Золотой дуэт

      В поезде, везущем школьников с Рождественских каникул, было достаточно свободного места. Гермиона, с ногами устроившаяся на одном из диванов, листала книгу о высшей трансфигурации, а Гарри, сидевший напротив супруги, подперев голову рукой, поглядывал на неё и подумывал о том, как бы запереть дверь и...       - У Миртл что-то не так с мозгошмыгами! - в купе торопливо вошла Луна и доверчиво посмотрела на гриффиндорцев своими ясными, слегка навыкате глазами. - И да, всем привет.       - Да? - Гермиона оторвалась от своего занятия, серьёзно глянула на вошедшую, кивнула в знак приветствия, убрала учебник седьмого курса в сумку и встала. - Идём!       Гарри со вздохом о несбывшейся мечте встал, улыбнулся Луне и последовал за девушками.       Рэйвенкловочки тоже устроились вдвоём в целом купе. Мисс Уоррен выглядела обыкновенно - ответила на приветствие, улыбнулась на комплимент от Гарри и отложила в сторону рукоделие. Чем не понравились Луне её мозгошмыги? Непонятно. Но взгляд Белявочки выражал озабоченность, а доверять ей Поттер считал правильным. Его самого ещё на втором курсе завело за угол заявление Рона о том, что слышать то, чего не слышат другие - неправильно. В результате они не смогли вовремя вычислить василиска, который позднее окаменил Гермиону. Нет уж, прочь детские комплексы и больше доверия органам чувств тех, кто тебя не подводил. В отличие от того же Рона, сильно обидевшего Гарри своим недоверием из-за его участия в турнире. Да, год назад Поттер был огорчён размолвкой с другом сильнее, чем обижен на него. А сейчас огорчение уже улетучилось, оставив лишь воспоминание об обиде.       - Миртл! Ты разрешишь Луне рассказать нам о твоих мозгошмыгах? - похоже, мисс Грейнджер не только сделала аналогичные выводы об отношении к точке зрения Белявочки, но и за время, пока Поттер нянчился со своими обидами, придумала, как действовать.       - Конечно. Ведь их больше никто не видит, - легко согласилась Миртл, и вопросительно посмотрела на свою белокурую спутницу.       Луна тут же достала из-за уха волшебную палочку, которой описала сферу вокруг головы подруги. Сфера эта стала видимой и прозрачной. По ней вдруг забегали продолговатые крошечные... с зёрнышко размером тельца. У Гермионы эта картина вызвала прочные ассоциации с фрагментом из какого-то просмотренного научного фильма, где показывали микроорганизмы под увеличением сильного микроскопа.       - Вот видите?! Они все проходят здесь, и только потом расходятся в стороны, чтобы описать круг и снова сойтись там же, - тыкала пальчиком в визуализацию девушка.       Припомнив картину, нарисованную поверх его кумпола полгода назад, Поттер переглянулся с супругой. Действительно, что-то не так. Некая подчинённость непонятному принципу. Не упорядоченность, поскольку картина хаотическая, а именно направленность туда, где тесно, где приходится толкаться. Это, действительно, нехарактерно для мозгшмыгов - Луна не раз о них рассказывала.       Парень достал палочку и принялся накладывать диагностические чары из тех, которым научил Аластор. Первое, второе... третье. Да! Это "Империус". Вот только не тот, что был грубо наложен на Крама, а более изысканный и тонкий. Даже и не скажешь сразу, сумел бы Гарри сбросить такой?       - Тебе ведь сейчас хорошо, Миртл? - задал он проверочный вопрос.       - Да. Лёгкость в теле и приятность при каждом вдохе, - девушка легко улыбнулась.       - Да ты у нас совсем молодец, - ласково произнёс гриффиндорец и с нежностью в голосе присовокупил: - "Фините Инкантатем".       - Ой! Ты отменил приятность? - удивилась Миртл.       - Не приятность, а чары подчинения. Интересно, кто их на тебя наложил? И зачем?       - Затем, чтобы я вела себя естественно и забыла, про что ему рассказала, - лицо Уоррен приобрело сумрачное выражение.       - И про что ты ему рассказала? - поинтересовалась Гермиона, устраиваясь напротив девушки.       - Про ритуал, который вы с Гермионой провели, - лицо Миртл стало совсем расстроенным и недовольным. - Он спрашивал меня обо всех деталях, а я не могла не рассказать потому, что он мне велел ничего не скрывать!       - Расскажи, как было дело? Пожалуйста по-подробней, - попросила добавить деталей подруга.       - Я живу в городке, где вокруг одни сплошные магглы. Знакомые, с которыми зналась в детстве, очень сильно состарились. Да я к ним и не подходила, чтобы не возникало вопросов. Родители уже люди очень преклонных лет. Сказали соседям, что я их троюродная внучка. К современному быту, телевизору и прочему-прочему-прочему, а так же скорости всего вокруг я как-то ещё не привыкла, так что гулять мне пришлось одной и там, где потише. Вот и бродила по нашему небольшому парку, а тут навстречу волшебник. Красивый такой, только одет уродски. Маги, как не умели одеваться нормально, так и не научились, - поморщилась рассказчица. - Так вот, этот мужчина кивнул мне приветливо и... получается, он меня в спину заколдовал, едва мы разминулись. Потому что догнал, взял под ручку и пригласил в кафе. Угостил мороженым и расспросил. А потом приказал забыть об этом разговоре и вести себя естественно, как ни в чём не бывало.

***

      - Вот теперь ни меня, ни тебя не пригласят ни на какой ритуал создания нового тела для Волдеморта, - вздохнул Гарри, когда Поттеры вернулись в своё купе. - Миртл знала все тонкости и щедро поделилась ими с Барти.       - Да, слуга у Тома под рукой, - согласилась Гермиона, плюхаясь на диван. - Причём, фанатично преданный. Такие всегда были редкостью. С врагами тоже проблем не ожидается. Раз он уже обломался с тобой, то остались же Прюетты, МакКинноны, Боунсы. Ну хоть кто-то из их родни может быть до сих пор жив! Да мы не всех и знаем - он в этом лучше разбирается. Остаётся только подменить кость деда, - вслух подумала Гермиона.       - Где лежит дед по отцу, мы можем догадаться, - возразил Гарри. - Но был же ещё и дед по матери. А мы про него ничегошеньки не знаем. Зато Риддл может знать - он ушлый был - помню его шестнадцатилетнего. Вряд ли захочет ещё раз попытаться провернуть свои делишки на том же самом кладбище - несчастливое для него оказалось место, - и криво улыбнулся.       - Увы, мистер Поттер. В настоящий момент мы находимся в глубочайшей информационной яме, отчего строим предположения, основываясь исключительно на фантазиях и силе воображения. Нам остро необходимы сведения из стана противника - Волдеморта и Крауча. Данные, которыми располагает условный союзник - Дамблдор - нам недоступны. Снейп вообще не пришей к спине рукав. Кстати, если Крауч с Волдемортом ни с кем не общаются, то и возможности выведать о них хоть что-то просто не существует. Единственный канал связи, - Гермиона привстав, постучала супруга по лбу пальцем, - вот тут. Но задействуется он только с противоположной стороны. Я просто в раздрае! Стоит ли пытаться ломиться в него отсюда, рискуя быть обнаруженными? Или терпеливо ждать следующего случайного сеанса, надеясь что он останется незамеченным Волдемортом?       - Ломиться! - Гарри в сомнении хмыкнул, посмотрев на проносящийся за окном купе хмурый зимний пейзаж. - Грюм поминал, что Тёмный Лорд легиллимент из лучших. Уж не знаю, какие там применяются техники, но на этом поле он меня непременно перехитрит. Я буду думать, будто он меня не заметил, и поверю в любую лапшу, которую он мне на мозги навесит. Предпочитаю прямой диалог. То есть, чтобы оба друг о друге знали. Тогда хоть мы будем сами решать - верить или не верить его словам. Давай воздержимся от игры в таинственность.       Гермиона кивнула. Муж принял решение, которое достойно обосновал. Она с интересом открывала для себя нового Гарри. Такого же решительного, как и раньше, но при этом не забывающего думать и старающегося быть предусмотрительным.       Между тем Поттер нахмурился и замер. Посидел с напряжённым лицом немного, потом ещё... и вздохнул: - Не откликается.       - И мы не знаем - то ли он тебя не услышал, то ли не соизволил даже поздороваться. - кивнула подруга. - Но, следуя твоему замыслу, будем полагать - услышал и знает, что ты хотел бы пообщаться, - Гарри смутился и недовольно дёрнул щекой. - Да не смущайся - действовать безошибочно не может никто. Даже сам Дамблдор не устоял перед искушением, сделавшись рабом Бузинной палочки. Понимаешь, высказанное Олливандером предположение о том, что люди, завладевшие этой величайшей ценностью, держат её в тайнике или спрятанном от чужих взоров кармане, является или не верным, или заведомо ложным. Это просто противоречит сущности волшебников, потому что каждый из них сживается со своим инструментом и будет чувствовать себя голым, если не держит его под рукой. Между нами и нашими палочками возникает что-то вроде сродства - сам же ощущаешь. Думаю, главное условие сохранения в секрете факта обладания Бузинной палочкой заключается в том, что никто не знает, как она выглядит. Только владелец. Сегодняшний. Потому что предыдущий погиб, так же, как и другие, кто увидел её в действии. Иначе, Олливандер показал бы нам изображение.       - Логично, - согласился Гарри. - Теперь, если Том Риддл выкопает это из моей памяти, то изо всех сил постарается завладеть палочкой Дамблдора.       - Логично, - кивнула Гермиона. Теперь о вашей с Томом связи. Ты общался с ним, когда спал. Держал ли ты в это время перед внутренним взором заставку с фотографией родителей?       - Не уверен. Не знаю. Я ведь спал и был расслаблен. Скорее всего нет.       - А сейчас, когда пыжился и страдая лицом со всей мочи мысленно взывал к имени Тёмного Лорда?       - Точно держал. Я её всегда держу, если контролирую себя.       - Тогда, даже если Волдеморт услышал эти призывы и откликнулся, до тебя этот отклик не дошёл - его не пропустила "заставка".       - Как же всё сложно! - почесал в затылке Поттер.       - Теперь поговорим о мелких деталях, - продолжила Гермиона. - Во время восприятия обоих снов ты, разумеется, спал. Был расслаблен и, предположим, имел очищенное сознание. А шрам болел?       - Чувствовался, - после нескольких секунд задумчивости выдал парень. - Меня не пронзало до потери сознания или непроизвольных движений, но определённо было больно. Хотя, вернее сказать, меня тревожил шрам.       - Ага, понятненько... - протянула девушка, в глазах которой зажглись звёзды какой-то интересной мысли. - Тогда сначала тебя нужно умиротворить, усыпить, а потом попытаться расшевелить тех особых мозгошмыгов, что обслуживают сидящий в тебе осколок души Тома Риддла, - и Гермиона движением палочки, моментально извлечённой откуда-то, заперла дверь в купе и зашторила окна. - Иди сюда, мой сладенький. Дай мне почувствовать твою силу.

***

      Когда, успешно выполнив супружеский долг, Гарри с блаженством в теле растянулся на диване и, старательно расслабившись, задремал, Гермиона отправила Патронуса за Луной и Миртл. Усевшись на свободные места, девчата выслушали замысел мисс Грейнджер и начали поочерёдно называть запретное имя. Луна же следила за реакцией воображаемых созданий и указывала, кому из подруг в этот момент подзывать их к себе.       Согласно замыслу, мозгошмыги из шрама должны помчаться на имя создателя своего пристанища. Но их отгонят мозгошмыги позвавшего. В этот момент они, вместо возвращения обратно в лоб, помчатся на зов с другой стороны, а потом к третьему зовущему, после чего снова будут перенацелены на первого. В результате того, что стайка, или рой этих мнимых существ начнёт бороздить пространство кругами, концентрация их в осколке души снизится. Таким образом Гермиона надеялась растревожить шрам.       Получилось это не сразу - где-то через час, когда девчата начали действовать слаженно, а единственная видящая нужные объекты Луна уловила особенности их перемещений и стала уверенно дирижировать, шрам стал рельефней, заснувший Гарри шевельнулся, и мисс Грейнджер жестом остановила песнопение, состоящее из повторения на три голоса одного единственного слова. И если бы не предусмотрительность Гермионы, то какой-нибудь ученик, проходивший мимо их купе, был бы сильно удивлён воззваниями к имени Того-Кого-Нельзя-Называть, доносящимися из-за двери.

***

      - Было скучно, - сообщил Поттер. - Я смотрел в огонь камина и ждал, когда Барти принесёт мне молока со змеиным ядом. Долго ждал. Потом пришёл Крауч, зажёг свечу и накормил меня из соски. Стало противно и я вернулся.       - Они о чём-нибудь говорили?       - О том, что Господин пока слаб, но обязательно наберётся сил, если будет хорошо кушать, - поморщился парень.       - А когда прошло кормление? - продолжила выяснять подруга.       - Только что, получается... в пятнадцать, - ответил товарищ, взглянув на часы. - Следующий заход в девятнадцать.       - Угу, четырёхчасовой интервал, значит - шестиразовое питание. Наш тёмненький лордичек совсем слабенький, может быть даже головку ещё не держит, - констатировала Гермиона. - Спасибо за помощь, юные леди!       - Не изволите ли испить чаю с сэндвичами? - появившаяся неведомо откуда Винки открыла дорожную корзинку и принялась накрывать на стол. Гарри передал чашки рэйвенкловочкам. Чёрненькой и беленькой. Они прикольно смотрелись рядом. Мрачноватая и недоверчивая Миртл рядом с безоблачной, открытой Луной.

***

      Открывшаяся возможность посещать сознание врага давала надежду на то, что удастся заблаговременно подготовиться к моменту его возрождения. Однако, недоверчивость точила Поттера - ему, как всегда, не хватало тонкости, отчего он не был уверен в том, что эти визиты остались незамеченными. Понятно, что следовало плотно заняться окклюменцией и легиллименцией, однако с информацией было негусто. Аластор владел только навыками окклюменции в пределах, необходимых аврорам, и ничем не мог помочь с наукой о проникновении в чужое сознание. Книг по обеим дисциплинам в библиотеке не оказалось. Даже в запретной секции, и даже в позаимствованных у директора ничего подобного не нашлось.       А ещё требовалось выбрать место для сеансов прогона по кругу мозгошмыгов, выманенных из шрама спящего Гарри. Такое, где бы их не застукали привидения. Это было весьма актуально, так как Миртл рассказала о том, что директору стучат все призраки - она тоже докладывала, в том числе и об открытии золотого яйца. А кто ещё мог сообщить Дамблдору о том, что два безмозглых второкурсника открыли Тайную Комнату и двинулись в пасть древнему чудищу!?       В принципе, лучше всех замок должны знать именно привидения. Но, если они не способны куда-то проникнуть, то и рассказать, что там расположено, не могут. Миртл подтвердила, что таких мест в замке ей известно два - Тайная Комната, которая была открыта у неё на глазах, и ванная для старост, переставшая впускать её с начала этого учебного года. Конечно, за полвека блужданий в призрачном виде она могла не раз обследовать весь замок, но как-то всё больше увлекалась движением по трубам - нравилось ей внезапно вынырнуть из унитаза и напугать учеников.       - Я во сне часто воспринимаю себя привидением. Даже вижу собственное тело в кровати, - призналась она. - И сознательно передвигаюсь, подглядывая за происходящим вокруг. Подглядываю то что есть на самом деле, а не воображаемое. И помню что видела и слышала, когда проснусь. Но меня, когда я блуждаю, совсем не видно - даже в качестве дымки.       - Астральное тело, кажется, - сообразила Гермиона. - А до книг в кабинете Дамблдора ты добраться можешь?       - Попробую, - пожала плечиками рейвенкловка.       Тем не менее, задача поиска места, куда не заглядывают привидения так и оставалась нерешённой. Аластор ничего припомнить не смог, зато неожиданно помогли в этом вызванные для консультаций Добби и Винки, они вспомнили о какой-то Комнате-по-Желанию. Или Выручай-комнате.       Так уж сложилось, что самыми надёжными товарищами для Гарри и Гермионы стали две необычные девочки - обе оказались посвящены в тайну воскрешения Миртл и не собирались об этом болтать. Выведать у них секреты, конечно, возможно, но это обязательно потребует приложения усилий. Кроме того, неизвестно, может ли легиллимент пробраться в сознание Луны - слишком она необычная со своим удивительным зрением. Так что и в голове у неё, наверняка, не всё, как у остальных.