Душа из пионов.

Они вдвоем - мокрые и измазанные, и Чонгуку так душно, будто он прямо сейчас будет харкать кровью с цветами, дохлых бабочек выплевывать. Юнги его с ума раз за разом сводит, фантазии, до которых не добраться, высовывает, пьянит еще больше, чем бутылка недорогого вина. Младший его руку своей накрывает, за губами тянется и понимает, каково это - л ю б и т ь. Когда даже, будучи мальчишками со школы, ощущения накрывают такие сильные, будто это лучшее, что может быть в жизни - Юнги. Так и есть, Мин Юнги - лучшее, что в жизни Чонгука происходило. Тот стонет тихо и отчаянно цепляется другой рукой за плечо старшего, безостановочные поцелуи ощущает и кончает в унисон с ним, какое-то время продолжая дышать так тяжело, будто не дышал вовсе. - Люблю, - звучит шепотом и так рвано, но младший пальцами гладит чужое лицо, отрывает от себя и клубнику со стола берет сам, повторяя за Мином. По бледному телу ведет и где-то на груди выдавливает, чувствуя, как та все-таки капает и на него тоже. Ведет по ключице и шее, целует участки, до которых достает, и кусает затем за губы, не представляя. как вообще смог таким Юнги увидеть. Распаренным и честным, невыносимым, собственным кокаином. Чонгук умереть за такую дозу готов, жизнь дьяволу продать, да только стоит ли, если ему фортуна теперь улыбнулась? Пусть даже ненадолго, но сердце склеила. Его теперь только сам старший разобрать и может. - Не отдавай меня, - снова хрипит, зарываясь в ворохе мягких волос после прохладного душа на двоих, все еще опьяненный вечером. Обнимает в кровати и в шею утыкается, дыша на чужой кадык. Ему рядом с Юнги хорошо. Тепло. Как в печке. У них кондиционер работает, потому и греться о брюнета младший не боится, жмется ближе и миру обещает не отдавать тоже. - Я, если надо будет, и в войну ввяжусь ради тебя, веришь? Чонгук мягко спину чужую гладит, улыбается в бледную шею и понимает, что никого подобного больше не встретит. Юнги волшебный. Это Чонгук понимает с утра, когда вибрация под подушкой становится невыносимой, и телефон приходится отключать полностью. Его отец звонит одиннадцать раз, отсылает двадцать три сообщения об угрозах и обещает найти, но в итоге младший просто задерживает кнопку питания и выходит за пределы связи, осторожно поглаживая по руке Мина, что все еще - удивительно - спал. Брюнет касается приоткрытых губ своими, поглаживает темные волосы и осторожно вылезает, отправляясь после того, как умылся, на кухню. На кухне ему приходится убрать то, что вчера осталось на столе, и втихаря это все помыть, вытереть кожаный диван от остатков вчерашнего завершения, ну и еще пожарить яичницу с колбасой. В надежде, что Юнги любит яичницу. Чонгук ставит все на стол с особым перфекционизмом, наливает старшему кофе и подкармливает котенка, после наваливаясь в кровати сверху на Мина и улыбаясь глазами. - Хен, уже двенадцать дня, вставай и пойдем кушать, - засыпает лицо мелкими поцелуями и в итоге, устав, просто расслабленно обволакивает старшего, вздыхая. - Там все остынет. Юнги влюблен.Он влюблен настолько сильно,что в животе бушуют бабочки,в которых он верит,что в организме взрываются органы из-за взрывов маленьких звезд рядом с ними,что мозг прекращает думать,телом отдаваясь любви. Чонгук-не первые отношения Юнги. Но он тот,кто затмил собой все остальные,оставляя после них лишь пыль воспоминаний. Чонгук настолько влюбил в себя,что мысли о каких-то будущих отношениях,о жизни без теплого тела рядом и сладких губ,покрывающий лицо сладкими поцелуями,недопустимы. Юнги не верит.что сможет быть с кем-то еще,после Чонгука,если это после настанет. Он сломается. Он закроется. И в этот раз точно никого к себе не подпустит. -Люблю,-шепотом отзываясь где-то в смуглой шее,кончая в свою же руку и смешивая сперму,Юнги поддается поцелуям. Поддается каждому действию,даже когда по его телу размазывают клубнику. Улыбается мягко,когда они вместе уходят в душ. Поглаживает чужие руки,когда они вытираются,и не упускает момента поцеловать каждое запястье,оставляя метки о вечности на тонких руках. -Я никогда тебя не отпущу,-отзываясь шепотом на шепот,Юнги прижимает Чона к себе. У них работает кондиционер,но здесь,в кровати,так тепло и невыносимо д у ш н о от жара чужого тела. .Мин чувствует чужое горячее дыхание на своей шее,руки на животе и ноги на ногах,и если можно было назвать это раем-он бы назвал. Но вместо слов молчит,наслаждается уютом,и никакой неловкости в этом молчании нет,как было раньше,-Поверь и ты мне. Ведь раньше все было иначе. Раньше Юнги приходит уставший с работы и сразу валился спать. Раньше Чонгук готовил ему все в школу и на работу,готовя есть каждое утро и вечер. Юнги не предупреждал,что не вернется домой,а Чонгук слишком преданно ждал его на кровати,надеясь провести совместный вечер. Раньше Юнги делал больно,сейчас он раны все зализывает. Чонгук раньше был будто мертвым,но сейчас,прямо на глазах,цветет бутонами и лечится от того,от чего обычные люди умирают. Можно ли сказать.что сила любви-самая мощная сила? Юнги думает,что да. Чонгук волшебный. Это Юнги понимает с утра,когда с полуоткрытыми глазами чувствует вкусный аромат колбасы с кухни. Чонгука рядом нет,как и его тепла,но Юнги,наверное,слишком уставший за вчерашний день,засыпает обратно под тихое мяуканье около лица. Чонгук прекрасный. Это Юнги понимает,когда спустя полчаса чувствует на своем лице мелкие поцелуи и тяжелую тушку на теле,по инерции укладывая на все еще голую спину руку. Чонгук пытается его разбудить,но Мин агрессивно делает спящий вид,расплываясь в улыбке от ощущения волос на своем лице,-Я уже встаю,малыш. Смеясь тихо - тихо с такого же тихого бурчания, Юнги облизывает губы и смотрит на младшего. За завтраком, довольно урча от запаха и вкуса, Мин протягивает на вилочке кусочек колбасы Чонгуку, улыбаясь и кусая губу в попытке не улыбнуться с детского личика. Наблюдает за тем, как тот жуёт, как запивает, и довольно выдыхает, уже сейчас придумывая,что можно будет приготовить на обед. После завтрака, когда они оба друг друга покормили с перерывами на лёгкие поцелуи, Юнги вымывает всю посуду сам, а Чонгука заставляет идти учить свои конспекты. Пусть уже конец года,пусть это все уже не понадобится,если не считать диплома до самого июля,Мин все равно заставляет его учить в с е,хотя бы для снова развивающегося мозга. -Чонгук,ты..Ты знаешь,что скоро у нас танцы,так что..-облизывая губы,стоя около стола прямо над душой младшего,Юнги с легкой надеждой смотрит в чужие карие ,- Ты не хотел бы пойти со мной?