Тень

Чьи-то руки обнимают меня сзади за плечи, ласково-ласково. Мягко гладят по волосам, смеются, когда я пытаюсь обернуться. — Не беспокойся по напрасну, дитя, это всего лишь я, — сказала моя полная копия. Она мягко улыбнулась, и я не смогла сдержать ответной улыбки. — Почему я снова здесь? — спрашиваю я. — Я и Кас были в мире Теней. — В нашем мире, да, я знаю. — хмыкает она, закатывая глаза. — Ты у нас любишь приключения, да? — короткий смешок и уж потом ответ на мой вопрос. — Ты отключилась. — Чудесно, — скептически произношу я, не разделяя её веселья. — то есть особые навыки я не могу использовать, да? Она качает головой. — Почему нет? Ты победила, дитя, — она легонько касается моей руки в поддерживающем жесте. — но не всё сразу — ты столько отвергала эту часть себя. — Тебя, — вздыхаю я. — Я и есть ты. — напоминают мне тут же. — Знаю, — говорю я и спохватываюсь. — он был твоим другом? — Нет, — отрицательно качает она головой. — скорее давний знакомый. Не переживай об этом, дитя. Я всё понимаю. — Не жалеешь, что помогла тогда мне? — вырывается у меня прежде, чем я успеваю это даже осознать. — Даже не думай об этом, — серьёзно говорит она мне. — ты защищалась. Так, чтобы ты понимала — я знала, кого я спасаю. Экзорциста, потомственного. И ты оправдала мои самые смелые ожидания. Ты ещё тогда была крайне удивительным ребёнком. То, какая ты сейчас — потрясает. — она прерывается на мгновение. — Суть не в том, насколько ты сильна — как Экзорцист, как Тень или как их совокупность. Удивляет твоё отношение к миру, к людям и Теням, ко всему, что тебя окружает. То, что ты начинаешь принимать себя такой — это чудесно. — Ладно, — фыркнула я, чувствуя себя странно смущённой. — я здесь не чтобы дифирамбы себе любимой послушать. — Ты вполне можешь возвращаться, если пришла в себя, — милостиво разрешает мне она. Я отчего-то понимаю, что это последний шанс узнать правду. — Почему ты отдала свою жизнь? Я не поверю, что не было другого способа. И не отговаривайся тем, что жизнь ребёнка бесценна. Она вздыхает тяжко-тяжко и смотрит на меня глазами умудрённого старца. — А почему ты готова была рискнуть собой ради Нефилима? — Я умирала и могла помочь, так почему бы и нет? Она разводит руками, будто это всё объясняет. — А я была очень и очень стара. — её уголки губ дёргаются, словно она не знает, улыбаться или нет. — Мы тоже не бессмертны. Ничто не вечно. — Расскажи пожалуйста мне… как так получилось, что ваш мир входит в наш? — тихо прошу я. — Откуда вы? Она прикрывает глаза. — Такое бывает иногда — слишком тонкие грани между реальностями. У нас никогда не было планеты — мы жили в подпространстве, что составляло наш мир. А потом стена просто рухнула — и нам позволили остаться. Мы были растерянны. А нас поначалу не приняли всерьёз. Ваш Бог предпочёл наблюдать, не меняя своего решения отойти от дел из-за каких-то пришедших, а ангелы не стали пытаться нас уничтожать. Хотя, как по мне, им просто было всё равно. Мы не столь давно здесь, как вы все думаете, — она шкодливо усмехается. — первый или второй даже век этой эры. Почти сразу же у людей появилось новое поколение — дети, способные не только нас видеть вне зависимости от нашего на то желания, но и противодействовать нам. Как у вас там говорится? Спрос рождает предложение? Многим это не понравилось, как же — веселье и свободу действий изничтожили. И так началось противостояние Экзорцистов и некоторых особо недовольных Теней. — она рассмеялась. — На самом деле, ваш мир довольно интересный, если не отвлекаться на то, чтобы делать пакости людям. Жаль, что не все это понимают. Всё как всегда: везде есть и хорошие, и плохие. А есть те, кого просто не поняли. И нейтральные тоже имеются. Но я отвлеклась. — Ладно, — она громко хлопнула в ладоши. — Тебе пора. — А ты? — она непонимающе смотрит на мои слова. — У меня просто такое чувство, будто мы больше не увидимся. — Уже успела привыкнуть, дитя? — она улыбается немного грустно. — Я — это и есть ты. Мы одно целое, и меня уже давно не существует. Я находилась здесь лишь потому, что до сих была нужна тебе. Сейчас — уже нет. Так что, думаю, и мне пора отдохнуть. Кто знает, какой этап ожидает меня по окончании истории? — она подмигнула мне. — Но если вдруг тебе будет не хватать меня — ты сможешь найти меня в себе, в своём сердце. Мы ведь одно целое, ребёнок. А теперь иди уже к своему ангелу, он явно заждался. Всё вокруг будто подёрнулось маревом. Я посмотрела на Тень внимательным взглядом и выдыхаю: — Спасибо, Аш. А потом я просыпаюсь

***

Я открываю глаза, и когда это происходит, то мой взгляд натыкается на обеспокоенные голубые глаза, которые почему-то находятся где-то сверху, прямо надо мной, будто бы… будто бы я лежу на коленях ангела. И, правда, когда я начинаю полностью ощущать своё тело, я шеей и головой почувствовала, что так оно и есть. А затем пришло смущение, щёки опалило жаром, в груди до сих пор царапала щемящая грусть, но вопреки эмоциям я улыбнулась. Кастиэль, заметивший, что я очнулась, начал меня тормошить, и мне пришлось с неохотой встать. — Со мной всё в порядке, птенчик, — хмыкаю я, оглядываясь — этот мир больше не казался таким странным. Аш — часть меня, она и есть я. А я — часть этого мира. Изрядно потрёпанный волк радостно тёрся телом об наши с ангелом ноги. — Тебя я тоже рада видеть, братец-волк. Это выглядело жутко? — уточняю я у ангела. — Я до сих пор.? — Это выглядело не жутко, а удивительно. — улыбается ангел. — И да, ты до сих пор слегка напоминаешь Тень. Но это не выглядит страшно, если ты об этом. Хорошо… — тяну я. — Хорошо. Потому, что я не уверена, что могу контролировать весь этот процесс в этом мире. Нам стоит идти дальше, Кас.

***

— Мы уже долго идём, — заметил Кас, в его голосе не было недовольства или чего-то подобного. Он с любопытством смотрел вокруг и то и дело косился на меня, будто ожидая ответов на незаданные вопросы. Ответов, естественно, у меня не было. Шли мы и правда долго, даже дольше прежнего, только теперь вокруг часто можно было встретить Теней, кому-то было всё равно на нас, кто-то смотрел с интересом, кто-то вообще не замечал. Были, конечно, и негативные эмоции, типа неприятия и лёгкого презрения, но они не лезли к нам, а мы не лезли к ним. Почти идиллия. Волк семенил рядом с нами. — точно всё в порядке? — Думаю, да. Такое чувство, будто осталось не так уж и много. — не очень-то и уверенно обронила я. — Расскажи что-нибудь? — попросила я, и ангел вскинул на меня свой взгляд. — Рассказать? — он склонил голову на бок. — Что? — Не знаю, — пожимаю плечами. — Что-нибудь интересное. Он замолкает на некоторое время, словно собираясь с мыслями, а потом его задумчивое лицо разглаживается, а на лице появляется немного грустная улыбка, словно он вспоминает что-то. — Когда-то давно, до того, как ушёл Отец… до того, как началось всё это… мы на самом деле были все довольно дружны. — он прикрыл глаза на мгновенье. — Я… и всё же я расскажу не об этом. Я был создан относительно поздно по отношению к многим ангелам, но и не был кем-то из последних поколений. Когда приходит время, ангел учится летать. — Ну точно, как птички, — рассмеялась я, скорее из-за того, что тон пернатого стал лекционным. Он возмущённо посмотрел на меня, его волосы ещё больше растрепались, действительно, как птичка. — Если продолжишь насмехаться, я прекращу рассказ. — строго сказал Кастиэль, и я подняла руки в знак капитуляции. Он посверлил меня недовольным взглядом, но всё же продолжил. — Нами часто занимались Архангелы. Михаил, Рафаэль, Габриэль и даже… Люцифер. — ангел поморщился. — Но сейчас не об этом тоже. Чаще всего уроки полётов доставались Габриэлю. — тяжкий вздох. — Он… с самого начала был очень необычным. И шутки у него тоже были специфическими. И идеи тоже. — он нервно усмехнулся. — Он просто кидал неумеющих летать ангелов, и смотрел, что получится. — Так некоторых учат плавать — кидают в бассейн, ожидая, что дети выплывут. — понимающе кивнула я. — Не самый гуманный способ, но всё же. Тебя тоже так учили? — Да, — он смешно нахмурился. — мои крылья… были слабыми поначалу. И это было довольно страшно, безрезультатно махать крыльями и падать. Габриэлю пришлось поймать меня в первый раз. Больше он так не делал. Зато на других тренировках я был самым упрямым. Это было сказано таким гордым тоном, что я не выдержала. — Ты такой милый, — рассмеялась я. Он замер, то ли возмущённый, то ли шокированный, а затем он обиженно отвёл взгляд. Я взлохматила ему волосы со смехом. — Ну же, Кас, не дуйся. — попросила я, и он обернулся. Неожиданно его лицо оказалось очень близко к моему. Его глаза завораживали, и какое-то время мы молча смотрели друг на друга. А потом я спохватилась, отступив на шаг назад. Очарование момента разрушилось, и я почувствовала смущение и почему-то разочарование. — Что ж, спасибо за интересную историю. — Теперь твоя очередь, — пробормотал Ангел. Я растерянно на него посмотрела. — У меня нет забавных историй из жизни, Кас. — покачала я головой. — Тогда просто расскажи о себе, — пожал он плечами. — Я ничего о тебе не знаю. — Я вообще-то тоже, — фыркнула я. — Ты знаешь, что я ангел, который верит в людей. Который пошёл против правил за Дином и Сэмом. Который наделал много ошибок и создал много проблем. — дёрнул уголком губ он. — Этого достаточно для начала, не правда ли? — Ладно, — с тяжким вздохом соглашаюсь я. — Я не знаю точно, что я такое. Знаю только — с недавних пор — как я докатилась до жизни такой. Я не должна была родиться, у Экзорцистов рождаются только Экзорцисты, а наши ритуалы показывали, что моя мать словно не беременна, медики говорили о том, что я вряд ли буду живой. Тогда моя мать обратилась к кому-то из Экзорцистов, они провели один ритуал — и я всё же родилась, живая, но слабая. С ярко выраженными признаками Экзорциста. Слишком яркими — я буквально жила на половину в мире Теней. Хотя, наверное, даже не наполовину — я была слепа обычным зрением, человеческим. Не могла дышать, передвигалась с трудом. Привлекала Теней своей силой и слабостью. Мама беспокоилась обо мне, о моей жизни… и решила выменять моё здоровье за свою жизнь. Тень — Аш — согласилась ей помочь. Потому, что жизнь ребёнка священна. Потому, что она пожила очень долго, а Тени тоже не вечны. — я прикрываю глаза, продолжая идти в слепую. Ни камней, ни неровностей здесь, естественно, нет. А если что — Кастиэль меня предупредит. Да и волк, наверное, тоже. — Мама связалась с кем-то по телефону. Кто-то должен был меня забрать, но вместо этого я попала в приют. Но перед этим… перед этим она упала замертво, а Аш… Аш стала моей частью. Это не одержимость, даже не сожительство. Она сказала, что перестала существовать с этого момента, и, знаешь, у меня нет повода ей не верить. Потому что я действительно не чувствовала того, что во мне было две личности. В приюте я была никому не интересна, многие опасались меня или же считали странной. Я по прежнему видела Теней, что естественно в общем-то для Экзорцистов. А Ники сама хотела мне показываться, так что я видела её обычным зрением, так, как вижу людей. Мне, собственно говоря, никто и не объяснял, что может быть иначе. Мы поладили, и хотя мы больше молчали, это молчание было уютным. Мы были друзьями, хотя, наверное, мы и есть они — хотя она и подворовывала мою энергию. Но, если я не чувствовала этого, если я не страдала от этого, может ничего плохого в этом нет? Жаль, что я тогда этого не понимала, когда меня, четырнадцатилетию, забрала к себе семья Экзорцистов. Эмили и Джордан Карлайн. Мы познакомились, когда в приют заползли двое низкосортных и озлобленных Теней, одного из которых я остановила чисто на инстинктах, вбитых в мой генетический код. Именно они и объяснили мне, кто я такая и что делала всё это время Ники. Моё подростковое эго взбунтовалось, и мы долгое время с ней не общались. А потом она заставила меня выбраться из дома Карлайнов, когда Джордан решил вызвать высшую сущность для подчинения и получения дармовой силы. Их особняк сгорел подчистую, и единственной, кто выжил, была я. И я продолжила жить, как ни в чём не бывало. Не подумай, что я такая вот сука, но за те четыре года, что я была у них я успела стать солдатом, успела впитать в себя всё то, что впитывают в себя потомственные Экзорцисты с молоком матери или пришедшие в эту «профессию» за более долгий срок. Так что, счастливым детством тут и не пахнет. Благо, я была уже совершеннолетней, и в приют снова не попала. Хотя, на самом деле, там было достаточно уютно — детей немного, почти доброжелательные взрослые, временное пристанище для детей, так сказать, вот только во временные семьи меня брать не хотели, удочерить тоже никто не пытался до той семьи, словно никто и не замечал в таких ситуациях вовсе. Ладно, это не важно. В общем, охотилась я на Теней, пока не столкнулась с тобой. Потом меня предала подруга, единственная между прочим, заразив вирусом, чтобы её саму излечил тот, кто дал ей этот приказ. Потом вы обратились за помощью, остальное всё ты знаешь. Так что, — я громко хлопнула в ладоши, прерывая это нагнетённую атмосферу, и резко открыла глаза. — так что, теперь ты знаешь всю мою подноготную. Так что фраза «достаточно для начала» уже не прокатит. Рассказывай. Мне интересно.

***

Спустя какое-то время мы всё же дошли. Просто шли, шли и пришли, как говорится. Обычное место, вот только вокруг как паутинкой расходится свет. Волк, сопровождающий нас всю дорогу, издал тявкающий звук, получил лёгкие поглаживания по голове и ускакал вдаль. Там нас уже ждали. — Ты всегда выбираешь более сложный путь? -Ники задумчиво склонила голову набок. Я заскрежетала зубами. — Ну знаешь, путеводителя по вашему миру ещё не придумали. — цокаю я языком слегка раздражённая. Сейчас ещё и окажется, что сделать нужно было по-другому, и вообще — я рукожоп. — Ты всегда могла выйти, если бы приложила достаточно усилий, — пожимает она плечами. — но для тех, кто не знает или не может — есть такие места, где грань наиболее стёрта. К вашему счастью, время здесь и время в человеческом мире абсолютно разное, там прошло от силы полчаса. Надо же, мы шли словно несколько суток минимум. — Что ж, буду иметь в виду. — хмыкаю я. Протянуть руки вперёд, развести в разные стороны одним резким движением, словно открывая что-то. Трещинки паутины стали больше, и в конце концов превратились в подобие ярко светящейся арки. -Ну, мы пойдём. Я потянула за руку несопротивляющегося и молчащего Ангела, и мы вместе вошли в открывшийся портал.

***

Как только мы вышли из портала, первое, что мы сделали — проверили время на часах мобильников, которые, благо, в реальном мире синхронизировались. Никки не шутила — нас и правда не было от силы пол часа, может, всего лишь на несколько минут больше. Дальше мы оценили окружающее пространство. GPS показывало, что находимся мы за границами города, причём, к счастью для нас, в том мире мы не ошиблись с направлением, и находились ближе к северной части, где находились Винчестеры, чем к южной, где был Михаил. Оставалось уповать лишь на то, что за эти пол часа охотники не встретились лицом к лицу с Архангелом-мудаком. Кас тут же ринулся звонить Винчестеру-старшему. Долгие гудки действовали на нервы и ангелу, и мне. Но трубку всё же взяли. — Дин? — обеспокоено спрашивает Кастиэль, и Винчестер-старший что-то ему отвечает. Ангел включает громкую связь. — В городе Михаил. На заводе была ловушка. У вас, видимо, тоже. — Мы перебили вампиров, с Михаилом не столкнулись. — после некоторой паузы отвечает Дин. — Вы как? — Сбежали, — коротко отвечает Кастиэль, и добавляет подробностей. — Стейси нас вытащила. Очень информативно, спасибо, Кас. Я бы вообще предпочла обойтись без подобных лавров. — Мы за границами города, на севере, — отчитываюсь я. — где-то около километра от вас. Бросайте всё и валите оттуда, подберёте нас. С Михаилом сейчас лучше не встречаться, особенно тебе. Дин.

***

— Значит, вы сбежали от Михаила через мир Теней, проблуждали там неизвестно сколько, причём, в реальном мире прошло всего ничего, — протянул Дин. — ладно, это я ещё могу понять. Но каким таким образом ты умудрилась обмануть Михаила? Я посмотрела на светящийся пузырёк в моих руках так, будто он был виноват во всех моих проблемах. — Ну ведь я действительно выпила эту хрень, — пожимаю я плечами. — просто у меня уже был подобный опыт — в приюте меня как-то сумасшедшей считали какое-то время, даже к психиатру водили, он выписывал таблетки и сиропчик. Так что наловчиться скрывать то, что я не пью что-то по-настоящему, у меня было и время, и причина. К счастью, это «лекарство» действительно нужно проглотить. А связь… Экзорцисты легко манипулируют собственной душой. Однако, это едва не привело к краху. Ещё раз прости, Кас. — Ты справилась, — устало отмахнулся от меня Ангел. С тех пор, как мы вернулись, он почему-то находился всегда в отдалении от меня то ли случайно, то ли специально. Неприятное ощущение. — Нам нужен план. — Лично я собираюсь изучить эту фигню и попробовать подготовить антидот — благо, испытуемых Михаил понаделал великое множество, остаётся лишь выловить парочку. — задумчиво говорю я. — А ещё думаю слегка поучиться контролировать новые аспекты своих способностей. — И как ты собираешься их возвращать к прежнему облику, если они уже модифицированы? — с интересом спрашивает Сэм. — Всё очень просто, Сэмми, — весело заявляю я. — там где есть прогресс, там есть место и регрессу.