Запомнить всех. Поименно

Первое февраля. Старка не убили, он убил себя сам. Или это была случайность. Но сначала он хотел убить меня. После смерти Роджерса все остановилось. Пришло осознание того, что мы проиграли. Где-то я просчитался, и Тони винил меня. Имел право. Безумие, отраженное в глазах одного из самых успешных мужчин столетия, до сих пор преследует меня. Каждый раз, когда закрываю глаз, я вижу его — вот он, стоит передо мной. Готовый уничтожить. Раздавить. Тогда я даже не сопротивлялся. Какой смысл, если я виноват? Он мог бы прикончить меня в тот день. Но рука дрогнула. И теперь я остался один, изливаю сожаления бумаге, которая так же сгниет со временем, как и мои принципы и устои. Сукин сын, Фьюри, кем ты стал? Но, впрочем, они бы его и так не тронули. Побоялись бы. Павший духом миллиардер. Отличная закуска для жаждущих денег стервятников. Наверняка пытались заключить с ним сделку. Он бы не пошел на такое. Я был уверен. Как выяснилось со временем, для одиночки, плевавшегося от командной работы, та самая команда оказалась превыше всего. И снова ирония, черт бы ее побрал. Помню нашу вторую встречу. О первой даже вспоминать не хочу. Пьяный, поглощающий пончики. Разобранный. "Мне лучше смотреть в повязку или в глаз?", - Ох, Тони. У него тогда один черный парень костюм спер. Зашел, надрал задницу и спер. Сам он еле в живых ходил, медленно умирал от отравления палладием. А все старался показать свое превосходство. Независимость. Правда, оно все испарилось после первого моего укола диоксидом лития. Подуспокоился дружок. Я же его даже не хотел брать в штаб. Уговаривал себя, мол проконсультирует пару раз, и разойдемся с миром. Не разошлись. На много лет. То был вечер, пустой обесточенный штаб. Персонал распущен навсегда. Тони был пьян. Я не решался выйти к нему, поговорить. Лишь слушал обрывки ругательств. Думал, проспится, и решим утром что делать дальше. Он же решил все за меня. Русская рулетка. Боже, Тони. Как ты до этого додумался?