. — Право, она заслуживает лучшего к себе отношения. — Помолчала. — А из-за чего у них началось такое? —После измены Екатерины с Виллимом Монсом. —Ничего себе…А Петру не кажется, что инцидент исчерпал себя? —Нет. Он знает, с кем она спала, когда правила. Когда они жили в Магнате. И не может ей простить ничего. —А у них были периоды, когда они…относились друг к другу ровнее? —Были,— подумав, сказала Эрика. — Но я их не застала. Ладно, хватит болтать, давай спать ложиться. Ли расстелила постель и нашла свою пижаму под подушкой. Открыв шкаф, она обнаружила там свои вещи – те, которые она носила дома. И это притом, что она ничего с собой не брала. Вот чудеса-то… Но Ли решила, что теперь это, должно быть, в порядке вещей. Она быстро забралась под одеяло и хотела заснуть. Но желание помирить Петра и Екатерину не давало ей этого сделать. Тогда Ли начала придумывать план действий. «Первое, что я сделаю – это будет копание в архивах. Я должна узнать все об их прошлой жизни» — решила девочка. Эта мысль успокоила ее, и она быстро уснула.