Его Сталкерша

Он понял, что чувствует к ней что-то.  С того, как это случилось, прошел месяц. Чонгук всячески пытался отогнать от себя странные мысли о девушке. Когда-то он считал, что ни за что не посмотрит на нее в таком ключе. Фыркал каждый раз, когда друзья подкалывали, что у него есть личная сталкерша. Не хотел видеть ее, а она везде терлась, где был он. Сейчас же это он начал ею грезить. Ждал, когда она поскорее придет к нему, чтобы начать вместе делать какую-то фигню или отправиться на прогулку по разным местам города. Но делал вид, что весь недовольный.  Залипал на ее губы, когда она рассказывала ему о новой мелодии, что недавно сочинила, и быстро отводил взгляд, чтобы она ничего не заметила. Злился на самого себя. Одергивал, не позволял этому чувству расти. Но процесс шел без его участия. Он, правда, сопротивлялся.  А потом начался этап принятия. Свыкнулся, что серьезно попал. Что не просто временное помутнение рассудка, а крепкое чувство зародилось в нем.  Понимал свои чувства, но не знал, хочет ли их раскрывать. Готов ли он и она к этому? И нужно ли это вообще делать?  Пэй не была тем человеком, который бы сбежал от него из-за инвалидности, ища для себя более лучший вариант. Но чувствовала ли она к нему что-то либо, как раньше, или все ушло? Этого было не понять, ни каких знаков было не обнаружить. И поэтому каждый раз, когда хотелось прийти к ней и все сказать, бесился.  Она ведь его раздражала. Смотреть на нее не мог, а теперь желал поцеловать и прижать к себе покрепче. И именно она привела его в этот чертов бассейн, где он находился сейчас. Это было не первое его занятие. Тренер по скалолазанию договорился с тренером по плаванию, чтобы ему позволили присоединиться к секции. Рассказал, какой он упорный, сильный духом парень, которому нужно новое хобби. И он в очередной раз тут. — Сначала будут индивидуальные занятия. Когда сможешь освоить воду и нормально плыть, я пущу тебя к остальным парням, — разглагольствует мужчина, пока удобно устраивается на скамейку рядом.  Чон подъезжает к кромке бассейна и сползает вниз на кафель, а потом и в воду. Спуститься для него было не сложно, а вот забраться обратно на кресло ему помогали.  Он и до этого умел плавать, так что начинали они не с самого начала. Ему нужно было научиться быть в воде, не используя движения ног. Поначалу это казалось нереальным, но спустя несколько месяцев подготовки, оказалось возможным.  Он гребет руками, для его состояния довольно быстро двигаясь. И тренер бы соврал, если бы сказал, что не видит в нем потенциала. Поэтому и уделял ему свое личное время, зная, что это того стоит.  Ему тяжело, но он справляется.  Еще маленько Еще круг Еще один Упрашивал себя. И только когда выполнял план, на лице расплывалась улыбка. Он видел результат своей тяжелой работы.  — Ты у меня в сборную пойдешь, если будешь такими темпами расти, — обещает ему мужчина, затаскивая в кресло. А Чонгук вовсе не был легким.  — Если у меня получится, буду только рад, — отвечает ему довольный парень.  Пэй была права, что ему нужно новое увлечение. Он снова загорелся желанием к чему-то стремиться, ставить цели, чего-то желать.   Они договорились, что вечером посидят у него, и поэтому он заедет за ее любимыми пончиками. Стыдно признавать, ему хотелось сделать ей приятно. — Я не должен о ней думать. Прекрати… больной на голову, — шипит себе под нос, когда ставит разогреваться чайник уже в своей квартире.  Кидает пачку пончиков на стол и пялится на них.  — И как я до этого докатился? — ерошит волосы, слегка потягивая. Даже для Рози он не бегал за сладостями, что она любила. Девушка сама их покупала. Ему же и в голову не приходило порадовать ее. И от того задавался вопросом, так ли сильно он ее любил? Почему так легко отпустил, когда увидел их измену? Ему было больно, но временно, и не так глубоко, как могло быть.  Если бы действительно сильно, то его не остановило бы и кресло, к которому прикован. Но стоит представить в голове картинки Пэй с Паком, как сердце сжимается тисками. Он уже раздражался. Сначала было пофиг на нее, а теперь так вляпался.  Раздается звонок в дверь, заставляя его вздрогнуть, и поехать открывать гостю.  — Я слегка опоздала, извини, — щебечет девчонка и быстро снимает курточку. Показывает ему большой пакет с непонятным содержанием. — Научу тебе играть. Это мое детское пианино. У него вырывается смешок. Уже сразу представляет какую стремную музыку получит. Он никак не дружит с творческой деятельностью. — Ну давай. Только потом не жалуйся, что все так ужасно, — ухмыльнулся ей и поехал на кухню. Как он и предполагал, все получилось ужасно, но девушка не сдавалась. Держала его руки в своих, показывая как надо правильно. А он и специально ошибок больше делал, лишь бы она дальше его так держала.  Не отпускай Такие теплые руки — Ты самый худший ученик, — хмурится Пэй, откусывая пончик. Она уже съела полпачки и не заметила этого. А Чонгук был рад, что у нее хороший аппетит. Не любил девчонок, постоянно считающих калории и жирность продукта.  Он откидывает голову на спинку сидения.  — Что с тобой? — Устал на тренировке, — не говорит правду. — Ты привыкнешь, — она хватается за его ладошку и поглаживает.  — И страшно, — вырывается случайно. Даже не понимает, что именно это значит. — Мне тоже бывает. Это не стыдно, — закусывает губу Пэй и тянет края рукавов вниз, растягивая. — Я вот боюсь закрытых тесных пространств. Сразу впадаю в панику, — решила признаться, хотя никому этого не рассказывала. Знали лишь родители.  И продолжила уже сама играть, в какой-то момент не заметив близко находящегося лица парня. Она повернулась и пересеклась с ним взглядом. И это был не просто взгляд, а погружение в душу. Он все так же волновал ее, но она глубоко прятала это чувство и уже подзабыло, что оно было.  Чонгук наклонился еще ниже и прикоснулся к ее губам. Сначала легко и нежно, постепенная поддаваясь внутренней страсти, уже сильнее впиваясь в мягкие губы. Он горел, дышал ею. Захватил тонкую шею в свой плен, прижимая все ближе. Крыша летела, мыслей нет, лишь шум. Это ни с чем не сравнится. Такого с ним еще не было, а ведь это всего лишь Пэй, серая мышь, преследовавшая его, а не супермодель. Вот что значит, когда есть любовь, а не только инстинкты. Не хотел отрываться, прижимал все крепче. А ладони уже поглаживали талию, щекотали, заставляя Пэй дрожать от прикосновений. Так хорошо, что плохо. Что он творит?  Почему не может остановиться?  Но все было взаимно.  Звонок в дверь все портит. Сначала не обращают внимание, продолжая, пока не раздаются крики из-за двери.  — Чонгук, ты там? Открой мне, — кричала мать, опасаясь, что с сыном случилось что-то плохое.  И тогда они резко отдаляются друг от друга. Быстро дышат и смотрят глаза в глаза.  Ничего не говорят. И только, когда голова Пэй снова заработала, она в испуге от случившегося вскакивает. Она хотела и не хотела этого одновременно. С одной стороны Чон, который давно держал ее сердце в своих руках, с другой Чимин, которому она не хотела делать больно.  — Нет… нет… я не должна была, — зажмурив веки, крутит головой. И быстро бежит на выход.  — Пэй! — окрикивает ее парень, двигаясь за ней. Он не хотел, чтобы она от него бежала. Не винила себя, это все он. — Я серьезен. Но она не слушает его.  Он все испортил. Она сбежала, оставив дверь его квартиры открытой. А мать, что стояла на пороге, удивленно смотрела ей вслед.  Не играл с ней, все взаправду.  Почему только сейчас она стала ему дорога? Почему не раньше? Скидывает все, что попадается под руку. Кулаком врезается в стену, и только боль от этого успокаивает. Вытирает кровь о любимую черную футболку и смотрит матери в глаза.  Сука, он снова все испортил На улице темно, а она еле идет по направлению к своему дому. Плачет, зажимая вырывающийся крики ладонью. Она закричит, не вытерпит.  Почему только сейчас?  Красное от слез лицо обдувает ветер, пытаясь успокоить. Вся дрожит и не видит куда идет. Тогда, когда она уже с другим.