No escape

...Они больше меня не трогают. Это странно, но... Они правда больше меня не трогают. Мало того... На прошлой неделе в камеру заявилась какая-то молоденькая капитолийка и втёрла мне что-то в лицо. Сказала, от синяков. Но... Какое им дело до моего внешнего вида? *** В очередной раз они куда-то тащат полуживого Пита. Догадываюсь об этом только по звукам из коридора... Я не хочу смотреть на него. На миротворцев. Я не хочу здесь оставаться. И не могу. Мне очень страшно. Хоть меня и оставили в покое, избивая до полусмерти Пита с Джоанной, я боюсь. Я ненавижу Капитолий... Почему Финник ещё не пришёл за мной? Неужели... Неужели они и правда не собираются вызволять нас отсюда?.. Нет, конечно, Финн не мог быть за то, чтобы нас просто кинули здесь. Но вдруг его просто не слушают? Вдруг там, в 13 Дистрикте, сейчас происходит нечто ещё более страшное? Я не могу так. Просто не могу. Существовать в неведении, в атмосфере боли и криков... Внезапно до моих ушей долетает голос одного из врачей: - Мы больше не можем использовать парня. Они не должны раньше времени увидеть, в кого он превратился. А показать кого-то в следующем интервью мы должны, иначе нам не удастся сеять панику в ряды восставших. - Придётся заставить говорить сумасшедшую. - Этот голос мне прекрасно знаком. Сколько раз я слышала его в своих кошмарах и ещё долго не могла избавиться от ощущения того, что он, кажется, стоит в ушах... Президент Сноу. Что он здесь делает?.. Тем временем, он безжалостно продолжал: - Вы же знаете, нам нужно подорвать их веру в себя... А как это можно сделать? Только заставив дорогих им людей страдать... Или же вынудить их говорить те вещи, которые повстанцам будет больно слушать. Девчонка в порядке? - Эмм... - Врач на секунду замялся. - Внешне да, но она и двух слов связно сказать не может. И она, сами знаете, невменяема. Вряд ли она сможет адекватно... - Сможет. Найдите способ воздействовать на неё. Заставьте её саму поверить в то, что она никому не нужна. С этими словами президента мои нервы сдают окончательно. Испустив пронзительный крик, я, до этого времени стоявшая лицом к стене, обрушиваюсь на пол и ухожу из этой реальности в другую. В мир кошмаров, где я снова и снова буду видеть окровавленное тело того, кто мне так нужен. *** Когда я понемногу начинаю возвращаться в реальность, всё почему-то окрашено в красный цвет. Красный... Ненавижу его. Этот цвет слишком сильно напоминает мне о крови. Со временем я начинаю понимать, что вокруг гудят сирены. Значит, что-то случилось. Внезапно я начинаю путать реальность со своими кошмарами, и в мозгах стучит уже только одна мысль... Он мёртв. Они убили их. Убили всех в 13 Дистрикте. Я только что видела это всё в темноте, но это было настолько реальным, что всё больше и больше въедается в мысли, не оставляя места реальности. Он убит! Перед глазами стоит образ комнаты, в которой в луже крови, вниз лицом, лежит Финн... В спине - осколки стекла, видимо, от разбитого окна... Руку практически отсекло... Не в силах больше видеть этого, я ползу к противоположному краю комнаты. Там лежит осколок зеркала, которое я разбила уже на 3 день своего пребывания здесь. Схватив острый осколок, я собираюсь разрезать вены на руке, потому что больше не могу терпеть душевную боль, которую причиняют мне эти видения... ... А дальше всё происходит как в тумане. Дверь с тяжёлым лязгом распахивается, и в клубах какой-то пыли я смутно вижу очертания парня. Быстро окинув комнату взглядом, он находит меня, подбегает, садится рядом... - Эй, ты слышишь меня? Естественно, нет. Я слышу, но никогда не смогу ответить. У тебя серые глаза. Грубоватый голос. И чёрные, совсем чёрные волосы. Ты не похож на капитолийца. Но кто же ты?.. Парень отбирает у меня осколок и швыряет его куда-то в дальний угол комнаты. - Пойдём, я заберу тебя отсюда. Он подхватывает меня на руки и мы бежим куда-то. Бежим долго, поднимаясь всё выше и выше, покидая, наконец, этот ужасный подвал... Где-то далеко слышатся выстрелы, крики, и всё так же надоедливо гудит сирена... Когда я вновь начинаю смутно понимать, что происходит, я уже нахожусь в планолёте. Лежу на кушетке, за стеклянной перегородкой вроде виднеется Пит... Нас спасли. Они всё-таки пришли за нами. Они и не собирались бросать нас. Я сажусь на неудобной кровати и вижу за перегородкой с другой стороны того самого парня. Он сидит в кресле, откинувшись назад, прикрыв глаза. Повинуясь какому-то сиюминутному порыву, подхожу к перегородке и кладу на него ладонь. Парень, видимо боковым зрением, замечает это движение и переводит усталый взгляд на меня. -Спасибо. - Мне кажется, что я сказала это очень тихо, но он вроде бы слышит. Или просто прочитал по губам... На его губах появляется лёгкая улыбка. -Не за что. Тут к нему подбегает какая-то женщина, суёт в руки стакан с каким-то лекарством, вереща: «Гейл, ты обязан это выпить...» Я улыбаюсь и тут силы окончательно оставляют меня. Добредя обратно до кровати, я валюсь на неё без сил и погружаюсь в беспокойный сон. Но я точно знаю: теперь всё должно быть хорошо.