A second chance at love...

Сегодня меня снова избили. Какие-то отморозки выловили после работы и зажали в углу. Их вроде четверо или пятеро было. Это псы Намджуна? Короче, досталось не хило. Но кто говорил, что я буду плакать и жаловаться? Полежал немного на холодном и грязном асфальте, поднялся на ноги и дальше пошёл. Всё тело невыносимо ноет. То тут, то там уже наливаются синяки. Кровь кое-где уже засохла, образуя тёмную корку. Однако это совсем не помешало прийти на площадку, чтобы покидать мяч в кольцо. Кто-то может, скажет, что я больной. Я же лишь усмехнусь и скажу: «может быть». А ведь этому есть простое объяснение. Если я пойду домой, то боль, как физическая, так и моральная, меня просто задавят. Мне повезло. На площадке никого нет. Парней я уже давненько не видел. Наверное с того самого дня, когда они узнали про мою ориентацию. Да, и правильно. Целее будут. Хотя, если честно я скучаю. Скучаю по нашим посиделкам за баночкой пива. Скучаю по игре в баскетбол. Скучаю по «гонкам» на скейтах. Мне не хватает этого. Мне не хватает их компании. Шумной и весёлой компании. Я снова остался совсем один…

***

Сегодня я снова не вытерпел. Очень сильно захотелось увидеть его хоть одним глазком. Да, и разговор в прошлый раз не клеился совсем. Полгорода околесил, но нашёл его. Нашёл на старой заброшенной баскетбольной площадке. Он совсем один бросал мяч в корзину. Как только увидел, забыл, что такое дышать и как это вообще делается. Высокая стройная фигура, длинные ноги, руки с выделяющимися венками, кисти рук с длинными аккуратными пальцами… Лёгкие скользящие движения. Влажные от пота волосы прилипли ко лбу и вискам. Он ещё и в майке, что открывает вид на подтянутые бока. Чуть слюной не подавился, пока наблюдал со стороны. Смотрел, как завороженный. Взгляда в сторону не отвести. А когда подошёл ближе, чуть не умер от остановки сердца. Как можно быть настолько привлекательным? Правда всю картину омрачали наливающиеся синяки на руках, нога, боках и даже на шее. Он весь в ссадинах и царапинах. — Что случилось? — неосознанно как-то выпалил я, отслеживая каждый кровоподтёк на не скрытых одеждой участках тела. — Ты? — вздрогнув, обернулся Тэхён. — Что случилось? — повторяю вопрос и, подойдя ближе, обвожу подушечкой пальца ссадину на скуле. — Твои ребята постарались, — усмехается он и отходит. Меня передёргивает. Не уже ли и, правда, кто-то из моих? Ладно, выясним, проверим, накажем. — Поговорим? — спрашиваю и жду, что он согласится. Хотя даже, если откажет, не уйду. Не смогу. — Ты же всё равно не уйдёшь, даже, если я скажу, нет? — с полу улыбкой спрашивает. Я в ответ только киваю. Не могу язык от нёба оторвать, чтобы что сказать стоя вот так рядом. — Ладно. Говори, чего хотел, а я пока мяч побросаю, — вздыхает и продолжает то, что делал до моего прихода, то есть броски мяча в кольцо. Прохожу к тому, что осталось от трибун и сажусь прямо на пыльную поверхность, не заботясь о том, что вся эта грязь потом будет на брюках. — Как ты? — понимаю, что глупо, но мне просто нужно с чего-то начать и за что-то зацепиться. — Ну, как видишь ещё живой. Но думаю, что ненадолго, — усмешка, бросок и прямое попадание в кольцо. — Ты же не это хочешь сказать? — Не это, — коротко киваю. — Тогда не тяни кота за хвост. Говори быстрей, я сейчас домой пойду, — прыжок, бросок, попадание. — Отец прохода не даёт. Всё женить меня пытается, — запускаю пятерню в волосы и ерошу их. — Ты пожаловаться хочешь? — усмешка и короткий скользящий взгляд в мою сторону. — Нет. Предложить хочу — И что же ты хочешь предложить? — он останавливается, но всего на какое-то мгновение. Снова бросок и снова попадание. — Давай останемся друзьями, — на одном дыхании выпаливаю я. Пальцы в замок и ожидание. Сердце замирает и, кажется совсем биться перестаёт. — Ты что издеваешься? — возмущённый восклик и, остановившись, он поворачивается ко мне всем корпусом. — Я дышать без тебя не могу. Руки опускаются и не то, что что-то делать, жить не хочется. Мне без тебя плохо и тоскливо. Но пока отец во главе компании, я ничего не могу. Ему недолго осталось. Как только я сяду в его кресло, нам с тобой уже никто мешать не будет — Ты вообще себя слышишь? — нахмуренные густые брови и поджатые губы. Весь его вид говорит, что таки да, я идиот. Причём совсем с катушек поехавший. Но я так больше не могу. Не могу больше держаться в стороне. Мне нужен хоть какой-то повод видеть его. — Я столько времени промучился, захлёбываясь болью, а ты предлагаешь стать друзьями. Ты что больной? — Да, Тэхён, я больной. Из-за тебя, между прочим, — улыбаюсь и развожу руки в стороны, мол, не виноват я. — Блять. Вот, знаешь, просто иди ты нахуй со своими больными предложениями. Я столько времени потратил, стараясь тебя из себя вытравить, а ты тут снова появляешься. Ты мне противен. Видеть тебя не хочу, — он разворачивается и уходит. А я так и остаюсь сидеть на том же месте, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. Не то что пошевелиться боюсь, а даже вздохнуть. Уже знаю, что лёгкие скрутит, а только начинающие восстанавливаться внутренности снова в кашу превратятся. Боль проходится по груди в области сжавшегося сердца…идиот, на что ты вообще рассчитывал? Мясорубка внутри уже началась. По лёгким резануло так, будто кто-то острозаточенным ножом распорол грудную клетку. Терпи! Ему куда больнее сейчас. Терпи…хотя бы ради него самого Нужно дать ему ещё времени. Я сделал предложение, а он пусть остынет и подумает. А пока нужно найти тех ублюдков, что посмели его коснуться и оставить свои следы. Найду и вырву им эти, видимо совсем не нужные, конечности. Разорву…нужно только найти. Ради Тэхёна не побоюсь испачкать руки в крови. Уничтожу их всех.