По ту сторону Интернета

«Кейн, — в голове Дамиана сразу пронеслось это имя, как только он услышал надоедливый, немного хриплый голос. — Ублюдок», — у него не было сомнений, что добродушный коллега оказался у двери в эту секунду неспроста. Что даже в первый раз, когда он слышал шумы за дверью, это были не случайные потуги кого-то из толпы держаться на одной линии с собеседником, а самое добродушное, что ни на есть, любопытство престарелого криминалиста. Конечно же, это был подходящий момент, чтобы зайти — расстояние, оставшееся между ним и Андреа точно не походило на отношения «преподаватель-студент». Вообще, список сцен, в которых было подобное расстояние, можно было пересчитать на пальцах одной руки. И это с учётом того, что половину из них нельзя было озвучивать в приличной компании. Конечно же, кто-то должен был это исправить. Преподаватель щёлкнул пальцами перед лицом девушки, выводя её и себя из столь приятного стазиса: — Тогда я позвоню и сообщу, где и когда ты сможешь сдать следующую тему, — его голос вновь звучал холодно и спокойно. Не настолько спокойно, каким был до Рейнера, но настолько же холодно. Раскрасневшись, девушка кивнула и, схватив свою сумочку, быстрым шагом удалилась из кабинета, тенью промелькнув перед преподавателем криминалистики, с лица которого, казалось, никогда не спадала полуулыбка. Тот вежливо пропустил девушку к выходу и, закрыв за ней дверь, начал, поправив очки: — Неужто нет лучшего места для своих развлечений, коллега? — Если сдачу темы можно считать развлечением… — Сразу отговорки — как занятно. Мужчина хищно улыбнулся и медленно зашагал к столу, поправляя ту самую рубашку нейтральных цветов, прикрытую пиджаком. Если бы у Дамиана был дар красноречия, то он точно сказал бы, что что-то странное есть в глазах за золотистой оправой очков… Что-то подлое. И если во взгляде хищной птицы читается благородство, то здесь… Здесь это куда больше похоже на взор подколодной змеи. Мистер Рейнер медленно провёл пальцами по краешку стола, словно отмеряя уровень пыли и, пройдя немного вглубь кабинета, заговорил: — Скажите, после нашего разговора на той вечеринке… через сколько вы ушли домой? — Не понял? — Что тут непонятного? Просто интересуюсь, коллега. Я пытался вас найти — безуспешно, а номер, в котором вы, извольте, укладывали спать юную мисс Андреа, оказался заперт. Я стучал, ждал, пытался как-то намекнуть, что стою за дверью, но ответом всегда служила тишина. — На что намекаете? — Намекаю? Я волновался за вас — только и всего, — мужчина развернулся и, широко поставив обе руки на стол, наклонил голову к сидящему Саерсу. — Ну так что — не зря? — Я ушёл сразу же. Ровно после того момента, как встретил вас. — Вот совпадение… Какая, однако, странная штука — жизнь. А вот парнишка-бармен сказал другое, — следующее предложение звучало нарочито громко. — Что не сделаешь, чтобы спасти свою карьеру, верно? — Даже если я и вышел позже — что с того? Секретный регламент преподавателей запрещает покидать здания в определённые часы, или мне стоит переименовать вас в телефонной книге в «мамочку»? — Ха-ха-ха. Занятно, что вы настроены шутить коллега. Помниться мне, была однажды такая история: о преподавателе в престижном университете, который знал, как делать своё дело. Но-о-о-о… — Но? — Но он увиливал за одной девчонкой — студенткой. Всё у них было хорошо — прямо как во второсортных романах, и, что главное, быстро. Даже очень. Только вот после кульминации что-то пошло не так — девочка заявила, что вовсе не хотела всего того, что с ней произошло. Что преподаватель, воспользовавшись ею, тут же бросил, оставив на произвол судьбы, и не выходил на контакт многие-многие дни, — Дамиан немного стиснул зубы, улыбка на лице Кейна становилась шире. — Всё было плохо настолько, что она, чего там таить, даже хотела обратиться в суд. Но нет, не переживайте — первым делом слух дошёл до руководства университета. Престижного, напомню вам, университета. А чего не хочет любое престижное заведение, коллега? Правильно — огласки, — Рейнер стал спиной к своему собеседнику и, смотря на пустую аудиторию, продолжил, — Так что оно решило отстранить его — мужчину-преподавателя. Отстранить, чтобы он осел не в таком уж и известном, в сравнении с предыдущим, университете другого города, преподавал на не таком уж и популярном факультете и сам стал не настолько уж популярной персоной в различных кругах. Однако, прошлое — не лист бумаги, верно? Знаете, я до сих пор не могу понять, как, но слухи, преследовавшие этого человека, перекочевали за ним. Более того — даже его прозвище не только сохранилось в первозданном виде, но и расползлось по ушам: «Стервец», — как вам? — Я… Отличная история. К чему она? — Ах, да — логика и выводы, — театрально поднял руки к небу криминалист. — Так вот: вам не кажется глупым, если бы вы, гипотетически, были на месте этого самого преподавателя, что он очень-очень-очень старательно пытается совершить одну и ту же ошибку? Как в прошлый раз? Тогда ведь тоже не было доказательств, не было свидетелей — был лишь вопрос престижа. И он оказался важнее, чем человек. Что думаете? Дамиан Саерс едва заметно оскалился. Это было всем, что он мог позволить себе перед своим собеседником, но это говорило ему о многом. Впрочем, о куда большем это умалчивало. — Думаю… — начал ответчик, — что если бы сейчас, какой-нибудь случайный коллега этого самого преподавателя, а не девушка, «пострадавшая» от него, заявил подобное, то никто бы не воспринял это всерьёз и поднял саму суть заявления на смех. Ведь какой вес у слов этого коллеги, если нет никаких доказательств? — И то верно. А если доказательства есть? — В таком случае, — Дамиан нахмурился, — кроме пустых слов, такому человеку стоило принести эти самые доказательства, а не разбрасываться метафорами и аллегориями. — Забавно. Вы так рискованно говорите просто из-за того, что лишь воображаете себя на месте этого преподавателя? — Частично. Но даже в этом случае: видите ли, в моём воображении, небезызвестным вам коллега этого самого преподавателя отметился во многих вещах. Постыдных, подлых, нечестивых или просто-напросто бесчестных. Однако лучше всего людям — многим людям, как в его карьере, так и вне, был известен один простой факт о нём: он очень много блефует. Рейнер резко обернулся, посмотрев исподлобья на собеседника. На короткое мгновение улыбка сменилась оскалом, в котором отчётливо можно было разглядеть злобу. Но это мгновенье было слишком коротким. Слишком даже для того, чтобы Саерс заметил это — через секунду на лице криминалиста вновь сияла поддельная улыбка. — Ну, знаете ли, это исключительно ваша фантазия. По чём нам с вами знать, как на самом деле? — мужчина медленно отошёл к двери и тихо, но очень отчётливо прошептал. — Моё дело — рассказать эту историю, раз уж мы оба в её продолжении. И я надеюсь, мы оба будем довольны развязкой. А пока что, берегите себя. Берегите для… кхм… чистой любви. Честь имею, коллега. Дверь захлопнулась. Эхо разлетелось по залу. По опустевшим коридорам раздавались отчётливые шаги уходящего преподавателя-криминалиста и едва слышимый шёпот преподавателя экологического права, вещающий старое, родное, но как нельзя актуальное «блять». Это было всем, на что он был способен в тот момент.

***

Звонко цокая небольшими каблучками по витиеватым коридорам учебного кампуса, Андреа не могла собрать смешанные мысли хоть в какую-то связную кучку — по факту, она вовсе не была готова к этой пересдаче и, едва только взглянув на преподавателя, поняла, что находится на грани провала, ещё даже не открыв рот. Но теперь в журнале красовался плюсик с отработанным занятием, а из головы настойчиво не хотели выскальзывать черты лица шикарного брюнета. Противоречие, томившееся внутри девушки, заставляло её раз за разом дергать головой, едва уловимо ругаясь под нос на каждую глупую мыслишку, что лезла в голову одна поперед другой. — Андреа, — послышался знакомый голос. Камилла и Нейт сидели на подоконнике, ожидая свою подругу, которая только и делала, что находила все больше неприятностей на свое прекрасное мягкое место. — Эх, придется заказанную панихиду отменять — выжила, — с наигранной жалостью проговорил парень, едва давясь смешком. — Придурок, — ругнулась Ками на Нейта, после чего перевела внимание на «двоечницу». — Как прошло? — Отработала, — тихо и лаконично ответила Андреа, сверля дыру в стене и слабо воспринимая происходящее. — И все? Просто «отработала»? — ребята изумленно переглянулись между собой, подозревая что-то неладное. Даже в самом удачливом раскладе всё не могло пройти так просто, ведь ой как не зря никто из студентов не любил связываться с мистером Саерсом, который мог быть и был прямо-таки занозой в заднице для всех групп, в которых он преподавал. — Мы вообще об одном человеке говорим? — Камилла щелкала пальцами возле лица подруги, пытаясь привлечь к себе внимание, — Ты кабинеты часом не перепутала? Фамилию преподавателя? Или у него добренький брат-близнец есть? — У Саерса я была, у всё того же Саерса, — уже более уверенно отвечала девушка, — сама не знаю, что с ним сталось, но пересдачу эту он мне засчитал. — Как-то ты быстро, — Нейт непонимающе вскинул бровями, — обычно он пока три шкуры с несчастных должников не спустит, то не успокоится. И странно это — молодой мужик, а такой хернёй мается, слушая все бредни, что мы ему рассказываем. А сколько девчонок по нему сохнут, пока он трели выслушивает! Вот бы мне так… Андреа шумно проглотила ком в горле, пробуя на вкус последнее предложение, сказанное её другом. «А и правда — сколько?» — пусть сама девушка и не спешила к экологу на занятия, но мир же всегда слухами полнится. А болтовни о том, мол: «Дамиан зайка», «Интересно, а как он еще зачеты принимает?», «Я бы ему точно отработала», — в стенах университета с каждым днем становилось лишь больше и больше. «Лучше уж помалкивать о моих отработках, — подумала она, — рискую остаться без волос и без глаз». — Понятия не имею, сколько он там и кого мучит, но мне задал несколько вопросов, посмотрел работу, после чего — отпустил, — девушка пыталась развеять подозрения друзей, — а, и к нему еще Рейнер зашел. — О-о-о, вот тебе и причина твоего быстрейшего освобождения, — констатировал парень, почесывая затылок, — эти ж ребята, как кошка с собакой — у них особая «любовь» друг к другу. Видимо, они созрели для новой перепалки и не хотели приглашать тебя на свой «интимчик». — Ты точно придурок, — теперь уже очевидный факт подтвердила Андреа, отвесив второй подзатыльник много болтающему однопоточнику, — тем не менее есть доля истины в твоих словах — от напряжения, что возникло между этими двумя, волосы дыбом вставали, и мне точно не хотелось бы там задерживаться, если бы был выбор… — девушка сделала паузу. — А вообще, пойдемте, что ли, в бар сходим? Мне надо «заправиться», дабы вывезти этот день до конца. Ребята согласно закивали и, предвкушая хороший вечер, поторопились, как можно скорее покинуть без того изрядно поднадоевший университет.

***

«И откуда он может знать? — Дамиан сидел в своей квартире, перекидывая из руки в руку стакан с виски. — Другой город, другие люди, другой ВУЗ. «Слухи поползли вместе с ним», — интересно, а кто спонсировал эти самые слухи?» В квартире было пусто. Умиротворяющая тишина впервые за долгое время казалась мужчине давящей. «И как давно обо мне это говорят? Месяц, год? Что говорят вообще? Похоже, у моего пути карьериста оказался один существенный минус — я понятия не имею о том, что происходит вокруг меня. — мистер Саерс залпом осушил стакан. — «Чистая любовь»… Вот ведь сука. Наверное, и сдохнет сразу после меня — просто, чтобы удовольствия мне не доставить». За окном виднелись редкие машины, рассекающие по дороге, но преподаватель смотрел лишь на отражение — на то, что осталось от него самого из-за одного упоминания прошлых событий. Впрочем, прошлое копать тоже не хотелось — не было там ничего интересного… ничего справедливого. Осушив ещё один стакан, Дамиан сел за ноутбук и напечатал сообщение: «Привет, давно хотел с тобой поговорить», — он знал, что тот, кто это прочитает, не видел его уже очень давно, а ему было, что с ним обсудить…

***

Девушка бездумно перебирала остатки соленого арахиса в небольшой пиале, снова погрузившись в собственные размышления. Как не крути, но сегодняшний день стал сплошным удивлением для Андреа, которая сама частично была согласна с тем, что живой после встречи с Саерсом она не останется. Тем не менее, жизнь преподносит порой весьма неожиданные сюрпризы, заставляя тот или иной раз удивиться всему происходящему. — Еще три светлых пива пожалуйста, — обновил заказ Нейт, параллельно пихая задумавшуюся соседку по столику в бок, — хватит заниматься самокопанием, вернись в мир нормальных людей. — Вот вечно ты к людям цепляешься, — буркнула Ками, кинув парой орешков в сторону друга, — а потом удивляешься, что от тебя шарахаются, как черт от ладана — ты же проходу не даешь никому. — перевела взгляд в сторону Андреа. — Впрочем, что-то ты и вправду поникла. — Все нормально ребят, — немного наигранно ответила Девис, — давайте просто тему переведем. — Хорошо, давай, — приободрился парень, растягивая елейную улыбку на лице, — Тема-тема-тема… О! А с кем это ты зажималась на вечеринке, а? Андреа подавилась глотком пива, сразу приходя в себя. А ведь хороший же вопрос на самом деле. Однако, было бы куда лучше, если бы она знала на него ответ. Оклемавшись, девушка со всего размаху влепила Нейту самую смачную затрещину, на которую только была способна — она помнила, что именно его «помощь» и привела к отсутствию отчетливых воспоминаний за тот вечер. — За что?! — вскрикнул он. — В следующий раз думай своей тупой головешкой, когда придет идея давать мне наркотики для настроения без моего ведома, — прошипела девушка. — Да ладно тебе, чего взъелась?! Тебе же весело было! Видела б ты себя со стороны, как ты вытанцовывала возле того брюнета. Вернее, пыталась… — Да какого «этого» брюнета? — спохватилась Андреа, в надежде, что, возможно, недо-бармен хоть что-то вспомнит. — Я… Я не разглядел. Сама подумай — больно мне надо рассматривать каких-то парней, если вокруг полно красивых девчонок, которые не прочь потереться рядом своими прелестями. — Порой мне кажется, что ты думаешь исключительно своим членом, — констатировала Камилла, после чего девушки слабо засмеялись. — Ничего-ничего — на правду не обижаются, — добавила Андреа. — Но, всё же, я понятия не имею, с кем была. И о том, что происходило дальше — тоже. Помню только, что оказалась в комнате, прижатая к постели чьим-то офигительным горячим телом, а потом вспышка — и уже утро, которое встретило головной болью. — И всё? — парень разом осушил пол бокала пива. — Скудненько однако. Ты ни у кого не спрашивала? — И как ты себе это представляешь?! «Извините, вы случайно не видели того, кто так нагло пропихивал язык в мой рот, а то я случайно подзабыла?» — у меня и так дурная слава — прибавлять себе пьяных подвигов не особо хочется. Особенно, когда ты о них ни черта не помнишь. — Андреа, ты же рубашку нашла того парня, — вспомнила блондинка. — Какого она там бренда? — Margiela… — Дорого-богато, — подытожил Нейт, — но круг подозреваемых весьма велик — начиная от папенькиных сынков в брендовых шмотках и заканчивая преподавательским коллективом. О, кстати, снова о них. Слыхали, что на нашей славной вечеринке даже Саерса видели? — Да ну тебя! — Серьёзно. И Рейнер там был, и… — А вот это тоже мне новость — Рейнер никогда не пропустит возможности побывать в эпицентре событий. У меня вообще иногда складывается такое впечатление, что он находится в нескольких местах одновременно — он же ни единой вечеринки студенческой не пропустил, всегда появляясь тогда, когда ребята уже ели на ногах держались. Вот зачем ему всё это? — задала вопрос Ками, тут же заедая паузу арахисом. — Пофиг на него, — ответила Андреа. — Главное, что ни к кому из ребят не цеплялся. — Ни к кому, кроме мистера Дамиана Саерса — снова что-то не поделили. Лучше бы выпили, раз явились туда — я что, зря старался, пытаясь выбить как можно больше алкоголя для этой тусовки?! — с гордостью сказал парень. — Ох и занудные эти преподы. Ребята снова стали оживленно спорить, а Андреа в который раз предалась размышлениям. Бредовая мыслишка не заставила себя ждать: возможно тот незнакомец был Дамианом? Уж слишком много совпадений: одежда, которую преподавательская зарплата весьма позволяет приобрести; запах парфюма Саерса, что кажется девушке до боли знакомым; внешность тоже подходящая. «Вздор, — сказала сама себе студентка, — такого просто быть не может и быть никогда бы не могло. Не с Саерсом. Нечего подминать под себя факты, руководствуясь глупым совпадением. Тем более, таким несущественным». По бару, что был достаточно популярным среди студентов, прокатилась волна смеха. Всё внимание посетителей привлекала своей шумностью компания девушек, что вальяжно расселась за барной стойкой, при этом громко разговаривая и совсем не взирая на окружающих. Андреа сразу заметила весьма неприятную особу среди них — Ванесса Стивенс. — Пойдем отсюда, — оставив щедрые чаевые, сказала девушка. — И то верно, — поддержала Камилла, вытаскивая Нейта за шкирку — он был не прочь ещё посидеть. Едва компания ребят прошествовала мимо барной стойки, как тут же послышался лицемерно-слащавый голосок. — Кого я вижу — Андреа Девис собственной персоной, — елейно проговорила Ванесса, даже не пытаясь скрыть своего истинного отношения, — ходят слухи, что ты никак не закроешь зачет у зайки-Дамиана. Вот незадача… Надменная, по мнению девушки, стерва не теряла возможности пустить язвительный комментарий в сторону своей первейшей конкурентки в борьбе за гордое звание «самая гулящая звезда университета». — Кака-а-а-ая честь — обо мне беспокоится, сама Мисс Всегда-позади-меня, — ответила Андреа, на выпад брюнетки, — польщена, отрицать не буду, но не переживай — без сопливых разберусь. Камилла и Натаниель в который раз за день переглянулись между собой, разделяя одну мысль на двоих: «Сейчас будет мясо». По хорошему счету, стоило бы схватить подругу под белы рученьки и побыстрее вытаскивать её из явно лишней передряги, что не сулит закончиться ничем хорошим, но они весьма неплохо знали — если сейчас полезут, то рискуют сами стать объектом гнева. Эту бурю было куда проще и дешевле просто переждать. — Кто тут еще позади, милочка — я-то зачет ему давно сдала. Просто надо уметь общаться с такими мужчинами и понимать их истинные желания, — Ванесса красноречиво мазнула коготком по уголку своего рта. Ни для кого не было секретом, что Стивенс возглавляла секту воздыхательниц за Дамианом, не единожды предпринимая попытки привлечь внимание преподавателя весьма прозаичными методами, которые не имели ничего общего со знаниями. Ходило множество легенд о том, что Саерс даже покупался на уловки распутной девушки, только вот доказательств подобному, как и многим другим легендам о Стервеце, ни у кого не было, а одни слова Ванессы мало чего стоили на публике. В глазах же самой Андреа они не стоили ничего и даже меньше. Тем не менее, учитывая внешность, напор, уверенность в себе и количество последователей, что ошивалось вокруг гуляющей звезды номер два, слухи подобного характера приобретали весьма правдивый оттенок. — Дорогая, в твоих оральных способностях никто не сомневается — они даже стоили твоей пятерки, полученной в прошлом году от мистера Рейнера, — Андреа вовсе не хотелось вести долгую беседу, потому сразу походила из козырей. — Видимо, речи о том, что мужчина весьма хорош на свой возраст, имеют наглядное подтверждение — оно сидит прямо передо мной. Странно, что ты этим не хвастаешь — ты ведь такая умничка, Несса. По крайней мере, по мнению Кейна Рейнера. «Несса» — такое сокращение имени всегда было добивающим ударом в диалогах с зарвавшейся оппоненткой. Мало кто знал, но она терпеть не могла, когда её так называют — самолично, однажды, сказала, что «так можно называть только самую дешевую шлюху». Для Девис же эта деталь была только на руку, и она постоянно пользовалась этим знанием. Пользовалась, не стесняясь. Стивенс так и не нашла, что ответить, а, быть может, просто не хотела искать. В любом случае, Андреа чувствуя себя на гребне волны, снисходительно похлопала девушку по плечу, словно говоря: «Ну, ничего-ничего — в следующий раз тебе повезёт больше». Вместе со своими хихикающими друзьями она ушла из заведения, оставив возможность мисс Стивенс и её компании в миллионный раз перемыть ей косточки.

***

Наконец-то добравшись до своей скромной обители, порядком уставшая за сегодня студентка, не снимая верхней одежды, завалилась на родную мягкую кровать. — Вот же дрянь, — буркнула она, вспоминая инцидент в баре. Девушка хоть и знала, что все слова Ванессы нужно делить на ноль, но отчего-то гаденькая мысль норовила уколоть в само сердечко, заставляя его постукивать немного быстрее от привычного темпа. — И чего я так волнуюсь? — вела она беседу с пустотой, — Что — стоило разглядеть преподавателя поближе, как тут же втрескалась по уши? Нет, нет, нет! — отрицательно махала головой, хотя внутри все кричало об обратном. — Да я… Я сейчас… Да я!.. Девушка мигом бросилась к сумочке, которую бросила у порога, выудила из нее мобильный, после чего подписала номер мистера Саерса никак иначе как «Стервец». — Будешь знать! Довольная своим поступком, девушка лениво и весело поплелась в сторону душа, разбрасывая по пути дорожку из вещей, как в рекламе духов. Впрочем, у актрисы в ролике получалось намного красивей, нежели у порядком уставшей студентки. Застыв напротив большого зеркала в одном белье, Андреа осторожно, почти нежно провела кончиками пальцев по небольшой синеватой отметине, что осталась между ключицей и шеей после той ночи на вечеринке. В памяти всплывали размытые отрывки воспоминаний в виде сладких поцелуев в тандеме с разливающимся по телу возбуждением. — Хватит, — уверила себя девушка, скорее желая завершить водные процедуры. — Достаточно. Теплая вода немного успокоила разбушевавшиеся нервы, тем самым приводя в порядок хаос, который разгулялся внутри. Оказавшись в своей комнате, студентка взглянула на спинку стула, на которой покоилась черная рубашка, найденная ею после вечеринки. Отложив любимую пижаму в сторону, Андреа одела черную вещицу на голое тело, ощущая приятный холод, исходящий от дорогой ткани. Забравшись под мягкое одеяло, она сонно пробормотала всё никак не отпускающий её вопрос рубахе: — Кто же ты? Мысли в ответ идти не хотели от слова «совсем». Спустя несколько минут мисс Девис уже умиротворенно сопела в подушку, не замечая вибрации телефона и светящегося экрана, на котором отчетливо высвечивалось оповещение: «Входящее сообщение. Стервец».