Пальмовый рай

***       Когда юноша медленно открыл глаза, была уже глубокая ночь. Небо было темнее обычного, мириады ярких звезд, сверкая, переливались на темном полотне. Их яркий алмазный свет околдовывал и манил. Это было настолько необычное зрелище, так как еще ни разу небо не было столь завораживающе красиво, как этой ночью. Луна никогда не была так близка к земле и не излучала такого успокаивающего серебристого света, как сейчас.       Над океаном застыла легкая дымка тумана, и волны с тихим шепотом прибивались к песчаному берегу.       Из высокой травы доносилось ночное стрекотание насекомых, а из глубины острова слышалось приглушенное пение птиц. Прохладный ветерок лениво колыхал ветки пальм, и едва ощутимо касался тела юноши.       Воздух был наполнен необычным запахом трав, которые не произрастали на острове, и не было ни единого намека, что днем здесь изнуряюще палило жестокое светило. Кругом царила благословенная прохлада и свежесть, и все казалось не настоящим.       Юноша пошевелился, и его тело тут же отозвалось нестерпимой болью. Он поморщился и тихо застонал. Кожа на теле была сильно обожжена, любое малейшее движение наполняло глаза слезами. Хотелось плакать и не чувствовать того, что чувствовал он сейчас.       Зарываясь пальцами в теплый песок, юноша пытался совладать с неприятными ощущениями. Приподняв голову вверх, он окинул взглядом местность.       Он лежал на животе, на песке, под ним был постелен кусок белого материала. Вокруг него, по кругу, было множество небольших полу догоревших костерков, в которых тлели курительные смеси и в воздухе отчетливо ощущался запах чалипонга и древовидной розы. Теперь ему стало понятно, что за странный запах трав он осязал все это время, когда приходил в себя после беспамятства. В изголовье он обнаружил, скрещенные друг с другом и воткнутые в песок, горящие факелы.       Все выглядело так, словно его готовили к очередному жертвоприношению. Непонимание и ужас нахлынули на юношу оглушающей волной. Напрочь забывая про ожоги, он испуганно дернулся. Из горла вырвался громкий стон боли, вмиг разнесшейся по побережью. - Глупый, лежи спокойно, – раздалось за спиной. Сглатывая, юноша испуганно замер.       Его глаза все еще блестели от непролитых слез, когда незнакомец, чей голос он услышал секунду назад, обошел его, держа в руках две глиняные миски, а после плавно опустился перед ним на колени, юноша не поверил своим глазам.       Он никак не мог принять тот факт, что за столько лет одиночества, слышит и видит настоящего живого человека. Здесь на острове, окруженного водой и утопающего в нежной зелени нетронутой человеком природы – человек! Этого просто не могло быть! Видимо это игра воображения или он умер…       Юноша ошарашено разглядывал молодого мужчину в белых одеяньях, пытаясь лихорадочно сообразить, откуда он взялся, и что от него можно ожидать.       Обеспокоенно кинув взгляд в сторону, он убедился, что находиться именно на острове, (берег с жемчужным песком и высокими пальмами), а не где-то в другом месте. Значит, он все же жив, чем мертв?... И этот человек либо спаситель, либо… Дальше юноша отказывался думать…       Идеальное, красивое лицо незнакомца украсила невесомая таинственная улыбка. Не произнося ни слова, он внимательно наблюдал за растерянностью прекрасного, но измученного юноши.       Память быстро вернула его на несколько часов назад, когда он нашел бездыханное тело возле высохшего ручья, и лишь взглянув раз, почувствовал прежнее чувство, которое со временем нисколько не изменилось. Долгие годы ожидания не прошли даром, и теперь он это знал. Мальчик превратился в прекрасного юношу, и ни что не мешало ему сделать с ним то, о чем он так долго и терпеливо мечтал.       Тело юноши было совершенным. Крепкие мышцы, которые начали оформляться, изменяя его мальчишескую фигуру, превращая в молодого мужчину. Длинные светлые локоны, чуть спутавшиеся между собой, солнечным каскадом рассыпанные по жемчужному песку, и лишь несколько прядей прикрывали правое плечо. Обгорелая кожа хоть и казалась сейчас на вид пугающей, но он знал, какой она была до всего этого раньше: мягкая, чистая, загорелая и бархатистая. Сейчас в огромных, бездонных, словно глубины океана, зеленых глазах виднелись страх и боль, но прежде они всегда излучали свет и любовь. Губы. Сейчас они были столь же сухи как та земля, где бил раньше живительный родник. Но, без всякого сомнения, прежде они были яркие и сочные, словно лепестки райских роз. Как бы он хотел, чтобы его появление на Земле не было столь мучительным для этого невинного создания…       Взгляд незнакомца скользнул по обнаженному телу юношу. Когда-то он смотрел на него часами, не имея возможности отвести взгляда, предаваясь ласкам и порокам. Незнакомец вобрал в грудь воздух, вспоминая их общее прошлое. Безумно хотелось покрыть тело юноши поцелуями и услышать его мягкий звонкий смех. Сорвать с его уст стон вожделения и утонуть с ним в теплой неге единства. Быть окутанным облачной дымкой и опьяненным от ароматов и звуков, наполнявших сознание в момент блаженства.       Ох, знал бы этот безусый юнец, как он его желает! Как жаждет чувствовать его, будучи, утопая в раскаленной бездне его молодого тела. Как хочет подарить ему то, чего он был лишен все эти годы, брошенный один на острове, не имея ничего, кроме того, что его окружало: воды и воздуха. Незнакомец тяжело вздохнул.       Юноша вернулся растерянным взглядом, к человеку сидевшим напротив, и уже не смог отвести взгляда. Сейчас ему казалось, что он смотрит на само Солнце. Глаза человека, смотревшего на него в ответ, были цвета темного изумруда и в свете факелов они ярко поблескивали. Длинные, слегка вьющиеся, до плеч волосы, были темны как сама ночь и мягко спадали вниз. Темно-матовая бронзовая кожа, казалось, искрилась золотистым светом, и юноша с опаской догадывался кто перед ним.       Незнакомец подался чуть вперед, желая коснуться юноши, но тот резко дернулся в сторону, вновь причиняя себе боль. - Не шевелись – произнес незнакомец, отводя взгляд. Он посмотрел на содержимое одной из мисок, окунул длинные пальцы в белую маслянистую смесь, а после спокойным, вкрадчивым голосом, добавил: - Меня не нужно бояться. Я не причиню тебе вреда.       Когда пылающей огнем поврежденной кожи коснулась прохладная ароматная смесь, юноша не сдержался и зашипел, будто змей на раскаленной сковороде. Контраст между огнем и льдом был колоссальный. Он с силой зажмурил глаза, потому что болезненные ощущения, которыми наградил его незнакомец, были настолько остры, что терпеть их не представлялось возможным. Невзирая на шипение и мучение корчиющегося юноши, пальцы незнакомца продолжали осторожно распределять смесь по всему телу. Каждый мучительный вздох или стон, острыми когтями царапал душу незнакомца. Но, по-другому было просто невозможно. Он должен был помочь, и ожоги нужно было смазать, и как можно скорее. Из-за его эгоистичного любования чужим телом, чуть не погибло юное создание. - Потерпи – ласково попросил он, проходясь по красным ягодицам, нанося прохладную смесь. – Вот увидишь, тебе скоро станет легче. Это молочко вернет твоему телу прежнюю красоту и заживит твои раны. Он вылил в ладонь остатки приятно пахнущей смеси и смазал ею ноги. - А теперь выпей это, - попросил незнакомец, поднося к губам юноши вторую миску. - Это успокоит и придаст сил.       Юноша недоверчиво поморщился, но от того что ужасно хотелось пить сделал пару глотков. По вкусу предложенная незнакомцем жидкость оказалась приятной, и чем-то напоминала ему кофейные зерна в мятном чае. Один раз он пробовал что-то подобное, когда жил среди людей. Юноша немного подумал, и ему показалось странным, ведь здесь, на острове, просто не могло быть ничего подобного. Ни пьяной мяты, которую он ощутил в жидкости, ни кофейных деревьев. Тогда откуда? - Этого недостаточно, выпей все! – приказал человек и мягко улыбнувшись, кивнул, когда юноша перестал пить дальше. - Не бойся! Пей все до последней капли… Доверься… - Что это? – хрипло подал голос юноша, отказываясь допивать странную жидкость. Как бы незнакомец не убеждал его в том, что это на пользу, но допивать странный напиток ему не хотелось. - Я же сказал, это придаст тебе сил. Смелее… - настаивал на своем мужчина. Он сверкнул своими изумрудными глазами и коснулся щеки юноши: - Дамиана поможет тебе… - Дамиана? - юноша настороженно замотал головой, но настойчивый взгляд блестящих глаз, заставили его допить.       Прикосновение незнакомца было практически невесомым, ласковым и успокаивающе приятным. Он касался плеч, рук, бедер, всего того, что видел перед собой… - Кто ты? - спросил юноша, в тот момент, когда губы незнакомца дрогнули, и уголки рта приподнялись. - Шшш, - приложив палец к губам юноши, произнес человек с изумрудными глазами. – А теперь спи. Все завтра!       Он склонился над юношей и мягко коснулся его губ. Поцелуй оказался неожиданным и пьяняще головокружительным. - Спи… - прошептал он в губы, и погладил по светлым волосам.       Словно опьяненный дурман травой, юноша сомкнул вмиг отяжелевшие веки и провалился в глубокий крепкий сон.       Погладив алеющие щеки юноши, незнакомец встал и бросил говорящий взгляд в сторону Луны. Он долго смотрел на ее безликий вид, словно ожидая ответа. Отойдя на безопасное расстояние к берегу, и, дождавшись, когда ночное светило сменит серебряное сияние на золотистое, незнакомец засветился золотом в полную силу. Его свечение было настолько сильным, ярким и обжигающе горячим, что вода в океане начала закипать. - Скоро ты воссоединишься со своей душой и плотью, любимый, – взывая к золотой Луне, - произнес незнакомец. Огненный шар, который окружил его фигуру плотной сферой, запылал еще сильнее. – Твое наказание и изгнание подошло к концу. Мы снова будем вместе, как и прежде, но на этот раз нас уже никто не разлучит. Слышишь, любовь моя, уже скоро… ЛунДжен уже скоро…       Приняв облик человека, незнакомец вернулся к юноше и лег рядом с ним. Он стал терпеливо дожидаться его пробуждения, не сводя глаз с прекрасного лица, и держа юношу за руку. Ожоги постепенно исчезали, не оставляя и намека, что они были вообще.