Законы Менделя

Он гладил волосы её, Такие лёгкие, как шёлк, И словно вешний мотылёк С ума от нежности сошёл…*

***

— Ну, хватит есть, Мия! Оставь место для меня! — смеялся Вадим, сидя за столом напротив Мии и кидаясь в нее зеленым виноградом. — Оставлю, не переживай! Кстати, где мои деньги?! — жуя вкусные суши и закусывая их пиццей, спросила она и облизала пальцы. Вадим вздохнул, разочаровано посмотрел на расчетливую красотку и холодно сказал: — Номер карты давай. Мия вытерла руки о салфетку и вышла в коридор. — 1202 **** **** **** — продиктовала Мия вернувшись. Вадим, набрав нужный номер, щелкнул зажигалкой и, не глядя на нее, затянулся сигаретой. Мобильник Мии завибрировал, сообщая о переводе денежных средств в размере трехсот тысяч рублей. — Можешь идти! — сказал он. Мия уже поднялась и сделала пару шагов к выходу из кухни, но остановилась и, вернувшись обратно к столу, села на колени к Вадиму. — Я же сказал, ты свободна! — пояснил он. Мия обвила его шею своими руками, поцеловала его в губы и положила голову ему на плечо. — Обиделся? — прошептала она. — Нет, не хочу держать насильно, — сказал Вадим. — Я не насильно! — ответила она, прижимаясь ближе к Вадиму и ощущая тепло его сильного тела. Он погладил её шелковистые, насыщенно-черные от природы волосы, спустился по худенькой спине вниз и, приподняв платьице, начал нежно гладить по ягодицам. Его рука была горячей и шершавой по сравнению с прохладной и нежной, как лепесток розы кожей. Мие были приятны эти прикосновения. В этих ласках Мия чувствовала его, сильного и властного, но способного на чувства и нежность по отношению к существу слабее себя. — Иди в душ, только недолго, — улыбаясь сказал Вадим. — Да ну! И не убежишь?! — засмеялась Мия и, нехотя поднявшись с колен, убежала в ванну.

***

 — У меня нет кружевных трусов, но зато я танцую красиво! Есть музыка?! — зайдя в спальню, сказала Мия, улыбаясь, и подошла к шесту. Вадим восхищенно смотрел на удивительную девушку. Да, белье на ней было детское, розовое в серый горошек, но не оно привлекло внимание мужчины, а тот улетный танец, который исполняла для него ослепительная Мия. Идеально настроившись на ритм музыки, она выполняла акробатические элементы с плавным переходом из одного в другой, гибкая и пластичная, она взмахивала волосами, выгибалась, не сводя своих блестящих как топазы, магических глаз с Вадима. Эти движения были исполнены эротики и заставляли бурлившее внутри желание переливаться через край, и он поглаживал себя. Вадим подошел к Мии и взяв ее на руки донес до кровати.

***

      Вадим медленно раздвинул бедра Мии, навис над ней и нежно вошел в ее возбужденное тело. Мия глубоко вздохнула и застонала. Вадим медленно проник в нее, и девушка почувствовала всю его мощь в себе. Его движения были нежными и страстными. Мия крепко прижалась к нему и сильно вонзила ногти в его спину. Вадим застонал, выгнулся, но это была сладкая боль. Их губы слились в долгом поцелуе. Мия чувствовала, что сейчас он только ее и что ни о ком кроме нее не думает, а эта близость с ней не просто механический акт. Она знала, что секс без чувств — это совсем другой секс — неприятный, мерзкий, не такой… Кожа на руках Вадима была грубая, пальцы в царапинах от струн, но прикосновений нежнее Мия не чувствовала никогда в своей жизни. Они почти синхронно пришли к кульминации. Испытав сладкую судорогу, Мия прижалась к груди Вадима. Она боялась, что сейчас он прогонит ее, скажет «уходи», но Вадим не прогнал, а крепко обнимал и искал губами ее потрескавшиеся от страсти губы, всю ночь, до самого утра… В эту ночь ее никто не предал.