План по завоеванию трона

      Поход длился три дня. Все это время Локи не трогал Тора, дав время на раздумья. Да и посмеивался про себя — тот как-будто громом поражённый, все время в облаках витал, в охоте не принимал участия (зато все поняли, что именно за ним заслуга половины добычи) и иногда косился на трикстера.       В ту ночь Локи думал, что ему определённо будет противно, но оказалось, что погладить по щеке Тора всё равно что погладить попку пузатого чибиса. Или огурец. Кому что нравится. Но вот попытаться поцеловать… Локи до сих пор благодарит брата за то, что тот дернулся.       У трикстера не волнует этическая сторона вопроса. Его не смущает, что родной брат влюблён в него. Смущается должен Тор, никак не он. Для многих асов дико мужеложство, но для Локи нет разницы — женщины это или мужчины. Удовольствие можно получить и от того, и от другого. Больше его беспокоит то, что это — Тор. Не то, что он — его брат, а именно сам Тор.       Локи с детства видел, как легко обманывали Тора. То мясо нет, хотя сами по пути сожрали, то меч его не нашли, хотя себе забрали, потому что понравился, а у принца их ещё много, то ещё что. А простофиля Тор вёлся. Но когда его пытается обмануть Локи, он сразу это понимает. Шестым, а может и седьмым чувством, но он сразу видит ложь трикстера. Из-за чего Локи приходится в голове переворачивать смысл фразы так, что ложь сразу становится правдой. Вместо вопросов, которые задаёт брат, брюнет говорит ответ на те, что он сам себе в голове придумал.       И сейчас, смеясь и шутя с леди Сиф, Локи думает, как же в этом случае поступить. Как для себя охарактеризовать те отношения, которые он хочет показать Тору. Для громовержца это любовь, а для самого трикстера что? Что может быть не такой уж ложью, но и не совсем правдой?       В таких мыслях даже сам Бог Лжи и Обмана путался.

***

      А Тор тем временем тоже терялся.       Что пытался сделать Локи? То, о чём думает Тор? Если да, то почему? Он понял, что блондин чувствует к нему? И так издевается? Но для брата это мелковато.        «Может, мои чувства взаимны?..»       Нет. Все эти три дня он старался отогнать такие мысли. Потому что такого быть не может. Потому что это Локи. Его брат. И для него он тоже только брат.        «Но зачем тогда? Зачем так мучить?..»       С каждой мыслью громовержец становился всё мрачнее и мрачнее. Столько лет он хранил в себе эти чувства, не показывал, молчал и запрещал себе даже думать, что Локи полюбит его в ответ.       «Я схожу с ума, » — пролетела мысль в голове у Тора, и хоть мысль была его, но слышался знакомым надрывным шёпотом брата. Такую боль, грусть и безысходность не подделать.       «Брат не шутил. Он был искренним.»       От осознание этого Тор резко остановился, только занося ногу на ступеньку перед входом во дворец, и в него кто-то врезался. Обернувшись, старший принц увидел своего брата, потирающего нос и сверкающего зелеными глазами, которые смотрели на него обиженно. Локи выглядит таким… «…милым».       Тут это самый «милый» с размаху шлёпнул ладонью по спине Тора.  — Тебе надо носить на спине подушку, если будешь и дальше так резко останавливаться, — сказал Локи, нежно проводя ладонью по крепким мышцам брата.        «И почему я утром решил не надевать доспехи?» — млея от такой незамысловатой ласки, подумал Тор.       Вечно колючий брат сейчас был таким уютным. Локи, которому он пусть не специально (неаккуратно, неосознанно, ненароком) причинил боль, сейчас вместо обычного ответа («отомстить в десять раз больнее») гладил его по спине.       Вдруг Локи резко отдернул руку и отвел глаза в сторону, закусив губу. Его изящные пальцы были собраны в кулак, а сам он хмурил брови.  — Локи? — осторожно спросил Тор.  — Шевелись давай, меня моя теплая ванная ждёт, — буркнул тот в ответ и, обойдя брата, быстрым шагом направился в дворец. Тору показалось, что тот, если бы они были младше и Локи не был такой венценосной заднице, дал бы старшему брату поджопник.  — Такой очаровательный, — не сдержался Тор. За его спиной послышался звонкий смех. Обернувшись, он увидел Царицу Фриггу.  — Мама?  — Смотрю, вы подружились, — с улыбкой говорит она. — Твою любовь не видит только слепой.  — Не понимаю, о чём… — попытался соврать Тор, но покрасневшие уши сразу же выдали его.  — Но вокруг нас одни слепцы, — продолжила Фригга, не обращая внимание на слова сына. — Даже Один. Хотя ему простительно — у него же всего один глаз.       «Чувство юмора брат унаследовал от матери. Определённо.»  — Я следила за тобой и за тем, как твои чувства меняются. Я часто жалела и желала тебе другой любви…  — Я понимаю, мама. Локи — мой брат, а я так…  — Нет, сын мой, — перебивает Тора Фригга, прямо смотря ему в глаза. — Я желала тебе взаимной любви. Хотела, чтобы ты не страдал. Был счастлив. Мне всё равно, кого бы ты полюбил. Да хоть Одина!  — Фу, мама! — Сморщил нос Тор, на что Царица рассмеялась.  — Но теперь я могу быть за твоё сердце спокойна. Теперь я беспокоюсь только за Локи.       Увидев недоумение на лице старшего сына, она спрашивает:  — Неужели не помнишь, как вел себя три сотни лет назад? Что чувствовал, когда Локи был рядом? — Продолжала Царица. Но то ли Тор не помнит, то ли действительно не понимает, о чем ему говорит мать. — Вспомни свои ощущения, мысли, поступки. Ты злился на Локи и сам не понимал почему…       «На пиру. Уже не помню, в честь чего. Локи сидел за столом, а рядом асинья наливала ему в бокал вино. Брат улыбался ей и что-то говорил. Хотелось накричать на него, а за что именно, не понимал.» -… Хочется то обнять, то ударить…       «Локи сидел под деревом и читал книгу, задумчиво водя пальцем по нижней губе. Я так хотел этот палец то ли поцеловать, то ли укусить. До сих пор не знаю, что бы я выбрал.» -… И ты не понимал свои мысли, путался в них…        «Когда Локи приболел, а нам с воинами пришлось идти в поход. Во время бойни я думал не о том, что мои асы могут погибнуть, что могу погибнуть я. Я думал о том, принял ли лекарство брат или опять повредничал. Я беспокоился о нем. Вся голова была забита только одним им. Даже начал думать, что плохой принц: не думал о своих людах, а думал о каком-то самовлюблённом мальчишке, который лежал в теплой пастели, и ему ничего не угрожало.» -…А когда злился, стоило увидеть его, как улыбка сама лезла на лицо. И ты ничего с этим не мог сделать.       «Помню, тогда отец за что-то наказал меня. Давно было, не помню уже за что. Наверное, как обычно ослушался его приказа. Из тронного зала вылетел злой, как чёрт, а навстречу мне запыхавшийся Локи. Щеки его были красные из-за долгого бега, волосы растрепаны, а накидка расстегнулась и немного съехала на плечо. Я не смог не улыбнуться. Кажется, мы вдвоем что-то натворили, а всю вину взял на себя я. Вот только Локи предупреждать об этом не стал. Этот прохиндей так беспокоился о себе, о том, злится ли на него отец и накажут ли его, что оббежал почти весь замок, чтобы найти меня и договориться, совершенно забыв о своём статусе принца и что ему вообще-то положено ходить неспеша с гордо поднятой головой и усмешкой на губах. Локи всегда все оборачивал на свою пользу, обводил всех вокруг пальца. И тут собирался так поступить со мной. Он был таким… милым. Очаровательным. Тёплым. Я не мог не улыбнуться.»       Фригга смотрела на своего мечтательно улыбающегося сына и думала, что когда-нибудь Локи тоже будет так улыбаться, просто вспоминая Тора. Её сыновья. Это так странно и волнующе. Но Фригга счастлива видеть своих сыновей так прекрасно влюблёнными. Любовь красит лица.  — …Ты думал, что ты болен. Что с тобой что-то не так. Вот и Локи сейчас всё то же самое испытывает.       Слова матери выдернули Тора из пелены воспоминаний.  — То же самое? — спросил громовержец. — Почему?  — Ох, какой же ты… Локи начал чувствовать то же, что и ты. Любовь. Но пока не понимает этого. Думает, что сходит с ума.       «Я схожу с ума, » — шепот полный боли и печали.       За разговором Тор и не заметил, как они дошли до сада Фригги. Сад белых лилий.

***

      На следующий день Локи сидел у себя в комнате и листал книгу «Всё о любви и её первых проявлениях». Только недавно он закончил читать роман «Порочная любовь», в котором рассказывалось об отношениях брата и сестры.       «Вроде я пока себя правильно веду. На сколько я знаю нашу мать, она уже давно обо всём догадалась. Намного раньше самого Тора, не то что меня. Или видела в своих вениях. Интересно, что она видела в будущем? Неважно. Главное, если хочешь обмануть брата, сначала солги Царице.»       Локи любил свою маму, даже боготворил её, но он прекрасно понимает, что она не всемогущая. Он ещё давно прочитал всё, что касается материнского сердца и её интуиции. Но ситуацию осложнял её Дар. Или проклятие. Ведь обо всём, что она видит, она не может рассказать. И трикстер лишь надеялся, что она не видит, что именно он читает.       Но это необходимо. Ведь он не знает, как должен себя вести влюбленный ас.       «Хотя теперь знаю, » — подумал Локи, захлопывая книгу. — «Как полный дурак.»       Брюнет посмотрел на часы и понял, что опять зачитался. А ведь сейчас у Тора и воинов идёт тренировка.       Уже когда он выходил из дворца, его чуть не сшибли воины. Они, ничего не замечая вокруг, неслись по коридору во всё горло что-то крича. Кажется, что-то про Вольштагга.       А придя на тренировочную площадку, Локи увидел хохочущего Тора.  — Ты видел их? Как они бежали? Сила немытых яблок, — сквозь смех говорит блондин.  — Да. Что это с ними? — Спросил трикстер. «Бежали, словно в жопу ужаленные». — Ты наконец-то решился над ними подшутить?  — Вольштагг принес яблоки где-то полчаса назад и предложил нам полакомиться. Говорил, что слаще этих яблок только мёд. Вот они и съели, а потом у них животы закрутило. Оказалось, что Вольштагг их собрал, но не мыл. Вот они и понеслись в сортир.       Тут уже расхохотался Локи, запрокинув голову. А вот Тор резко стих. Краем глаза трикстер увидел, как тот смотрел на него, не отрывая глаз.        «Любуется. Ну, я неотразим, так что в этом нет ничего удивительного, » — думал Локи, отсмеявшись. Теперь он смотрел на брата и улыбался. — «Смотри на меня, только на меня таким взглядом. Надеюсь, у тебя не появится возлюбленной, а то она может оказаться хитрой и расчётливой. А я власть ни с кем не хочу делить.»  — А ты не ел? Заранее знал и поэтому не съел?  — Я недавно был на кухне и перекусил, — смущённо признался Тор. — Кхм, ладно. Раз мы одни, давай устроим бой?       На предложение брата Локи только кивнул, подумав, что это будет весело. Ведь Тор не станет драться в полную силу, потому что…       «Дурак.»       И, действительно, это больше было похоже на игру, а не бой. Размахивая копьями, они то резко отскакивали друг от друга, то, приблизившись, стояли так близко, что и волоску негде было упасть.       И вот в какой-то момент Тор вышиб оружие Локи и повалил того на землю, прислоняя копьё у горлу, будто собирается душить.  — Я победил, — с улыбкой сказал блондин, оседлав бедра брата. — Сдавайся.       Локи был очень напряжен, находясь под громовержцем. Он держался за деревяшку копья брата и пытался его отвести. Но, к сожалению, Тор был сильнее его и не собирался его отпускать.        «Что он делает?» — задавался вопросом Локи. Вдруг взгляд брата смещается к его губам, которые от только что от напряжения облизнул.       «Хм, а это идея. Построим из себя испуганного потерянного брата.»       Трикстер заставил своё тело расслабиться, чем привел брата в замешательство, что тот даже оружие убрал. Когда Тор обеспокоено посмотрел на брюнета, Локи, приподнявшись, коснулся губ блондина своими.        «Надо как в первый раз: неловко, неумело и невинно. Ну, свой первый поцелуй я отчётливо помню. И смех. Имени не помню, лица тоже, но этот смех. Впрочем, неважно — она заплатила за это жизнью.»       Громовержец резко отпрянул и увидел испуганное лицо брата.  — Эээ… Брат, это не… Я, — промямлил Локи, вскочив на ноги. «Что в таких ситуациях говорят хорошие мальчики?» — Извини, мне пора, у меня там…дела.       И убежал.       «Так, он за мной бежит?»       Локи наколдовал зеркало перед собой, чтобы Тор не увидел, как он оглядывается.       «Бежит.»       Завернув к себе в покои, Локи не успел захлопнуть дверь, как его поймал Тор, прижав к стене. Быстро заперев дверь, Тор впился поцелуем в губы брата.       «А целуется он неплохо, » — отстраненно подумал трикстер, пока блондин шарил руками по его одежде, ищя застёжки.  — Йотун тебя задери, да где же?! — Рыкнул громовержец, а за окном сверкнула молния, на что Локи рассмеялся и заклинанием заставил всю одежду на себе испариться.       Тор пораженно замер, смотря на младшего принца. Бледная нежная кожа без единого шрама или пятна была ничем не прикрыта, темные волосы растрепались, а зелёные колдовские глаза хитро сверкали, будто завлекая.       «Хм… Сломался?»  — Не стой, — приказывает Локи, старательно вызывая румянец у себя на щеках. — Всё, что видишь — твоё.       От слов брюнета Тор очнулся и, протянув руку, погладил щеку брата. В глазах громовержца отражалось безумие и какое-то нездоровое обожание.       Локи же не став его ждать, оттолкнулся от стены и обнял его за шею. Такого невинного движения от коварного трикстера Тор явно не ожидал. Для него сейчас Локи выглядит таким хрупким и испуганным, будто в этих объятиях он искал защиты. Защиты не для тела. Защиты для его любящего сердца.  — Это ведь не сон? — прошептал Локи Тору на ухо. — Ты ведь не исчезнешь?       «Ну же, не стой столбом! Не молчи! Стань моим — дай гарантии на трон.»  — Нет, не исчезну, — также прошептал Тор, нежно целуя брюнета в висок. — Я всегда буду с тобой, пока ты не захочешь обратного.  — Почему?       «Ну же!»  — Мое сердце и тело принадлежат тебе.       «Да!»  — Докажи! — Локи резко отталкивает Тора и падает спиной на кровать, раздвигая балдахины. — Сделай меня своим!       «Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим, » — думает трикстер, наблюдая, как неуклюже от нетерпения раздевается брат. — «Наверное…» — неуверенная мысль промелькнула в голове, когда с одеждой старшего принца было покончено. — «Что от такого ел, что у него выросло ЭТО?! Или это мьельнир на него так подействовал?!»       Локи потихоньку охватывала паника.       «Теперь хотя бы понятно, почему он так странно ходит».       У трикстера было много любовников. Был даже один очень похожий на Тора внешне, но…  — У тебя когда-нибудь были мужчины в пастели? — Спрашивает Тор, залезая на кровать со стороны ног брюнета.        «… но с ТАКИМ членом…»  — … не было, — шепчет в испуге Локи, отводя в смущении глаза.       На его ответ Тор широко улыбнулся и, наклонившись, поцеловал пятки.  — Я готов весь мир к твоим ногам сложить, — поднимаясь выше, целует колени, — предать его, — немного разводя ноги в сторону, целует внутреннюю сторону бедра, — и этот же мир уничтожить.       «Мне этого пока достаточно, » — Локи довольно запускает пальцы в волосы брата и закрывает глаза. Чтобы через секунду широко их раскрыть.       «Что он делает?!»  — Тор? — Осторожно завет трикстер. — Ты… Что ты?..       Но тот не ответил, ещё раз лизнув сжавшееся колечко ануса.       «Извращенец!» — То ли с возмущения, то ли с восторгом подумал Локи.       «Такого в моей практике ещё не было, но никогда не поздно начать, » — и, согнув ноги в колени, развел их сильнее в стороны. Тор толкнулся кончиком языка, но так легко внутрь не попал. Но старший принц слишком упорный чтобы сдаваться.       «Или, вернее сказать, твердолобый, » — думает брюнет, а Одинсон-старший продолжает своё дело, потихоньку растягивая тугую звездочку младшего брата. Чувствуя возбуждение, трикстер только начал тянуться руками к стоящему органу, как был перехвачен на полпути.  — Не трогай, я сам, — хрипло проговорил Тор, и только сейчас Локи заметил, как потемнели глаза брата.       «А он сексуальный… Может и не так уж сложно с ним будет.»       Тем временем Тор начал целовать впалый живот, нарочно не трогая член брата. Поднимаясь всё выше и выше блондин оставлял на теле Бога Обмана яркие засосы. Дойдя до сосков, он прикусывает нежную кожу, чем вызывает стон удовольствия у родного брата.       «Это… был Я? , » — удивлённо захлопывает рот ладонью. Ещё ни разу он не стонал от таких ласк. Трикстер вообще предпочитает не издавать таких постыдных звуков.  — Я хочу тебя слышать, — Тор целует тыльную сторону ладони, аккуратно убирая её. — Это восхитительно. — Гладит левой рукой бок брюнета. — Ты восхитительный.       Старший принц тесно прижимается к Локи, закидывая его ноги к себе на талию, и толкаясь, трётся своим членом о член брата. В этот раз трикстер не стал себя сдерживать, запуская пальцы в блондинистые волосы. А громовержец же припал к шее младшего принца, оставляя свои метки уже там.       «Никогда я ещё не был так возбуждён… Это даже не секс, но наслаждение неимоверное, » — думает Локи, чуть ли не скуля от ощущений. — «Знал бы раньше — изнасиловал бы.»       Локи долго не смог сдерживаться и кончил с громким криком, сжимая своего любовника ногами и руками. Когда же он отпустил его, Тор скатился со своего принца и, буквально положив того на себя, обнял трикстера. — Тор, ты… Э-э… Почему?..  — Не думаешь же ты, что у нас будет всё и сразу? — Спрашивает Одинсон-старший, указательным пальцем правой руки поглаживая расслабленное колечко ануса. — Вряд ли сейчас ты сможешь меня принять. Тебя надо хорошенько растянуть. И я буду это делать тщательно и со вкусом. — И просунул кончик пальца внутрь.       «Боги, давай быстрей!»       И вытащив палец обратно, Тор просто легко погладил левую ягодицу, чем вызвал разочарованный стон.  — Думаю, с тебя на сегодня достаточно, — нежно чмокает Локи в лоб. — Мы только сегодня вернулись, ты устал, так ещё и эта тренировка. — Продолжает Тор, старательно делая вид, что не замечает злющего взгляда брата. — Но не думай — завтра мы дойдем до конца.  — А как же ты? — Локи ещё надеялся, что его еще можно уговорить, бесцеремонно кладёт руку на чужой пах.  — А я — вместе с тобой, — весело произносит Тор, явно раскрывший коварный замысел брата. — Какой непослушный! Тебе давно пора ложиться спать.  — Не говори со мной так! Ты старше всего лишь на какие-то жалкие шесть тысячелетий, — бубнил Локи, завернутый в одеяло громовержцем. — Я тебе не мальчик какой-то там.  — Не «какой-то там», а мой, — развернув его спиной к себе, говорит Тор. — Самый любимый.  — «Самый любимый»? У тебя что, ещё есть кто-то? — Пытается развернуться обратно.  — Спокойной ночи, — усмехается блондин, обнимая его  — Нет, мы не договорили! «Самый любимый» среди всех любимых? Это кто у тебя там в любимых ходит?

***

      На следующее утро на завтраке Фригга сидит рядом с Одином и хитро сверкает глазами, переводя взгляд со старшего сына на младшего.       Тор подкладывал брату всё больше и больше «любимой» еды, а тот, пока блондин не видел, перекладывал ее обратно. Как только громовержец это замечал — ругал и возвращал на место. Локи обиженно сопел, но исправно ел. Но царица прекрасно видела довольные огоньки в глубине глаз коварного трикстера.  — Наши сыновья так повзрослели, — с умилением произносит Фригга.  — Скоро наследника выбирать, — соглашается с ней Один. Сердце царицы пропускает удар  — Наследника?  — Да.       Фригга прекрасно понимает, что никого «выбирать наследника» не будет. Он всегда был одним единственным для Всеотца. Простой и добродушный Тор.       «Что же ты творишь, Один? Из-за тебя всё может закончиться плачевно. А они ведь только нашли друг друга. Вряд ли Локи откажется от трона так просто даже ради Тора… Нет, не так. Он не забудет того унижения, которое он почувствует, » — с тревогой думает Фригга, наблюдая как младший сын выходит из-за стола. — «Ведь все прекрасно понимают, что Локи больше подходит. В том числе и он сам.»

***

      Тор зашёл в библиотеку и заметил брата, сидящего у стола и читающего книгу.  — Смотрю, ты вернулся, — с улыбкой говорит громовержец, подходя к брюнету.  — О чем это ты? — залился краской младший принц.       «Такой милый, что хочется заобнимать.»  — В последнее время ты себя странно вёл, хотя я тебе это уже говорил, — натыкается на вопросительный взгляд младшего Одинсона. — Библиотеку не посещал, на тренировки стал ходить чаще, подружился с воинами, часто безобидно шутил и смеялся, устраивал пьяные пиры на весь дворец, под музыку раздевался, за что ещё получишь.       На монотонное перечисление брата трикстер округлил глаза, немного приоткрыв от удивления рот.       «Нет, не заобнимать. Затащить в пастель, чтобы он также, как и ночью, стонал от удовольствия.»  — Ничего подобного, я всегда так себя веду, — резко отвернулся от блондина, чем вызвал негромкий смех.       «Бог Лжи и Обмана. Коварен, безжалостен и тщеславен… Моё Чудо, » — с умилением думает Одинсон-старший. Подойдя ближе к младшему брату Тор склонился к его уху и прошептал: — Я люблю тебя.       Громовержец был очень рад видеть покрасневшие кончики ушей брата.  — Конечно, я ведь неотразим, — надменно произносит Локи, и Тор отдал бы всё на свете, чтобы увидеть его лицо, но как бы он не наклонялся и не пытался заглянуть, трикстер уворачивался и не смотрел на него.  — А для тебя я так же неотразим? — Со смехом спрашивает блондин, когда понимает, что его действия бесполезны.  — Нет, конечно, — говорит Локи, поворачиваясь к брату и смотря на него хитрыми глазами.       Старший принц цокает языком и затягивает трикстера в свои медвежьи объятия.  — Обманывать — не хорошо, брат, — обиженно бубнит в темную макушку громовержец и чувствует, как тонкие, но сильные руки обхватывают его за талию.  — Ты даже представления не имеешь, насколько сильно я вру.  — Да? Так сильно врёшь? — Довольно произносит Тор. — Тогда тебя надо наказать, — и опускает ладонь на упругую задницу, несильно шлёпнув по ней.  — Пошли — накажешь, — Локи поволок брата на выход под громкий смех громовержца.