Часть 2
2 марта 2019 г., 00:41
Наследник не знал, почему он согласился на это. Но идиот брюнет каким-то образом оказался в его комнате.
Тогами пришлось потянуть за ниточки, чтобы к нему в комнату никого не подселили; для этого была веская причина — здесь проживал кто-то еще. В его спальне все еще было две кровати, поскольку это было обязательно, и, на удивление, почти невозможно было определить, какая сторона комнаты была заселена. Комод с зеркалом Тогами находился в другом конце комнаты, а единственное отличие заключалось в том, что на уступе стояла маленькая золотая статуя. Это выглядело дорого. Также там была его корзина для белья и тумбочка. Резкой разницей между его комнатой и комнатами всех остальных была огромная книжная полка между двумя кроватями. Она была чрезвычайно хорошо укомплектована, и Наэги понял, что потянулся к ней, вытаскивая книгу из переполненного остальными книгами места.
Книга, которую он выбрал, была историческим исследованием династии Юань в Китае. Это показалось Наэги невероятно скучным, так как его интересы были направлены на фэнтезийную и нежную романтичную мангу. Он никогда бы не упомянул это в присутствии Фукавы — она точно бы сняла с него кожу живьем.
— Эта книга на самом деле довольно уникальна, — сказал Тогами, рассматривая вышеупомянутую книгу. — Она отслеживает всю жизнь династии от ее истоков до того момента, когда они должны занять трон — на этом начинается новая глава. Только в конце все истории собираются воедино, и время начинает протекать быстрее. У меня дома есть несколько экземпляров на разных языках, но, увы, эта крошечная комната в общежитии не могла бы вместить большую книжную полку.
Наэги понял, что полностью увлечен тем, как Тогами говорит о вещах, которыми он интересуется. Он заметил, как загорелись его глаза, а на его губах заиграла слабая улыбка. Внезапно парень заметил, насколько великолепным он нашел наследника. Возможно, это было немного больше, чем влюбленность.
Последовало несколько минут молчания, пока Тогами не прочистил горло и не вернул книгу на место.
— Но я сомневаюсь, что кто-то с твоим интеллектом это оценит.
Хоть слова и были резкими, Наэги не счел их за оскорбление. Вместо этого, все еще изучая лицо блондина, он ответил тихое «да».
Услышав эти слова, Тогами усмехнулся и подошел к своему столу.
— Ну? — предложил он, подняв бровь. — Мы пришли сюда, чтобы учиться, не так ли?
Это вырвало влюблённого Наэги из его задумчивости. На его лице появилась улыбка.
— Да! Это так, — сказал он, опускаясь на кровать Тогами.
На мгновение это выбило наследника из колеи.
— Господи, — начал он, — хотя бы сними обувь! — огрызнулся парень, идя в ванную за полотенцем.
***
Было около 5 вечера; они занимались на протяжении нескольких часов. Наэги легко отвлекался, но когда он был сосредоточен, он работал усердно. Только взглянув на время, он нагнулся с кровати и ткнул Тогами. От неожиданного прикосновения наследник вздрогнул и повернул голову, посмотрев на него. — Становится немного поздно, Тогами-кун… — заявил Наэги, указывая на аналоговые часы. — В самом деле. Я рад узнать, что ты можешь узнавать время, — он невозмутимо отвернулся, возвращаясь к подсчетам, грозно водрузившимся на столе. — Ага, — продолжил Наэги, не понимая намека, — но мы должны поужинать! Он спрыгнул с кровати и отскочил к мини-холодильнику в углу. — Есть что-нибудь здесь? — он открыл дверцу, только чтобы обнаружить множество лекарств и отключенный холодильник. Тогами выругался, и прежде чем Наэги успел заметить, что он нашел, перед ним возникла рука, захлопнувшая дверцу холодильника. Когда Наэги поднял голову, он был удивлен, заметив обычно спокойного наследника побелевшим и заметно дрожащим. — Что случилось? — спросил Абсолютный счастливчик с вопросительным выражением лица. Тогами недоверчиво посмотрел на него: — Ч-что не так? Ты гребаный слепой, Наэги? — эта реплика была неожиданной: очень редко можно было услышать такую ненормативную лексику от блондина. Еще реже можно было услышать его заикание — возможно, ни разу. — Ты… ты просто, — пробормотал он, — ты не видел эти чертовы препараты, понимаешь? Наэги еще больше растерялся, не понимая вопроса. Он тоже принимал лекарства. — Я что? Что я видел? — когда подросток сказал это, к его лицу прилила кровь, а кончики его ушей покраснели, — Я тоже принимаю лекарства, понимаешь? — продолжил Наэги, пытаясь объяснить свое замешательство. — Так что это действительно не так странно. Тебе не нужно волноваться?..— умолк он, потому что Тогами теперь смотрел на него, словно он был самым странным человеком на планете. — Нет, — наконец медленно и осторожно сказал Тогами, — ты не понимаешь, — он выпрямился и поправил очки, пытаясь спрятать лицо, — Я Тогами. — То есть… что именно? — счастливчик все еще был ошеломлен. — Это значит, — отрезал он, уставившись на растерянного подростка, — что я должен быть идеальным. Я не могу быть ущербным. Я, конечно, совершенен, — он сделал паузу, принимая уверенную позу, — физически. У меня прекрасные гены. Моя одежда идеальна. Я заставляю людей глазеть на меня в моем присутствии. Но… — он замолчал, глядя на парня, который был одним из тех исключений, — не ментально. По крайней мере, не сейчас. Он скрестил руки и на мгновение уставился на стену. — Ты знаешь, что такое обсессивно-компульсивное расстройство, Наэги? — он был одарен любопытным взглядом опрошенного. Парень вздохнул и жестом предложил Наэги сесть на кровать. Когда они встретились лицом к лицу с Тогами за столом, тот снова заговорил: — Это означает, что у меня есть навязчивые мысли о некоторых вещах. Или людях. На последнем слове он пронзительным взглядом посмотрел на Наэги, сидящего на кровати, похожего на проклятого ангела. — Они могут длиться один день или месяцы. Я должен держать все организованно так, как мне нужно; я должен следовать правилам, которые мои родители сделали для меня. Я должен придерживаться своих ритуалов. Я не могу отклониться от них, — он глубоко вздохнул, откинулся на спинку стула и поправил очки (по привычке. Они прочно сидели на его переносице, это было просто ерзание, которое он обнаружил, делая это рефлекторно), — причина, по которой я не был на днях, была из-за моего… расстройства. Той ночью я был занят, и я забыл принять мои лекарства. Он попытался изучить лицо Наэги, и увидел только глаза, полные любопытства, даже удивления. — Я понимаю! — выпалил Наэги с улыбкой, которую Тогами счел неподходящей для ситуации, — иногда я тоже забываю принимать лекарства, — он внезапно нахмурился, — эти дни плохие. Я не могу сосредоточиться, и все расстраивает. Иногда я не могу покинуть свою постель, потому что все слишком громко, даже свет. Он поскоблил ногти, думая, стоит ли ему рассказывать дальше возлюбленному о своей неспособности к обучению. Но его потребность поделиться перевесила смущение, которое он чувствовал. То же самое случилось с его камин-аутом — он рассказал об этом кому-то не обдумав, и вдруг вся школа узнала, что он бисексуал. — Я страдаю аутизмом, знаешь, — выдавил он, слегка дрожа. Не то чтобы ему было стыдно из-за этого — он боялся реакции наследника. Молчание было почти невыносимым, пока Наэги не почувствовал движение рядом с собой, и как только он повернул голову, его встретили пронизывающие голубые глаза. Отведя взгляд, он понял, что находится в нескольких дюймах от Тогами Бьякуйи, парня, в которого он был влюблен почти год. — Наэги, — медленно начал он, — Теперь ты знаешь самые личные детали моей жизни — ну, одну из них. Если ты расскажешь другой душе о… — Я не буду! Я знаю, на что это похоже — бояться. Я знаю, каково это — быть другим, но… но! Другой не значит плохой! Это даже не делает тебя несовершенным, — продолжил Наэги и снова встретился взглядом с этой великолепной голубизной, — п-потому что я думаю, что ты совершенен, Тогами. При этом яркий румянец показался на лице говорящего, а на щеках слушателя выступил бледный розовый. Наэги подумал, что это, пожалуй, самая милая вещь, которую он когда-либо видел. — А-а, я не знаю, я просто думаю, что ты такой умный, и я знаю, что ты действительно добр, несмотря на свои злые слова, — глаза Тогами расширились от этого, — и… и… Он замолчал, замечая удивленное выражение на лице другого парня. Некоторое время они сидели в тишине, просто глядя друг на друга. Сердце Наэги начало падать, в животе росло беспокойство. — Мне очень жаль, я не должен был… — он был прерван внезапным прижиманием губ к своим. Он был шокирован, внезапная близость сделала его неподвижным. Когда Тогами отстранился, на его лице появилось выражение страха, и теперь была очередь Наэги наклониться и убрать расстояние между ними. Они оба двинулись навстречу друг другу, напряжение начало таять. Они отстранились, глядя друг на друга с новым удивлением. Тогами неуверенно протянул руку и прикрыл щеку Наэги, к которой последний прижался. В тот вечер Наэги не вернулся в свою комнату — вместо этого он провел часы, нежась в объятиях своей новой любви, удивляясь тому, насколько ему повезло.
