Узор судьбы

      Било полночь. По библиотеке неспешно летали крохотные огоньки света. Они тихо мерцали, бросая бледные тени на неровные корешки книг. В одной из читальных ниш сидела фея. В какой-то момент девушке показалось, что открытое пространство мешает ей сосредоточиться. Она просто сотворила небольшое заклинание, и металлические цветы оплели входы-выходы из ниши, превращая её в простую комнату. При чём света не убавилось — он шёл почти отовсюду, а потому не мог исчезнуть, пока на это не было бы особой воли.       Блум увлечённо изучала рукопись, забыв про весь остальной мир. Несколько раз она засыпала, утомлённая прочитанным, но вскоре с новыми силами возвращалась к своему занятию. Она сама не знала, почему выбрала именно эту книгу, но отчего-то не хотела и не могла отрываться от чтения. К тому же… отчасти, она хотела лучше понять того, кто написал этот труд. Нежданный спаситель, Тёмный Бог стал для неё защитой и поддержкой. Порой девушке казалось, что они знакомы очень давно и всегда прекрасно ладили. Это чувство каждый раз поражало фею своей абсурдностью, но сложившаяся ситуация сама по себе была ужасно абсурдной, и со временем на странное ощущение обращалось всё меньше и меньше внимания.       «Особое же внимание в этом вопросе стоит уделить тем случаям, когда заклинатель имеет тесное родство с некоторым магическим существом, чей вклад в историю последующих поколений, к коим и относится заклинатель, признаётся в значительной степени существенным либо основополагающим. В таких случаях порой потомок приобретает способность контролируемо или спонтанно принимать облик, сходный с обликом Предка. Такое, например, часто встречается в некоторых мирах X-, Ç- и U-типа, где особенно ревностно хранят память прошлого. Также интерес представляют ситуации, когда сила, используемая в этом мире и характерная для Предка, становясь защитником и покровителем потомка, принимает форму первого, хотя некоторые аспекты как внешней, так и магической составляющих могут различаться в зависимости от индивидуальных особенностей второго.»  — Не ожидал, что обнаружу тебя здесь, моя милая фея.  — Валтор! — Маг появился внезапно, чем несколько напугал её.  — Не думал, что феи Алфеи интересуются столь… своеобразной магией. Да и в общем-то изучением магии как таковой.  — Это почему же ещё? Просто со временем как-то обычно напряжёнка. Приходится всё моментально осваивать и тут же применять на практике, не углубляясь в подробности. Злодеи же продыху не дают! — Она по-детски радостно улыбалась. Эта картина словно заворожила мага — юная, горячо любимая им фея сидела в магической библиотеке над его книгой по оборотничеству (разделу магии, относимому всё-таки чаще к тёмным) и улыбалась ему так, что хотелось верить, что настоящий свет всё-таки есть, и что он не ослепляет и не сжигает, но только приносит покой и… счастье. Да, он был счастлив одной этой улыбкой и (Боже!) не видел в этом ничего зазорного! Он улыбнулся в ответ. Тихо, почти несмело. Немного иронично. Немного — надменно. Он уже почти не помнил разговора, а просто смотрел на неё......  — Эльнар! — Блум стала щёлкать пальцами перед ним. — Эльнар, ты чего отключился?       Маг сбросил наваждение.  — Ничего, я просто задумался. Значит, оборотничество заинтересовало?  — А. Да, … Честно говоря, как-то так вышло, что я пошла прогуляться по замку, и наткнулась на библиотеку… А тут книга… Я, в общем-то, её случайно увидела и… почему-то мне захотелось прочитать именно её. Ну и… вот. Кстати, это ведь ты её написал?  — Ну я. Значит, случайно увидела, и поняла, что нужна эта книга… — Маг задумался. — Слушай, — и его тон, и выражение его лица, а особенно — вечно дерзкие глаза сулили нечто необычайно увлекательное — а как насчёт того, чтобы немного поучиться? Судя по всему, из этого может выйти что-то весьма занятное. В конце концов, такие книги первых встречных за рукав не хватают. Фея немного удивилась сначала, а потом огонёк азарта зажёгся в её глазах.  — А что? Почему бы и нет. Если только, конечно, никто не будет отвлекать попыткой захвата Волшебного Измерения.  — Об этом не беспокойся. Я же с тобой буду. А о ком-то другом можешь не волноваться — в случае чего на досуге подсуечусь, чтоб была тишина. По рукам?  — По рукам!